Часть 27. Lonely Day

Стеклянные двери бесшумно разошлись, впустив фигуру в тёмном пальто. Капюшон был откинут, с него медленно стекали капли дождя. Мужчина прошёл внутрь, не оглядываясь. Тяжёлые ботинки гулко стучали по мраморному полу. Он шёл прямо, будто знал путь, хотя, возможно, был здесь впервые.   На ресепшене молодая женщина с аккуратно собранными волосами подняла глаза от монитора, слегка удивившись. — Доброе утро… — начала она, но оборвалась, когда он молча положил на стойку удостоверение.

Крис Редфилд. BSAA. Спецподразделение.

Она взглянула на имя, потом — на него. Его лицо она не знала. Но имя слышала. Не каждый день такие заходят в главный офис без охраны и приглашения. — Вас ждали, мистер Редфилд. Сектор «А», третий уровень, доступ подтверждён, — она быстро провела карточкой по считывателю, выдала пластиковый пропуск и наклонилась к коллеге. — Джей, можешь поднять уровень допуска по «R3-протоколу»? Крис ничего не сказал. Просто взял пропуск. — Эм… если вы хотите, я могу вас сопроводить… Там немного запутанная навигация, особенно в новом крыле... — Не надо, — коротко бросил он, уже отходя от стойки. — Просто… у нас в системе указано, что вы не были здесь с открытия нового корпуса. Я могла бы показать. Он остановился. Обернулся. Его взгляд — ровный, усталый, будто она заговорила с каменной стеной. — Я разберусь. Спасибо. — Ну… ладно. Удачного дня, — натянуто ответила она, пытаясь сохранить дружелюбие, хотя его тон и вежливость были сделаны на грани автоматизма. Крис снова пошёл, пропуск скользнул в карман. Под пальто — тень тяжёлого кейса и намёк на пистолет у бедра. Коллега девушки тихо наклонился ближе, пробормотав: — Это тот самый Редфилд? — Ага, живой и в мрачном пальто. Прям как из хренового шпионского фильма. — У него такой вид, будто багаж потерял... — …или лично уложил в чемоданы команду террористов. Они переглянулись, но Крис уже скрылся за углом. Мужчина поднимался медленно, неся кейс, словно тот ничего не весил. В голове пусто. Усталость гудела в мышцах, как глухой звон. Он не спал почти сутки. Перелёт из Штатов, пересадки, смена часовых поясов, проверки, пересечения трёх границ — всё это часть рутины. Лондон ненавидел. Город-сырость, воздух пахнет плесенью или дерьмом. Всё, как в штабах BSAA по миру — холодно, аккуратно, идеально. Только здесь больше лоска, что Крис ненавидел до жути. Металлическая дверь со сканером. Красная полоса. Он приложил пропуск. Щелчок. Зелёный огонёк. Дверь открылась. Он шагнул внутрь, не оглядываясь.

***

Монотонное гудение вентиляции и далёкие голоса за стеной. Конференц-зал освещён мягким серым светом из жалюзи, за которыми — непогода.   Хоуп сидела в медицинском халате поверх повседневной формы. Внутри всё гудит. Не от кофеина, не от недосыпа и напряжения. Молчаливого, вязкого. Вчера почти не спала. Бессонница, мысли, короткая строчка в поисковике: можно ли... если... спустя... — удалить историю легче, чем забыть её содержимое.   На другом конце стола — Ник. Бескомпромиссный, точно выточенный. Только взгляд режет, как лезвие. Не улыбается, не играет. Уже нет. — Мы с тобой оба понимаем, Хоуп, что это расследование буксует, — он говорил, глядя прямо на неё. — И я просто пытаюсь понять — на каком этапе Кеннеди? Хоуп не подняла взгляд, продолжая листать данные на планшете. — Всё, что у нас есть, отражено в его отчётах, — отрезала она спокойно. — Всё по протоколу.  Каждый шаг задокументирован. Ник скрестил руки на груди, прищурившись. — Это всё, что ты можешь сказать? — Это всё, что я должна говорить, — её голос стал чуть тверже. — Ник, у нас нет времени на разборки. Всё, что тебе нужно — в отчётах Леона. И у каждого из нас своя зона ответственности — я не отвечаю за его работу.  — Хоуп, — Ник подался чуть вперёд, — создаётся впечатление, что вы вообще не особо работаете. Хоуп медленно оторвала взгляд от экрана. — Много ты знаешь, — твердо сказала Хоуп. Телефон Хоуп завибрировал на столе. Уведомление высветилось, как спасательный круг:

Уведомление: Прибытие. Зарегистрирован агент BSAA. Имя: Крис Редфилд. Встреча назначена Хоуп Дайсон.

