4. Точка невозврата

— Тогда Я и Лик отправимся к себе в лес, — сказал Майк. — Увéдомите если узнаете что-то. — Хорошо, но имейте в виду, что нам может потребоваться ваша помощь, — ответил Нулл. — Без проблем, — одновременно ответили братья и исчезли. Кассандра тяжело вздохнула.  — Я никогда не была в далёких землях. — Боишься, что не выдержишь телепортацию? — спросил Энтити. — А что можно не выдержать?! — встрепенулась девушка, на что тот улыбнулся. — Что за бред, Эн? — закатив глаза, спросил Нулл. — Пару минут назад ты мне казался очень серьёзным. — Я всегда серьёзен, просто пытаюсь разбавить обстановку, — в голос засмеялся 303. — У тебя плохо получается, — ответил Нулл, после чего повернулся к девушке. — Тебе не обязательно идти с нами, можешь отправиться в Крепость Незера, доложить о том, что мы нашли. — Хорошо! — оживлённо ответила Кассандра. На этом все трое разошлись. [Далëкие Земли] Далëкие Земли — это место, которое редко виделось глазам людей. Площадь, покрытая серо-зелëными землями и густыми туманами, казалась бескрайним миром, не имеющим начала или конца. Это было место, где пространство теряло свою привычную форму, где даже звуки становились искажёнными и глухими. И именно здесь Энтити и Нулл шли вперёд, исследуя его странности. 303 шëл первым, его алые глаза блестели в тумане. Он никогда не боялся таких мест, но сегодня что-то было не так. Энтити шел, как всегда, уверенно, но внутреннее беспокойство лишь усиливалось с каждым шагом. Это ощущение неизвестности не давало ему покоя. Нулл, поглощëнный собственной тенью, шëл следом. Его яркие глаза, пробегали по ландшафту, пытаясь уловить источник этой странной ауры. Они продолжали двигаться вперёд, их шаги оставляли лёгкие следы на пыльной земле. Внезапно туман стал гуще, и перед ними возникла аномалия — невидимая стена, как будто разделяющая пространство на две части. 303 сделал шаг вперёд, пытаясь почувствовать, что это было. Он протянул руку в сторону невидимой стены. Мгновение, и воздух вокруг его когтистых пальцев исказился. — Не помню, чтобы здесь была стена, — ответил Энтити. Нулл молча наблюдал за происходящим, его глаза рассматривали и анализировали, как плотность пространства реагировала на прикосновение 303. Он видел, как волны энергии двигались по направлению руки Энтити, исчезая в пустоте. — Это похоже не стена, а какая-то структура. Мы столкнулись с чем-то, что нарушает основы этой локации, — серьёзно сказал Нулл. Энтити отступил назад, его взгляд зафиксировался на странных трещинах в воздухе, которые начали появляться у той структуры. Трещины были не обычными, как на камне или дереве. Они излучали холодный, металлический блеск. Вдруг, в самой сердцевине структуры, возникла маленькая вспышка света. Она была едва заметна, но смогла привлечь внимание обоих. — Ты видишь, ощущаешь это? — спросил Энтити, обернувшись к напарнику. — Да-да, вижу и ощущаю, как и ты... код. Он новый, но явно программированный не кем-то из нас, — низким голосом произнёс он. — Могу предположить, что это нечто отделяет нас от чего-то... — с загадочной интонацией ответил нулевой. Энтити сделал несколько шагов назад, его лицо было скрыто в тени капюшона, но его глаза ярко светились в темноте. Медленно наклонив голову, его взгляд устремился на странное явление. Зрачки сузились, превращаясь в узкие вертикальные щели, острые и тревожные, как у хищника, готового к нападению. К этим белым линиям проснулась острая заинтересованность, словно что-то невидимое тянуло его к исследованию этого неизвестного феномена. Глаза блеснули ярким светом, и он