Часть 3. The End

Яркий свет резанул по глазам, отсекая мрак тоннелей, в которых они провели последние минуты. Леон инстинктивно прищурился, позволяя глазам привыкнуть к свету. Здесь было тепло, но в воздухе витала усталость. Напряжение. Никто не чувствовал себя спасённым. Они все были выжившими, но не спасёнными. Леон незаметно скользнул взглядом по Хоуп. Она стояла прямо, несмотря на усталость, которая проскальзывала в её движениях. Кровь и грязь покрывали её кожу, но выражение лица было непроницаемым. Подумать только. Четыре года назад она была другой. Всё ещё искала себя, пыталась что-то доказать миру. Теперь же… теперь ей не нужно было ничего доказывать. Она стала той, кем и должна была стать. Его пальцы сжались в кулак. Явно не этого он хотел для неё… В бункере было тихо. Президент США стоял в центре комнаты, сложив руки на груди в напряженной позе. Высокий, сдержанный, но с измотанным взглядом человека, который видел слишком многое за свою жизнь. Рядом — герцог и герцогиня Кентские. Их дочь, Шарлотта, крепко держала отца за руку, тонкие пальцы побелели от напряжения. Чуть поодаль — лорд Томас Килпатрик, министр обороны Великобритании, и сэр Алан Рэнсом, глава МИ-6. Холодные взгляды. Изучающие. Недоверчивые. Тишину нарушила принцесса Шарлотта. Она подошла к Хоуп и мягко взяла её за руку. Это было совершенно не по протоколу. Но кому сейчас было до него? — Спасибо… за то, что спасли меня, — сказала она, и её голос дрогнул. — Ты, ой, вы… в порядке? Хоуп замялась. Она знала, какой ответ ждут. Знала, какой ответ надо дать. — Я… вполне, благодарю, Ваше Высочество. Но прежде чем разговор мог продолжиться, резкий, отрывистый голос прорезал воздух, как лезвие ножа. — Кто это, и зачем вы её сюда притащили? Сэр Алан Рэнсом. Леон сразу отметил, как он посмотрел на Хоуп. Не просто с подозрением. Будто на паразита под микроскопом. Будто увидел что-то чужеродное в своём тщательно выстроенном мире. Леон почувствовал, как его кулаки сжимаются сильнее. — Предлагаете бросить девушку умирать? — в его голосе прозвучала сталь. Рэнсом вскинул бровь, лениво переведя взгляд на Кеннеди. — Я предлагаю понимать, кого мы впускаем в бункер, мистер Кеннеди. У нас нет права на ошибки. На мгновение тишина сгустилась. А затем заговорил Президент: — Это не просто девушка. Комната замерла. Все взгляды разом обратились к нему. Президент посмотрел на Хоуп с тревогой. Не как на солдата. Как на дочь покойного друга. — Доктор Хоуп Дайсон, один из ведущих специалистов по биотеррористическим угрозам BSAA. Награждена за заслуги, если вы не помните. Леон заметил, как Рэнсом сжал губы. Этот ублюдок ненавидел, когда его ставили на место. — Может и так, но она вся в крови. Мы не можем рисковать, — теперь голос подал лорд Томас Килпатрик. Его тон был не столь ядовитым, как у Рэнсома, но сомнения читались явно. — Если сомневаетесь — проверяйте, — спокойно сказала Хоуп и вскинула руки. Её голос был ровным. Спокойным. Но Леон знал, что за этим спокойствием скрывается холодный гнев. — У нас нет оборудования, мисс Дайсон, — Рэнсом хмыкнул с таким видом, будто ей должно стать стыдно. Будто он ловко загнал её в угол. Хоуп подняла голову. И в её глазах на секунду вспыхнул огонь. — Оборудование и не нужно. Леон почувствовал её перемену. Он видел этот холодный профессионализм в её глазах с первого дня их знакомства. Она сделала шаг вперёд. — T-вирус проявляется по ряду признаков. Температура тела. Нарушение координации. Судороги. Реакция зрачков. Гиперемия сосудов. Озноб. Она медленно, без единого намёка на смущение, отодвинула ткань платья, обнажая шею и ключицы. — Нет укусов. Нет царапин, — затем подняла подол, продемонстрировав чистую кожу на ногах. Кровь от порезов не имела признаков некроза. — Нет кровотечений. И, наконец, показала запястья. Распахнула ладони, плавно развернулась вокруг своей оси, крепко стоя на ногах в полном сознании. — Достаточно? Тишина. Она растеклась по комнате, пропитывая стены, людей, мысли. Лорд Килпатрик первым разорвал её. — Всем закатать рукава. В зале началось движение. Люди торопливо выполняли приказ. Леон