Глава 6: Что-то случилось?

Сразу после разговора со своей ученицей Рей направился в учительскую к Кристиану. За ним, попрощавшись с Алисой, увязался призрак. Их шаги отдавались эхом в пустом коридоре: студенты были либо на уроках, либо в библиотеке. Учительская тоже пустовала — неожиданное, но удачное стечение обстоятельств. Однако эта тишина лишь усиливала тревогу. Казалось, будь в комнате хотя бы два-три преподавателя, было бы куда спокойнее. А сейчас любой вошедший обнаружит там учителя, которого там быть не должно. Причём учителя, роящегося в чужих бумагах, словно вороватый школьник. Сначала Рея терзало чувство вины: он вторгался в личную жизнь коллеги. Но после разговора с Алисой понял — иначе нельзя. Мысль быть пойманным всё ещё пугала, ведь осуждение было неминуемо. Но что оставалось? Заявить в полицию? Не хотелось. Он не мог поверить, что единственный человек, которому он доверял, оказался маньяком… Безумцем? Как вообще назвать тех, кто следит за людьми и сочиняет конспирологические теории? Рей боялся Кристиана, но вытащить из него хоть что-то не получалось. Оставался единственный выход — докопаться до истины самому. Он продолжал выдвигать ящики и перебирать папки, но, похоже, Кристиан заранее подчистил всё перед тем, как уйти на пару. Ни дневников, ни странных бумаг. Ничего. Учитель тревожно поглядывал на настенные часы, пока призрак, склонившись к его плечу, рассматривал бумаги вместе с ним. Но те оказались лишь планами лекций и заданиями для учеников — ничего подозрительного, ничего, что могло бы привлечь внимание. В последнем выдвижном ящике — опять только аккуратно скреплённые бумаги, в которых не было ничего, кроме распечатанных статей с разных сайтов. Кристиан убрался на совесть. Будто знал, что кто-то залезет в его стол. — Ну и доверие… — пробормотал Рей. Призрак мысленно согласился. Убедив Рея, что тот может ему верить, Кристиан сбежал, стоило разговору коснуться его самого. Даже не попытался ничего объяснить, хоть что-то рассказать о себе. Он напрочь отказывался доверять Рею хоть каплю информации. Рей снова взглянул на часы. До окончания уроков оставалось минут пять. Некоторые преподаватели имели привычку заканчивать раньше. Кристиан, вроде, к такому не склонен, но испытывать удачу не хотелось. Убедившись, что всё лежит на своих местах, он аккуратно закрыл ящики и покинул кабинет. Открывать дверь было страшно: а вдруг там Кристиан? Но за дверью оказался не он, а парень в зелёном свитере. Ярко-рыжие волосы были собраны в хвост. Голубые глаза чем-то напоминали глаза Алисы, только, возможно, были ещё ярче. У неё в радужке блуждал серый оттенок, а у этого парня глаза были чисто голубыми — может, из-за контраста с рыжими волосами. Это и был тот самый парень, которого утром Алиса назвала Виктором. — Извините, не подскажете, Кристиан Робертович там? — спросил он, заглядывая Рею через плечо. — Не хочу вас расстраивать, но у него сейчас урок. Думаю, он появится через пару минут. А мне пора, — Рей приподнял шляпу в знак прощания. Он закрыл дверь, а Виктор, отступив в сторону, пропустил его. Потом, не отводя взгляда, проводил Рея глазами. А вот другой Рей видел всё куда яснее. Чувство дежавю исчезло. Всё, что происходило за последний час, было новым, незнакомым. Он никогда прежде не говорил с Виктором, не встречался с Алисой — это точно. Будущее изменилось. А он всё ещё мёртв. "Если Виктор хоть как-то связан с происходящим… Во что я втянул Алису?" — беспокойно думал он. Он правда боялся, что его вмешательство в жизнь девушки перевернуло её с ног на голову. Хотя, может, сейчас он проходил искупление. Может, если он поможет ей, то сможет проснуться… или вернуться в тело. Пока он не знал, где находится. Кома? Прошлая жизнь? Пространство между? Он не узнает — до самой развязки. А возможно, даже тогда. Спустя несколько минут полёта по колледжу он всё-таки нашёл девушку. Хотя, казалось бы, ей было