Часть 22

Я положила руки на голову, вцепившись пальцами в волосы, будто это могло хоть немного унять внутренний шум. Грудь сжимала невидимая тяжесть, голова будто трещала по швам. Мысли срывались с цепи, перебивая друг друга, одна громче другой. «Она права… но риски слишком большие. Ещё не факт, что моё тело выдержит. По её словам, это будет приносить мне боль. Что если я умру раньше? Тогда шансов останется меньше — и на победу, и вообще на спасение кого-либо.» Я тяжело выдохнула, глаза скользнули по полу, будто в поисках подсказки. Но там не было ничего, кроме пыли и тени от приглушённого света. «Если бы я все эти годы занималась своими силами, концентрировалась, тренировалась, то, может, и без её помощи могла бы что-то сделать. Мико это знает. Она бы не стала просто так понижать мои шансы… Значит, я действительно могу не справиться. Я могу быть магом особого уровня, но для Сукуны… я всё ещё могу быть не проблемой.» От этой мысли в животе закрутилась тревога. Настоящая, холодная. Та, что сжимает органы, будто в кулаке. Я машинально потянулась к тумбочке, дрожащими пальцами нащупала упаковку и высыпала ещё пару таблеток на ладонь. Проглотила их почти без воды. Только после этого заметила, как начала дёргаться нога — спазмами, непроизвольно. Нервное. «Проще рассказать Сатору. Рассказать о Мико. Но… лучше не стоит. Он не видит её. Никто не видит. А если я начну объяснять… они узнают, кто я на самом деле. Это риск. И слишком большой. Если узнают — всё, меня точно казнят. А я не смогу даже предупредить никого. Не смогу остановить их.» Я сжала зубы, вновь потянулась за сигаретой, но не зажгла. Просто держала в пальцах, глядя на неё, как на некое решение, которое не могу принять. «Допустим… я заключаю с ней контракт. Она сказала, я могу пострадать не только физически, но и ментально. А если сойду с ума? Если окончательно поедет крыша — и я решу, что все вокруг враги? В том числе и ученики…» Грудь сдавило, и я резко встала, сделала пару шагов по комнате, будто могла уйти от собственных мыслей. «Слишком много рисков. Слишком. Это не та сила, которую можно взять и использовать, не подумав. Значит… не нужно действовать импульсивно. Нужно выждать момент. Принять решение только тогда, когда другого выхода уже не останется.» Я остановилась у окна, глядя в темноту, за которой прятался мир. Мир, в котором я всё ещё должна была сражаться, несмотря на всё внутри меня. «Времени не будет много. Но и ошибки нельзя допустить. Это будет последний шанс. И, возможно, последний выбор.» Я резко встала со стула, будто он начал обжигать, и вышла из комнаты, чувствуя, как внутри закипает нечто неудержимое. Нужно было проветриться, отойти, отвлечься, прежде чем мозг окончательно перегрелся. Я бродила по коридорам техникума без определённой цели, пока ноги сами собой не привели меня к старому коридору, ведущему к кабинету Старейшины. Почему именно туда? Не знаю. Может, интуиция. Стоило мне остановиться, как рядом снова возникла Мико. Её присутствие я ощутила сразу — как будто кто-то тихо вошёл в комнату, где ты точно был один. — Он что-то скрывает, — прошептала она за моей спиной. Я инстинктивно обернулась и, нахмурившись, тоже перешла на шёпот: — Ты чего шепчешь? Тебя всё равно не слышат. — Ну чтоб атмосферу не портить, — ответила она невозмутимо и пожала плечами, будто это был самый логичный ответ на свете. Я прижала палец к губам, подавая знак молчать, и в тот же миг услышала голоса из-за двери. — Сама сказала, меня не слышат, — не удержалась от усмешки Мико, но всё же заткнулась. Я склонилась ближе к щели между дверью и косяком. Голос Старейшины прозвучал чётко и хищно: — Вы должны убить Итадори Юджи во время соревнований школ. Но так, чтобы никто ничего не заподозрил. Я вздрогнула. Внутри всё сжалось. Перед ним стояли несколько учеников, я их не знала, но уже не важно. Главное — содержание. Это был не просто приказ. Это было