Глава 3. Мармарис.

Эмель не потребовалось много времени, чтобы собрать все свои летние вещи и переодеться в более удобную и подходящую одежду. Она выбрала обтягивающую голубую футболку-поло и трикотажную юбку с узором в виде ромбиков серого, синего и голубого цветов, на голову — белый ободок, а на ноги высокие белые кеды. Ей выделили чудесную светлую и хорошо обставленную комнату, окно которой выходило в передний двор особняка. Именно в это окно она увидела, что возле машины, на которой они должны были ехать, стоял Абидин. А выйдя из комнаты заприметила Суну, которая вышла чуть раньше и уже направлялась к водителю, как поняла младшая, с целью поговорить. Эмель тут же остановилась, опершись рукой на ручку своего небольшого чемодана, и решила им не мешать, ведь они давно не оставались наедине и не могли позволить себе просто обсудить всё ранее произошедшее. Возле неё тут же оказался Кайя и не успел он сделать и шагу от девушки в стороны машины, как она его остановила. — Стой, стой, стой, — тыльной стороной ладони она прикоснулась к его плечу, заставляя сделать шаг назад. Он вопросительно взглянул на неё, подняв бровь, а она решила не раскрывать ему подробности отношений сестры и Абидина и просто отвлечь. Пришлось включать обаяние и мило улыбаться. — Как твои дела, Кайя? — Очень хорошо, — ответил он с улыбкой и не отрывая от неё взгляда, на что девушка мысленно выдохнула: он не видел Суну и Абидина. — А твои? — Чудесно. — она продолжала улыбаться, лишь бы он не отвлекался от созерцания её лица. — И будет ещё лучше, если вы с Феритом хотя бы постараетесь не цапаться. — Ничего не могу обещать, — игриво повёл он плечом, а из дома послышались шаги: Сейран, Ферит и Асуман шли к ним уже собранные. Кайя, услышав это, развернулся в противоположную от них сторону и, забрав её чемодан, отправился к машине, где Суна и Абидин уже перестали разговаривать. — Эй! — только и могла сказать Эмель, и всё же не стала отбирать свои вещи у молодого человека и просто последовала за ним. — Эмель, какого чёрта ты с ним болтаешь? — нагнал её Ферит и она закатила глаза: и до неё добрался, мало с этим Сейран достаёт. — Ещё у тебя не спрашивала, с кем мне общаться, Ферит, — даже не взглянув на него съязвила она, подходя к машине и складывая руки на груди. Одна машина на них семерых была новым сюрпризом, и Кайя, как истинный джентльмен, взял на себя долю поездки в багажнике, а девочки вчетвером вместились на задние сиденья, как бы Ферит не умолял Сейран сесть к нему на коленочки. Эмель сидела у окна рядом с Асуман и была очень рада возможности с ней наконец-то пообщаться, так же подбадривая Кайю в багажнике. Поездка, как и перелёт, где Эмель и Кайя сидели напротив и играли в гляделки, прошли хорошо, даже несмотря на то, что Ферит опять вёл себя как обиженный ребёнок. Суна и Абидин, Эмель видела, смотрели друг на друга с печалью, невооружённым глазом можно было заметить, что их отношения не только не улучшились, но и стали хуже. Младшая тут же поставила в голове галочку рядом с заданием помирить их. Мармарис встретил теплом и отсутствием номера для Абидина, что тут же легко решилось благодаря Кайе, и Эмель начинало казаться, что она слишком много о нём думает. Потому что теперь его образ в её глазах кардинально отличался от изначального, навязанного Феритом. Он был даже подозрительно дружелюбным, несмотря на всю язвительность Ферита и помог его другу, предложив жить с ним. Казался даже очень хорошим человеком, что никак не помогало Эмель меньше о нём думать. Суна от него в восторге не была точно, это было видно по её взгляду и саркастичному тону, когда она к нему обращалась. Асуман вообще игнорировала его существование и Эмель даже не с кем были поделиться своим смятением. Нечто подобное она испытывала впервые в жизни, и пусть догадывалась о природе этих чувств, совсем не хотела их развития. Она, Суна и Асуман жили вместе, но младшая предпочитала молчать и пока анализировать своё состояние, с прискорбием осознавая свою симпатию. А первый день с самого начала всё только усложнял. Стоило им с Суной войти в помещение, которое Корханы собирались приобретать для магазина и восхититься его красотой, Ферит разгневанно ушёл. — Вы опять