проще — но она слишком увлеклась разговором с Катей. Эти двое сидели за столом в столовой и обсуждали, как ни странно, его — точнее, его живую версию. Но легче от этого не становилось. — Нет, я всё понимаю, но я не понимаю! — возмущался Рей уже по дороге домой, дослушав до конца мнение девушки, которое, увы, не изменилось — даже несмотря на то, что он решил ей помочь. — Почему весь негатив в мою сторону, а? Есть Кристиан — очевидно, абсолютно точно сошедший с ума! — но виноват почему-то я. Вот почему так, а? Помогаешь ей, — он начал загибать несуществующие пальцы. — Защищаешь. Оберегаешь от мудаков. Но главный мудак — всё равно ты. — Насильно мил не будешь, — бурчала девушка, пытаясь вытравить его из головы. — Ой, да что ты?! — фыркнул он. — А судя по Кристиану — ещё как будешь! — Было видно, как он едва сдерживается, чтобы не начать материться. При жизни он был вежливым человеком, и потеряв тело, пока не потерял и манеры. Дождь не собирался прекращаться. Будто в небесах разлился целый океан, намеренный литься на город весь следующий месяц. Удивительно, как город, построенный на болоте, до сих пор не ушёл под воду. Осадков уже хватало, чтобы наполнить реки и каналы, затопить улицы и подвалы. Подобное случалось сто лет назад — и пока бояться было рано. Промокнув до нитки, девушка набрала шестизначный код на домофоне. Послышался одобрительный щелчок, и она потянула тяжёлую металлическую дверь на себя, войдя внутрь. Лифта в здании не было — дом слишком стар. Ломать стены ради установки лифта было бы слишком рискованно. Пусть старые здания и прочные, но при неудачных расчётах могли сложиться, как карточный домик. Отсутствие лифта в доме означало, что каждый выход на улицу оборачивался для девушки небольшой физической нагрузкой. А кому-то она могла показаться и вполне серьёзной. Подняться на четвёртый этаж, прежде чем оказаться у двери в их общую квартиру — задаче не из простых. Тем более, что квартира была, по сути, слиянием всех трёх, находившихся на этаже. Звякнув ключами и отперев дверь, она вошла в дом, где её, как обычно, встретил привычный шум. Из одной из комнат доносилась гитарная какофония — даже не дилетантская игра, а нечто, больше похожее на мучение инструмента: кто-то явно впервые держал гитару в руках и не удосужился даже выучить базовые аккорды. Похоже, кто-то из жильцов вновь влез к Виктору в комнату и решил поиграть на его гитаре. Если бы Виктор узнал, точно бы выгнал наглеца вон — его гитара была для него чем-то гораздо большим, чем просто инструмент. Это была его отдушина. Единственное, чему он доверял больше, чем самому себе. Иногда Алисе казалось, что он мог бы и спать с ней в обнимку, если бы не боялся сломать. А теперь какой-то недотёпа посмел взять её в руки — и, судя по звукам, насиловал струны деревянными пальцами. К счастью, вернулась пока что не Виктор, а всего лишь Алиса. Однако стоило бы предупредить бедолагу, что он увлёкся настолько, что не слышит даже входную дверь — а значит, вполне может и по голове получить. Но девушке было не до этого: её снова терзало чувство голода. Виктор всегда говорил, что если не позавтракать нормально, весь день будешь что-то перехватывать. Что ж, он был абсолютно прав. Сняв обувь, повесив плащ на вешалку и швырнув сумку в свою комнату — иначе, как подсказывал горький опыт, она могла оказаться где угодно — Алиса направилась на кухню, откуда уже доносился шум закипающего чайника. За столом сидели двое их постояльцев. Девушка с короткой тёмной стрижкой и телом, украшенным татуировками, была в чёрной майке и шортах. Мужчина — стереотипный качок: белая майка, короткая стрижка, и, несмотря на то что жил не один, по квартире разгуливал в одних трусах. Или это были очень короткие шорты, но Алиса уже привыкла к подобным гостям. Она больше не пыталась запомнить имена всех новых жильцов, в отличие от Виктора, который знал каждого — откуда он, почему