Часть 40

      Барти лютовал: Гарри Поттер в очередной раз умудрился влипнуть в неприятности. Проблемы так и преследуют этого мальчишку, и с каждым днём они увеличиваются в геометрической прогрессии. Поттер в самом деле словно магнит для неудач.       Барти крутится как уж на сковороде, пытаясь вытащить Гарри, но тот самолично суёт голову в петлю и ещё улыбается при этом. Мазохист.       Сперва были стычки с гриффиндорцами и разборки на змеином факультете. Барти лично проводил воспитательную беседу близнецам Уизли, проходился плетью по их тощим задницам. Иногда читал лекции напыщенным слизеринцам, которые точили зуб на Поттера. Доходчиво объяснял то, что мальчишка важен для Милорда и тот будет недоволен, если с ним что-то случится. Вот только Поттер всё продолжает и продолжает влипать в очередные неприятности. И чем дальше, тем его размах масштабнее. За что ему такое наказание?..       Входная дверь открылась, и в личные апартаменты вошёл Северус Снейп.       — О-о-о… Лёгок на помине, — себе под нос пробормотал Барти, делая очередной глоток из своего бокала. Огненная жидкость обожгла горло. — Какими судьбами, дружище? Помнится, ты собирался сегодня провести вечер в компании супруги.       — А ты, как я вижу, решил напиться? — проговорил с насмешкой Снейп и по-хозяйски уселся в кресло напротив. Притянув пузатую бутылку, он наполнил себе бокал. — У меня неожиданно освободился вечер. Лили решила провести время с дочерьми и позвала мисс Гринграсс. Сказала, что они хотят посплетничать в девичей компании.       Барти ухмыльнулся.       — Да, ты ужасный подкаблучник, дружище, — смеялся Крауч. — Никогда бы не подумал, что подобное произойдёт с тобой. Ты же весь такой грозный. Ученики тебя боятся. Даже миссис Лестрейндж и та обходит тебя стороной, считая слишком мрачным.       — Не порть мне вечер, не вспоминай о Беллатрисе. Эта стерва каждый день из меня кровь высасывает. Я искренне сочувствую Родольфусу.       — Ха-ха, — засмеялся Барти. — Тогда выпьем за Родольфуса. Пожелаем ему терпения и ещё раз терпения. — Мужчина отсалютовал бокалом и сделал несколько глотков. Снейп тоже пригубил.       — У тебя что-то случилось, что ты решил напиться? — серьёзным тоном спросил Снейп, отбрасывая в сторону малейшие крупицы веселья. — Нужна моя помощь?       — Ничего серьёзного, — отмахнулся Крауч. — Пустяки. Не обращай внимания.       — Ты никогда не умел меня обманывать, Барти. Я твою ложь всегда раскусывал.       — Чёртов легилимент, — беззлобно пробурчал Крауч. — Ничего от тебя не скроешь.       — Эй, я никогда не копался в твоей голове, — возразил Снейп. — И не нужно быть легилиментом, чтобы понять, что тебя что-то тревожит. Ты какой-то дёрганый в последнее время. Даже Лили это заметила.       — Только не говори, что она отправила тебя ко мне, дабы я излил тебе душу, — насмешка.       — Нет, но она тоже волнуется. И я волнуюсь, — тихий голос. — Барти, мы с тобой друзья со школы. Многое вместе прошли. Мы вместе решили примкнуть к Повелителю. Вдвоём стояли у ног Милорда и принимали Метки. Я был с тобой рядом, когда погиб твой отец, а мать от горя наложила на себя руки. Ты напивался со мной до беспамятства, когда я узнал о свадьбе Лили и Поттера, тащил моё обмякшее тело, когда я едва не погиб, моля Повелителя сохранить жизнь Лили и Гарри.       Барти горько улыбнулся.       — Да, раньше жизнь была веселее. Сейчас всё превратилось в рутину. Я чертовски устал от тупых учеников и их не менее тупых родителей. Иногда мне хочется бросить всё это и сбежать. Сбежать туда, где нет никого.       — Тебе нужно завести семью, и жизнь сразу приобретёт краски. Я тебе давно уже говорил об этом. Барти, ты слишком засиделся в холостяках.       — Нет уж, — замахал руками в протесте Крауч. — Увольте. Мне и местных детишек хватает. И нет ещё в мире женщины, которая смогла затронуть моё ледяное сердце. Не всем же везёт, как тебе, — ухмылка. — Влюбиться в прелестную мисс Эванс… Помнится, ты говорил, что уже в девять лет знал, что именно она станет твоей женой.       — Знал, — согласился Снейп. — Но был глуп и наивен, посчитав, что недостоин такого счастья. Но ты не переводи тему на меня. С моей семейной жизнью всё нормально, а вот с твоей — наоборот.       — Ну-ну, — хмыкнул Барти. — Мне аж любопытно, кого ты собрался мне сосватать.       — До меня дошли слухи, что ты посматриваешь в сторону Флёр Делакур. И я сам видел, как ты смотрел на эту француженку.       Крауч не удержался и самым наглым образом заржал. Да так, что на глазах выступили слёзы.       — Вот это новости! Я и прелестная мисс Делакур… Я и не знал, что мне приписывают подобную влюблённость. Мерлин, она же младше меня более чем на пятнадцать лет. Я ей в отцы гожусь.       — Не преувеличивай. Ты ещё молод. Подумаешь, каких-то там пятнадцать лет. Есть пары с разницей в двадцать и тридцать лет. И живут они вместе при этом прекрасно.       — Сев, скажу честно, что сводник из тебя такой себе. У меня нет интереса к мисс Делакур, как и у неё — ко мне. Ты же сам знаешь, что эта вейлочка положила глаз на Гарри Поттера. Я лишь наблюдаю за тем, как мисс Гринграсс и мисс Делакур воюют за одного парня.       Снейп тяжело вздохнул.       — Не напоминай мне об этом. Лили уже все уши мне прожужжала. Десятки раз призывала поговорить с Гарри.       — А ты? — полюбопытствовал Крауч. — Неужели ослушался свою прелестную супругу?       — Я не лучший оратор. Даже мыслей нет, как о подобном стоит говорить. И ты же знаешь, что подростки склонны бунтовать. Лили уже пыталась разговаривать. Они потом две недели избегали друг друга. Поэтому я счёл разумным пока не вмешиваться.       — Да уж, иметь взрослого сына — это сложно. Сочувствую, дружище.       — Раньше всё было проще. После лета Гарри сильно изменился. Иногда у меня возникает ощущение, что я разговариваю с другим человеком, — признался Снейп. Он уже не раз говорил об этом Барти, делясь своими страхами. — И если бы я не был уверен, что это на самом деле Гарри Поттер, то начал бы подозревать подмену или применение Оборотного зелья. Мерлин меня побери, но в один из вечеров я даже попытался залезть к нему в голову, — виновато покаялся зельевар.       — И встретил прекрасный блок, — не спрашивал, а утверждал Крауч.       — Да, — согласился Северус. — Блок, которого просто не может быть у шестнадцатилетнего пацана.       — Ты говорил кому-то об этом?       — Нет, — следует ответ. — Слухов вокруг Гарри и так много, и нет смысла плодить новые. Да и в Хогвартсе только я и ты способны на легилименцию, а пугать Лили ещё сильнее я не хочу.       — Разумно, — согласился Крауч.       Повисло молчание. Оба собеседника не спешили нарушать тишину. После ещё одного бокала они вновь наполнили стаканы янтарной жидкостью.       — Это какое-то Наследие, — заявил Барти. — Перемены произошли слишком резко. Перемена в характере, магическая сила… И теперь ещё блок на мыслях.       — Да, — кивнул Снейп. Они не первый раз затрагивают тему Наследия, но никак не могут разобраться, какое именно.       — Будь проклят этот Джеймс Поттер и все его предки, — выругался зельевар. — Даже после своей кончины не даёт нормально жить.       Крауч положил свою ладонь на плечо друга, слегка сжимая.       — Подобного следовало ожидать. Гарри — последний представитель своего рода. Магия и кровь просто так не отступят.       — Наследие обычно пробуждается в четырнадцать лет, но не в шестнадцать. Мы с Лили выдохнули с облегчением два года назад. Считали, что всё обошлось, и Гарри ожидает нормальная судьба.       — Поттеры связаны с Певереллами, а с этим проклятым родом всё не так просто. Не зря его считали проклятым. Поговаривали, что сама Смерть покровительствует им.       — Я не верю в это. Это семейство вымерло тысячелетие назад.       — Но это не отменяет того, что Певереллы заслуженно носили звание кровавых тиранов. Они не по локоть в крови — они по горло в ней.       — Поттеры слишком далеки от Певереллов. Там той крови остались капли, если вообще остались. Певереллы ушли в небытие.

