Пятый курс. Львята против змей.

      Октябрь подступил незаметно для Хогвартса. Стало немного холоднее, а так всё как всегда. Студенты начали активную подготовку к СОВ. Конечно, некоторые не вылезали из учебников и библиотеки. Старались всё своё время провести с пользой. Эллисон, например, почти не виделась с Кэролайн, та решила активно готовиться ко всем предметам. Хотя зачем, если она и так любимица всех учителей? Эллисон была уверена, что Паркер сдаст все СОВ на превосходно. Мадам Пинс недовольно поглядывала на старшекурсника со Слизерина, который часто приходил отвлекать от книжек Паркер. Форбс не одобряла, что Кэролайн простила Рабастана, но и не могла ей помешать.       Эллисон тоже начала готовиться. Согласитесь, было бы странно, если бы она забила болт на подготовку. Хотя это вполне в её духе, но Лили Эванс не давала ей загнуться и то и дело таскала её за собой в библиотеку для подготовки. По вечерам Эллисон сидела в гостиной и писала реферат по истории магии или по трансфигурации. С зельями, чарами, рунами, уходом за магическими существами всё было неплохо. Единственный предмет, который Эллисон хотела бы нахрен убрать из своего расписания, — это травология.       Больше всего над учениками измывались профессора МакГонагалл и Барт. Одна задавала столько домашки, что хотелось повеситься при виде только одного задания, а их было чаще всего больше пяти. Барт же отрывался на учениках на уроках. Империус он пока не применял, но вот начал учить их легилименции и окклюменции. Пока только он проникал в головы студентов. Условия были таковы: Барт выбирал себе несколько жертв на занятие и проникал в их сознание, если ученики не справлялись с профессором, и он находил какие-нибудь важные секреты или воспоминания, то весь класс узнавал о них. И Барту совершенно наплевать, что у пятикурсников совсем не было времени, чтобы на переменах стараться пробовать закрывать свой разум. Только у некоторых получилось сопротивляться ему. К удивлению, это были Блэк, у него получалось лучше всего, и Эван Розье. Больше никто не смог сопротивляться.       Не забывал издеваться над командой и Джеймс. Тренировки шесть раз в неделю. Почему не семь? Да потому что Фабиан и Гидеон чуть не сломали метлу Джеймса и не засунули в одно место, когда услышали это радостное объявление. И Поттера совсем не волновало то, что на улице может быть дождь. Даже в ливень тащил всех из комнат силком на поле.       Ещё не стоит забывать про Регулуса, которому Эллисон пообещала помочь с вызовом Патронуса. Встречались они раз в неделю в заброшенном классе, чтобы, не дай Бог, их не заметили вместе. Эллисон ощущала себя странно в роли учителя. Пока что они с Регулусом тренировались без настоящего дементора. Для начала ей нужно было научить его создавать серебряный купол, а телесный Патронус как-нибудь потом. Регулус не язвил, не пререкался с Эллисон. В общем, был идеальным учеником, поэтому уделить ему чуть больше часа в неделю оказалось не так уж и сложно.       Мародёры тоже поутихли, но это только потому, как приближался Хеллоуин. Все знали, что с каждым годом эти ребята превосходят самих себя. Так и сейчас они занялись разработкой нового масштабного розыгрыша.       Хеллоуин — это один из любимых праздников в Хогвартсе. Лесничий Хагрид специально растит тыквы, чтобы потом они украсили Большой зал. В этот день розыгрыши были не то что разрешены, они приветствовались! Никто никого не наказывал в этот день за шалости. Дамблдор, наоборот, хлопал громче всех мародёрам, а у МакГонагалл появлялась новая пара седых волос.       После последнего и единственного розыгрыша над мародёрами гриффиндорки решили, что пора бы завершать их карьеру в этом деле. Благо, Сириус больше не стал совать нос куда не надо, и особенно Эллисон могла выдохнуть, ведь именно у неё были проблемы с секретами.       — Элл, что там у нас следующим? — спросила Лили, когда они вышли из кабинета МакГонагалл. Лили, как старосте, нужно было что-то передать декану, а Эллисон просто пошла за компанию с ней.       Эллисон достала помятое расписание из сумки.       — Ну нет, зелья! — страдальческим тоном протянула она. — Убейте меня, а?       — Зелья — это же самый классный предмет, Эллисон! — покачала головой Лили.       — Ага, если ты не стоишь в паре со Снейпом, — пробурчала она, убирая расписание обратно.       — Только попробуй начать защищать его сейчас. Меня больше ничего не останавливает, чтобы в открытую вымещать всю злость. Ты-то теперь не дружишь с ним, да?       — Да, но Северус — хороший зельевар.       — Ага, — фыркнула гриффиндорка. — Ты-то с Марлин, хоть она и не умеет варить эти ваши зелья, Мэри с Петтигрю, а я? Мне постоянно нужно терпеть его важный вид. Всегда хотела спросить, он вообще моется?       — Эллисон! — осуждающе воскликнула Эванс, на что Эллисон только пожала плечами. Она уже всё объяснила.       — Попросись к кому-нибудь другому?       — Слизнорт в жизни не уступит мне. Морж хренов.       — Слышали бы преподаватели, как ты их называешь. Поседели бы раньше времени, — покачала головой рыжеволосая.       Не лестные высказывания в сторону преподавателей из уст красноречивой подруги были частым явлением. Лили даже привыкла к ним, как и Мэри с Марлин. Эванс заметила, как волнуется Эллисон, то и дело щипая себя за руку. Приближающийся матч нервировал всех, кто не сидел на трибунах в этот день. Но больше беспокоилась Эллисон. Для неё квиддич был на первом месте. Особенно уровень ответственности поднимался, когда та вспоминала, что Гриффиндор ни разу не взял Кубок школы, даже несмотря на то, что Поттер старался как не в себя.       В класс Эллисон с Лили зашли самые последние. Девушка села за своё место рядом со Снейпом. Он что-то пробормотал, но она его не слушала. После того, как Сириус рассказал, что он хотел оглушить её, ненависть к слизеринцу выросла до небес.       — Добрый день, студенты! — как всегда радостным тоном воскликнул Слизнорт.       — Сегодня у нас будет необычное занятие. Недавно мне пришла замечательная идея расформировать ваши пары! — Почти все в классе разочарованно вздохнули. Джеймс и Сириус вообще крикнули что-то типа: «Несправедливо, мы против!»       Возмущались все, кроме Северуса и Эллисон. Наверное, впервые в жизни Эллисон увидела, как улыбается Снейп. Что таить, они ненавидели друг друга с первого курса.       — Ну, ну… Не стоит так бурно реагировать! В конце года вы будете сдавать СОВ, а там вашего любимого соседа не будет. — На этом моменте Северус и Эллисон фыркнули в один момент. Эллисон подумала, что ещё чуть-чуть, и они с ним возьмутся за ручки и пойдут обнимать Слизнорта от радости.       — Итак, кто хочет быть в паре с Лили Эванс? — начал профессор.       Как только прозвучало «Лили», рука Поттера взмыла вверх. Некоторые гриффиндорцы хотели поднять руку, но взгляд Джеймса заставил их тактично уступить. Все знали, что с Поттером лучше не связываться, особенно, когда речь идёт о старосте Гриффиндора.       Эллисон тоже подняла руку вверх. Как и Снейп.       Лили бросила на него быстрый на Северуса и не смогла не ощутить прилив радости. Ей просто нужны извинения. Девушка знает, что Северус никогда бы так не сказал, если бы Поттер не взбесил его. Эмоции переполнили. Бывает. Лили дружит с ним так долго, что готова простить всё. Нужно ведь только попросить.       — Я думаю, нужно уступить мистеру Поттеру. Такая тяга к знаниям очень похвальна, Джеймс!       Лили вооружилась поварешкой. От Поттера можно защититься только так.       Сириус, сидящий рядом с Джеймсом прыснул и сказал:       — Знаем мы эту тягу, но ты всё ещё променял меня на бабу, Сохатый!       — Ты будешь шафером на нашей свадьбе, — кинул счастливый Джеймс и, сломя голову, понесся к старосте, которая была не так довольна своему новому соседу.       — Я уверен, что вы, Северус и Эллисон, справитесь без мисс Эванс, — продолжил профессор.       — Мисс Макдональд, пожалуйста, пересядьте к мистеру Люпину, — кивнул в сторону Ремуса Слизнорт. — А вы, мисс Маккиннон, сегодня будете с мистером Петтигрю! Так-так. Кто у нас без пары? Мисс Форбс, займите место рядом с мистером Блэком, а то уж слишком он грустный без мистера Поттера.       Эллисон была рада работать с любым человеком в этом классе лишь бы не со Снейпом. Она села за самую последнюю парту рядом с Сириусом.       — Привет, Блэк. Вы с Поттером не успели ничего подмешать в котёл? — настороженно спросила она. Уж слишком эта парочка любила взрывы, а ещё больше бесить Слизнорта.       — Всё может быть, — протянул Сириус и загадочно улыбнулся ей.       Эллисон этот ответ не понравился, и она аккуратно заглянула в котёл. Вода как вода, вроде бы.       Сириус прикрыл рукой усмешку. От такого недоверия стало до жути смешно.       — Да расслабься. Там просто вода, — успокоил он её.       — Так, молодые люди. Сегодня мы будем готовить животворящий эликсир. Кто мне расскажет, какими свойствами он обладает? — Слизнорт поднял взгляд на класс и печально улыбнулся. Подняли руки только двое. Северус Снейп и Лили Эванс.       — Лес рук, — выдохнул он. — Что же, мисс Эванс, просветите своих однокурсников.       — Животворящий эликсир — это зелье, которое повышает энергию пьющего, — спокойно ответила она.       Джеймс не сводил с неё глаз. От этого Лили почувствовала себя некомфортно. Она хотела работать в одиночке, но только не с Поттером. Девушка ощущала себя вещью, которую капитан команды по квиддичу хочет поймать, будто снитч. Конечно, для него это лишь игра, если она сдастся, то Поттер тут же потеряет интерес. От этой мысли Лили иногда думает, может, дать ему забрать свой драгоценный «снитч»? Тогда Джеймс отвалит.       Он хочет всеобщего внимания, всегда быть в центре вселенной. Как шут, которому каждая улыбка дарует наслаждение. Лили же не любит быть в центре внимания.       — Отлично! Плюс пять очков Гриффиндору! Откройте страницу двадцать три. Там будет рецепт этого зелья. Первые, кто справятся с заданием, получат плюс двадцать очков!       Эллисон открыла учебник, положив его по середине, и начала читать.       — Не всё так сложно, — сказала она.       — Ну же, Джим, перестань быть идиотом, — сказал Сириус, когда лучший друг чуть не опрокинул котёл. — Господи, она сейчас даст ему этой поварешкой по голове.       Сириус с замиранием сердца смотрел на то, как лажает Джеймс.       Эллисон перевела взгляд туда же и хихикнула.       — Запущенный случай, — кивнула она в подтверждение слов Блэка. — Вы вообще занимаетесь им? Что-то с каждым годом Лили бьёт его всë больше.       — Все наши старания обращаются в прах, когда Лили появляется в радиусе десяти метров. А у тебя есть предложения, как это исправить, солнышко, раз ты такая умная? — с ноткой сарказма спросил Блэк.       Но и Эллисон нашлось, что ответить:       — Да, Вообще-то, есть. Во-первых, перестать делать очевидные комплименты. И желательно перестать кричать на весь Большой зал: «Привет, Эванс!» — спарадировала голос Поттера Эллисон. — Звучит, будто ему пять лет.       — Ты хоть состояла в отношениях, милая?       — Тренера не играют, — повела плечами девушка.       Эллисон уткнулась в рецепт, но и тут ей помешали:       — Эй, ты же не всерьёз решила просто варить зелье? Давай скрасим этот унылый урок, — с заманчивой улыбкой сказал Сириус.       Эллисон с прищуром посмотрела на него, а потом увидела в его сумке две навозные бомбы и всё поняла.       Мародеры без шалостей, как волшебник без палочки. Всегда идут комплектом.       — Значит, твой сообщник ушёл, и ты решил переманить меня на свою сторону? — со смешком спросила она. — Я за, если при этом пострадают слизеринцы!       Глаза Эллисон загорелись азартом. На секунду Сириус замер, он думал, её придётся уговаривать, она же девчонка. Ни одна из его знакомых не стала бы возиться с навозными бомбами.       — Нам очень повезло, что пары перераспределили. Теперь Мальсибер и Нюниус в одной лодке. Ты что скажешь? Кому подкинем вторую? — наклоняясь поближе к Эллисон, тихо спросил Сириус, потому что рядом проходил Слизнорт, напевая какую-то песенку.       Снейп и Мальсибер. Злорадная улыбка тут же появилась на её лице. Ну и пусть. Эти уроды заслужили.       — Что насчёт Розье и Забини? Только вот, кто их отвлечет? — шёпотом спросила Эллисон, не обращая внимание на то, как сильно близко они стояли и тем самым вызвали хмурый взгляд у Слизнорта. Потом он только покачал головой, что-то прошептал себе под нос и улыбнулся, уходя за свой стол. — Вряд ли слизеринцы забьют на летающие навозные бомбы возле них.       Вместо ответа Сириус кивнул в сторону Питера, который неуклюже бросал в котёл всё, что только можно, пока Марлин отошла за недостающими ингредиентами. После закинутых лапок паука и ещё чего-то зелёного и непонятного котёл начал трястись, а ещё через несколько секунд взорвался. Питер стоял неподвижно. Его лицо стало чёрным от пыли и сажи. Сейчас все глаза в классе были направлены на него. Слизеринцы громко хохотали, кидали оскорбительные фразочки в сторону Питера.       — Наш час, — прошептал Сириус и с помощью палочки аккуратно перенёс по воздуху бомбу в котёл Розье и Забини. Эллисон повторила те же действия, и бомба беззвучно опустилась в котёл Снейпа. Слава богу, он ничего не заметил.       — Мистер Петтигрю, ну как же так?! — воскликнул Слизнорт и понёсся к Питеру, чтобы вернуть содержимое котла обратно, пока оно не доползло до других учеников. — Останьтесь после урока и всё уберите.       Эллисон и Сириус сразу же уткнулись в книгу с рецептом, глупо улыбаясь. Они ждали, когда навозные бомбы сработают.       — Я полагаю, смысла начинать готовить этот эликсир нету? — со смешком спросила Эллисон.       Ответ не потребовался.       Аврора достала поварешку, чтобы размешать настойку полыни, но не учла одного: секретный ингредиент взорвётся, если начать со всей силы мешать зелье. Содержимое фонтаном вылилось на Забини и Розье, а также на рядом сидящих слизеринцев. Аврора так и стояла с этой поварешкой в руках, широко открыв рот. Всё её лицо, как и у Эвана, было в грязи.       — Стой, идиот! — прошипел в тот момент Северус, когда его сосед принялся мешать и их зелье, но реакция у Мальсибера была, скажем так, хреновая. Теперь и он стоял весь коричневый со своим таким же другом, на лице отразилась злость.       Эллисон подавляла смешки, но улыбку скрыть не смогла, как и многие гриффиндорцы. Сириус поймал взгляд Снейпа и с довольной улыбкой помахал ему, наслаждаясь зрелищем.