буквально ощутил, как каждый мускул его тела напрягся в ожидании. — Ты прав. Я думаю это место создано с намерением. И мы здесь одни точно не одни, — ответил 303. — Но больше интересует, почему теперь этот "барьер" так близко? И в этот момент, когда оба существа стояли, оценивая ту странную аномалию, в воздухе повисла тишина. [Лаборатория Дредлорда] Кассандра появилась в тронном зале, но там никого не оказалось, тишина давила. В такое непонятное время, не хотелось оставаться одной. Девушка решила спустится в лабораторию Некроманта, возможно кто-то из еë знакомых там. Всё равно надо доложить о находках. Кассандра остановилась перед дверью, задержав дыхание. Несколько раз подумав и тяжело вздохнув, она плавно толкнула дверь и вошла в лабораторию. Загадочный свет магического происхождения мягко освещал столы с древними книгами и странными устройствами. Некромант сидел за столом, его руки, в черных перчатках, крутили какие-то зелья, рядом стоял Херобрин. Перед ним развернулась панель из цифровой структуры. Полупрозрачная, с хаотично движущимися фрагментами кода, она зависла в воздухе. Края её пульсировали синим, но в центре было нечто иное: знак, напоминающий око, и сотни строк под ним, всё ещё переписывающиеся в реальном времени. — Здесь точно что-то изменилось, Дред, — бросил он через плечо, не отрываясь от панели. — Код... казалось бы, никак не поменялся... Дредлорд тихо фыркнул, не отрываясь от пузырящегося зелья. — Не смотря на все попытки, всё ещё думаешь, что этот мир можно переписать, как старый файл? — спросил Некромант. — Ты проверяешь код уже в четвëртый раз, и все разы идентичны первому, ничего не изменилось. — Я знаю, что можно переписать, разве что, вопрос времени, — в голосе Херобрина звучал холод, почти надменность. Дотронувшись до панели, она исчезла, рассыпавшись в искры, будто никогда не существовала. Девушка наблюдала в тени за их разговором, и как только оба смолкли, она привлекла их внимание стуком в дубовую дверь. Херобрин обернулся первым. — Узнали что-нибудь? Кассандра остановилась, на миг прикусив губу. Затем тихо, но чётко заговорила: — Вроде ничего критичного... пока, — она скрестила руки. — Энтити сказал, что в мире появились новые NPC. Они не созданы по алгоритмам и не принадлежат никому из нас. Они просто... есть. — Их поведение? — спросил он. — Полная пустота. Они стоят, смотрят и реагируют только на приближение... иногда. Словно ждали чего-то, — Кассандра перевела взгляд на алхимический круг, и её голос стал тише. — Нулл заверил, что граница мира сдвинулась. Старые координаты больше не приводят в те же точки. Дредлорд поднял взгляд. Его глаза сверкнули ярче. Херобрин молчал, но его рука вновь дрогнула, где-то в пустоте, не касаясь стены, он снова вызывал интерфейс. — NPC без цели... и движущаяся граница, — тихо произнёс он. — Ветер перемен, не так ли? Дредлорд хмыкнул, его взгляд стал жёстче. — Не люблю ветер. Он сдувает маски... даже с тех, кто думал, что лица у них нет, — после этих слов, некромант снова увлëкся зельем. Херобрин не сводил взгляда с голографической панели, на которой разгорались строки кода. Он провёл пальцем по воздуху, и один из символов запульсировал алым. — Смотришь, и тебя видят. Двигаешься и что-то двигается в ответ, — голос его был спокоен, но в нём сквозила какая-то загадочность. — Вы о чём, Херобрин? — нахмурилась она. Он поднял на неё взгляд. Его глаза в этот момент вспыхнули короткой искрой. — Некто вплёл себя в фундамент этого мира. Он наклонился ближе к панели, пальцы задержались над одной из строк кода. — Кто-то, кто знал, что