оказался в Питере, что любит, что ненавидит. Идеальный организатор. Эта парочка как раз вчера предлагала Алисе поучаствовать в призыве призрака. Судя по всему, ритуал прошёл «успешно» — чем Алиса была абсолютно не довольна. Несмотря на её скептицизм и первоначальное нежелание участвовать, призрак прицепился именно к ней. — Доброе утро! — бодро сказала девушка за столом. Парень ограничился кивком. — Вообще-то, уже ближе к вечеру, — буркнула Алиса. Ей не хотелось выстраивать отношения с соседями, особенно с теми, из-за кого у неё теперь были проблемы. К тому же, она давно поняла: с людьми, что приходят в этот дом, пути рано или поздно расходятся. А привязываться только хуже. Она не понимала, как с этим справляется Виктор — и, если честно, знать не хотела. — Когда проснулся — тогда и утро, — попытался отшутиться парень. — Ты это ещё об этом солнцу скажи, — одновременно сказали Алиса и Рей. Хотя парочка услышала только Алису. Девушка бросила взгляд на призрака — тот, сменив гнев на милость, хихикнул и прикрыл рот рукой. А вот жильцы переглянулись в полном недоумении. Чайник щёлкнул, возвестив о закипании. Достав свою огромную чашку, Алиса налила в неё чай и полезла в шкаф в поисках чего-нибудь съестного. Увы — только чёрствый хлеб да старые печенья. Были ещё сухофрукты, купленные то ли Виктором, то ли кем-то из давно съехавших жильцов. Виктор тогда попросил оставить их ему — но с тех пор так и не притронулся. Сейчас это были уже настоящие камни, которыми можно было сломать зубы. Странно, но в их доме, несмотря на вечный поток людей, еда иногда портилась. Пожалуй, им повезло с жильцами — большинство покупало продукты только для себя и ело исключительно их. Конечно, попадались и те, кто сметал всё подряд, будто еду видел впервые в жизни. Такие гости нередко становились причиной конфликтов. Так что то, что большинство ели только своё — скорее плюс. Разочарованная, Алиса покинула кухню с дымящейся чашкой. В этот раз Виктор не вмешивался в её чайный ритуал и не стал разбавлять напиток холодной водой. В отличие от остальных, Алиса жила одна. Она не могла понять, как Виктор, делить комнату с четырьмя людьми, да ещё и постоянно новыми. Ей было неприятно привыкать к кому-то, зная, что через пару дней он уедет, а на его место придёт другой. Только начнёшь узнавать человека, привыкаешь к его привычкам — и всё сначала. Именно так, с такими доводами, она и уговорила Виктора выделить ей отдельную комнату. Чтобы не мучить ни себя, ни потенциальных соседей. За окном уже стемнело. Фонари разливали свет по улицам, отражаясь в каплях дождя и лужах. Или в одной сплошной луже, в которую превратился весь асфальт… Хлопнула входная дверь. Кто-то вернулся домой — пусть и временно, может, даже в последний раз. Никогда не знаешь. Люди приходят и уходят. Виктор называл это место тихим островом посреди океана, где можно переждать бурю. Но Алисе это сравнение казалось неверным. Сам этот остров — и есть катастрофа. Единственное, в чём он действительно помогал, — это принять реальность и понять: буря не кончится никогда. Рей тем временем плавал где-то под потолком. Домой возвращаться он не хотел: далеко, да и вряд ли там было что-то интересное. Его живой версии, скорее всего, там не было. — Да и чёрт знает, где я вообще в этой реальности, понимаешь? — рассуждал он, обращаясь к Алисе. — Если бы всё осталось, как было, я бы всё равно себя с трудом нашёл. Мог в ресторан пойти, мог — в парк… На слове парк девушка вдруг усмехнулась. Рей не обратил внимания: — …мог и домой, конечно. Но только глянь на эту погоду! Ну какой смысл возвращаться туда, где тебя всё равно никто не ждёт? Всё равно рано или поздно туда попаду. А вот в библиотеке посидеть, книги почитать — уже интереснее. — Ну-ну... — Нет, я серьёзно! Как бы сильно я не ненавидел людей… вернее, не боялся их, — сидеть в одиночестве мне тоже не нравилось. А что делать дома? Все книги