Часть 2. Heartless

Запах пороха, крови и разлагающейся плоти вмиг забил ноздри. Пол был усеян телами — мёртвые, умирающие, шевелящиеся в судорогах люди, перемешанные с разорванными частями тел. Повсюду слышались крики — пронзительные, отчаянные, животные. Хоуп дёрнула принцессу за руку и нырнула с ней под тяжёлый дубовый стол, едва успев перед тем, как над ними разлетелась в щепки одна из тарелок. — Сидите здесь и не двигайтесь! — сказала строго Хоуп, чувствуя, как сердце гулко стучит в груди. Позабытое чувство страха и напряженной сосредоточенности вернулось после долгого времени. Шарлотта была бледнее снега. Губы её дрожали, глаза наполнились слезами, но она кивнула. Хоуп выскочила из-под стола и развернулась как раз в тот момент, когда на неё бросился зомби. Его лицо было полуразложившимся, нижняя челюсть свисала на тонких лоскутах плоти, а из разорванного живота торчали тёмные петли кишок. Его руки, испачканные кровью, тянулись к ней, длинные ногти разодрали ткань её платья. Хоуп перехватила его запястья, пытаясь удержать, но он был невероятно силён. Из его рта вырвался рваный стон, пропитанный неутолимой жаждой плоти. — Да отвали ты от меня! Рядом на столе Хоуп заметила ведёрко со льдом, бутылку шампанского… Схватив бутылку, она размахнулась и с хрустом обрушила её на голову мертвеца. Стекло разлетелось, липкая жидкость брызнула в стороны, а зомби, вздрогнув, покачнулся и рухнул на спину. Хоуп не стала ждать, когда он снова поднимется. Она юркнула обратно под стол, хватая за плечи дрожащую Шарлотту. — Мы выходим. Держитесь за меня и не отступайте, ясно? Принцесса всхлипнула, но послушно вцепилась ей в руку. На полу рядом с изувеченным телом охранника валялся пистолет. Хоуп схватила его, быстро осмотрела. Полный магазин. Хоть какое-то везение. Она вылезла из-под стола, подтягивая за собой Шарлотту, и тут же развернулась, вскидывая оружие. Вторая тварь уже шла к ним, её раздутый язык свисал между зубов, а чёрные, остекленевшие глаза впились в будущих жертв. Выстрел. Голова зомби дёрнулась назад, затылок разлетелся кровавым веером, и он рухнул на пол. — Идём! — рявкнула Хоуп, утягивая дрожащую Шарлотту за собой. Они бросились к выходу, перепрыгивая через тела, уворачиваясь от метающихся по замку людей. Один мужчина корчился на полу, зажимая разорванное горло, из которого фонтаном хлестала кровь. Рядом женщина в испачканном вечернем платье вцепилась в лицо зомби, но тот уже загнал зубы ей в плечо. Звуки выстрелов и ломающихся костей смешивались с истошными воплями. Как только они добрались до выхода, их тут же окружила охрана. — Ваше Величество, сюда! Мужчина в форме выхватил Шарлотту, быстро увлекая её в сторону. Хоуп сделала шаг вперёд, но её тут же оттолкнули. — Вот сука, — только и смогла она сказать, глядя, как принцессу уводят. Теперь её дело — выжить. — Дайсон! Она резко обернулась — Глория, запыхавшаяся, с растрёпанными волосами, держала пистолет наготове. — Отряд в пути, но нас сожрут быстрее, чем они приедут! Хоуп огляделась. В их сторону неслись мертвецы, похожие на рой отвратительных вопящих цикад. Дерьмо. Они рванули по коридору, но вдруг одна из служанок за ними — совсем девочка, лет шестнадцати — споткнулась и упала. Хоуп попыталась схватить её за руку, но прежде чем её пальцы сомкнулись, на девушку рухнул зомби. Дикий крик. Звук рвущегося мяса. — Чёрт! Чёрт! Чёрт! — Глория задыхалась, пробежав по коридору, пистолет в её руках дёргался, пальцы дрожали. Зомби шли на них толпой с чёрными дырами вместо глаз, с рваной одеждой, пропитанной кровью. Некоторые ещё жевали плоть недавних жертв, но, завидев живых, разом повернули головы и, спотыкаясь, зашагали быстрее. — Не отставай! — рявкнула Хоуп, перезаряжая пистолет. Поворот, узкий коридор. Везде тела. На стенах багровые мазки крови и следы ладоней. В воздухе витал густой, невыносимый запах гнилой плоти. Глория была прямо за ней. Но в какой-то момент девушка замешкалась. — Быстрее! — Нога застряла! Хоуп резко обернулась. Глория запнулась, наступив каблуком на тело, поскользнулась на липкой луже крови и упала. — Держись! Хоуп потянулась к ней, но из-за угла уже ринулись мертвецы. Первый зомби прыгнул, вцепившись Глории в плечо. Та завопила от боли, но следом прыгнули ещё двое. Один зарычал, впиваясь зубами ей в шею. И тогда Глория захрипела. Хоуп видела, как расширились её глаза, полные ужаса, как её пальцы ослабли, отпуская пистолет. Крик прервался булькающим хрипом. Она перестала сопротивляться. Зомби рвали её тело, кровь хлынула на пол. Не думая ни минуты, Хоуп развернулась и бросилась вперёд, перепрыгивая через трупы. Выстрел. Грохот. Люстра рухнула с потолка, придавив нескольких зомби. Но это только выиграло секунды. Два патрона. Резко девушка сбросила чертовы ненавистные туфли, чувствуя, как босые ноги скользят по липкому полу, и выскочила в холл. Дыхание сбивалось. В висках стучало. Её платье разорвалось на бедре, прилипло к телу от крови. В холле было два пути: снова вверх по лестницам куда-то во дворец или вниз — в массивные двери, которые она не откроет. Сквозь хаос она слышала выстрелы, слышала крики. Она осталась одна, понятия не имея, куда ей идти в проклятом дворце, за каждым поворотом которого поджидала смерть.