поссорились? — Эмель вопросительно подняла бровь, смотря на Кайю и поднимая солнцезащитные очки с глаз на голову. Он кивнул, а Сейран глубоко вздохнула, поднимая голову к потолку. — Кто бы сомневался, — раздосадованно сказала Суна, опираясь на маленькую витрину. — Должен сказать, не ожидал, что ты так поступишь. Молодец. — обратился Кайя к Сейран, поднимая брови, а затем перевёл взгляд на Эмель с Суной. — А знаете что? Тебе нужно немного расслабиться. Может, где-нибудь посидим, отдохнём? — Почему бы и нет, отличная идея, пойдём, — согласилась средняя и они все вместе направились к выходу, пока Суна и Эмель, схватив Сейран под обе руки, не начали в один голос говорить, что это сомнительная идея. — Сейран, ты что, с ума сошла, так ты только разозлишь Ферита, — запричитала старшая. — Ты вообще представляешь, что будет, когда он узнает? — обеспокоенно спросила младшая. — Почему ему можно портить мне настроение, а мне нет? Хватит, я больше не позволю ему так со мной поступать! Постоянно одно и то же, я устала от этого. — Сейран действительно была расстроена поведением Ферита и Эмель ей искренне сочувствовала. — Потому что если у твоего мужа плохое настроение, он портит его всем, такова уж натура Ферита Корхана, — вздохнула Эмель, но ничего против этой посиделки не сказала. По пути к кафе Кайя начал раздавать Сейран советы по поводу отношений с Феритом, а Суна злилась на него за это и говорила не лезть в чужие отношения. Эмель по большей части была согласна именно с ним, но поскольку была осведомлена об особенностях любых отношений с Феритом, знала, что к нему это неприменимо, хотя мысли были дельные. Суна и Сейран заказали себе алкогольные коктейли, а вот Эмель и Кайя ограничились безалкогольными и разделились по диванчикам они в тех же составах. Обсуждать алкоголь и шутить над Феритом было очень весело и Эмель присоединялась с диалогам с радостью, пока её старшие сёстры пьянели и становились совсем дурашками. Когда пришла Асуман, она присоединилась к компании трезвенников и Эмель завела с ней диалог о сериале, который они с самого начала отдыха смотрели вместе по вечерам, создав себе такую традицию. Кайя почему-то заинтересовался и девушка с радостью пересказала ему сюжет, на что получила шутливое обещание присоединиться к ним. Стоило прийти Фериту, как атмосфера тут же испортилась и пьяная в дребезги Сейран начала рассказывать "увлекательную" историю, как Суна однажды поцеловала Ферита в клубе. Эмель было искренне жаль Суну, но перед тем, как пойти за убежавшей от позора старшей сестрой, она показала Абидину, не менее расстроенному этой ситуацией, знак глазами, чтобы он шёл за ними. Всё же он нужен был Суне как никто другой и это было хорошей возможностью их примирить, если бы он захотел конечно. А он неожиданно захотел и когда они с сестрой оказались в номере и Эмель немного её успокоила, в дверном проёме показался Абидин. Младшая их покинула, давая возможность сблизиться за счёт такой ситуации. Вернувшись назад она обнаружила злого Ферита, пьяную Сейран, смущённую Асуман и странно удовлетворённого Кайю. Видимо ему доставляло удовольствие наблюдать за негативными эмоциями Ферита. Они обсуждали учёбу Сейран и снова все перессорились, ведь Ферит ничего не делал, хотя и обещал, а Кайя был готов помочь. Эмель начинала уставать от этого вечного противостояния между ними, а в голову начали закрадываться мысли об отношении Кайи к Сейран. Он подозрительно много внимания уделял ей и его действия были контрастом по сравнению с действиями Ферита. Это была симпатия или просто месть Фериту за предвзятость? Эмель хотела разобраться, но не была уверена, что из-за своей симпатии сможет быть объективной. Было сложно, но они все более менее договорились и отправились на ужин в ресторан. Эмель долго думала над тем, что же надеть и в итоге с этим ей помогла Сейран, подарив одно платье из своего гардероба. Потрясающее коричневое мини платье, красиво лежащее на груди, идеально сидящее по фигуре с красивой драпировкой на бедре, закреплённой золотым элементом. Эмель была в восторге и долго благодарила сестру, впервые бывшую к ней столь благосклонной, радостно убирая волосы золотым крабиком и отправляясь развлекаться и блюдить за Кайёй. Когда