я уже перечитал. Либо тратить деньги и покупать новые, либо идти туда, где с тебя за это не возьмут. — А интернет тебе на что? — девушка спокойно попивала чай, делая пометки в тетради. Её ничуть не смущал поток слов: Рей мог бы с таким же успехом заменить ей и видеоролики, и музыку — его бубнёж фоном шёл не хуже. — Не люблю просто. — Не умеешь пользоваться? — Просто не люблю. — Просто не умеешь пользоваться, — она сощурилась и нагло ухмыльнулась. — Да нет же! — Да ещё как! — к её удивлению, разговор с ним поднимал настроение. Она бы, пожалуй, с удовольствием врезала себе по лбу за саму мысль, что беседовать с преподавателем литературы может быть весело… но это действительно было весело. — Ты с кем-то разговариваешь? — дверь в комнату резко распахнулась. На пороге стоял злой Виктор с гитарой в руках. Видимо, бедняге не повезло — он не заметил, что настоящий владелец инструмента уже дома. Несмотря на то что волосы у Виктора обычно были прямыми и гладко убранными, сейчас они выбились из пучка, и сухие прядки торчали возле его лица, создавая подобие чёлки. Более мелкие свисали по всей голове, придавая ему слегка потрёпанный вид. — Да, по телефону с подругой. Но уже всё, — на шаг опередив возмущение парня, спокойно ответила девушка. — Мы закончили. — А, ну хорошо! — он шумно втянул воздух, будто готовился к буре. — Так вот! Этот мудила играл на моей гитаре. Трогал её своими грязными пальцами! Почему ты его не остановила? Она закатила глаза. Честно говоря, она этого ожидала. Но всё же в глубине души надеялась, что в свои девятнадцать Виктор стал хоть немного взрослее. А не будет, как ребёнок, устраивать сцены из-за каждой мелочи. — Говоришь так, будто он с твоей девушкой переспал. С чего бы мне его останавливать? Хочешь, чтобы я всех жильцов распугала? Кто тогда аренду платить будет? — Ладно-ладно, успокойся, — он вскинул руки, словно сдаваясь. Аргументы её звучали убедительно. — А сам-то, между прочим, влетел сюда, как ураган... — голос её звучал гневно. Но внутри всё было сложнее. Гораздо важнее ей было то, где он был. Прошло больше часа с её возвращения, а занятия у них заканчивались одновременно. Обычно он никогда не задерживался. — Почему так поздно домой вернулся? — Да как же где? Учёба, потом встречался с начальником одного бара, договаривались, всё ли в силе. Показали оборудование, где что лежит. Это заняло время, между прочим. Завтра же репетиция. Ни тени лжи. Он говорил спокойно, без оправданий. Не нервничал, не пытался юлить. И хоть она была уверена, что он шёл к Кристиану, сейчас всё указывало на то, что он действительно занимался делами группы. — Ну... — она нахмурилась. Неужели и правда ошиблась? — Ладно. Хорошо. Спорить не с чем. Она ничего не ответила. Просто молча смотрела ему вслед. — Я пойду приготовлю что-нибудь, а то от тебя не дождёшься. — Я тебе не домработница! — крикнула она ему в спину, когда тот уже вышел из комнаты. Рей молчал. Вернее, снаружи — да. Но внутри бушевал водоворот мыслей. И этот бурный поток словно передавался напрямую ей — сильный, стремительный, сбивающий с ног. — Думаешь, он соврал? — Кристиан ведь не его преподаватель... — тихо сказала девушка, отводя взгляд. — Я вообще не думала, что он с ним знаком. Но он зачем-то искал его в учительской... — То есть… это он мог передавать Кристиану информацию о тебе? — Рей колебался, его голос — точнее, поток мыслей — стал едва ощутимым, почти шёпотом. — Не знаю, — она уставилась в окно. Капли на стекле. Её мысли разбегались, как эти капли. Рей не мог слышать их напрямую, но по её виду всё было ясно: ей тяжело. Очень тяжело. Он не знал, насколько близок ей Виктор, но догадывался — слишком. Нет, они точно не встречались. Но Виктор заботился о ней… по-настоящему. Почти как брат. Девушка внезапно улыбнулась. Едва заметно. Рей всё ещё не привык, что его мысли были на прямой прослушке. А сейчас они, похоже, напомнили ей о чём-то