мы явно будем смотреть, наблюдать за происходящим. Дредлорд, наконец, поднял голову, медленно выпрямляясь. Он что-то нашёл в зелье и смотрел вглубь фиолетового тумана, как будто пытался различить что-то далёкое. — Тогда согласен, это точно ветер перемен, — загадочно произнëс Дредлорд. Кассандра почувствовала, как по позвоночнику скользнул холод. А Лорд обернулся к своему старому другу. Дредлорд повернулся к ним и сделал шаг вперёд. — Кто-то заложил ловушку и надеется, что мы в неё попадём, — Некромант смолк, после чего кратко продолжил. — Или уже попали. Тишина в лаборатории Дредлорда была прервана внезапным, тревожным гудением. Панели затряслись, будто в ответ на этот сигнал, и начали колебаться. В темном углу лаборатории стоял Херобрин, напряженно наблюдая за дрожащими экранами. Он привык к абсолютному контролю, но неизвестность выбивала его из колеи. — Добро пожаловать в Проект: Цифровая тюрьма! — голос прозвучал резко, как металлическое эхо, и тут же разнесся по помещению. — Уверен, каждый из вас задаётся вопросами. Что произошло? Как ваши тела оказались здесь? Что это за место? Херобрин выпрямился. В груди защемило, он издал резкий вздох, будто удар током прошёл по телу. Кассандра сжала кулаки, а Дредлорд не двинулся, но его взгляд потемнел. — Всё достаточно просто! Перед вами параллельный мир, который... О!... Удалось создать. Голос всё ещё вибрировал в воздухе, как остаточный гул после взрыва. Панели на стенах мигнули багровым, алхимические склянки задрожали, и в воздухе будто повис вкус электричества. Херобрин застыл, его глаза, светящиеся, без зрачков, в этот момент вспыхнули ярче, и он прищурился. Кассандра подошла ближе к алтарю анализа кода. Её пальцы бегали по голографическому интерфейсу, вызывая карту мира, она оказалась искажена. Дредлорд отошел от зельеварки, тяжело опершись на стол. Его лицо было хмурым, как надвигающийся шторм. — А теперь главное, — продолжил голос уже почти с насмешкой. — Вас здесь две тысячи человек. И, полагаю, каждый хочет вернуться обратно в реальность. В свой мир! Для этого вам понадобится особый артефакт. Тот, кто получит его, сможет выбраться отсюда. Но есть маленький вопрос... кто именно выйдет обратно? Один человек? Целая группа? Или никто? Всё зависит только от вас. Здесь нет правил. Нет морали. Нет ограничений. — Две... тысячи? — тихо прошептала она, будто сама пыталась осознать услышанное. — Тогда это целый сервер... Херобрин молчал, стоя у панели с символами, его белые глаза отражали мельчайшие импульсы света с голографических кодов. Он не обернулся, только произнёс: — Значит, кто-то зовёт на арену. Много игроков, значит много отвлечений. Шум, смерть и... пыль на следах того, что по-настоящему важно. Некромант всё еще был в раздумиях. Он закрыл пробирку с бурлящим составом и только после этого медленно обернулся. Херобрин провёл рукой по панели. Экран мигнул, а коды на мгновение исказились. — Мы не знаем, что это за артефакт, — тихо добавил он. — Но... Кассандра обернулась к нему резко: — Вы его чувствуете? — Нет. — Херобрин усмехнулся. — Но интуиция подсказывает, что есть тот, кто его знает. — И самое важное, о чём вам стоит помнить о ваших жизнях. На ваших руках находятся браслеты, отображающие количество сердец. Каждый из вас способен терять их и восстанавливать: с помощью еды, зелий и всего того, к чему вы привыкли в Minecraft. Но есть одно отличие, — почти ласково продолжил голос. — Когда ваши сердца закончатся... вы не воскреснете. Херобрин стоял, сложив руки за спиной, о чем-то задумавшись. Его глаза были направлены в никуда. Дредлорд резко поставил колбу на стол, развернулся, мантия заскользила за ним по полу.  — Это идеальная ловушка, — процедил он. — Бессмертные наблюдают, как смертные рвут друг друга в клочья. Кто-то вложил в это нечто большее, чем просто безумие.  Кассандра смотрела на свои руки.  — Ну... Мы хотя бы за гранью их правил. Внезапно появились Алексбрин и Войд. Пустотный был знаком с непредсказуемостью миров. Когда он поднял голову, его фиолетовые глаза встретились с Херобрином. — Что думаешь об этом? — спросил Войд. Его голос был тихим, почти не слышным. — Сложно сказать... но возможно, будет интересно, — ответил белоглазый, покосившись на голографическую панель. [Далëкие Земли] Холодные ветры качали деревья на разрушенных землях, но сама тишина была непреклонной, лишь эхо происходящего вокруг, вторило мысли сущностей. Голоса давно стихли, но пустота ещё вибрировала механическим эхом. Энтити стоял, сложив руки на груди, глядя в пульсирующую трещину в воздухе, ту самую, где накануне воздух искривился и пиксели стекли, как кровь с раны. Его зрачки: узкие, острые, кошачьи, как лезвия, блестели ледяным интересом.  — Две тысячи, — он произнёс слова не как цифру, а как приговор. Он провёл пальцами по воздуху, вытягивая из пустоты панель, где символами были выведены новые параметры мира. Нулл, сливающийся с тенями, шагнул вперёд. Его голос был глухим, будто исходил из-под земли:  — Граница мира сместилась, мир стал шире, но в то же время плотнее. Система стала агрессивной, — он взглянул на Энтити. — А артефакт... Он не прописан в коде, — Энтити приподнял бровь, на губах играла сухая усмешка. — Вернее, не на этом сервере. Если я правильно понял, то мир состоит из нескольких серверов. Он щёлкнул пальцами и в воздухе появилось проекционное изображение: браслет, обвивающий запястье игрока. Внутри алый индикатор сердец, пульсирующий, как живое.  — Ограничение жизни, мониторинг и контроль, — он повернулся к Нуллу. — Прям подчёркивается неизбежность. Нулл поднял глаза. — Но если о них забудут в реальности, как будто их не было...  — …значит, кто-то играет на существование, — перебил 303. — Это эксперимент на онтологию. — Не помню, чтобы ты когда-то философствовал. Они оба замолчали. Пауза между ними была тяжелее, чем мрак вокруг. — А если артефакт даст выход, — тихо произнёс Нулл, — Значит, у кого-то есть ключ от тюрьмы, которую мы даже не видим. — У кого-то... — прошептал Энтити. — И мы обязаны его найти. [Тëмный лес] Лик шел немного впереди, настороженно осматривая каждое дерево и куст. Майк, как всегда, шёл позади, неспешно перебирая мысли в голове. — Что думаешь об этом? — Лик остановился, повернув голову к брату. Майк чуть прищурился, его взгляд скользнул по темному лесу, но не задерживался на каких-то деталях. Он не мог перестать думать о том, что они только что услышали. — О чём именно? — его голос был ленивым, но с едва заметным оттенком интереса. — О том, что 2000 игроков, как крысы, ринутся за артефактом? Или о том, что это, черт возьми, параллельный мир? Лик усмехнулся, его глаза сузились, словно он чувствовал, что этот мир дышит по-своему, и что-то настоятельно требовало внимания. Майк покачал головой, подёргал плечами, затем выдохнул. — Не знаю. Слишком много всего загадочного, иронично, что наше происхождение для кого-то тоже. Но... — он скосил взгляд в сторону, как будто что-то скрывал. — Что-то говорит мне, что этот артефакт... Мы должны найти его первыми. Я имею в виду... не конкретно мы, а мифы. Лик закрыл глаза и прошёл несколько шагов, не отвечая. Остановившись, он посмотрел