Она посмотрела на экран, прищурилась. — А вообще, Ник, — сказала она, пряча телефон в карман халата, — пойду встречу того, кто, в отличие от некоторых, делает свою работу. Она уверенно направилась к выходу, не дожидаясь ответа. Дверь захлопнулась, оставив ощущение напряжения, как после выстрела, приглушённого звукоизоляцией.

***

Хоуп вышла из конференц-зала, закрыв дверь чуть громче, чем следовало. На мгновение она остановилась, перевела дыхание, словно стряхивала с себя всё, что только что сказала. Затем направилась по длинному коридору, приложив пропуск к панели. Сектор «А», изолированная зона. На повороте она заметила движение. Высокий, внушительный мужчина стоял у окна, слегка повернувшись к свету. Тёмное пальто, широкий силуэт, рука в кармане. Он стоял, как будто слушал гудение вентиляции здания. Пальцы едва касались металла у окна, словно оценивал текстуру. Хоуп подошла ближе. Мужчина не пошевелился, но оставался настороженным, как зверь в чужой клетке. Когда он обернулся, взгляд мгновенно остановился на ней. Хрупкая, молодая, светлые волосы убраны в небрежный узел. Под белым медицинским халатом — простые тёмные брюки и чёрная блузка. Редфилд не знал, чего ожидал: седого профессора в очках с планшетом или худощавого ботаника, который нервно теребит бейдж и путается в терминах. Но никак не блондинку, которая едва доставала ему до пупка.  — Крис Редфилд? — коротко спросила она, протягивая руку. Крис ответил жестом и ощутил, как маленькая ладонь крепко сжала его — на равных. Без подыгрывания. — Хоуп Дайсон. Курирую лабораторию. Добро пожаловать в Лондон, — добавила она с лёгким, почти дружелюбным полутоном. Крис кивнул. — Спасибо, — отозвался он низким голосом с хриплой обволакивающей ноткой. — Мне бы хотелось передать груз сразу. Без формальностей. — У нас с этим просто. Кофе мы обычно предлагаем вторым курсом, — она сделала шаг вперёд и кивнула. — Лаборатория в двух секциях отсюда. Пройдёмте? На ходу она коротко взглянула на него. Они пошли рядом. Хоуп чуть опережала, но не настолько, чтобы это казалось демонстрацией какой-то важности в этих стенах. — Устали с дороги? — бросила она, не оборачиваясь. — Я в самолётах не меньше, чем на земле. Уже не замечаю. Хотя Лондон... — он на секунду повернул голову к окну. — Утомляет немного.  Они немного помолчали, преодолев полпути, когда Хоуп снова обернулась.  — Значит, вы из Американского отделения? — она глянула на него быстро.  — Вы, судя по акценту, тоже далеко не британка.  — Переехала из Америки по приглашению BSAA.  Крис посмотрел на неё чуть внимательнее.  — Из какого штата? — Миннесота. А вы? — Миссури, — буркнул Редфилд. Хоуп хмыкнула, чуть склонив голову. Её профиль, освещённый мягким светом ламп, казался почти беззащитным. Но Крису почему-то показалось, что только на первый взгляд.  — Никогда не подумал бы, — произнёс Крис, глядя на неё исподлобья, — что здесь встретится кто-то из своих. Особенно… Он чуть опустил взгляд, как бы невзначай. — …настолько не соответствующий ожиданиям. — Вы хотите сказать, я выгляжу как фармацевт на подработке? — Я хочу сказать, у вас взгляд, как у опытного оперативника. А вид — как у человека, которого случайно закинули в эти стены.  — Компактная комплектация лучше переносится по лестницам и в экстренных эвакуациях. — Удобно, — признал он. — А вы, похоже, привыкли мерить всех по боевой шкале. — Привык, — коротко ответил он. Они подошли к массивной двери. Светлая панель мигнула приветливо. Хоуп остановилась, достала карту-пропуск, провела по сканеру и приложила ладонь к биометрическому сенсору. Дверь ответила коротким звуком, замки сработали. — Добро пожаловать в лабораторию, — голос Хоуп стал чуть тише, как будто это не формальность, а личное приглашение. Двери медленно разошлись с лёгким металлическим шипением. Холодный, стерильный воздух ударил в лицо. С потолка струился ровный голубовато-белый свет. Всё в помещении дышало точностью и контролем: капсулы с образцами, матовые экраны, голографические терминалы. Ни пылинки, ни хаоса. Редфилд вошёл первым, держа кейс как часть тела. Он задержался у порога, сканируя пространство: выходы, камеры, вентиляцию. Привычка.  Хоуп последовала за ним и направилась к рабочей станции у стены. — Платформа здесь, — указала она. — Температура стабилизируется автоматически. Внутри уже готов биоконтейнёр.  Крис молча поставил кейс. Открыл защёлки, набрал код. Замок сработал, и под крышкой оказался цилиндр в защитном гнезде — капсула, покрытая лёгким инеем, с индикаторами заморозки и слежения. Она внимательно посмотрела на груз, не касаясь. — Это он? — негромко. — Да. Внутри. Хоуп чуть кивнула. Крис её нёс как груз и как спасение. — Я передам в работу сразу. Доктор Кингсли будет на линии в течение часа. Крис посмотрел на неё чуть дольше, чем прежде. А потом произнёс: — Вы держитесь. Спокойно, чётко. Не часто встречаешь это в лабораториях.  Они помолчали, и впервые за всё время пауза не казалась тяжёлой. Хоуп поставила вакцину и сделала шаг в сторону, снимая перчатки. — Так что насчёт кофе? Он не горячий и не вкусный, но зато можно заклинить кнопку и получить два за один. Крис на секунду приподнял бровь. Лёгкое движение уголков губ. Почти улыбка. — Тогда я обязан это проверить. Она кивнула. — Отлично. Выдвигаемся. Сектор «Б». Не стрелять, если кто-то предложит заменить сахар на стевию. Он хмыкнул, идя за ней. Дверь лаборатории за ними закрылась. Свет снова стал ровным. Система зафиксировала вакцину. 