тёплом. Но тёплые воспоминания — это коварная штука. Когда внутри всё рушится, они бьют сильнее любого удара. Как будто ты уже уронил стеклянную вазу, а потом ещё и молотком по ней. И с каждым "хорошим" воспоминанием только сильнее понимаешь, насколько хрупка реальность. Так случилось и с ней. В следующую секунду она опустила глаза. Улыбка исчезла. Взгляд стал пустым. Ни свет от лампы, ни фонари за окном больше не отражались в её глазах. Рею вдруг захотелось её обнять. Это было… странно. Эмпатия к человеку, которого ты ненавидел? И который ещё утром ненавидел тебя? Рей вообще-то никогда никого не обнимал. Да и зачем? Не случалось таких ситуаций. Никогда и не хотелось. А сейчас — хотелось. Просто — обнять. — Алиса, — раздался стук в дверь, и она тут же отворилась. — Ужин готов. Рыжеволосый парень в красном фартуке замер на пороге комнаты. Он уже переоделся в домашнюю одежду — ту самую, что была на нём с утра: потрёпанная рубашка и мягкие шорты. Из-за столь мимолётного предупреждения о своём появлении Алиса не успела отойти от окна, а её глаза, покрасневшие от слёз, ещё не успели проясниться. Она старалась смотреть в пол, чтобы никто не заметил её состояния, но это только больше пугало Виктора. — Что-то случилось? — Ничего. — Так, — он тяжело вздохнул. — Когда девушка говорит "ничего", это значит совершенно обратное. — Ничего. — Двойное отрицание, — попытался отшутиться парень, ткнув пальцем в потолок. — Значит, случилось что-то ужасное. — Почему ты врёшь? — её вопрос вырвался внезапно, как гром среди ясного неба. Виктор уставился на девушку глазами-пуговками. Он молчал, будто подсудимый в зале суда, обвинённый в чём-то абсурдном и невозможном. Один лишь его сбитый с толку вид словно говорил: я не виноват. — Волосы сухие, а на улице целый день дождь, — продолжала Алиса. — Такси ты не можешь себе позволить, остановка в полукилометре от дома, а зонт с собой не брал. — Я… — начал он, но она перебила его. — Ты же обещал прекратить возиться с этими теориями! — Ты о чём? — Виктор окончательно растерялся. Он напоминал котёнка, на которого накричали за лужу на полу, а он не понимал, что произошло и почему его ругают. — Почему ты встречаешься с Кристианом? — выпалила она, и только потом осознала, как звучит эта фраза. — Не в романтическом смысле. Голос её был серьёзен, но для Рея их разговор звучал как бред сумасшедших. Опять. Словно все знали что-то, чего не знал только он. Даже он сам, будучи живым, узнал то, что его более старая версия ещё не знала. — Алиса, я правда не понимаю, о чём ты, — Виктор подошёл ближе, его голос стал мягким. — Я просто попросил у него помощи с дипломом. Мой научник практически отказался от меня, пришлось искать другого преподавателя. Кристиан согласился сходить со мной в бар и по дороге рассказал, как лучше всего собрать материал. А после того, как я поговорил с администрацией, он вызвал мне такси. Вот и всё. Алиса поджала губы. Ей нечего было возразить. Виктор отвечал на все вопросы. Он действительно жаловался, что научный руководитель бросил его и даже в мессенджерах заблокировал. Это она забыла. Это была её ошибка. Не стоило так резко на него набрасываться. У неё не было доказательств, что он как-то связан с Кристианом, тем более — знает, чем тот занимается в свободное время. Этим допросом она только напугала Виктора. — Пойдём кушать, пока еда не остыла, — мягко оборвал её мысли Виктор. Его голос звучал по-доброму, без намёка на обиду. Он не сердился. Напротив — переживал, что с ней что-то не так, но не знал, как спросить об этом, не усугубив ситуацию. Она вздохнула и ничего не ответила, просто молча пошла за ним на кухню. Аппетита не было, но кого это волнует? Он приготовил — значит, надо есть. Рей остался без её внимания. У него было множество вопросов: от того, почему она прицепилась именно к Виктору, до предположения, действительно ли она считает его как-то связанным с