***

      Кабинет МакГонагалл уже успел стал родным для Эллисон. Она вместе с Сириусом, Джеймсом, Ремусом и Питером сидела на диванчике и ждала приговора. Питер и Джеймс не понимали, причём здесь Эллисон. Питер смотрел на неё настороженно, думая, что сейчас она всех их выдаст. Джеймсу в голову не могло придти, что Форбс стала бы учавствовать в розыгрыше. Девчонка всё-таки! Но вот Ремус всё понял ещё тогда, когда увидел её, смеющуюся с Сириусом на задней парте.       Рядом со столом их декана стоял взбешённый Снейп, активно размахивая руками, он показывал на всех пятерых и говорил, что именно они сделали это.       — Мистер Снейп, я вас поняла, — устало кивнула в ответ женщина, прервав длинный монолог ученика. — Вы можете идти и помойтесь. — Джеймс, Сириус и Эллисон усмехнулись одновременно, будто поймали одну волну.       — Профессор, я надеюсь, виновных накажут?       — Можете не сомневаться, а теперь идите, — отрезала МакГонагалл. Ей не нравилось, когда кто-то сомневался в её справедливости. Снейп со злорадствоющей ухмылкой окинул всех пятерых взглядом и вышел из кабинета.       — А теперь вы впятером постарайтесь объяснить мне, почему котлы мисс Забини и мистера Розье, мистера Снейпа и мистера Мальсибера взорвались? — Из глаз женщины вылетали молнии. Она была в бешенстве.       — Профессор, мы, как и все остальные, не понимаем, как такое могло произойти, — невинно начал Люпин, понимая, что опять ему расхлебывать очередное дело. — Сегодня мы готовили животворящий эликсир. Джеймс и Сириус даже не сидели вместе.       — Да, я слышала от мистера Снейпа, — прервала его МакГонагалл. — Сегодня профессор Слизнорт решил поменять ваши пары. Сообщником мистера Блэка стала мисс Форбс.       — Я знаю Эллисон много лет, она бы никогда не стала заниматься таким. — Сириус тихо хмыкнул в ответ, вспоминая, с каким азартом в глазах она делала это. Эллисон, сидящая рядом незаметно толкнула его локтем, чтобы тот заткнулся. — И как староста могу поручиться за Сириуса и Джеймса. У них не было возможности приобрести навозные бомбы. Скорее всего, эти бомбы были либо изначально подложены, либо это сделал кто-то другой в надежде подставить нас.       МакГонагалл уже не знала, как бы раскрыть всю эту лживую историю. С одной стороны, она понимала, что мальчик просто выгораживает своих друзей, но с другой стороны, негде было подкопать. Снейп высказал только свои мысли, но, как оказалось, самих действий он не видел, хотя был уверен в своей правоте.       Все четверо сидели, выпрямившись, как по струнке. Они приняли прилежный вид и соглашались со всем, что говорит Ремус.       — Тогда ответьте мне на один вопрос, мистер Петтигрю. Как так вышло, что ваш котёл тоже взорвался? — прищурив глаза, спросила женщина, ожидая, что мальчик точно проколется.       — Видите ли, профессор, у меня всегда было плохо с зельеварением. Тем более сегодня нас пересадили, — на удивление, уверенно ответил Питер.       — Если узнаю, что это были вы, будете лишены походов в Хогсмид до конца семестра, а ещё каждый день будете помогать профессору Барту! А теперь живо на уроки! Минус тридцать очков Гриффиндору за этот инцидент.       Все пятеро быстро вышли из кабинета и облегченно выдохнули. Тридцать очков. Всего-то! Можно сказать, что они отделались одним испугом.       Они направились к кабинету ЗОТИ.       — Нас когда-нибудь исключат из-за ваших тупых розыгрышей! Вы хоть день можете посидеть спокойно, а не как будто у вас шило в жопе? — устало спросил Ремус.       — Да ладно тебе, Рем! Это было весело. А ещё спасибо нашему прекрасному сообщнику! — с улыбкой отвесил шутливый поклон перед Эллисон Сириус. Будьте уверены, Блэк отрабатывал такие поклоны с самого детства, заучивая каждое движение, чтобы ни одна прядка не упала с его головы.       Эллисон в той же манере, что и Блэк, махнула рукой и сказала: «Бросьте!»       — Так это ты всё-таки помогла? — удивился Джеймс.       — А ты думал, кто? Санта-Клаус? — со смешком спросила девушка.       Джеймс одобрительно хмыкнул в ответ.       — Классный взрыв, Питер, — с улыбкой сказала Эллисон, перед тем, как зайти в класс.       Щёки Питера немного порозовели, он что-то пробурчал в ответ. Джеймс и Сириус с улыбкой посмотрели на друга, а потом хитро переглянулись.       — Думаешь о том же, о чем и я? — шёпотом спросил Джеймс.       — Сейчас я думаю, что вы опоздали на мой урок, так ещё и болтаете не по теме, поэтому я имею полное основание оставить вас после уроков, — раздался голос Барта за спиной Джеймса.       — Ой, профессор. Всё-таки вы были ниндзя в молодости, да? — спросил Джеймс перед тем, как получить подзатыльник.

