Глава 6.3. Как все было на самом деле?

Когда они пришли в парк, там было довольно пусто, что вполне устраивало обоих опекунов. У Флэра появилась возможность сделать несколько заметок для своего отчёта королю, который он должен был представить позже, пока Табита развлекала Чарли, знакомя её с окружающим миром. Флэр слегка усмехнулся, делая пометку о том, как Табита учила Чарли кормить адских птиц, а потом няню укусили, после чего Чарли внезапно схватила селезня за шею. Он и не знал, что адская птица может издавать такие звуки. Или Табита, если уж на то пошло. Грешница с минуту ругалась себе под нос, проверяя, не лишилась ли она пальца из-за разъярённой птицы, пока Чарли радостно показывала Флэру свой новообретённый кулак, полный ярко-синих перьев. Тем временем «утка» уплыла, простите за каламбур, в дурном настроении и слегка облысевшая. — Мисс Шарлотта, нельзя просто так хватать диких животных, — слегка пожурила её Табита, пока Чарли любовалась своими новыми синими перьями. Малышка решила, что они красивые, и папе они тоже понравятся. К счастью, Флэр аккуратно сложил их в карман, чтобы потом показать Чарли, пока Табита вытирала кровь селезня с её руки. — Это некрасиво и может быть опасно. — Опасно для кого? Для принцессы или для тебя, киса? — поддразнил её Флэр и фыркнул, когда грешница зарычала на него. «Этот высокомерный, блохастый, заносчивый придурок! Клянусь Святым Духом, я его-…» — мысленно ругалась Табита, пока Чарли подползла к корзине, которую они взяли с собой. Поскольку они собирались пробыть там недолго, всего час-другой, Табита не стала брать много еды, а значит, у неё оставалось место для нескольких игрушек. Таких как кукла, кубики и… — «Идеально. Посмотрим, как тебе понравится это, дворняжка.» Флэр как раз закончил расстилать одеяло, чтобы они могли на него сесть, когда что-то отскочило от его головы. Озадаченный, он опустил взгляд и увидел на земле невинно лежащий безобидный золотистый мячик. Пёс с любопытством склонил голову набок, будто пытался понять, откуда взялся этот шарик и что вообще происходит, когда услышал позади себя внезапный детский смех. Заглянув себе между ног, Флэр обнаружил, что смотрит на перевёрнутую Шарлотту, которая выжидающе смотрела на него, а мисс Табита Вальц сидела рядом с ней с самой широкой ухмылкой, которую он когда-либо видел. — Ну? — робко промолвила она мягким и сладким тоном, словно разговаривала с ребёнком. Или с идиотом. — Мячик, глупенький. — Прошу прощения? Я не понимаю… — спросил Флэр, когда до него внезапно дошло, что она имеет ввиду. — Ах ты, сучка… Не смей, блядь, даже-… — Апорт, пёс. Судя по всему, Табита Вальц сегодня слишком осмелела. Флэр прищурился, сдерживая желание оскалиться, чтобы не напугать Чарли. Вместо этого он медленно поднял мяч и аккуратно подкатил его к малышке, которая широко улыбнулась, подобрала мяч и снова с улыбкой швырнула его обратно. — Умница, мисс Шарлотта, — похвалила Табита. — Это был прекрасный бросок. Теперь давайте подождём, пока пёсик принесет мяч. — Ты ведь это не серьезно, — пробормотал Флэр, но послушно взял мяч и покатил его обратно к принцессе. Та в ответ издала пронзительный радостный визг, а затем снова бросила ему мяч и стала ждать, когда он его вернёт. — Это унизительно. — Это важно для её развития, — заверила его Табита, и это было правдой. — Играя в мяч, мы помогаем ей развивать зрительно-моторную координацию. То, что ты считаешь это унизительным, для меня лишь приятный бонус. Флэр фыркнул и сделал мысленную пометку, чтобы в следующем отчёте написать, что мисс Вальц, судя по всему, может быть мелочной стервой, когда ей вздумается. Тем не менее, он смирился со своей участью, сел и подкатил мяч Чарли, позволив игре медленно и естественно перерасти в пас, где они по очереди перекатывали мяч друг другу. Занятие было не самым увлекательным, но, опять же, это было ради Шарлотты, пока Табита подбадривала её, пытаясь побудить девочку произносить слова. И малышка, судя по её хихиканью и лепету, явно веселилась. Время шло, и Чарли начала тереть глазки, едва сдерживая зевоту. Флэр и Табита внимательно следили за принцессой, пока