безумием, описанным в дневнике Кристиана. Но, по всей видимости, и сама Алиса не знала, как на это ответить. Она подозревала Виктора лишь потому, что он не промок под дождём и днём встречался с Кристианом. Неужели этих двух деталей достаточно, чтобы обвинить его во всём? Ужин прошёл в молчании. Вечер закончился тишиной. Как бы Рей ни пытался добиться ответов от Алисы, у него ничего не вышло. Она словно выключила его — не слышала, не отвечала, игнорировала. Как она это сделала — он не понял. Но решил для себя одно: если от всех в этом доме не добьёшься ни слова, то завтра он будет либо сам по себе, либо с Кристианом. "У него хотя бы записки можно за спиной читать," — мрачно подумал он. Алиса лишь закатила глаза. Ей от этого действительно стало легче. Она получала сразу две порции информации: ту, что видела сама, и ту, которую замечал Рей. Пока у него была лишь половина пазла, у неё — обе. Теперь он начал сомневаться, кому из них действительно нужна помощь. Ему казалось, что он помогает ей — не она ему. То ли чтобы выяснить правду, то ли чтобы просто выжить. Нечестный это будет обмен, если я ей помогу, а сам не выживу, — думал он. На следующий день дождь не прекращался. Как только они дошли до колледжа, Рей сразу сбежал от подруги и пошёл искать Кристиана — но того не оказалось на месте. Живая версия Рея тоже отсутствовала. Либо они были вместе, либо уроки ещё не начались. В крайнем случае, оба уже вели занятия, а значит, ничего интересного не происходило. За Виктором он не следил — смысла не было. У того точно был урок, а значит, он мог быть с Алисой. Ни один из вариантов его не устраивал. Загадочный дневник сместил все его приоритеты — даже вопрос собственной жизни отодвинулся на второй план. Теперь он всё больше напоминал Кристиана — таким же одержимым этим дневником. Проблема была в том, что у него не было никаких зацепок. Нечего было исследовать. У Кристиана было расследование. Рей был втянут в его завершение. Виктор помогал Кристиану, но не во всём. Алиса — в неведении. А Катя? Катя знала ещё меньше, чем он сам. Вся эта история вытеснила даже признание Кати в любви — вернее, её намёк. Но когда на кону стоит жизнь — твоя и близкого человека — тут уже не до любви. Наконец, облетев большинство кабинетов на первом и втором этажах, он нашёл Рея. Тот был не в том же кабинете, что и вчера, но это было в порядке вещей — его частенько гоняли по разным аудиториям. Чтобы не терять времени, призрак решил начать с осмотра своих же бумаг. На столе всё было как обычно: учебник, план лекции и пара маркеров, чтобы выписывать основное на доске. Шляпу он, на этот раз, снять не забыл — она тоже лежала на столе. Но это было не особенно интересно. Карманы плаща, висевшего на стуле, он проверил лишь условно. В таком маленьком пространстве, без хорошего освещения, было трудно что-либо разглядеть: глаза просто не могли понять, где находится сгиб ткани, а где — какая-нибудь бумажка, если она вообще была. Поэтому он принялся за свою сумку. Кожа пропускала ещё меньше света, но Рей — то ли не обладая достаточной осторожностью, то ли просто будучи растяпой — оставил её открытой. Благодаря этому парню понадобилось просто повиснуть над сумкой, чтобы рассмотреть, что было внутри. В основном всё было как обычно: какой-то случайный бульварный роман, купленный в первом же ларьке после окончания предыдущего, и папка — скорее всего с документами или материалами для учёбы, ради которых он обычно и оставался в городской библиотеке до самого закрытия. Но выделялся ноутбук. Ноутбук у Рея обычно стоял дома. Он относился к этой вещи с огромной осторожностью и включал его, в лучшем случае, раз в год — если вдруг вспоминал, что не подготовился к завтрашней презентации. А тут взял с собой в колледж. Настолько боялся, что за свои странные поиски в интернете с компьютера колледжа на него точно кто-нибудь подаст жалобу? Видимо, да. Исследовав