***

      Министерство магии каждый день получало тысячи сообщений о нападениях людей в масках то на магглов, то на магглорожденных, то на полукровок. Жертвами становились даже чистокровные волшебники, которые не захотели присоединяться к армии лорда Волан-де-Морта. Министр магии в это время был нагружен так сильно, на его плечах было столько ответственности за миллионы жизней, что он решил медленно, но верно уходить с поста, скидывая все свои обязанности на первого заместителя министра. Так и сейчас. Министра не было на рабочем месте. Он уже был где-то в Испании или Италии. Никто не мог уследить за его передвижениями. Сам мужчина уверял, что эти путешествия исключительно в рабочих целях, но все очень давно поняли, что он просто напросто не собирается возвращаться сюда.       Марселус Альберт Пирс сидел на своём положенном месте в своём кабинете и рылся в отчётах мракоборцев. Он не спал уже несколько дней. Если бы не заклинание для улучшения внешности, то все бы стали свидетелями его огромных мешков под глазами.       Дверь без стука отворилась. В кабинет зашёл высокий мужчина с злобным взглядом, но всё же в глазах всегда оставались крупицы решимости, которой порою так не хватает многим в это нелегкое военное время. Марсель поднял взгляд на Аластора Грюма или же Грозного Глаза — мракоборца, который сейчас тащит на себе, можно сказать, всех остальных мракоборцев. Аластор выглядел раздражённым. Даже невооружённым глазом можно было понять, что шутки в сторону. Этот волшебник убьёт любого, кто решит заговорить не по теме.       — Здравствуй, Аластор, — приветливо начал Марсель, всё так же не отрываясь от отчётов.       — Здравствуй, здравствуй, — пробурчал мракоборец, садясь на кресло перед столом заместителя министра. Он пилил взглядом его, но тот, кажется, и вовсе не замечал такого пристального взгляда, просто продолжил разбирать отчёты.       — Да оторвись ты от своих бумажек в конце концов! — вспыхнул Грозный Глаз.       Марсель медленно отложил письмо и внимательно посмотрел на него, как тот и просил.       — Если это по поводу того, что вас слишком мало, как ты говоришь, то я всё ещё отвечу тебе: нет у меня лишних людей, — устало изъяснял Марсель. — Все, кто были, уже у тебя на службе или мертвы.       — Да я не об этом, — отмахнулся мужчина. — Хотя это тоже!       — Тогда, что же тебе нужно, мой любимый угрюмый глазик? — нарочито ласково спросил Марсель. На самом деле он ужасно устал и не готов выслушивать очередной запрос Грозного Глаза, но поступить, как министр не мог. На его плечах столько жизней, что он не мог бы нежиться под жарким итальянским солнцем.       — Сейчас договоришься, мальчик.       — Я хочу, чтобы ты пригласил обратно Хелен Форбс. Нам нужны любые дополнительные силы, а Хелен была уникальным мракоборцем, пока не ушла!       — Вот именно, Аластор. Ушла. Причём по собственному желанию, — напомнил ему Марсель и хотел вернуться к бумагам, но громкий стук рукой о подлокотник не дал ему сделать это.       — Чушь собачья! — прорычал Аластор. — Хелен также хотела покинуть свою должность, как и я! Не знаю, что там ей взбрело в голову, но пора возвращаться в строй. Конечно, может, это всё из-за Эллисон, но…       — Что за Эллисон? — перебил его Марсель.       — Ты не знаешь? — удивился мужчина. — У неё лет пятнадцать назад появилась дочь. После этого она то и ушла.       Марсель ненадолго застыл, проводя в голове собственное расследование.       — В тот год, когда умерли Астория и Чарльз Флеминги? — Голос стал жёстче после упоминания старых друзей. Марсель в ожидании посмотрел на Аластора. Тот только пожал плечами.       — Должно быть, так, — отстраненно кивнул Грюм. — А к чему это, Марсель? Не думаешь же ты, что девочка… — шутя, спросил мужчина, но вот Марсель не был настроен на шутки. — Нет. Хелен бы не скрыла от тебя такое, — уже серьезно сказал он. — По-твоему, твою же крестницу скрыли от тебя? Единственного человека, который мог бы взять её и оберегать?       — Наверное, ты прав, — нехотя согласился Марсель. — Ладно. Я поговорю с Хелен.       Ковыляя, Аластор вышел из кабинета, оставляя мужчину наедине со своими непрошенными мыслями о прошлом. А Марсель всё никак не мог выкинуть из головы свою крестницу, своего лучшего друга и его жену. Марселус перевёл взгляд на фоторамку, где хранилось старое фото. Ему было почти пятнадцать лет. Здесь был он. Счастливый Марсель бережно держал маленький свёрток на руках и покачивался из стороны в сторону. Астория и Чарльз стояли рядом и улыбались. Девушка склонилась над свертком и поправила что-то. Здесь были изображены Астория, Чарльз и Флоренс Флеминги за меньше чем месяц до их смерти.