та не начала клевать носом, а её движения с мячом не стали совсем нескоординированными и вялыми. До обеда было ещё далеко, но было ясно, что Чарли нужен сон больше, чем еда, поэтому Табита достала маленькое детское одеяльце и накрыла принцессу, дав Шарлотте жёлтую соску, чтобы та могла её пососать. Чарли немного поворчала, пытаясь сбросить с себя одеяло, но Табита поправила его, и вскоре малышка уснула. Однако, как только она провалилась в сон, Флэр и Табита оказались в ловушке в виде компании друг друга. Грешница решила сначала заняться уборкой игрушек, с которыми они играли, а потом достала рукоделие, которое взяла с собой. Вышивкой она всегда занималась в свободное время и надеялась улучшить свои навыки в создании анаграмм, чтобы, возможно, украсить одежду и игрушки Чарли. Честно говоря, ей ужасно хотелось прогнать адскую гончую, но она сдержалась. Он и раньше не слушался её в этом вопросе а уж сейчас и подавно. Тем временем Флэр с любопытством разглядывал длинную иголку, которой Тэбби закрепила свою шляпу, и гадал, для чего нужна эта дурацкая штука. Ему казалось странным, что для того, чтобы шляпа держалась на месте, нужна иголка, но, опять же, странной была и сама шляпа. И всё же ему было интересно: неужели она проткнула себе голову этой иглой? Не в силах сдержать любопытство, Флэр медленно протянул лапу и осторожно вытащил булавку. Та оказалась довольно простой: длиной около 15 сантиметров с остриём на одном конце и каплевидной жемчужиной на другом. — Черт, ты что, серьёзно воткнула эту штуку себе в голову? — Флэр уставился на предмет. — Хм? О чем ты-… — Табита замолчала и повернулась, чтобы посмотреть, о чём говорит пёс. Не успела она увидеть шляпную булавку в лапах дворняги, как мимо них пронёсся лёгкий порыв ветра, сорвал с её головы маленькую шляпку и понёс её прочь от троицы. Табита тихо зарычала. — Глупый пёс… Ты что делаешь? Это моя лучшая шляпа, чтоб ты знал. Быстро вскочив на ноги, Табита изо всех сил бросилась за соломенной шляпой, предварительно выхватив булавку из лап Флэра. Поймать шляпку канотье оказалось непросто: она была лёгкой и легко укатывалась в сторону, пока Табита пыталась приподнять юбку, чтобы не споткнуться, но при этом сохранить приличия. В конце концов, она была королевской няней, пусть и на испытательном сроке. Работала она полный день или нет, её украшенная драгоценными камнями булавка с яблоком на конце, указывала на то, что она грешница, работающая в доме Морнингстар, а значит, её поведение и внешний вид должны соответствовать статусу дома. Будь она распущенной, другие решили бы, что король и королева просто пускают в свой дом любых дурочек, и Табиту снова прокляла бы судьба за то, что она когда-то запятнала имя своего работодателя. Но это не означало, что она не могла сквозь зубы ругаться себе под нос, когда шляпа каждый раз ускользала от нее в последний момент. — Подожди, я поймаю, — крикнул ей вслед Флэр, поднимаясь на ноги. Он не заметил, как от его внезапного крика проснулась принцесса, а сам уже бросился за грешницей и улетающей шляпой. В конце концов, это он виноват, что вытащил булавку. Обогнав Табиту, Флэр успел схватить шляпу, прежде чем она упала в озеро. Его огромная лапа каким-то чудом не раздавила хрупкий предмет. — Держи, Тэбби. — Спасибо, — резко ответила Табита, выхватив у него шляпу и бросив на него суровый взгляд. Она тут же принялась осматривать канотье, проверяя, нет ли повреждений. — Хотя, если бы ты не вытащил мою булавку, мне бы не пришлось бегать за шляпой. — Мне просто было любопытно, — фыркнул Флэр, немного раздражённый её ворчанием. — Чего ты от меня хочешь? — Для начала ты мог бы извиниться. А затем, может быть, научился держать свои лапы при себе, — раздражённо Табита сильно шлепнула его по носу булавкой. — И разве ты никогда не слышал, что любопытство сгубило кошку? Честно говоря, даже Её Высочество ещё не добралась до моих личных вещей, а ведь у неё есть оправдание в виде молодости и невинности. Флэр тихо зарычал, не одобряя того, что она ударила его по морде, как какого-то щенка. Тем не менее он с ужасом наблюдал, как она проверяет, не