они с девочками вчетвером пришли, атмосфера за столом уже была накалена и Эмель испытала искренне желание каждого из парней стукнуть по голове: Ферита и Кайю чтобы перестали друг друга донимать, а Абидина чтобы не поддерживал эти их перепалки. Хотя последний её радовал, особенно когда не побоялся поинтересоваться у Суны о её состоянии и по их смягчившимся тонам Эмель поняла, что что-то хорошее между ними таки произошло. Не ускользнул от неё и взгляд Кайи, которым он её осмотрел, когда они только пришли и его милый комплимент её наряду. Почему-то было приятно слышать это именно от него. Она должна была следить за его проявлениями к Сейран, а в итоге подавилась от двух добрых слов, но даже не была этим раздосадована. А вот Ферит наряд счастливой Сейран не оценил и Эмель не удержалась от того, чтобы стукнуть его по руке и возмущённым шёпотом заявить "она для тебя так оделась!". Тогда этот ревнивый мужчина немного поумерил свой пыл и начал смотреть на жену больше с нежностью, чем с негодованием. Хотя его всё ещё не устраивало, что кто-то кроме него может на неё смотреть. К середине вечера два деда: Абидин и Ферит, совсем утонули в своей хандре. Хотя Абидин по большей части просто подражал другу, его восхищённые взгляды на Суну говорили сами за себя. А ведь весь ресторан вокруг них танцевал. Эмель и Кайя как трезвенники нашли друг друга и девушка не упускала возможности расспросить его об Англии и его жизни там. Внутри неё жило желание путешествовать и пусть страной мечты оставалась Италия, чем она тоже поделилась с Кайёй, было интересно слушать его рассказы о памятных местах и развлечениях в Англии. Отвлечься от интересного диалога их заставила Сейран, зовущая Эмель танцевать с ней и Суной. Эмель удивилась и даже немного поотнекивалась, а после всё же согласилась, когда и Кайя присоединился к предложению потанцевать. Как они вчетвером поместились на одном столе, было известно одному лишь Аллаху, но танцевать так было приятно даже несмотря на осуждающие взгляды Ферита, нервы которого начинали закипать. Из четверых это не волновало ровно до того момента, как Сейран споткнулась, а Кайя её словил. Ферит тогда совсем вышел из себя и буквально утащил жену со стола, уводя в номер. Очередной испорченный вечер. Ещё и всё так сложилось, что снова Кайя стал камнем преткновения в отношениях Сейран и Ферита, и Эмель не сомневалась, что это было не просто так. Но Ферит действительно мастерски умел портить настроение всем вокруг и справлялся с этим просто идеально, так что все были уже далеко не радостными. После ухода взрывной супружеской пары Суна, Абидин и Асуман ушли в отель и Эмель, раздосадованная окончанием вечера, хотела к ним присоединиться, потому что была слишком сильно вымотана наблюдением за постоянными ссорами, но ей поступило более интересное предложение, от которого она решила не отказываться. — Может прогуляемся по набережной? — как бы невзначай спросил Кайя, когда они по пути в отель немного отстали от своих попутчиков. — Давай, — пожала плечами она. Это было хорошей возможностью узнать о реальных мотивах Кайи, да и просто повести время с симпатичным ей мужчиной. Они свернули к пляжу и оказались там, где не было шезлонгов и зонтов; только песок и спокойная морская гладь, отражающая ночное небо. Любуясь морем и звёздами они то обсуждали всё на свете, то просто молчали и наслаждались вечером. Когда стало прохладнее и Эмель сама того не заметив, покрылась мурашками, Кайя накрыл её плечи своим пиджаком, на что получил искреннюю благодарную улыбку. Он всё ещё не был однозначным в её глазах, но получить такой жест было приятно. Им обоим такого не хватало. Просто спокойствия вдали от всей ругани и недопониманий, от родственников и их ожиданий, от суеты. Они сами друг другу в этом признались и Эмель чуть рассказала ему о своём одиноком детсве, а он о своём сложном. Их судьбы оказались удивительно разными, но характеры схожими. Немного пройдясь они заметили Сейран и Ферита, лежащих в обнимку на песке прямо у моря, и, похихикав над этим, обошли эту парочку, начиная обсуждать их особенные взаимоотношения. Эмель не чувствовала от Кайи негатива во время обсуждения отношений Сейран и Ферита, так что её теория касательно