***

      Когда Эллисон зашла в заброшенный кабинет, Регулус уже был там. Он сидел на старой парте и то и дело подбрасывал волшебную палочку вверх.       — Чего такой хмурый? — поинтересовалась она, садясь на соседнюю парту и доставая домашку по зельям.       — Слышала бы ты, что о тебе сегодня весь день говорит Слизерин, я бы посмотрел на тебя, — с нервным смешком ответил Регулус и перестал подбрасывать палочку.       — А тебе какое дело? Волнуешься, что ли? — спросила Эллисон, но не получила ответа.       — И что же про меня говорят?       — Что ты стерва, которую нужно проучить. Чем ты за один день успела так задеть Розье, Мальсибера, Нотта, Забини и Снейпа? — спросил Регулус.       — Подкинула с твоим братом в их котлы навозные бомбы, — будничным тоном ответила Эллисон. — Может, уже приступим к занятию?       — А с ним то ты когда успела спеться? — устало спросил Блэк. Не хватало ему ещё одного бешенного тандема.       — Меньше знаешь — крепче спишь, дорогуша. Лучше показывай, что там с твоим Патронусом.       Регулус решил не спорить и опять вызвал Патронуса. Странное серебристое облачко вырвалось из палочки на пару секунд. Иногда ему казалось, что у него нет ни одного счастливого воспоминания.       Возможно, так и было.       — М-да, не густо, — огорченно пролепетала Эллисон. — Что ты представляешь, когда вызываешь Патронус? Уверен, что это самое счастливое воспоминание?       — Можешь не сомневаться. Если это не самое счастливое воспоминание, то у меня их вообще не было, — отстраненно ответил он. Сам иногда не верил своим словам.       Эллисон поджала губы и кивнула.       — Ладно. Тогда давай по новой. Мы добьем твой Патронус, Регулус.       — Если не меня, — отозвался слизеринец.       Регулус снова остановился и посмотрел на Эллисон с заминкой.       — Сейчас то что не так? — спросила Эллисон, отрываясь от домашки по зельям.       Ей нужно было написать реферат по лунному камню. Такие задания не очень нравились Эллисон, но и списать не у кого. Кэролайн никогда в жизни не даст ей списать. Уж такие у неё принципы. Лили Эванс пишет столько, что больше половины можно вычеркнуть, поэтому легче писать самой.       — Ты не примешь ещё одного ученика? Мой друг Барти прицепился ко мне, как пиявка, и не отстаёт. Он как-то узнал, что ты учишь меня вызову Патронуса, и теперь тоже хочет.       — Может, он губу лучше закатает? Я учителем не нанималась, мне вот никто не платит за это, — резко ответила Эллисон. Одно дело — это учить Регулуса в тайне. Другое — это когда про её «курс» узнают другие.       — Так это значит нет? — спросил Регулус, но то, с каким тоном он спросил её, Эллисон не понравилось. Это так и звучало: «У тебя нет выбора.»       — Ты всё прекрасно понял, Реджи, — без замедлений ответила она как раз в тот момент, когда дверь в класс открылась, и в него зашёл третьекурсник со Слизерина, о котором пару секунд назад они говорили с Регулусом.       — Привет! А я тут сливочное пиво захватил! Бартемиус Крауч-младший, но для друзей просто Барти. Я ж не виноват, что у папаши не хватило фантазии, — задорно протараторил Барти и подошёл к Эллисон, протягивая бутылочку.       Эллисон, вскинув брови, смотрела то на Барти, то на извиняющегося взглядом Регулуса. Стиснув зубы, она забрала бутылку.       — Ну? По твоему лицу вижу, ты очень рада. Эллисон, да? — с улыбкой сказал Барти, пока Эллисон открывала бутылку резкими движениями со злым взглядом, направленным прямо на Крауча.       — Ты какой-то неправильный слизеринец. Может, ещё и обнимемся? — саркастически спросила девушка.       — Ну нет. Я с незнакомцами не обнимаюсь. Но вот на следующем занятии могу подумать.       — Дистанцию соблюдаем. Два метра, — строго кинула Эллисон. — Регулус, давай ты пока проведи ему инструкцию, а я попытаюсь дописать этот чертов реферат по лунному камню.       — Проблемы с зельеварением? — невинно поинтересовался Барти, заглядывая в почти пустой пергамент.       Эллисон промычала что-то нечленораздельное и уткнулась дальше в реферат.       — Хочешь, я помогу тебе с твоим рефератом? Взамен на обучение, конечно, — добавил Крауч.       — Ты разбираешься в лунных камнях? — спросила его Эллисон.       — Ну вообще-то да. Летом читал о них, — спокойно ответил мальчик. — Давай сюда, потом перепишешь своим почерком.       Эллисон всё же вложила перо в протянутую руку и освободила слизеринцу место. Ей нужно было сделать реферат к завтрашнему дню, а вышло только написать заголовок.       — Принёс сливочное пиво, пишешь мой реферат… Тебе вообще всё равно, кто я?       — А кто ты? Салазар Слизерин, что ли? — не отрываясь от пергамента, спросил Барти.       Эллисон не ответила и перевела вопросительный взгляд на Регулуса, до этого спокойно наблюдающего за ними.       — Ладно. Давай ещё раз вместе. Экспекто Патронум! — в один голос сказали Регулус и Эллисон. Из палочки гриффиндорки вырвался гиппогриф и сразу стал наматывать круги по маленькому кабинету. Даже Барти оторвался от реферата и с открытым ртом наблюдал за серебряным гиппогрифом.       У Регулуса дела обстояли не так хорошо, телесный Патронус всё ещё не давался ему. Однако в этот раз огромное облако парило в воздухе почти минуту перед тем, как исчезнуть.       — Привет, дружок, — ласково произнесла Эллисон, когда гиппогриф подошёл к ней.       — Я тоже так хочу! — с воодушевлением заявил Барти.

***

      Возвращаясь в башню, Эллисон не забыла убавить яркость палочки. Она шла тихо, надеясь, что дойдёт спокойно. Сзади вдруг послышались чьи-то твёрдые, но тихие шаги. Эллисон затаила дыхание, прислушиваясь к шагам. Они определённо направлялись в её сторону, что очень плохо.       — Форбс! Форбс, давай сюда! — прошипел кто-то из темноты. Эллисон не успела направить палочку в ту сторону, как была нагло утащена за доспехи. Она хотела возмутиться, как её рот прикрыли рукой.       — Успокойся. Это я, — шёпотом сказал парень, убирая руку с лица девушки. Эллисон сразу же узнала по голосу Сириуса. — А там Барт, который нашёл бы тебя, если бы не я. Стой тихо. Он скоро пройдёт.       Эллисон было немного неудобно в таком положении. Она стояла спиной к Сириусу, сильно вжавшись в него и то не по своей воле. Он сам прижимал её к себе за плечи, чтобы Барт их случайно не увидел. И вправду, спустя несколько минут мимо того места, где до этого стояла Эллисон, прошёл Барт. Ещё несколько секунд они так простояли, а потом Эллисон наконец-то выбралась из хватки и вдохнула спокойно.       — Спасибо, конечно, но…       — Можно просто спасибо. Мне не нужны овации, Эллисон, — насмешливо ответил Сириус, убирая что-то в задний карман брюк. Эллисон постаралась разглядеть, но так и не поняла, что это было.       — Я просто хочу знать, как ты понял, что идёт именно Барт? Почему не Филч? — прищурив глаза, спросила она.       Сириус пожал плечами и хитро улыбнулся.       — Интуиция, детка.       Но Эллисон не поверила. Какая к чёрту интуиция? Она даже не обратила внимание на мерзкое прозвище. Так и буравила Блэка настойчивым взглядом, но тот ни в какую.