***

      Лили внимательно смотрела на то, как Гермиона общается с Дафной Гринграсс. Нужно признать, что слизеринка изменилась. Сейчас она не выглядела такой высокомерной и холодной, как льдинка, да и Гермиона хорошо ладила с Дафной. Она говорила, что Гринграсс неплохая девочка, хоть и немного отстранённая, а ещё что они с Гарри стали чаще общаться и больше не ругаются по всякой ерунде.       Лили мысленно вздохнула. Будь её воля, она бы разорвала этот брачный договор и скормила его проклятому старикашке. Варварством было бы заставлять кого-то жениться насильно. Лили всем сердцем желала, чтобы сын сам выбрал себе жену по чувствам, а не по принуждению. Но время выходило, а контракт разорвать так и не удавалось.       Старикашка всё учёл и лишил любых лазеек. Гарри скоро исполнится семнадцать, и он будет вынужден исполнить волю деда. Она, как мать, волновалась о счастье сына и собиралась сделать всё, чтобы он был счастлив, — даже переступить через свою неприязнь и попытаться наладить отношения с будущей женой сына.       Нет, Лили не воспылала к Дафне Гринграсс материнскими чувствами. По её мнению, Дафна была слишком… слишком аристократичной. В каждом её движении, жесте и даже слове читалось это. И этот взгляд… Она смотрела на всех свысока. Словно она здесь королева, а они — её слуги. Лили, несмотря на свой возраст, чувствовала себя неуютно. Словно человек второго сорта.       — Дафна, какие у тебя планы на будущее? Ты уже выбрала университет, куда планируешь поступать? Или ты, как и Гарри, хочешь стать ученицей мастера?       — Я пока ещё определяюсь со своим выбором, — ушла от ответа Дафна. Она вообще была осторожна в своих словах. Миссис Снейп напрягала её своей активностью и чрезмерным любопытством. Создавалось впечатление, что в семье Снейпов всем заправляет миссис Снейп, а не её муж. Матриархат во всей красе. Для слизеринки это было необычным. Она привыкла к другому, поэтому чувствовала себя скованно.       — Гарри планирует продолжить обучение по зельеварению. Он всегда хотел стать мастером. Мы уже даже подобрали несколько учебных заведений, — с гордостью проговорила Лили.       Гринграсс задумчиво крутила в руках чашку с чаем. Или это она чего-то не понимает, или окружающие — слепцы. Дафна не заметила у жениха страсти к зельеварению, наоборот: на уроках он недовольно морщил нос и не отличался энтузиазмом. Да, его зелья были оценены на «Превосходно» и «Выше ожидаемого», но во взгляде не читалось интереса — так, рутина, которой он вынужден следовать из-за необходимости. И вот сейчас миссис Снейп заявляет, что жених избрал для себя судьбу зельевара. Смешно.       Дафна задумалась. Они только начали налаживать отношения и пока даже не поднимали тему свадьбы и того, что будет после неё.       — Драко мне говорил, что девушки из древних родов редко продолжают своё обучение после окончания Хогвартса, только если сами захотят. Они считают, что семья и комфорт важнее какого-то диплома. Да и если девушка желает учиться, то ей оплачивают частных учителей и нанимают мастеров, — осторожно проговорила Гермиона. — Я слышала, как многие слизеринки об этом разговаривали. Паркинсон говорила, что в их кругу так принято.       — О-о-о… — не смогла скрыть своего удивления Лили. Для неё всё это было пережитками прошлого. В том мире, где она выросла, всё иначе. Юноши и девушки стремились окончить учёбу, получить достойное образование и работу. Да и сама она любила возиться с котлами и всегда стремилась к знаниям. Она даже не представляла, как другие могут пренебрегать учёбой, а уж мысль сесть на шею мужу казалась ей немыслимой.       — Это неправильно, — наконец нашлась с ответом миссис Снейп. — Достойное обучение — это очень важно. Женщина должна помогать своему мужчине, а не взваливать всё на его плечи.