в сторону, где над лесом нависала едва различимая фигура какого-то дерева с необычным, словно магическим светом. — Майк, этот артефакт, он даёт какую-то невероятную силу, что если он опаснее, чем мы думаем? Майк пожал плечами, его лицо оставалось невозмутимым. — Артефакт или не артефакт, всё равно это не остановит никого из нас. Лик резко повернулся к Майку. — Ты прав, у нас нет другого выбора. Если мы не будем действовать, кто-то другой использует его... и никто не может быть уверен, что это не отразится на нас. Майк посмотрел на него слегка посмеявшись. — Мы будем использовать всё, что можем. Даже если придётся нарушить правила игры. Мы всегда так делаем. Лик кивнул. Они продолжили двигаться в темноту, понимая, что на этот раз всё будет иначе. [???] Зимбер стоял в центре огромного зала, окружённого острыми тёмными камнями. Пламя тусклых факелов освещало его лицо, когда он слушал странный, механический голос, звучащий в его голове. Слишком много вопросов, и слишком мало ответов. Он был озадачен, но быстро принял информацию. Внутри его разума уже складывались планы, не мог позволить себе тратить время на паники и сомнения. — Параллельный мир... — произнёс он тихо, но его голос был низким и глубоким. Дедли, стоявший чуть в стороне, скрипнул зубами, его тело было напряжённым, а взгляд острым и решительным. — Механический голос... — произнёс он с ненавистью, его слова вырывались сквозь стиснутые зубы. — Похоже на новую форма контроля. Долорес, хмыкнул и обвёл взглядом остальных. Он подошёл ближе к Зимберу. — Если это реально параллельный мир, то мы можем столкнуться с чем-то гораздо более мощным, чем ожидали. Эрнеш стоял, как будто не обращал внимания на происходящее. Но его выражение лица выдавало его сомнения. Он прислушивался, каждый его нерв был натянут, как струна. — "Игра" стала не игрой. И мы не можем быть уверены, что те 2000 игроков это просто жертвы системы. Если этот голос создаёт такую атмосферу, то значит, он не просто наблюдает, он явно вмешивается, — его голос был тихим, почти шепот, но все могли ощутить напряжение в каждом слове. Зимбер развернулся, его взгляд был холодным и решительным. Он прошёл к экранам, снова глядя на загадочные коды, которые мелькали на панелях. Он сделал шаг назад, обдумывая, что услышал. — Если кто-то создал этот "параллельный мир", он имеет огромную власть, и я не думаю, что просто так сдастся. Мы должны найти его слабости, узнать, кто за этим стоит. У нас есть шанс стать теми, кто будет контролировать их игру. Эрнеш подошёл ближе, сжимая руки в кулаки. — Насколько я понял, механический голос просто инструмент. Инструмент того, кто стоит за этим миром. Но как только мы найдём артефакт, этот инструмент перестанет быть нам препятствием. Мы с ним справимся, — его тон был решительным. Долорес покосился на панель с кодами. — А что, если этот голос всë-таки не просто инструмент? Мы ведь не знаем, кто стоит за этой системой. Что если этот голос стал частью мира, а не просто созданием? Мы столкнулись с чем-то, что нельзя просто контролировать или использовать как оружие. Зимбер усмехнулся, его взгляд был проницательным и острым, как лезвие. — Не будь таким параноиком, Долорес. Это не мир, где можно оставаться пассивным. Если мы не примем участие в этой игре, нас просто вытолкнут. Дедли стоял в углу, словно скрываясь ото всех, его взгляд был устремлён в пустоту. Он прислушивался к каждому слову механического голоса, пытаясь улавливать его тон и намерения. — Браслеты. Связанные с жизнями игроков... — его голос был тихим. — Если они теряют все сердца, то