***

      В комнате девочек пятого курса в гриффиндорской башне было очень тихо. Эллисон медленно открыла дверь, боясь разбудить девочек, и также медленно зашла в комнату. Но спали только Мэри и Марлин. Лили сидела с каким-то календарём в руках и, видимо, вела какие-то подсчёты.       — Ты чего не спишь, Лилс? — шёпотом спросила её Эллисон, тем самым привлекая внимание к себе. Лили вздрогнула, до этого она не заметила, что кто-то ещё зашёл в комнату. — И зачем тебе календарь?       — Я… — замялась рыжеволосая. — А ты почему так поздно? Уже давно пора было вернуться в комнату.       — Ладно, ладно, не отвечай, что это за календарь. Только больше не включай режим старосты.       — Я спать, цветочек. — Лили кивнула и вернулась к календарю.       Эллисон подумала, что все сегодня какие-то странные. Что Блэк, что Лили.

***

      Открыла глаза Эллисон только тогда, когда окончательно поняла, что не сможет уснуть. Но это была не спальня Гриффиндора. Опять незнакомая комната, которую Эллисон никогда в жизни не видела. Девушка оглянулась и постаралась зацепиться за хоть что-то знакомое, но нет. Всё здесь было чужим.       — Сесилия? — неуверенно приговорила в пустоту Эллисон, но встретилась с гнетущей тишиной.       — Флоренс! — раздался шёпот за спиной. Голос мужской.       Она не могла разглядеть его. Только чёрное пятно, похожее на мрак. Будто оно и призывало её, просило коснуться.       — Ближе, Флоренс, ближе…       Мрак и притягивал, и отталкивал одновременно. Хотелось прикоснуться и убежать от такой силы.       — Кто ты?       До неё дошло только одно: «Морозов».

***

      Эллисон никогда не испытывала такого странного чувства. Будто всё внутри подсказывает, что скоро случится что-то очень плохое. Но из плохого в её жизни могло случится только то, что на завтрак дадут томатный сок. Сейчас же перед ней стоял чай с лимоном, поэтому ни о каких неприятностях и речи не могло идти.       — Я так волнуюсь, — сказала Марлин, усаживаясь рядом с подругой. — Кусок в горло не лезет. Мэри, как ты можешь так спокойно есть эти блины?!       — Не гони на блинчики, — возмутилась Макдональд. — Они не виноваты, что ты так волнуешься.       Эллисон отлично понимала, что сейчас чувствует Марлин. Слизеринский стол шумел громче обычного. До Форбс доносились лишь обрывки их фраз, но и этого хватило, чтобы живот скрутило от страха. Она поймала взгляды Барти и Регулуса. Они не издевались, в отличие от других. Регулус просто незаметно кивнул ей в знак приветствия, а Барти даже улыбнулся и энергично помахал. Он никогда не стыдился того, что общался с ней. Всегда говорил: «И что с того?» Его никогда не задевали взгляды Розье, Забини, даже Малфоя. Признаться, Эллисон была рада, что познакомилась получше с ними. Особенно с Барти, хотя первое время она боролась с желанием испробовать на нём заклинание немоты.       Эллисон знала, что в этом году Релулус впервые играет в качестве ловца в команде Слизерина. В игре она его не видела, но что-то подсказывает, что он хорош. Ловец же должен быть собраным, внимательным к деталям. Как-то раз, во время их «урока» Регулус поймал одной рукой муху, летающую над его ухом. Именно после этого Эллисон окончательно убедилась, что Блэк — хороший ловец.       — Хватит выдумывать. Вы отличные игроки. Марлин, ну-ка возьми тост с джемом. Нельзя играть на голодный желудок, — командовала Лили. Марлин нехотя потянулась за тостом, уныло глядя на всю еду. — А ты, Эллисон, допивай свой чай.       — Я тоже думаю, что у вас всё получится, — поддержала старосту Мэри. — Гриффиндору ещё нужно поискать таких прекрасных игроков.       Марлин и Эллисон вяло улыбнулись подругам. Безусловно, они были благодарны такой поддержки, но легче от этого не становилось.       — А где Доркас? — спросила Марлин, оглядывая стол и не находя их ловца.       — Уже давно поела Медоуз и отправилась на поле, прямо как Джим, Рем и Питер, — ответил Сириус. Он подошёл к столу и сел рядом с Эллисон.       — А ты почему не там? — спросила его Лили.       — А я, Эванс, пришёл за моей напарницей и нашим обворожительным охотником. А то вдруг они решат сбежать, — Сириус подмигнул Эллисон с улыбкой, беря блинчик с клубничным вареньем. По его поведению можно было подумать, что ему плевать на матч с высокой колокольни.       — Ради всего святого, заткнись, Блэк, — пробурчала девушка. — Всё, я больше не могу есть, а то меня сейчас стошнит. — Эллисон отбросила попытки расправиться с бедным блинчиком и вернулась к чаю.       — Да ладно тебе, солнце. Ты справишься. Розье, Малфой и Маршалл — те ещё обезьяны на метле. Они скорее собьют кольца в полёте, чем забросят туда мяч. А вот ты… — Блэк улыбнулся и потрепал её по макушке.       — Сделаю вид, что поверила тебе. И не смей трогать мои волосы! — суховато ответила она, но всё же была благодарна за поддержку. Даже несмотря на наглое покушение на её причёску. — Ладно. Я пойду, мне ещё нужно переодеться.       — Я с тобой! — быстро выскочила из-за стола Марлин, пока Лили не заставила её доедать этот несчастный тост.