заметил, как кто-то нервно сглотнул. Хоуп наблюдала. Она видела их взгляды. Скептические. Напряжённые. Ожидающие. Но её голос не дрогнул. — Начнём. Она подошла к герцогу Кентскому. Мужчина сидел на деревянном стуле, держа за руку дочь. — Встаньте, пожалуйста. Герцог молча подчинился и расправил сутулые плечи. — Как вы себя чувствуете? Озноб? Головокружение? — Только ужасная усталость, — мужчина закатал рукава. Чисто. — Хорошо. Герцогиня, вы следующая. Женщина нервно кивнула, позволив себя осмотреть. Потом принцесса Шарлотта. Каждый, кого проверяла Хоуп, словно выдыхал с облегчением. Наконец, она шагнула к Президенту США. На секунду их взгляды встретились. В глазах Президента читалась усталость. Но он с слабой полуулыбкой выдал: — Делайте, что нужно, мисс Дайсон. Президент США позволил слабой улыбке коснуться уголков губ. Но усталость в его взгляде не могла скрыться. Хоуп кивнула, скрывая эмоции за привычной маской профессионализма. Ее пальцы быстро нашли его пульс. Ровный. Стабильный. Она оценила реакцию зрачков, осмотрела шею, руки. — Всё отлично, сэр, — коротко произнесла она. Президент задержал на ней взгляд. — Хоуп, — медленно сказал он, с чем-то почти отцовским в голосе. — Ты и была отличным специалистом, но теперь я вижу перед собой суперпрофессионала. Её пальцы невольно сжались. — Спасибо, эм… — отозвалась она, но в голосе проскользнуло напряжение. Она знала, что он искренен. Но эти слова ощущались как удар. Как напоминание. О том, что цена её профессионализма — это всё, что она потеряла. Коротко кивнув, она развернулась и столкнулась взглядом с Леоном. Он стоял чуть в стороне, руки в карманах, но его глаза… Его глаза были направлены только на неё. Хоуп сжала челюсти. — Теперь вы, — сказала она. — Думаешь, я заражён? — Леон не двинулся. — Думаю, я должна это проверить, — ровно ответила она. Он медленно кивнул, когда Хоуп шагнула ближе. Теперь они были лицом к лицу. — Закатайте, пожалуйста, рукава. Леон не торопился. С ленивой грацией, которая была ему свойственна, он закатал рукава и позволил ей взять его руку. Чёрт. Даже через её холодные пальцы он ощутил жар от прикосновения. Она провела кончиками пальцев по его запястью, считая удары пульса. Ровные. Уверенные. Мужчина не сводил с неё взгляда. Неужели она не чувствовала, что внутри совсем не было спокойно от её касаний? — Головокружение? — Вообще или от кого-то конкретного? — его голос был низким, с хрипотцой. Хоуп усмехнулась и наклонилась чуть ближе, оценивая реакцию зрачков, а её пальцы замерли у его горла, чувствуя пульсацию под кожей. Леон не шевелился, ощущая, как её рука задержалась дольше, чем нужно. — Ну как? — почти интимно произнес он на уровне ее уха. Хоуп подняла взгляд. Его дыхание касалось её кожи. Глаза Леона медленно изучали каждую черту её лица, задерживаясь на напряжении в её плечах, на маске спокойствия, которую она надела очень быстро. Он видел её насквозь. И сейчас она ненавидела это. — Всё в порядке, мистер Кеннеди, — выдохнула девушка сквозь сжатые зубы. Она отпустила его руку слишком резко и также резко развернулась, будто ей срочно нужно было уйти. Но Леон всё ещё чувствовал тепло её пальцев. И, чёрт возьми, он не хотел, чтобы оно исчезало. Но… Внезапно Хоуп замерла. Её взгляд упал на одного из агентов. Мужчина лет сорока стоял чуть поодаль, крепко сжимая бок. Что-то в его дыхании было неправильным. Его пальцы чуть дрожали. — Вы, — голос Хоуп стал ледяным, — покажите, пожалуйста, руку. Карлайл не двинулся. — Всё в порядке, — сказал он, но его голос его выдал. Леон, видя эту сцену, почувствовал нарастающее напряжение. Хоуп же медленно шагнула ближе, не видя, как за её спиной напрягся Кеннеди и уже потянулся к пистолету. — Дайте мне свою руку. И тогда она увидела это. Маленькая рана, неровные края. Тишина в бункере сгущалась. Герцогиня Кентская вскрикнула, прикрывая рот руками. Килпатрик вытер вспотевший лоб, а мужчина… уже знал, как на него смотрят. Как на мертвеца. — Код выхода… — его голос сорвался, дыхание сбилось. — 0614. Леон заметил, положил руку на кобуру, но мужчина поднял ладонь, останавливая