выбилась ли у неё из головы прядь волос, прежде чем снова попытаться воткнуть булавку себе в голову. Не дав ей это сделать, Флэр схватил ее за запястье. — Что за… — ахнула Табита, когда он отдёрнул её руку. — Прекрати, — потребовал он, пытаясь выхватить у неё иглу. — Зачем ты хочешь себя уколоть? — Зачем я-.. Что, во имя всего круга Гордыни, ты несёшь? — Табита вырвала у него руку, не понимая, что так взволновало пса. Моргнув, она перевела взгляд с пса на свою булавку и медленно сложила два и два. — Погоди… ты что, никогда не видел шляпную булавку? Флэр уставился на неё с немым непониманием, явно спрашивая, похож ли он на существо, которое станет закрывать уши дурацким приспособлением вроде шляпы. В конце концов, ему нужно было хорошо слышать, а не глушить звуки. Она раздражённо фыркнула, прежде чем продемонстрировать. — Я не втыкаю её себе в голову, глупый пёс, — сказала она и показала ему свой пучок, аккуратно проткнув прическу булавкой. — Я втыкаю шпильку в шляпу и волосы. Понимаешь, чтобы шляпу не унесло ветром, пока я её ношу. Честно говоря, вы, адские гончие, такие неотесанные. — Ну и грубиянка же ты, Тэбби, — огрызнулся Флэр, прижав уши и тоже слегка оскалив клыки. — Просто чтобы ты знала, мы, адские гончие, не носим такое дерьмо, как ваши дурацкие шляпы. Это мешает нам слышать, знаешь ли. Прости, но откуда мне было знать, для чего нужна «бумажка для тяпы»? — Булавка для шляпы. И ты мог бы спросить об этом, не трогая меня своими лапами, — пробормотала Табита, пытаясь стряхнуть прилипшую к канотье траву. Конечно, ей нужно было сначала почистить шляпу, прежде чем снова её надеть. — И не ругайся. Это недостойно работника, как ты, который работает на королевскую семью. Ты же не хочешь, чтобы принцесса вдруг выросла и заговорила на языке, от которого покраснел бы даже пьяный матрос. Флэр бросил на неё раздражённый взгляд. Согласно его книге, это было типичное поведение грешников. Грешники, как правило, были чрезмерно горды и убеждены, что лучше других понимают, что правильно, а что нет. Они были похожи на лягушку, запертую в колодце, и считали, что видят весь мир, потому что это всё, что они могли видеть. Они были заперты в кругу Гордыни и не знали, как устроен остальной Ад, не знали его историю, политику и культуру. Флэр был уверен, что Табита считает, будто все члены королевской семьи ведут себя так же, как те, кого она знала при жизни, но это было не так. В зависимости от того, из какого круга они были, а также от их расы, идеалы королевских семей различались, как вода и огонь. Например, Лорд Жадности был невероятно груб по сравнению с Гневом, который был жестоким и почти спартанским по сравнению с Ленью. Так что, по его мнению, утверждать, что есть только один способ вести себя как член королевской семьи, было просто глупо. Флэр уже собирался сказать ей об этом, когда что-то заставило его шерсть встать дыбом. Запах был едва уловимым, почти незаметным, но на секунду, когда лёгкий ветерок коснулся его носа, Флэр почувствовал незнакомый аромат. Он не был похож ни на что из того, что он когда-либо вдыхал, но что-то в нём казалось ему неправильным. В нём чувствовался почти медицинский привкус горечи, как в больнице, но в то же время ощущался приторно-сладкий оттенок, который напомнил ему о диких вечеринках Вельзевул с добавлением специй, от которых у него слегка немело во рту. Это было совершенно новое и захватывающее чувство. Флэр ненавидел это. Неизвестные запахи принадлежали людям, которых он не знал. За первые несколько дней в качестве телохранителя принцессы Флэр сделал всё возможное, чтобы запомнить все запахи жителей Города Каннибалов. Возможно, он не знал всех их имён, но с Франклин и Рози всё было довольно просто. И Сюзан. Эту ворчливую старую стерву, помешанную на зонтиках, невозможно было забыть. Флэр однажды обнюхал её, и она сломала свой зонт о его голову, а затем потребовала, чтобы он его заменил. Однажды он откусит ей руку, даже если это будет последнее, что он сделает. — Ты вообще меня слушаешь? — спросила Табита, заметив, что Гончая не обращает внимания на её болтовню. Он стоял почти