***

      — Да ладно тебе, солнце… Бла-бла-бла… Ты справишься… Бла-бла-бла… Обворожительная охотница… В какой момент такие два идиота, как вы, стали ещё более идиотской парочкой?       Всю дорогу к полю Марлин передразнивала слова Блэка, и Эллисон уже пожалела, что не заткнула Сириуса тогда за столом.       — Ты, кажется, переживала за игру, Марлин, — с укором напомнила ей Эллисон, надеясь, что этот поток слов прекратится.       — Переживала, — кивнула блондинка. — Но что это только что было? Все четыре года цапались, как кошка с собакой, а тут ты у нас солнце…       — Банальная поддержка, Марлин. Мы теперь друзья, приятели, товарищи. Короче, называй, как хочешь, но только не то, что ты там себе напридумывала. И моментами он всё ещё раздражает меня, — добавила под конец Эллисон.       — Ну да. Друзья-товарищи, так я и поверила. Ладно, ладно, опусти палочку, юный Мерлин, — с нервным смешком сказала Маккиннон.       Гриффиндорки шли к раздевалке, как увидели, что МакГонагалл что-то объясняет Макмиллану — шестикурснику с Гриффиндора.       — Только не говори, что сегодня комментировать будет Макмиллан, — послышалось со стороны раздевалок Слизерина.       — У него не язык, а помело.       Эллисон и Марлин же наоборот хихикнули. До этого года, когда они вступили в команду, сидя на трибунах, девчонки слышали, как именно комментировал матч этот парень. Лично им всё нравилось, но вот их декану и слизеринцам не очень. Поэтому понятное дело, почему слизеринцам так не хочется, чтобы он сегодня снова комментировал матч.       Быстро переодевшись, они пошли к раздевалке мальчиков, где все были почти собраны.       — Вещай, Джеймс, мы слушаем, — со смешком сказал Фабиан, положив подбородок на метлу.       Джеймс Поттер, капитан команды Гриффиндора по квиддичу, сделался серьезнее. Таким его увидеть можно очень редко. Обычно маска клоуна не слезает с его лица.       — Состав почти не поменялся. Охотники — это Малфой, Розье и Маршалл. Из них самый серьёзный противник — это Малфой. Он действует нестандартно и в прошлом году Гейл осталась лежать в лазарете на месяц. Загонщики — Эйвери и Макнейр. Тут Марлин и Сириус по-любому их обгоняют по всем фактам. На воротах Мальсибер, следите за ним, Марлин. Если он снова выхватит биту у загонщиков, атакуйте. Нельзя, чтобы он снова сбивал наших. А вот ловец у них новенький. Регулус Блэк. Понятия не имею, как он играет, — сказал Джеймс чуть тише. Эллисон и не заметила, как Сириус появился в раздевалке. Тот только фыркнул при упоминании брата и пошёл к своему шкафчику.       — Вы молодцы. На тренировках показали высший класс. Доркас, постарайся запутать Блэка, если он вдруг выберет тактику преследования.       Медоуз кивнула и взяла в руки метлу.

***

      На стадионе разразился такой шум, что Макмиллан, не будь собой, обязательно бы затих среди него, но его звонкий голос раздался по всему полю.       — Сегодня состоится первый матч по квиддичу в этом году! На поле сразятся две команды. Гриффиндорцы и слизеринцы! Если вы еще не сделали свои ставки, то самое время. А вот и наши львята! Давайте же поприветствуем их как следует, чтобы придать смелости!       Трибуны взорвались аплодисментами.       — Не подведи, Гриффиндор. Я поставил на вас десять галлеонов! — МакГонагалл раздраженно зыркнула в сторону парня, но пока ничего не сказала.       — Джеймс Поттер, прекрасный охотник и капитан команды! — объявлял гриффиндорец участников.       — Фабиан Пруэтт — охотник, какого ещё нужно поискать. Давай, Фаби, не подведи меня!       — Эллисон Форбс, новый охотник в команде, сегодня настроена решительно! Странно, что Уилсон не брал её в команду столько лет. Один мой друг с Пуффендуя интересуется, Эллисон, не занята ли ты в следующее воскресенье?       — Макмиллан! — крикнула МакГонагалл, напоминая ему, что он пришёл комментировать матч, а не знакомится с девчонками.       — Профессор, чистый интерес, не более! В загонщиках Гриффиндора тоже пополнение. Очаровательная блондинка Марлин Маккиннон сегодня будет ослеплять нас своей красотой!       Гриффиндорец увернулся от твёрдой руки декана и продолжил:       — Сириус Блэк! — Трибуны взорвались аплодисментами. — Блэк, да тебе любят! Кинь от меня бланджер в Малфоя, а?       — Ещё раз предупреждаю вас, Макмиллан, если вы не успокоитесь, я поставлю комментировать кого-нибудь другого, а вас отстраню!       — Гидеон Пруэтт — вратарь, который не пропустит ни одного мяча! И Доркас Медоуз — наш новый ловец! Малышка Дори, я в тебя верю!       — Команда Слизерина тоже вышла на поле, — уже без особого энтузиазма продолжил парень. — Люциус Малфой, Эван Розье и Кай Маршалл — старые добрые охотники, которых вы, конечно, и без меня знаете. Эйвери Розье и Макнейр — загонщики. Мальсибер у нас на воротах. Знаете ли, это нечестно. Ему ничего не нужно делать, просто парить, а он уже заслоняет кольца! — Кажется, Макмиллан снова получил от строгой женщины. — Регулус Блэк — ловец! Вот сейчас мы и узнаем, передаётся ли умение играть в квиддич по наследству.       Мадам Трюк крикнула: «По метлам!» Один миг, и все уже парили в воздухе. Гидеон улетел к кольцам. Джеймс, Фабиан и Эллисон ждали, когда им можно будет начать играть. Сириус и Марлин, держа биты в одной руке, парили в воздухе. И Доркас, поднявшись как можно выше, стала внимательно следить за происходящим внизу.       Эллисон оценила обстановку. С Малфоем всё было понятно. Несмотря на то, каким он был человеком, игроком он был хорошим. Розье и Маршалл тоже не промахи, но как заметила Эллисон, они часто то теряют равновесие, то решаются нарушить правила и сбивают других игроков с метел. На Мальсибера и Эйвери с Макнейром можно было не обращать внимание. Не её категория. И Регулус. Он явно сосредоточился и очень старался не смотреть в сторону Сириуса, который, в свою очередь, делал тоже самое. Ей удалось поймать взгляд мальчика, она постаралась улыбнуться. С одной стороны, они противники и всё такое, а с другой… С другой Эллисон видит запуганного мальчика, который просто боится подвести команду. Регулус не ответил ей, просто продолжил смотреть в её голубые глаза.       Игра началась. Квоффл оказался у Малфоя. Эллисон сразу рванула за ним, чтобы перехватить мяч. За ней устремились Кай Маршалл и Эван Розье, но сегодня она была быстрее. Краем глаза Эллисон заметила, как Эйвери замахивается битой по бланджеру, но комментария Макмиллана она не услышала, поэтому приняла решение, что слизеринец промахнулся. Джеймс летел по правую сторону от Малфоя, она по левую. На секунду они переглянулись, будто читая мысли друг друга, а потом надавили на метлы и ускорились.       — Мяч у Малфоя! Он уверенно направляется к кольцам Гриффиндора! И… Я готов расцеловать эти чудесные ручки Марлин Маккиннон, которая зарядила бланджером прямо в Малфоя!       Эллисон быстро перехватила мяч у Люциуса и ринулась к кольцам Слизерина. Она увидела, что Фабиан парит прямо у колец и вполне может принять мяч, поэтому, надавив левой рукой на метлу, Эллисон устремилась к Пруэтту.       — Мяч у Форбс! И как же ей идёт эта форма! Грейсон Уилсон совершил ошибку, когда не принял её в команду в том году и в позапрошлом! За ней устремились Кай Маршалл и Эван Розье. Давай, львица, покажи этим змеюгам, где раки зимуют!       — Ай, ай, ай! Я понял, профессор МакГонагалл! Комментарии исключительно по игре! Но как же хороши наши девчонки…       Эллисон тем временем вовремя успела передать квоффл Фабиану, потому что через секунду бланджер, запущенный Макнейром прилетел ей прямо в рёбра. Эллисон поморщилась от удара, даже чуть не слетела с метлы, но в последний момент она удержала равновесие.       — Да! — Закричал не только Макмиллан, но и трибуны, болеющие за Гриффиндор. — Фабиан Пруэтт открывает счёт. Десять очков в пользу Гриффиндора.       — Не расслабляемся! — прокричал Джеймс. У него в правой руке был квоффл. Поттер на максимальной скорости полетел к кольцам, когда Эйвери Розье врезался в него со всей силы. Это произошло после того, как Сириус обездвижил Макнейра бланджером.       Розье улетел куда-то в сторону, а Джеймс остался висеть на метле, держась только одной рукой за древко. Квоффл был у Маршалла.       — Мяч у Кая Маршалла! Гидеон, разуй глаза, только попробуй дать этому слизню забить! Это тебе не под юбки к однокурсницам лезть!       — Да хорошо, хорошо, профессор… Я могила!       Джеймс без проблем забрался обратно на метлу и рванул вслед за Каем.       — Гидеон сбит бланджером… Слизерин плюс десять очков, — не очень довольно сообщил Макмиллан.       Тем временем ловцы наверху тоже не скучали. Доркас увидела снитч спустя тридцать минут игры и сразу ринулась за ним, пока Регулус был занят событиями внизу. Однако долго быть незамеченной у неё не получилось и скоро Регулус устремился за ней.       Снитч был совсем близко. Нужно было только… Бланджер сбил её как раз в тот момент, когда она почти ухватилась за проворный золотой шарик.       — Регулус Блэк поймал снитч! Игра окончена!