***

В коридорах раздавались предсмертные крики, а за ними — утробное рычание. Люди больше не кричали от страха. Они кричали, потому что их ели заживо. Леон держал пистолет наготове, ведя президента и его приближённых по лабиринту узких коридоров. — Быстрее, — быстро, но спокойно сказал он, оборачиваясь. — Не останавливаемся. Вибрация от ударов мёртвых о стены и двери становилась сильнее. Лифт был близко. Леон быстро развернулся, прицеливаясь. Зомби вывалились из бокового коридора, тени их искажённых тел скользили по стенам. Резко развернувшись, мужчина выстрелил. Гниющие твари уже шли на запах крови. — Давайте внутрь. Агенты загоняли президента и его людей, становясь живым щитом. Леон оставался снаружи, отстреливаясь. Одна пуля — один труп. Двое. Трое. Они всё шли. — Идем, давай! — крикнул один из агентов. Леон не ответил сразу. Он думал о том, что Хоуп все еще здесь. Но он понятия не имел, где её искать, и не знал, найдет ли её живой. От последней мысли мужчина дёрнул плечом. — Я догоню, — сказав это, мужчина шагнул назад, и стальные створки лифта сомкнулись. Леон методично двигался через смежные залы, пока не вышел на балкон. Он посмотрел вниз и среди всего хаоса увидел Хоуп. Разорванное чёрное платье, босые ноги, волосы, испачканные в крови. Точно не зомби. Пока нет. — Хоуп! Она резко вскинула голову. — Леон? В этот момент массивные двери треснули, выпуская новую волну мертвецов. — Наверх! Сюда! Она неслась вверх по лестнице, слыша, как твари позади рычат и топчут ковёр. Леон подошёл к лестнице, сразу открывая огонь. Хоуп споткнулась, тяжело рухнув вперёд, а её руки с глухим шлепком ударились о запачканный кровью пол. Тварь бросилась к ней. Увидев это, мужчина быстро перехватил её запястье и рванул вверх. От неожиданности и скользких ног она врезалась в него, тяжело дыша. На секунду они кинули друг на друга взгляд. — Не… — девушка хотела что-то сказать, но мужчина, сжав её руку, дёрнул вперёд. — Потом скажешь, как соскучилась, давай, пошли. Они бежали через дворец, зомби заполняли коридоры, шаг за шагом загоняя их в ловушку. Лифт был рядом. Из прохода вывалилась ещё одна тварь. Хоуп развернулась и уверенно выстрелила. Голова зомби взорвалась гнилыми ошметками. Леон моргнул. Она… сейчас стреляла? — Что? — Хоуп перевела взгляд на него, сжимая пистолет. — Ты научилась стрелять, — он ухмыльнулся. — И не в стены. Девушка цокнула. — Как будто у меня был выбор. Лифт был уже в шаге, когда Леон развернулся к Хоуп. — Запрыгивай! — А ты? — Запрыгивай, чёрт возьми! С его толчка она почти влетела внутрь. В этот момент один из зомби рванул на него. Челюсти щёлкнули в миллиметрах от его лица. — Не сегодня, приятель. Леон отпрянул, развернулся и, пнув мертвеца в грудь, запрыгнул в лифт, с силой и быстро нажав кнопку. Двери вновь сомкнулись. Теперь в тишине было слышно только их дыхание. Громкое. Рваное. Лифт медленно двигался вниз, оставляя ад позади. Хоуп всё ещё сжимала пистолет. Губы дрожали, грудь вздымалась. Леон медленно выдохнул, откидываясь на стену. Он стоял перед ней с этими глазами — голубыми, холодными, но какими-то чертовски знакомыми. Это было как удар в живот, больная, почти беспомощная реакция, как если бы она снова оказалась в прошлом, с теми же неясными вопросами, теми же чувствами, что были тогда. — Официальные приёмы — отстой. Хоуп вскинула голову, устремив взгляд на него. Это всё, что он мог сказать спустя столько лет? Девушка хмыкнула. — Что, всё-таки не рада меня видеть? — он заметил ее замешательство. — Четыре года, Леон, и я встречаю тебя в этом дерьме. Как я должна реагировать, а? Привет, как дела? Он не отводил взгляда, чувствуя, как он хочет сказать что-то большее, как его слова застряли в горле. Леон шагнул ближе, но Хоуп застыла, не в силах