неподвижно, напряжённо, его подстриженные уши были насторожены, и он глубоко вдыхал через нос и выдыхал через рот. — Эй? Мистер Флэр… — Возвращайтесь к Принцессе, мисс Вальц, — твёрдо заявил Флэр, застав Табиту врасплох. На мгновение она забеспокоилась, что он почувствовал опасность, но не услышав рычания, она просто отмахнулась от этого, решив, что он пытается командовать ею. — Иди. Я присоединюсь к тебе через минуту. Мне просто нужно кое-что проверить… — Что ты… — Разве тебе не нужно заботиться о ребёнке? — пренебрежительно пробормотал Флэр и пошёл прочь. Ему нужно было найти и оценить запах. — Надо же, какие нервы, — сердито пробормотала Табита, направляясь обратно к одеялу. — Кем он себя возомнил, что командует мной? Некультурный пёс. Не волнуйтесь, принцесса, я уверена, что прежде, чем вы произнесете свое первое слово, я превращу его в образцового слугу… Принцесса? Когда Табита возвращалась к пледу, на котором они устроили пикник, она думала, что увидит принцессу крепко спящей и видящей счастливые сны. Табита надеялась, что у неё будет возможность продолжить вышивать, но, взглянув на плед, где они оставили спящего ребёнка, она увидела лишь смятое одеяло и ничего больше. — О боже… Куда же она могла подеваться? — В отличие от короля и королевы, Табита не впадала в панику, когда её подопечные убегали. В конце концов, она знала, что Шарлотта умеет ползать, и её не раз предупреждали, что принцесса склонна позволять своему любопытству толкать её на шалости. И хотя для своего возраста она была шустрой, платье замедляло её. — Что ж, хорошо. Небольшая игра в прятки.

***

Когда Табита гонялась за шляпой и Флэр крикнул ей, что поможет, она не заметила и не услышала, как Чарли тихо застонала, просыпаясь. Малышка устало протёрла глаза и снова уставилась в зелёную крону деревьев. Высоко над ней пара адских птиц с любопытством смотрела на неё сверху вниз. Нежно проворковав, Чарли медленно вспомнила, как в последний раз спала на земле в парке и как странное белое существо украло её пустышку и убежало с ней. Оглядываясь по сторонам, Чарли подумала, что, может быть, она снова увидит это забавное существо, за которым было так весело гоняться, однако его нигде не было видно. С другой стороны, мисс Тэбби и Пёсика тоже не было. Чарли села и огляделась. Она увидела, что Тэбби и Пёсик играют неподалёку с какой-то незнакомой ей игрушкой. Она немного надула губы, потому что ей казалось несправедливым, что они играют, пока она спит. Почему она не может участвовать в этой игре? Чарли уже собиралась позвать их, как вдруг почувствовала что-то странное в воздухе вокруг себя и на мгновение замерла. Оно было таким крошечным, что малышка едва могла его почувствовать, но Чарли была уверена, что ощутила магический импульс где-то рядом с собой. Он был слабым, как поспешное заклинание, которое иногда произносил дядя Маммон, когда, как говорила мама, «делал всё спустя рукава». Чарли не совсем понимала, что это значит. Но эта магия не была похожа ни на магию дяди Маммо, ни на ту, которую она видела раньше. Но оно было тёплым и мягким, почти как папины объятия. Охваченная любопытством, Чарли начала ползти в сторону источника энергии, желая узнать, кто использует эту странную магию. Похоже, этот кто-то был где-то рядом, за ближайшими кустами, где иногда любили прятаться Амираджи. Ей было нелегко ползти к кустам или даже сквозь них. Платье и передник на ней были очень милыми, к тому же платье легкое, но юбка постоянно цеплялась за что-то и мешала ей продвигаться вперёд. Однако, где есть желание, там есть и возможность, а если Морнингстары чем-то и славились, так это тем, что могли быть весьма упрямы, когда дело доходило до крайности. Вскоре Чарли выбралась из кустов и оказалась на залитой солнцем поляне Гордыни. Она остановилась и огляделась, чувствуя, как где-то поблизости витает магия, но не могла понять, откуда она исходит. Насколько она могла судить, вокруг не было ни души, кроме птиц высоко в небе и нескольких Амираджи, прыгавших по парку неподалёку от неё, но, если она правильно помнила, в них не было ничего магического, что могло бы вызвать такую реакцию.