***

      — Не вини себя, Доркас, — сказала Марлин, когда они зашли в раздевалку под кричалки слизеринцев.       — Этот козёл Мальсибер совсем вышел из ума! Он вратарь! Вратарь! На кой чёрт ему понадобилась бита?! — возмущалась Эллисон, наматывая круги по маленькому помещению. Она не обращала внимание на боль в рёбрах до того момента, пока боль не переросла в острую, отчего даже дышать стало трудно.       — Несмотря на штрафной, они всё равно обогнали нас на десять очков. Эй, Эллисон, тебе нужно в Больничное крыло сейчас же! Хватит мотать круги, так твои ребра не залечатся. Шуруй в Больничное крыло, — строго сказала Марлин, снимая мокрую водолазку и бросая её на скамью. Она осталась в одном топе и пошла в душ, чтобы отмыться от пота.       Эллисон кивнула, но указания выполнять не собиралась. Она тяжело дышала. Сложно было сделать нормальный вдох, когда твои ребра немножко были сломаны.       — Хватит винить себя, Медоуз. У нас ещё будет возможность отыграться в середине января.       — Просто… Он был так близко, — всхлипнула гриффиндорка. — А ты, Джеймс и Гидеон, получается, просто так получили травмы.       Эллисон ничего не ответила. Просто потопала в Больничное крыло, потому что ещё чуть-чуть, и она бы свалилась на пол от боли.

***

      Эллисон покорно лежала на кровати в Больничном крыле. Уже было поздно. Мадам Помфри напоследок осмотрела её и приказала лечь спать.       Гидеон лежал с ней по соседству. Ему пришлось гораздо хуже. Бланджер прилетел прямо в плечо, на которое Пруэтт потом ещё и упал. Сейчас он спал. Женщина решила сжалиться над ним и дать успокоительное.       — Эй, Форбс, ну ты как? — шёпот раздался позади. Эллисон дернулась, отчего бок заболел сильнее.       — У меня сломаны рёбра, мадам Помфри пропыхтела нам с Гидеоном целую тираду о том, что квиддич давно пора отменить, зато завтра я не пойду на урок к Барту. Так что у меня всё хорошо, — с улыбкой закончила Эллисон.       Сириус хмыкнул и сел на свободное место на кровати Эллисон.       — Как Джеймс? — спросила она. Джеймса Эллисон не видела с тех пор, как покинула поле. Должно быть, он очень расстроился из-за проигрыша.       — Первые минуты я удерживал его, чтобы он не утопился в озере, — со смешком ответил Сириус. — Он крепкий орешек, Эллисон. Уже завтра будет гонять всех нас для встречи с Когтевраном.       — Повезло мне, что мадам Помфри пока не выпустит меня из крыла, — сонно сказала девушка. Видимо, усталость взяла своё. И правда, через пару секунд она уже тихо сопела.       Сириус улыбнулся, поправил сползающее одеяло и, обернувшись в собаку, поплелся в башню. Ремус ругал его за то, что он ходит в анимагическом обличии по всему Хогвартсу, но ведь это так захватывающе. Убегать от Пивза в облике собаки. По крайней мере ему ещё повезло. Вряд ли Джеймсу удастся когда-нибудь пройти мимо МакГонагалл в виде оленя. Хотя как-нибудь можно устроить. В конце седьмого курса. После сдачи экзаменов. Вот бы побывать в будущем и увидеть лицо МакКошки.