***

      Дафна была в смятении. После ужина она вернулась в задумчивом состоянии. В таком виде её и застала Трейси.       — Как всё прошло?       — Странно, — честно призналась Дафна. — Миссис Снейп подкинула мне много пищи для размышления.       — А подробнее? — проявила нетерпение подруга. Глаза её жадно зажглись в предвкушении, а руки едва не вцепились в шею Гринграсс, чтобы вытрясти из неё всю информацию.       Дафна постучала пальчиком по своей нижней губе, выдерживая театральную паузу. Пусть и маленькая, но всё же месть для Трейси. Гринграсс даже лучшей подруге не простит насмешек.       — Я всегда думала, что профессор Снейп — важный мужчина. Он всегда такой мрачный и суровый. Непререкаемый авторитет для всех слизеринцев. Его уважают учителя и директор к нему прислушивается, — пауза. — Но всё это лишь картинка. Всем в семье Снейпов управляет его жена. Сегодня я в этом убедилась.       — Ого, — поразилась Трейси. — Миссис Снейп крута. Такого мужчину загнать под каблук… Я бы не прочь взять у неё несколько уроков.       Гринграсс презрительно фыркнула.       — Я ей передам, — проговорила Дафна.       — Эй! — замахала руками Дэвис. — Не будь такой злюкой. Я же пошутила. Я предпочитаю семью, где все равны, а не когда кто-то кого-то под каблук загоняет.       — Пф-ф, — фыркнула в очередной раз Гринграсс. — Мечтательница.       — Ладно-ладно, — отмахнулась подруга. — Не будем спорить о матриархате и патриархате. Лучше расскажи, как всё прошло. Я вся сгораю от любопытства. Даже на ужин не пошла, ждала тебя здесь.       — Миссис Снейп мне едва ли не прямым текстом заявила, чтобы я искала работу. Она мне не позволит сидеть на шее у мужа. Мол, это слишком нагло.       — Э-э-э… — Девис выпучила глаза.       — Вот и у меня была такая же реакция, — очередная презрительная гримаса. — Она меня чуть не назвала приживалкой, потом начала читать лекцию о том, что допустимо, а что нет.       — Поттеры ведь древний род. У них денег не меньше, чем у тех же Малфоев. И твой дед вроде заключил между вами брачный контракт, чтобы добраться до этих самых денег. Я и не знала, что миссис Снейп такая жадная.       — Она не жадная, а глупая. Назвать наследницу Гринграссов приживалкой… У меня есть собственный сейф, украшения, которые в случае необходимости я смогу продать. К тому же после свадьбы я получу в распоряжение солидное приданое. Мне не нужны деньги Поттеров или ещё чьи-то.       — Даф, не злись, — попыталась успокоить подругу Трейси. — Уверена, что миссис Снейп просто не так выразилась. И ты сама говорила, что хочешь обсудить с Поттером вопрос о дальнейшем обучении. Ты сама не собиралась превращаться в подобие миссис Уизли.       — Фу, — наморщила носик Дафна. — Носить ужасную одежду и рожать, как крольчиха. Фу-у-у… Это мерзко.       — Ты просто поступай, как сама желаешь, и не слушай миссис Снейп. Видно же, что ты ей с самого первого дня не понравилась.       — Представляешь, она заявила, что Гарри хочет стать зельеваром. Типа, это мечта всей его жизни.       — Ну-у… Я не помню среди Поттеров прославленных зельеваров. Они вроде больше по артефакторике. Да и твой Поттер не блещет знаниями на зельеварении. Он даже пытался отказаться от дополнительных уроков, но его принудили. Из него точно не получится мастера в этой области магии. Но почему тебя это так волнует?       — Мне всё равно, — возразила Дафна. — Если ему нравится зельеварение, то пусть возится со своими котлами. Меня злит то, что миссис Снейп всем диктует свои правила. Я чувствую себя куклой, которая должна будет танцевать под чужую дудку.       — Ты говорила, что твоему жениху не так уж важна семья. Вроде они не сильно близки. Поговори с ним напрямую. Вам действительно стоит затронуть тему будущего.

***

      Дверь за другом закрылась, и Барти позволил себе расслабленно откинуться на спинку кресла и на пару секунд прикрыть глаза. Когда через мгновение веки были вновь открыты, то от лёгкого опьянения не осталось и следа. Мужчина был трезв и серьёзен.       — Милый друг, ты совсем растерял свою хвалёную хватку. Семейная жизнь на тебя пагубно повлияла. Ты подзабыл, чей знак носишь на предплечье и кому клялся в верности. Забыл, что у наших шей так и сверкает лезвие кинжала. Один неверный шаг, и наши глотки будут перерезаны…       В комнате прозвучал ледяной смех. В нём не было и капли веселья, лишь пробирающий до самых костей холод.       — Тебя легко обводит вокруг пальца шестнадцатилетний пацан, а ты, как послушный болванчик, развесил уши и киваешь. Всё ищешь оправдания своей слабости или тупости.       Вновь смех.       — А Поттер молодец… Играет хорошо. Даже я сперва поверил в его игру. Вот только взгляд выдаёт матёрого волчару среди стада овец. Взгляд не подделать. И вещица на его руке приметная… Очень приметная. Кто же ты на самом деле, Гарри Поттер? Точнее… кто находится в этой ничем не примечательной тушке? Хочешь поиграть, Поттер? Поиграем. Главное — не обожгись.