***

Флэр не был счастливым псом. Он с детства учился быть телохранителем, был лучшим в своём классе и работал с несколькими высокопоставленными клиентами, прежде чем Би познакомила его с королём и королевой, чтобы он охранял их дочь. Она знала, что у него обострены все чувства, иначе и быть не могло. Будучи адской гончей, он во многом полагался на свой слух, нюх и интуицию, и они подсказывали ему, когда приближалась опасность или нужно было остерегаться незнакомца. Флэра обучили быть готовым к любым уловкам и возможным неожиданностям, связанным с его работой: от покушений на убийство до похищений и даже работы с непослушными детьми, сбежавшими из дома. Он знал, что должен реагировать на аномалии в повседневной жизни. Обращать внимание на отклонения от предсказуемого поведения и быть осторожным, если слышит странные звуки. Он знал, что нужно доверять своим инстинктам, когда они подают ему сигнал. Они подсказывали ему, что что-то не так, что, несмотря на спокойную атмосферу парка, в тени, как гадюка в траве, пряталось что-то невидимое. Флэру это совсем не нравилось. Глубоко вдохнув, он почувствовал, как шерсть на его теле встала дыбом. Что бы это ни было, оно обладало мощной силой, а его уникальный пряный запах напоминал ему о том, как пахла Би, когда злилась, только этот запах был другим… слегка… Смертоносным. Флэр фыркнул и начал разворачиваться, быстрым шагом направляясь обратно к няне и принцессе. Ему хотелось бежать, но он не хотел, чтобы то, что его поджидало, поняло, что инстинкты пса сработали, несмотря на то, что Флэр не мог точно определить, где находится некто. Он просто знал, что ему нужно как можно скорее увести принцессу отсюда. Желательно с няней, которая знала, как о ней позаботиться, но если бы ему пришлось выбирать между ними, принцесса была бы для него в приоритете. Как только он убедится, что с ней всё в порядке, он сможет без оглядки и беспокойства на свете выследить то, что он чувствует. Жаль, что он понятия не имел, насколько был прав и насколько катастрофически не готов

***

Табита нахмурилась и огляделась по сторонам, пытаясь понять, куда могла уползти Шарлотта. Она знала, что малышка склонна убегать, как только ей что-то приглянется. И это было хорошо, Табита была благодарна за это. Она всегда считала, что отучить детей от привычки держаться за мамину юбку сложнее, чем приучить к самостоятельности. Как принцессе Ада, девочке нужно было расти, зная о своём королевстве, а также быть достаточно смелой, чтобы исследовать окрестности. В пределах разумного, конечно. Ей всё же не стоит проявлять безрассудство. Тем не менее Табита решила, что Шарлотта не могла уползти слишком далеко: в конце концов, на ней было платье, и юбка, скорее всего, мешала ей ползти. Табита надеялась, что так и было, и это побудит Чарли встать и попытаться пойти. Пока что это не помогало, потому что, как и все умные малыши до неё, Чарли открыла для себя силу больших оленьих глаз и маленьких цепких ручек. Король и Королева Ада, возможно, были могущественными существами и утверждали, что ими никто не управляет, но, очевидно, они не понимали, как легко поддаются на уговоры своей дочери. И хотя она была очень милой, Табита знала, что им нужно быть осторожными и не избаловать её до такой степени, что она превратится в капризного избалованного ребёнка. Хотя, учитывая её нынешнее состояние, Табита должна была признать, что это маловероятно. Принцесса нуждалась скорее в том, чтобы ей говорили: «Мне нравится быть с тобой», а не в том, чтобы ей уделяли внимание и развлекали её. — Итак, если бы я была любопытной маленькой принцессой, куда бы я поползла?.. — пробормотала Табита себе под нос, оглядываясь по сторонам. Честно говоря, для малыша было не так много мест, где можно было спрятаться. Они выбрали дерево, которое росло практически на открытом пространстве, чтобы Флэр мог легко заметить, если кто-то приблизится. Однако неподалёку росли кусты, и Её Величество однажды сказала Табите, что Чарли, похоже, неравнодушна к маленьким кроликам Альмирадж, которые жили в парке. А Альмирадж были пугливыми созданиями и обычно прятались в кустах. Осторожно ступая и аккуратно