его действий по отношению к Сейран укреплялась. Дойдя до пирса снова остановились, любуясь ночным Мармарисом, горевшим тысячами огней, где жизнь кипела даже ночью. — Вот скажи, ты специально это делаешь? — когда они оказались недалеко от отеля, внезапно, но издалека, начала Эмель. — Что делаю? — поднял он брови, ухмыляясь. — Скажем так: окололюбовно общаешься с Сейран и проявляешь к ней знаки внимания чтобы ещё сильнее разозлить Ферита, — высказала она свою теорию. — Потому что он ведёт себя как говнюк по отношению к тебе, ну и ты решил ему отплатить, при этом оставаясь хорошим и благородным. — Ты меня раскусила, Эмель. Я правда обеспокоен тем, как они общаются, но больше всего мне нравится, что его это задевает, — именно в этот момент он выглядел искренним, поправляя волосы, ставшие ещё более лохматыми из-за влажности и морского воздуха и гремя своей кучей браслетов. Он усмехнулся, поворачивая голову в её сторону.— Как ты поняла? — Мне как-то не верилось, что ты, весь такой принципиальный и правильный, действительно будешь надеяться на что-то с чужой женой, — проговорила она, смотря ему в глаза и активно жестикулируя. — Да и это не сильно искренне выглядело, честно говоря, но у Ферита эмоциональный диапазон как у зубочистки, так что он ведётся. — Польщён, что ты такого мнения обо мне. — он положил руку на сердце, чуть кланяясь, на что она хихикнула. — И ты права, по большей части это просто месть Фериту, ну и небольшая поддержка для Сейран. — он сделал паузу, отворачиваясь к морю, а после снова повернулся к ней. — И ты даже не скажешь, как это неправильно, и что Ферит поэтому ещё более невыносимый? — Пф, Ферит бы ныл, даже если бы ты молчал. А так ты хоть не остаёшься в должниках. — пожала плечами Эмель. — Так что это умно. Хотя умнее было бы поговорить по-человечески, но Ферит, возможно, на подобное не способен. — Думаешь, они правда любят друг друга? — Кайя не растерял игривости, чуть нахмурил брови и облизнул губы. — Ай, да. Но там такая любовь, что они треплют нервы не только друг другу, но и всем вокруг, — Эмель, всегда наблюдающую со стороны, вдруг прорвало. — Я тебе говорю, они, когда не вместе и надо бороться за отношения, так хорошо друг к другу относятся. Стоит им только сойтись — тут же ругаются. Им так скучно жить в спокойствии и стабильности, но они никогда друг друга не отпустят, я точно знаю. — Интересный у них такой язык любви. Люди разные конечно, но я в смятении от того, как они любовь проявляют. — хохотнул он, снова поправляя волосы. — Я тоже! — она на пару секунд повернула голову в его сторону, всматриваясь в красивый профиль и снова отвернулась к воде. — Я вот на них насмотрелась и поняла, что любовь это далеко не всё, что нужно и без уважения и доверия ничего толкового не выйдет. — Хотела бы такого мужа, как Ферит? — вдруг спросил Кайя наигранно-серьёзно, сощурив глаза, будто не видел, как они друг с другом общаются. — Упаси Аллах! — возмутилась она, прикрывая рот рукой, и Кайя засмеялся. — Я его даже в качестве зятя не выношу, у него же из эмоций — злость и насмешливость. — Ну ведь эмоциональный диапазон прям как у зубочистки! — повторил её фразу Кайя и он снова смеялся, а она вместе с ним. — Ты правда договоришься, чтобы Сейран поступила? — когда они уже возвращались в отель, захотелось узнать Эмель. Пусть тёплых отношений с сестрой она не имела, было приятно знать, что хоть что-то хорошее в её жизни произойдёт. — Да, я могу это сделать и буду рад помочь Сейран, если Ферит не может, — пожал плечами Кайя, будто это было плёвым делом. — Думаешь не стоит? — Стоит конечно! — уверила Эмель. — Я сколько себя помню, Сейран мечтала пойти учиться и я знаю, как это важно для неё, так что я тоже буду тебе благодарна, если ты поможешь. — она улыбнулась и сняв с себя пиджак отдала ему в руки, ведь они стояли возле её номера. — Спасибо. — Пахнет тобой, — спокойно, но с какой-то особой интонацией, заявил он, только взяв свою вещь из её рук. Она же подняла бровь, даже не зная, как реагировать на это, но где-то в груди заныло. — Сладких снов, Кайя. — растерянно прошептала она, тихо скрываясь за дверью номера. — Доброй ночи, Эмель. — вполголоса сказал он, тут же быстрым шагом направляясь к себе.