хладнокровное убийство, спланированное на заранее оговоренное событие. — Нашего племянника убить хотят, — тихо, но напряжённо выдохнула Мико, и даже в её голосе чувствовалась тревога, а не только сарказм, как обычно. Я отскочила от двери, стиснув зубы. Резко развернулась и быстрым шагом направилась на улицу. Воздух снаружи ударил в лицо, но не остудил ярость. Я злилась. По-настоящему. Кулаки дрожали, плечи напряглись. Мико, не отставая, шла рядом, ловя мой темп. — Вот это порыв. Что хочешь сделать? — Я вмешаюсь во время соревнований, — твёрдо произнесла я, расправляя плечи. Во взгляде мелькнула решимость, такая, что даже она замолчала на секунду. — Хоть бы предупреди Сатору, — наконец сказала Мико, немного мягче. — Думаю, он догадывается об этом, — я старалась говорить спокойно, но голос всё равно дрожал от гнева. — Я, конечно, понимаю, что он сильнейший, — с иронией протянула она, — но он же не ясновидящий. Предупреди его. Не всегда скрывать — это хорошая идея. Я сжала губы в тонкую линию, не отвечая сразу. Но внутри уже зарождалась мысль: она права. Ощущая, как напряжение в груди постепенно растет. Мико рядом, она была на нервах, что не удивительно, но что теперь делать, когда всё только усложняется? В конце концов я вздохнула, всё обдумав. — Ладно, убедила, а теперь давай исчезни. А то будешь отвлекать. Он тебя не видит, а я да. Не хватало еще твоих шуточек, — я небрежно бросила, пытаясь скрыть растущее раздражение. Мико, как всегда, не поддавала на прессинг, её ответ был обычным насмешливым тоном: — Ладно, сестрица, если понадоблюсь… Я её прервала, не давая договорить: — Дааа, я знаю. Иди давай в режим оффлайна, — добавила я с таким же издевательским оттенком. Мико тут же задергалась, но с ней уже было не поспорить. — Я тебе что, мобильная связь? — раздраженно бросила она. — Ну слушай, про связь-то правда, — ухмыльнулась я. Пока Мико исчезала, меня будто окатило холодной волной, когда передо мной вдруг появился Сатору. Я не заметила, как оказалась прямо возле тренировочной площадки, и только сейчас осознала, насколько близко мы стоим. Он посмотрел на меня с выражением недоумения. — Ты с кем говоришь? — его голос был настороженным. Мико моментально исчезла, как если бы её и не было рядом. Я пожала плечами, словно ничего странного не происходило. — Сама с собой, — ответила я с таким выражением лица, что он, похоже, не успел понять, шучу ли я или нет. Сатору скрестил руки на груди, прищурившись, и кажется, начал подозревать, что что-то не так. — И сама себя просишь уйти в режим оффлайна? — он скептически посмотрел на меня, будто ожидал, что я объясню. — Ну да, я просто не в себе во время кровавых дней, — я пожала плечами с явным раздражением, как будто это было обычным делом. Всё равно никто не узнает правду. — У тебя их нет. Я бы заметил, — его лицо стало серьёзным, и в голосе проскользнуло недовольство. Он был уверен в своём выводе. — Ну, вчера не заметил, их не было. А сегодня есть, и вообще, что за допрос? Я что, не могу говорить сама с собой? — я возмутилась, хотя всё-таки с сарказмом, добавив, чтобы не выглядело слишком напряжённо. Сатору явно не был удовлетворён моим ответом, но я не собиралась вдаваться в подробности. Меня мучило другое, и я решила, что это лучший момент. — И кстати, я тебя искала, надо поговорить, — я резко взяла его за руку и, не дождавшись ответа, повела его в сторону от всех, к укромному уголку, где мы могли бы остаться наедине. — Итадори хотят убить, — прямо заявила я, глядя ему в глаза. — Услышала разговор Старейшины с какими-то учениками. Всё должно произойти во время соревнований. Сатору мгновенно напрягся. На его лице появилось тень хмурого беспокойства, но уже через пару секунд он, как всегда, отыгрался шуткой: — Да ты прямо шпионка. Может, пойдёшь подслушаешь, когда будет моя зарплата? Я фыркнула, подняв брови, и без усилия стукнула его кулаком в плечо — не сильно, просто чтобы