исчезают... полностью исчезают. Как будто их никогда не существовало. Как это возможно? Как такой механизм может работать с реальностью? — Он был озадачен, хотя в его глазах всё равно горела решимость. — Очевидно, профессионал стоит за этим. Взгляд Зимбера упал на Эрнеша. — И что ты предлагаешь? — спросил он спокойно. — Поставить под сомнение всё, что нас окружает? Мы всегда знали, что мир может измениться. Теперь у нас есть шанс разобраться, кто стоит за этим всем и что нас ждёт за этими стенами. Дедли, не желая оставаться в тени, развернулся и подошёл к панели, где отображались данные. Он изучал её, сосредоточившись на информации о том, что артефакт был способен вернуть игроков в реальный мир. К сожалению, ничего не было найдено. — Артефакт... — пробормотал он, подходя к остальным, — этот артефакт, о котором он говорит. Он может вернуть всех от сюда или только игроков в реальный мир? Если мы найдём его, и он действительно приведёт игроков обратно, будет ли это в наших интересах? Интересно он может изменить правила игры для нас? Долорес шагнул вперёд, сжимая кулаки. — Я уверен он даст нам власть. Власть контролировать этих игроков, когда они вернутся. Мы не можем позволить, чтобы кто-то другой забрал эту мощную штуку. И должны найти его первыми. Лицо Зимбера оставалось без выражений, но в глазах была решимость. — Да, мы должны быть первыми, — сказал Эрнеш. — Никто не должен нас опередить. Мы найдём артефакт, и тогда... мир будет наш. Зимбер кивнул, улыбаясь. — Правильно. Пора начать действовать. Все замолчали. Призрачные тени темного зала казались менее устрашающими, чем те, кто стоял рядом. Артефакт, игроки, параллельный мир, всё это было частью игры, которую они начинали. Но никто не мог предсказать, что произойдёт, когда они возьмут в свои руки настоящий контроль. [Особняк] Особняк был наполнен шепчущими сквозняками, полумрак разрезали только светящиеся глаза трёх фигур. Пыльные часы давно стояли без дела, но именно сейчас стрелки вновь дёрнулись. Пустой Человек сидел в кресле. Ни одна мышца на его лице не дрогнула. Тонкие пальцы медленно переплелись, и он заговорил: — Голос без тела, — он встал, подойдя к витражу. — Нас считают за декорации в чужой игре. Но с чего бы вдруг 2000 игроков? Кэндимэн откинулся на стену, выпрямив спину. Его движения были изящными, пугающе грациозными. — 2000 игроков? Хах. Это будет весело... их браслеты мерцают, сердце за сердцем... — он провёл когтем по шее, имитируя разрез. — Но мне интересно другое... Артефакт. Почему он упоминается сразу? Кто-то заманивает их. Надеется, что они доберутся до него. Кэйртейкер, задумчиво стоявший у старой картины, заговорил: — Этот мир... не наш. Но он хотел, чтобы мы думали иначе. Параллельный... значит, кто-то выстроил структуру, зеркально отразив то, что когда-то было нашим. И артефакт, — он щёлкнул пальцами, и свечи в зале погасли. — Он ключ. Пустой Человек слабо улыбнулся, но в его глазах зажглись азартом. — Игроки. Их забывают, если умирают. И всё же кто-то хочет, чтобы они боролись. Почему? — он повернулся к другим. — Если смерть — не выход, то, возможно, они всего лишь топливо. Кэндимэн звонко засмеялся: — О-о-о, я хочу услышать, как они кричат. Представляешь, 2000 душ. Раз за разом исчезают. А мы будем наблюдать или вмешиваться? Кэйртейкер, наконец, обернулся, и взгляд его стал ледяным: — Если артефакт может вытащить игроков обратно в их реальность, то он может сделать и больше. Он ключ к свободе.  Пустой Человек прошептал: — Этот мир треснул… Но в этих трещинах мы можем вырасти. Или утонуть. Время покажет.