всё, что можно было в этом кабинете, призраку надоело ждать окончания пары. Но и уходить, так и не дождавшись последствий, ему не хотелось. Мало ли — сейчас покинет комнату, а потом пропустит какое-нибудь важное взаимодействие между Реем и ещё кем-нибудь. Сейчас, будучи почти что на месте Бога, он мог наблюдать за всеми людьми, а значит, если проследит за всей паутиной взаимодействий и событий, то сможет собрать и понять, каким образом умрёт. А значит — предотвратить свою смерть. Жаль, он не мог разделиться на несколько копий, поэтому приходилось выбирать. Наконец, эта злосчастная пара закончилась. Двух лекций ему было более чем достаточно, чтобы понять, что именно бесило Алису всё это время. Рассказывал он и правда монотонно и тускло. Обычно, когда люди что-то объясняют, они добавляют артикуляцию, паузы и риторические вопросы — а он звучал, словно запись искусственного интеллекта. Очень медленно, без единой эмоции, выговаривая каждую букву настолько чётко, что весь его монолог превращался в словесный понос. Ужасно неинтересно, хоть и говорит о важных вещах. Теперь он точно знал, что ему нужно изменить, чтобы хотя бы ему самому было интересно слушать собственные лекции. Выпустив всех студентов и дождавшись, пока Рей соберётся на выход, призрак вылетел вслед за ним. Ад или не ад, но призраку определённо повезло. Алиса стояла прямо у входа в кабинет, нервно постукивая ногой. Лицо преподавателя было прекрасно, как всегда. Казалось, он уже забыл о вчерашнем обещании рассказать, как прошёл разговор с Кристианом, и совершенно не ожидал увидеть ученицу. Видимо, воспользовавшись мыслями призрака, девушка поняла, где он находится, и прибежала сюда сразу после окончания своего урока. Ей даже удалось сбежать от общества Кати, что было удивительно. Такая девушка, как Катя, вряд ли позволила бы просто взять и уйти куда-то без неё. Она была общительной, да и Алисой, судя по всему, дорожила. — Доброе утро, Рей Андреевич, — произнесла девушка, наклонив голову, тыча одной ногой в пол и сложив руки за спиной. Она явно пыталась сделать вид, что стесняется — и, может быть, реальному Рею так и показалось, но за день общения с ней призрак уже начал осознавать, что врать эта актриса может с лёгкостью. Все в его окружении умели врать. Один он был обделён этим навыком. Обидно? Обидно. — И вам доброе утро, Алиса Евгеньевна, — его мысли так и не могли сложиться в единый пазл. Рей всё ещё не мог понять, чего ученица от него хотела. "Интересно, до скольки я не спал вчера?" — размышлял призрак. Его тело обладало волшебным свойством не образовывать синяки — ни под глазами, ни на всём остальном теле. Даже когда он падал, место могло опухнуть и болеть при касании, но никаких видимых фиолетовых пятен не появлялось. Эта способность появилась не сразу. До лет одиннадцати, когда он падал с велосипеда — как любой нормальный ребёнок, на котором он так и не научился ездить — синяки были. Но потом просто исчезли. И не потому, что он перестал падать — наоборот, начал делать это даже чаще. Видимо, синяки, устав от его постоянных падений, решили, что пора прекращать работу. — Можно поинтересоваться, как прошёл разговор с Кристианом? — она делала странные паузы между словами, нарочно звуча неуверенно. — Ах, разговор… — он отвёл взгляд в сторону и почесал голову. Судя по всему, с Кристианом он так и не поговорил. — Давай лучше поговорим вне колледжа? — Я сегодня вечером не смогу. Точно не можете ничего сейчас сказать? — она хлопала глазами, словно умоляя его сказать хоть что-нибудь. Она прекрасно понимала, что подобные приёмы на чёрствый пень вроде Рея не подействуют, но других методов у неё не было. Рей и правда, как самый настоящий пень, не показывал никаких эмоций. Алисе хотелось вызвать хоть малейшее сочувствие, но преподаватель лишь пожал плечами: — Я бы хотел, но тема разговора слишком странная. Не хотелось бы попасть в