поправляя шляпу, Табита вглядывалась в листву, пытаясь разглядеть что-нибудь жёлтое. Она старалась делать маленькие шажки, чтобы случайно не наступить на чьи-нибудь маленькие пальчики, которые она могла не заметить, но только добравшись до места, няня увидела слегка растрёпанную Шарлотту, которая спокойно сидела и с любопытством оглядывалась по сторонам. Если бы Табита не знала наверняка, она бы сказала, что ищет кого-то, потому что Альмираджи были на поляне и прыгали в паре метров от неё. «Может, она ищет нас с Флэром,» — подумала Табита, улыбаясь тому, какой милой была их принцесса. Честно говоря, иногда было трудно поверить, что она родилась в Аду. Конечно, Чарли могла закатить истерику, как и все дети, но она никогда не была злой или жестокой по отношению к кому-либо. Ближе всего к этому Табита подошла, когда Чарли схватила Флэра за коротко подстриженное ухо своей когтистой рукой, но даже тогда она сделала это из любопытства, потому что никогда раньше не видела таких ушей. — «Что ж, тогда тебе лучше пойти и забрать её». Отряхнув юбку от колючек, Табита игриво направилась к Чарли, начиная игру, в которую они часто играли дома. Чарли всегда любила игру «Поймай меня». Она играла в неё каждое утро с Флэром, пока Табита выбирала ей наряд на день, а также играла с королём и королевой, когда у неё было время поиграть с ними. Результат всегда был один: тот, кто догонял, ловил слишком весёлую и смеющуюся маленькую принцессу. — Вот ты где! — игриво позвала Табита, и Чарли повернула голову, чтобы посмотреть на неё. За ярко-жёлтой соской скрывалась улыбка, алые глаза сверкали от восторга. Уперев руки в бока в шутливой поучительной позе, Табита ухмыльнулась, глядя на свою подопечную и зная, что будет дальше. — Дерзкая девчонка! Теперь ты моя! Чарли тут же взвизгнула от восторга и начала извиваться, пытаясь уползти. Табита мысленно рассмеялась, уверенная, что со дня на день маленькая принцесса поймёт, насколько легче и быстрее ей будет убегать, когда она научится ходить. Не то чтобы это должно было произойти со дня на день, но Табита надеялась, что это произойдёт, когда вернутся король и королева. В конце концов, первые шаги очень важны для родителей. — Теперь я тебя поймала, маленькая мисс, — Табита бросилась в погоню, когда Чарли начала отползать. Из-за юбки платья она на секунду споткнулась, но тут же вскочила на ноги. Глядя на неё, Табита сделала мысленную пометку, что нужно будет постирать платье, когда они вернутся домой, и проверить волосы принцессы на наличие колючек. А пока они немного поиграют. — Сейчас я тебя съем…

***

Флэр почувствовал, как в воздухе изменилась энергетика, прежде чем его ноздри наполнил свежий запах меди. Он легко узнал его — вкус грязных монет на языке. Немедленно развернувшись в ту сторону, откуда исходил запах, Флэр ринулся туда со всех ног. Он понимал, что это плохо — запах исходил оттуда, где были принцесса и её няня, которых он должен был защищать. Пёс тут же начал обдумывать, что ему нужно сделать. Первым делом надо попытаться нанести удар по противнику, возможно смертельный. Затем нужно вывести принцессу оттуда невредимой, а если повезёт, то и Табиту тоже. Но принцесса была для него на первом месте. Приближаясь к месту, где они стояли, Флэр с удивлением обнаружил, что не видит нападавшего. Он видел принцессу, которая в замешательстве смотрела на Табиту, которая с таким же недоумением смотрела на свою блузку, медленно сползавшую с груди, а затем упала на колени от боли. Внезапно из раны хлынула кровь, и странная фигура, облачённая в белое, начала материализовываться. Флэр в ужасе наблюдал, как женщина начала кашлять кровью, а её тело мгновенно ослабло от удара. Сначала Флэр подумал, что этот человек — грешник, убийца или потенциальный похититель, который не упустит шанса увести принцессу, пока король и королева находятся в других кольцах. Флэр даже надеялся, что это грешник, потому что они привязаны к Кольцу Гордости, и на них легче охотиться. Но по мере того, как мужчина приближался, Флэр чувствовал, как у него по спине резко побежали мурашки. Хотя грешники редко носили белое, потому что его было сложно поддерживать