***

Они шли по коридору к кухне — шаги тихо отдавались от стеклянных панелей. Воздух был прохладен, а свет — чуть тусклее обычного, как будто день только начинался, хотя за окнами уже давно полдень. На перекрёстке появился Ник. Он спешил, но заметил их и замедлился. Его лицо изменилось: появилась служебная улыбка, слишком аккуратная, чтобы быть искренней. — Новенький? Или нас проверяют? — голос лёгкий, почти шутливый, но в нём сквозил контроль. Крис остановился. Медленно повернул голову. Его лицо — ровное. Ни улыбки, ни интереса. Взгляд короткий, оценочный. — Просто проездом, — ответил он. Ник не спешил. Сделал пару шагов ближе. — Ник Росси. Заместитель министра обороны. И временно, — он чуть наклонил голову в сторону Хоуп, — координирую деятельность этого штаба. Крис посмотрел на него. Никаких движений лишних. Лишь короткое кивком представление: — Крис Редфилд. BSAA. Североамериканское отделение. Имя прозвучало, как выстрел — коротко и глухо. На секунду Ник замер. Почти незаметно. Как будто кто-то задел его броню. — Редфилд… — повторил он. — Мы, кажется, не ожидали гостей такого уровня. Крис чуть наклонил голову. Почти дружелюбно. Почти. — Я здесь по доставке. Антивирус. Через пару дней — обратно. Он умолчал о деталях. О настоящем задании. О причинах, по которым такой груз доставляют лично, а не дипломатической почтой. — Ну… всегда рад союзникам, — произнёс Ник. Чуть потянул улыбку. Пытался сгладить. Протянуть невидимую руку. — Может, позже пересечёмся. Хотел бы услышать ваши соображения по поводу некоторых наших протоколов. — Сейчас я бы предпочёл кофе, — вежливо, но отстранённо ответил Крис. — И немного тишины после дороги. Ник на миг задержал взгляд на Хоуп, которая вцепилась в него взглядом. Крис это тоже уловил. — Конечно, — кивнул Ник. — Не буду мешать. Увидимся позже. Он шагнул в сторону и почти сразу ускорился, словно вспомнил, что куда-то спешил. Крис и Хоуп продолжили идти. Молчание между ними тянулось несколько секунд. Потом Хоуп тихо выдохнула, почти беззвучно. — Удивительно, как у него хватает времени быть везде, где не надо… Крис хмыкнул. — Есть люди — как вирусы. Их не убить. Только на время изолировать. Она фыркнула. По-настоящему, коротко. — Вирусы. Они хотя бы предсказуемы. Крис кивнул. — Ладно. Кофе. До того как кто-нибудь ещё решит проверить мой уровень дружелюбия. Они свернули за угол, оставив позади звук шагов и тень человека, которого никто не звал, но который всегда был рядом. Комната отдыха на втором этаже напоминала офисную кухню: два мягких кресла у окна, автомат с напитками, выцветший диван с вмятинами и стол, где забывали кружки. Здесь было теплее, пахло растворимым кофе, пылью и чем-то сладким — остатками завтрака. Хоуп вошла первой, огляделась и достала два одноразовых стакана. Сунула монеты и капсулы в автомат. — Не панацея, конечно… но должен взбодрить, — пробормотала она, нажимая кнопку. Крис уселся на один из стульев, скинул пальто, бросив его на спинку рядом, а следом шумно выдохнул и потянув шею. — Пойдет, спасибо.  — Вот. Остатки печенья. История умалчивает, сколько ему лет, но текстура вроде живая. Он взял одно, понюхал, хрустнул. — С привкусом пыли. Идеально. Хоуп фыркнула и протянула ему стакан. — Извини, он не горячий, и как всегда, впрочем. Крис кивнул, взглянув на девушку более внимательно. В её движениях была лёгкость, но глаза оставались напряжёнными. Он пока не понимал, что вызывало это напряжение. Хоуп села напротив. Между ними — стол и пар, поднимающийся от стаканов. Наступила минутная тишина, и вдруг дверь открылась. Они едва успели сделать по глотку, когда раздался знакомый голос. — А мне будет кофе?  Леон вошёл не спеша и тут же заметил Криса. От такой неожиданности он замер на секунду. Крис тоже чуть поднял голову. И медленно, без удивления, выпрямился. Крис поднял глаза. Уголки рта чуть дрогнули. — Ну надо же. И ты здесь. Леон подался вперёд, пожал ему руку. — Смотри-ка, — усмехнулся Леон. — А я думал, ты всё ещё где-то гоняешься за террористами.  Крис приподнял бровь. — Рад знать, что тебя ещё не сожрали в какой-нибудь канализации. — Меня? Никогда. Хоуп моргнула, переводя взгляд с одного на другого. — Подождите, вы двое… Крис кивнул. — Леон — хороший друг моей сестры. Мы пересекались. Леон улыбнулся и посмотрел на Хоуп. Он не подошёл сразу к автомату, а бросил взгляд на диван, где лежал серый служебный плед. — Села под кондиционер, — пробормотал он, подходя ближе, и накинул плед ей на плечи. Движение было точным и привычным, как будто он делал это не в первый раз. Хоуп поправила плед, чтобы он не сползал, и подняла глаза, встретившись взглядом с Крисом. Тот спокойно сидел с лёгким наклоном головы, будто отмечая факт. Он хмыкнул, делая глоток. Леон налил себе кофе, встал у автомата и прислонился плечом к стене. Он сделал глоток и скривился. — Всё-таки это не кофе. Это наказание за всё, что мы сделали. Хоуп фыркнула: — Зато не три в одном. — Убедительно, — хмыкнул Леон. — Ладно, беру слова назад. Не самое худшее, что я пил. Леон продолжал стоять, грея руки о кружку. Он молчал, но его взгляд скользнул к девушке, которая всё ещё сидела с пледом, глядя в пар, поднимающийся из её стакана. Наступила тишина. Не гнетущая, но тягучая, почти уютная. Крис потянулся и встал. — Раз мы тут встретились… — бросил он взгляд сперва на Хоуп, потом на Леона. — Сегодня у меня вечер свободный. Я бы выпил.  Леон отвлёкся от своих мыслей и посмотрел, чуть сощурившись. — Пожалуй, это лучший план, как насчет паба?  Леон кивнул Крису, но говорил в сторону Хоуп: — Ты ведёшь, ты здесь почти местная. — Я вас не подведу, — сказала она, собирая их стаканы. — Организую даже традиционные закуски.  Крис неспешно встал. Накинул пальто, привычным движением поправил плечи, будто возвращая на себя привычную броню. — Отлично. Мне нужно заскочить кое-куда. Есть информация, которую я должен передать лично. Связь по старой схеме, — произнёс он как бы между делом, но с долей иронии. — Через четыре часа. Киньте адрес. — Сделаем, — ответил Леон. Крис почти достиг выхода, но замедлил шаг. Он повернул голову, чтобы поймать взгляд. Хоуп стояла у раковины, когда Леон приблизился и, протянув руку, осторожно коснулся её спины на уровне лопаток. Крис покачал головой и отвернулся. Это не его дело, хотя он и не одобрял происходящее.