осадить. — На него посмотри! Шутки шутит, когда мальчика убить хотят! — я бросила ему упрёк, но он не выглядел встревоженным. Это раздражало. — Короче, я тебя предупредила. Он снова выпрямился, как будто набрал в лёгкие воздух уверенности. — Я понял. Не беспокойся, мальчика и пальцем не тронут, пока я тут, — ответил он, и в его голосе прозвучало то самое снисходительное высокомерие, которое его никогда не покидало. — Надеюсь на это, голубоглазка, — прищурилась я, скрестив руки на груди, ухмыляясь ему в ответ. Он вдруг чуть подался вперёд, вглядываясь в мои глаза. Его пальцы аккуратно коснулись моих щек, и он наклонился ближе. — Вот ты сказала про глаза… Я смотрю на твои и думаю, они всегда у тебя были с оттенком красного? Либо я уже не помню. Ты же кареглазая, — его голос стал внимательным, почти настороженным. Я не дрогнула. Сдержанно улыбнувшись, произнесла: — Они всегда были такими, — я солгала, не моргнув глазом. — Жаль, — он с театральной грустью выдохнул. — Я уж думал, что когда ты меня видишь, у тебя глаза красные становятся. Типа любовный эффект.. Я закатила глаза и, не удержавшись, хмыкнула. — Ладно, я пошла. Мне надо к Щоко, — убрала его руки с лица и сделала шаг назад, уже поворачиваясь. — Зайдёшь ко мне сегодня? — его голос окрасился знакомой игривостью, он, как всегда, не мог отпустить меня без последнего слова. Я на секунду остановилась, повернув голову через плечо, и ответила с таким же тоном в голосе: — Обязательно. Приду, когда будешь спать, и привяжу к кровати лианами. Будешь так до самого утра. — Злюка, — он бросил мне напоследок, но на лице сквозила тёплая ухмылка. Я только махнула рукой, не оборачиваясь, и ушла, чувствуя на себе его взгляд. Я вернулась в здание техникума, быстро минуя пустые коридоры. Мои шаги были быстрыми, почти бесшумными, словно я не просто шла, а стремилась вырваться из собственных мыслей. Мне нужно было увидеть Щоко — и поскорее. Как всегда, она была в комнате первой помощи. Я остановилась перед дверью, на секунду перевела дух и, не стуча, толкнула дверь внутрь. — У вас найдётся минутка для меня? — спросила я шутливо, просовывая голову внутрь и входя. Щоко обернулась, снимая латексные перчатки. В её движениях была усталость, но, увидев меня, она выпрямилась и кивнула. — Для вас всегда. Что на этот раз? — на её губах появилась лёгкая улыбка. Я подошла и села на стул рядом, положив локти на колени и сцепив пальцы. — У меня таблетки заканчиваются, — просто сказала я, не переходя к лишним объяснениям. Щоко приподняла бровь и скрестила руки. — Потому что много пьёшь. Нельзя тебе их по пять глотать, женщина, — в её голосе прозвучал строгий упрёк. — Ну извините, надо же как-то останавливать тряску, — я пожала плечами, откидываясь назад. — А две таблетки — это как слону дробинка. — Да ты так скоро от передоза дашь концы, — пробурчала она, повернувшись к шкафчику с медикаментами и начав что-то искать среди баночек и коробочек. — Да не… Я не умерла от здоровенного мужика. От передоза уж точно нет, — фыркнула я саркастично, вспомнив бой с одним из проклятий. Щоко замерла на секунду, затем медленно повернулась, сжимая в руке пластиковую баночку. — Ты что-то скрываешь, — сказала она, пристально глядя на меня. Таблетки она не отдавала. Я встретилась с ней взглядом, сузив глаза. — Например? — спросила я спокойно, но в голосе прозвучала холодная отстранённость. — Что у тебя проблемы с головой, — ответила она без колебаний. Я не смогла сдержать смешка и слегка усмехнулась. — Слушай, вот это точно я никогда не скрывала, — бросила я, чуть склонив голову набок и весело приподняв бровь. Щоко вздохнула, сдалась и протянула мне баночку. — Ладно, твоя взяла. Только много не пей, поняла? Не хватало ещё потом твоё тело вскрывать у себя в морге. Я аккуратно взяла банку и положила её в карман куртки, глядя на неё с лёгкой улыбкой. — Слушаюсь, босс, — спокойно ответила я и встала со стула.