агента. — Я всё понял… — слабая ухмылка исказила его лицо. — Я сам. Герцогиня прерывисто вдохнула. — Но… — её голос дрожал. — Разве нет шанса? Может, вас можно спасти? Слабая надежда. Хоуп зажмурилась на мгновение. Проклиная себя за то, что не могла дать этой надежде место. Когда она открыла глаза, они встретились с герцогиней. — Сожалею, но… — Почему? — с мольбой в голосе спросила Шарлотта. Хоуп сжала кулаки. — Потому что T-вирус не щадит, — она произнесла это без эмоций. Но внутри всё дрожало. — Антивирус мог бы помочь… Но у нас его нет. Она глубоко вдохнула. — И нет времени. Не успеем. Тишина ударила сильнее любого выстрела. Мужчина глухо хмыкнул. — Могли бы хоть соврать, как вас там… — Вы бы хотели, чтобы я врала? — Хоуп задержала на мужчине взгляд, и тот глубоко вдохнул, оглядев дверь перед собой. Опустил голову и, прислушиваясь к собственному дыханию, он достал пистолет. — В таком случае выбора у меня нет, верно? — мужчина улыбнулся. Дверь за ним закрылась. Секунда. Две. Выстрел. Глухой. Шарлотта прижалась к матери, не в силах издать ни звука. Килпатрик стиснул челюсти. Рэнсом тяжело выдохнул. А Хоуп… уставилась в холодный металл двери. Туда, где только что был живой человек. А за её спиной Леон всё ещё смотрел на неё. Она сжала зубы, не позволяя себе выдохнуть. Ведь каждый раз, когда она выдыхала, её начинало тошнить от этой реальности.

***

Лондон был ранен в самое сердце. Зловещие отблески события отражались в лужах крови и дождя, смешиваясь с рваными тенями людей, спешащих к бронированным машинам. Воздух был пропитан гарью и смертью. Он жёг лёгкие, оставляя привкус пепла на языке. Хоуп стояла в стороне, глядя на огни фар, рассекающие темноту. Только сейчас, когда адреналин отступал, она почувствовала боль. Девушка опустила взгляд. Ноги. Грязные. В порезах. Кровь свернулась, но кое-где ещё блестели свежие потёки. — Дайсон! Она подняла голову. Это был Шон. Мужчина спешно подошёл, его взгляд тут же упал на её ноги. — Чёрт, Хоуп… — он выдохнул, сдвигая челюсть, но Хоуп лишь устало вздёрнула бровь. — Знаю, выглядят так себе, — хмыкнула девушка, но тут же слабо улыбнулась. — Рада, что хотя бы с тобой всё в порядке. Шон улыбнулся в ответ. Но его улыбка была вымученной. Судя по автомату за его спиной, он не только успел эвакуироваться, но и начал зачистку с отрядом. — А я рад, что с тобой ничего не случилось, — он коротко кивнул в сторону машин. — BSAA развернула штаб вон там. Скорая тоже туда подъехала. Пусть тебя осмотрят. Потом всех собирают на базе. Хоуп кивнула. Но это не было согласием. Это было осознанием приказа. Только сейчас Шон перевёл взгляд на Леона. Тот стоял чуть в стороне, разговаривая с коллегой. Шон узнал мужчину, который не спускал взгляда с Хоуп ещё на награждении, и многозначительно бросил взгляд на свою коллегу. — Ладно, не мешаю, но мы ждём тебя. Давай поторопись, ладно? Она кивнула и тут же опустила глаза в момент, когда Леон подошел слишком близко. Его тень легла на её плечо. Хоуп приложила все усилия, чтобы не посмотреть на него, а лишь молча снять с плеч его тяжёлый синий пиджак. Развернувшись к нему, девушка протянула его вещь. — Спасибо… за пиджак и за то, что спас меня. Снова. Леон взял пиджак. И замер. Он почувствовал её морской аромат, впитавшийся в ткань. И это было так знакомо, так до боли привычно. Чёрт. Он хотел сказать что-то, что-то важное. Но всё звучало глупо. Вместо этого он просто смотрел. — Была рада повидаться, — тихо сказала она, — но мне нужно идти. Береги себя, Леон. Бросив фразу, она ушла. Медленно, не оборачиваясь, и Леон не сделал ни шага, хотя мог. Мог взять её за руку, притянуть к себе. Сказать ей о чувствах, извиниться за то, что у них ничего не получилось. И даже, возможно, попросить второй шанс. Но она ушла. А он просто смотрел вслед. Снова. Чёрт возьми, снова. Его пальцы сильнее сжали пиджак, словно сжимая что-то большее, что-то, что он терял раз за разом. С Адой. С Хоуп. — На мне точно, блять, проклятье, — разозлившись на себя, выдохнул Леон и пошёл в другую сторону к машинам Президента. Подальше от неё и от того, чего не мог удержать.