отступить. Протянув руку и аккуратно убрав прядь волос, которая выбилась из её прически и свисала на лбу, Леон хмыкнул. Девушка была готова отскочить, но не сделала этого. — Поговорим потом, ладно? — его голос был низким, без эмоций. — Сейчас нужно выбраться отсюда. Хоуп сжала челюсти, пытаясь проглотить всю эту дурацкую злость, которая лезла наружу. Хоть главным сейчас и правда являлось выбраться живыми из проклятого замка, но эмоции брали верх: во взгляде Леона девушка не смогла заметить, что он по ней скучал. Лифт снова дрогнул, но они не отпускали друг друга глазами. Четыре года — и вот они снова вместе. В этом аду. Хоуп сглотнула. Её горло сжалось. Слишком близко. Чёртово ощущение, будто ничего не изменилось. Темнота тоннеля не просто окружала их — она сжимала. Холодные стены, скользкие от влаги, давили. Лампы аварийного освещения вспыхивали и гасли, как сбитый пульс умирающего. Сырость забивалась в лёгкие, превращая каждый вдох в усилие. Леон шагал впереди, двигаясь плавно, словно зверь, привыкший выживать в дикой среде. Рука крепко сжимала оружие, но мысли были далеко от врага, которого они могли встретить. Он чувствовал её присутствие. Её тишину. Хоуп шла босиком. Черт. Он знал, что она не подаст виду, что не попросит помощи, но всё равно чувствовал, как каждый шаг даётся ей с трудом. Он не мог не заметить: рассечённые ступни, кровь, прилипшая к коже. Она даже не хромала. Может, уже настолько привыкла к боли? Или просто не хотела показывать слабость? Леон замедлил шаг, давая ей возможность поравняться. — Ты как? — его голос прозвучал мягче, чем он рассчитывал. — Как человек, который выбрал неудачную обувь для бега, — Хоуп ответила сразу, без тени эмоций. Её губы тронула короткая усмешка, но глаза не улыбались. Леон скользнул взглядом вниз. Порезы, красные линии боли… Блять. Что-то внутри него скрутилось в тугой узел. Он не думал. Просто снял пиджак и накинул ей на плечи, ощущая, как её тело на мгновение застыло. Она дёрнулась, будто хотела сбросить его, но не сделала этого. — Не стоило, — пробормотала она, но не убрала руки. Леон выдержал паузу. — Я не из тех, кто после расставания желает что-то плохое. Он хотел пошутить, разрядить обстановку, но в голосе прозвучало что-то слишком честное. Хоуп усмехнулась, но в её усмешке было столько горечи, что у Леона сжалось горло. Они ведь даже не расстались по-настоящему. Просто ушли. Каждый в свою сторону, сжимая внутри непроизнесённые слова о том, что они чувствуют друг к другу, и скомканные эмоции. Их не хватило на большее. Не хватило сил, чтобы назвать это чем-то большим, чем секс между миссиями, когда она приезжала к нему. Им не хватило смелости признаться в том, что они любят друг друга. Они были вместе целый год, но так и не двинулись дальше, а потом всё развалилось. Хоуп передёрнула плечами, заставляя себя встряхнуться. — Хотела бы я сказать то же самое. Леон поймал её взгляд. Темнота тоннеля делала его ещё глубже, ещё более неразгаданным. — Мне стоит бояться, что ты меня прямо здесь прикончишь, чтобы жилось легче? — спросил он, чуть прищурившись. Она посмотрела прямо на него. Долго. Слишком долго. — С тобой и без тебя мне живется в последнее время одинаково хреново. Черт. Леон отвёл взгляд, но внутри что-то сжалось. BSAA, миссии, мертвецы, кошмары — всё это он знал. Но осознание, что он не единственный, кому дерьмово после их разрыва? Это больнее и сильнее любого удара, ведь где-то в глубине он надеялся, что она счастлива, что забыла его. Именно поэтому столько лет он не беспокоил её звонками. И снова тишина. Только капли воды, стекающие с потолка, и их дыхание — рваное, неглубокое. Спустя пару минут раздался щелчок. Леон повернулся к панели управления, ввёл код. Массивные двери со скрежетом начали разъезжаться в стороны.