в чистоте, именно золотые крылья выдали незнакомца. Ангел. Чертов ангел стоял всего в полуметре от Принцессы Ада с чем-то похожим на боевой топор из ангельской стали в руках. Флэр мало что знал об ангелах. Как и большинство уроженцев Ада, он всегда держался подальше от Гордыни в День Истребления, потому что остаться там означало практически напрашиваться на смерть под перекрёстным огнём. Так что Флэр не знал ни одного конкретного ангела, только их общее описание. Но он узнавал ангельскую сталь, когда видел её и чувствовал её запах. Она блестела особым образом и издавала особый звук. Это напоминало ему тихое пение хора или группу людей, которые поют в унисон. Это был одновременно умиротворяющий и пугающий звук. И когда мисс Вальц закашлялась, сплюнув кровь, Флэр увидел, как ангел повернулся к совершенно растерянной принцессе Шарлотте, всё ещё держа топор наготове. Флэр даже не раздумывал. Он не рычал и не лаял, когда бросился вперёд и с силой врезался плечом в ангела, отбрасывая его назад, подальше от раненого грешника и принцессы. Флэр надеялся, что это вырубит придурка или хотя бы собьёт его с ног, но, похоже, он недостаточно сильно ударил этого парня. Ангел покачал головой, словно в оцепенении. Флэр присел на корточки, встав на четвереньки, и громко и яростно зарычал, предупреждающе оскалив зубы, чтобы отпугнуть нападавшего. К сожалению, его рычание, похоже, только напугало Чарли, потому что, как только он яростно залаял и зарычал, она громко заплакала. Флэру было неприятно, что он её напугал. В конце концов, он был здесь, чтобы защищать её, и пес знал, что Вельзевул очень любит свою племянницу. Повелительница Чревоугодия была бы недовольна, если бы узнала, что телохранитель, которого она лично рекомендовала для своей маленькой племянницы, травмировал её в первый же месяц службы, но что он мог поделать? Он не мог утешить её прямо сейчас, когда перед ними нависла реальная угроза. Пока ангел пытался понять, что произошло, Флэр бросил быстрый взгляд на Табиту, которая, казалось, с трудом могла не только дышать, но и оставаться в сознании. Клинок из ангельской стали нанес ей довольно серьезный удар, и Флэр не был уверен, насколько сильно ангельская сталь может ранить грешницу. В конце концов, грешники были сильнее, чем адорожденные, за исключением королевских особ, но ангельская сталь была создана для охоты на грешников, и Флэр по собственному опыту знал, что это чертовски больно. Его рычание стало громче, когда Табита одними губами произнесла «уходи», ясно давая понять, что ему нужно сделать выбор и что этот выбор должен быть таким. Хотя она была важна для Чарли, как няня, безопасность Шарлотты была в приоритете. Пытаясь воспользоваться замешательством ангела, Флэр повернулся к рыдающей принцессе и раскрыл пасть, чтобы схватить её за платье и унести, как щенка. Он мог быстро бегать на всех четырёх конечностях, а затем на двух, и, учитывая, что у грешника не было ни единого шанса против ангела, Флэр понимал, что у него больше шансов украсть деньги из рук Маммона. — Всё будет хорошо, принцесса, — заверил Флэр плачущую малышку, которая в страхе попыталась отползти от них подальше. — Я отведу тебя в безопасное место… — ОТВАЛИ, КУСОК ДЕРЬМА! *ВШУУХ* *брызги* На мгновение Флэр не понял, что он услышал. Он увидел это, но не почувствовал. Краем глаза Флэр увидел, как лезвие топора летит в его сторону. Он услышал, как мужчина издал громкий боевой клич, и увидел, как лезвие вонзилось в его правую руку, разрезав её, как горячий нож разрезает масло. Порез был неестественно чистым, чище, чем те, что он получил от деформированных лезвий. Сначала не было боли… и крови не было. Только его правая рука медленно парила в воздухе с пугающей лёгкостью. Потом пришла боль. Флэр взвыл от боли, когда ему показалось, что каждый нерв в его руке словно обжёгся, а мозг отключился. Инстинктивно Флэр отпрянул от Чарли, чтобы прижать к себе раненую руку, забыв о том, что ему нужно было схватить её и бежать, когда стальной ботинок ударил его в бок с такой силой, что он услышал хруст ребра. Не успел пёс опомниться, как он откатился от Принцессы, а ангел встал между ними. Пытаясь