психушку, пойми, пожалуйста. — Ладно, — девушка тяжело вздохнула. — Тогда завтра в семь вечера? — Хорошо, — на его лице появилась лёгкая улыбка. — Знаешь кафе на углу противоположной улицы? — девушка кивнула. — Тогда встречаемся там завтра в семь. На прощание учитель лишь кивнул головой и, нарочито развернувшись, то ли специально, то ли случайно добавив в своё движение вычурности, удалился прочь. Эмоции девушки мгновенно сменились с какого-то щенячьего, молящего взгляда на серьёзный и жёсткий. Она успела только глянуть на Рея, но её окликнули со стороны: — Так вот почему ты утверждаешь, что мне не стоит быть с Реем… — с другой стороны коридора стояла кудрявая девушка, скрестив руки. — Он тебе сразу нравился? Или ты всё придумала, чтобы отвлечь его? — Это не то, что ты могла подумать! — воскликнула Алиса, осознавая, насколько каноничной и одновременно глупой была ситуация, разворачивающаяся прямо сейчас. В каждом любовном фильме обязательно есть сцена, где девушка просто разговаривает с парнем своей лучшей подруги, они договариваются о встрече, а подруга неожиданно застаёт их вместе и расценивает это как предательство. Обычно в таких фильмах возможны две развязки: либо подруга потом приходит с извинениями, либо находит парня получше — а то и, и то и другое, потому что: а кто ей помешает? — А что я ещё могла подумать?! Уж прости, что приходится повторять клише из фильмов — не думала, что мы до такого дойдём, — Катя сама начала проводить параллели с кино. — Либо ты прямо сейчас всё объяснишь, либо, дорогая моя, пойдёшь сама, знаешь куда. — Я бы объяснила, если бы хоть сама что-то понимала, Кать... Катя молчала. Она нервно постукивала ногой по полу, в ожидании объяснений. Девушка действительно хотела понять подругу. Она просто не верила, что Алиса — человек, который ценил дружбу как никто другой — пошла бы на такие риски, только чтобы заставить Катю разлюбить Рея. Это даже звучит глупо. Бессмысленно.

. . .

— Бессмыслица, — наконец пробормотала Катя после невнятных объяснений Алисы про слежку со стороны Кристиана. Про «число Бога» и другую информацию из дневников преподавателя истории девушка деликатно умолчала. — Знаю, что бессмыслица. Но такова правда. Как видишь, ему эта тема показалась настолько серьёзной, что он даже не захотел говорить об этом внутри колледжа. — Да я даже не об этом! — Катя схватила Алису за руку и потащила её по коридору. До начала следующего урока оставалось всего пару минут — стоило поторопиться. — Зачем ему следить за тобой? Он не выглядит умалишённым. Совершенно обыкновенный молодой человек! — Ну погоди, между прочим, маньяки обычно не выделяются внешне, — возразила Алиса. — А тот факт, что у него до сих пор нет девушки и он увлечён студенткой, которая младше его на десять лет — тут уже появляются вопросики. С его внешностью у него не должно быть проблем с отношениями. Катя лишь нахмурилась. Она придержала дверь в аудиторию и пропустила подругу вперёд, а затем зашла сама. Алиса почти незаметно махнула рукой — жестом показывая, что Рею пора уходить и продолжать выведывать информацию. Он так и сделал, но ничего интересного не обнаружил. Что один, что другой преподаватель были на занятиях. Ещё одну лекцию он бы точно не выдержал, да и не сказал бы, что хотел бы. Так что он решил учиться мастерству слежки у Кристиана. Весь день он носился по колледжу за историком, но так ничего и не выяснил. Мужчина не подавал ни малейшего вида, что что-то не так. Никакой паники, никакой суеты — вёл себя как обычный преподаватель. На удивление, Виктор так и не подошёл к нему, чтобы расспросить о ситуации с Алисой. Напротив, оба вели себя как обычно, но при этом старались не встречаться взглядами. Живая копия Рея тоже не пересекалась с коллегой. Непонятно даже, кто кого избегал: вроде бы просто ходили между кабинетами, но друг другу на глаза не попадались. Самым обидным было то, что на всё это ушло время — впустую.