отдышаться, Флэр едва смог прорычать что-то в ответ и с трудом поднялся на ноги, готовый снова напасть на ангела. Ему нужно было защитить принцессу. Ему нужно было доставить её в безопасное место. Ему это было нужно… …ему нужно было встать! Не успел он подняться, как почувствовал острую боль в пятках, а затем раздался хруст. На мгновение ему показалось, что его ударили по икрам, а потом… он не мог пошевелить ногами. Затем снова возникла та же мучительная боль, на этот раз обжигающая ступни и ноги. Флэр не смог сдержать стон боли, увидев, как вокруг его коленей начинает скапливаться кровь. Он не знал, откуда она — из отрубленной руки или из того места, которое ангел распорол у него за спиной. Флэр уже не знал, что ещё можно сделать. Ему было слишком больно, и он едва мог пошевелиться, пока ангел с отвращением смотрел на них. Табита изо всех сил старалась не закрывать глаза, с ужасом наблюдая за тем, как предводитель Истребителей перерезал ахиллово сухожилие Флэра, чтобы удержать адскую гончую на месте. Телохранитель храбро пытался защитить принцессу, он хотел сбежать вместе с ней и напал только потому, что у него не было другого выбора. С тех пор как Табита попала в Ад, она пережила всего три истребления, но до неё доходили слухи о том, что предводитель — человек с золотыми крыльями. Но почему они пришли так рано? Ещё не пришло время для очередного истребления, так почему же…? — Эй, всё в порядке, милая. Табита была уверена, что у неё галлюцинации, когда мужчина внезапно повернулся к принцессе Шарлотте. Топор безвольно болтался у него в руке, а голос звучал мягко и уверенно. Казалось, он пытался утешить Чарли, как сделала бы Табита, если бы могла. — Кто-нибудь… пожалуйста… — умоляла Табита, не уверенная, что вообще что-то говорит. Наверняка кто-нибудь уже идёт посмотреть, что происходит. Кто-то должен был прийти. В конце концов, Рози любила этот парк и соблюдала здесь строгие правила. Кто-нибудь из местных должен был услышать их ссору или вой Флэра. Помощь должна была быть уже в пути. Кто-нибудь смог бы защитить принцессу. — Беги, Шарлотта… — Эй, всё в порядке. Я один из хороших парней. Было почти смешно слышать, как ангел говорит, что он один из «хороших парней». Как будто он не нападал на них без предупреждения и причины. Чарли всё ещё была в ужасе и пыталась отползти, но платье мешало ей, и она спотыкалась о подол. Внезапно Табита пожалела, что выбрала для неё это платье тем утром. Может быть, тогда Чарли смогла бы спастись от этого кровожадного посланника Небес. Но они мало что могли сделать. Флэр был без сознания и истекал кровью. Не говоря уже о том, что она сама изначально была не в лучшей форме. Но она могла выиграть для принцессы немного времени. — Не… трогай… её… — Табита изо всех сил старалась говорить грубо, хватая мужчину за халат и испытывая лёгкое удовлетворение от того, что её кровь хоть немного испачкала белую ткань, когда он с отвращением отдёрнул руку. Судя по всему, ангелам не нравилось пачкаться. Но её силы были на исходе, и он легко высвободился из её хватки, прежде чем повернуться к плачущей Шарлотте. — К… кто-нибудь… остановите… — У меня нет на это времени. Табита в ужасе наблюдала за тем, как ангел поднял Шарлотту на руки и нежно, но крепко завернул её в свой плащ, словно в пеленании, скрыв от посторонних глаз. Убедившись, что принцесса надёжно в его руках, ангел взмахнул рукой, и перед ним появился портал с золотыми краями, за которым виднелся светлый и чистый коридор. Неужели он собирается… — Всё в порядке, малышка. Теперь ты в безопасности. Давай отведём тебя домой. Табита смотрела, как ангел проходит через портал, который захлопнулся как раз в тот момент, когда подоспела помощь. Её зрение затуманилось, когда кто-то крикнул ей и Флэру, чтобы они объяснили, что произошло. Табита почувствовала, как её глаза медленно закрываются от усталости. Последнее, что она помнила, — это как она просила кого-то как можно скорее отправить вызов королю и королеве. Ей показалось, что она произнесла: «Принцессу похитили», но когда перед глазами у неё потемнело и все крики стихли, Табита уже не была уверена, что смогла произнести хоть слово.