***

– Капрал Хоуп меня недооценивает. Я могу засвидетельствовать, что он передал приказ сенешаля и смог добиться его исполнения, несмотря на... некоторые сложности в вашем, Албо-Росио, лице, – он выдержал паузу и добавил, глядя в глаза Албо, – Кстати, к нему в тот момент обращённом. Капрал не бросался на вас со спины. В этом я могу поклясться. «Дурак! – думал Боб. – Дурак ты, рыжий... Но стоишь красиво». – Ну, это несерьёзно, – усмехнулся Албо. – Разумеется, мальчики сенешаля будут покрывать друг друга... – Надо ли понимать это так, что вы обвиняете меня во лжи? – поинтересовался Бенджамен Зауэрбек. – Юноша, – протянул Албо, – вы пользуетесь тем, что лорд-капитан отменил суды офицерской чести и запретил дуэли. Только поэтому вы можете нести чушь, извинительную для вашего возраста, но тем не менее, достаточно оскорбительную. – Я к вашим услугам когда и где угодно за пределами флагмана... сударь. – Вы, надо полагать, рассчитываете, что к тому времени я забуду ваше щенячье тявканье. Разумный расчёт. Вполне вероятно, что так оно и случится. Бенджамен уже открыл рот для следующей реплики, а сенешаль - для «господа!», но их опередили. – В случае проведения поединка на лёгком фехтовальном оружии между единицами Албо-Краш-Росио и Бенджамен Зауэрбек, вероятность летального исхода для единицы Албо-Краш-Росио составляет семьдесят пять процентов, – сообщил техножрец Паскаль Хайнеманн. – Да ну? – уточнил лорд-капитан, окидывая взглядом Бена. – Вы мне льстите, магос, – потупился Бен, полыхая ушами сквозь всю штукатурку. – Концепция лести мне известна, – сообщил техножрец, – но мной не применяется. Я учёл физическую форму и навыки единиц, а также фактор мотивации и морального превосходства единицы Зауэрбек. – Я убит на теоретической дуэли, – фыркнул Албо.–Как удобно, что нет возможности проверить эту теорию на практике. Удобно для всех, кроме теоретически покойного меня. – Возьмите на вооружение, лорд-капитан, – внезапно включился в разговор инквизитор. – Уж теоретические-то дуэли вы могли бы разрешить. – Со слугами Омниссии, как судьями в вопросах чести и сервиторизацией проигравшего? – добил шутку Бендажамен. – Боюсь, господин Ван Каллокс, молодые аристократы Даргонуса не оценят такой подход. – Семьдесят пять, магос? – уточнил лорд-капитан. Магос Паскаль встал из-за доски, неуловимым движением оказался рядом с Албо, навис над ним, разглядывая. Чисто человеческим жестом потёр веко и уточнил: – Семьдесят пять и четыре сотых. Леди Джай перетекла из положения сидя в положение полулёжа на столе: – Шерииин... – пропела она тоном балованной девочки, обращаясь к лорду-капитану, – вы блистательный пример тирана... Мы не можем прекратить драки на нижних палубах, но при этом запрещаем людям благородной крови выяснить отношения подобающим для них образом. Это так досадно, шерин... Могу ли я... – Вы, дорогая моя, можете многое,– перебил её лорд-капитан каким-то очень странным тоном. – Вы, свет моих очей, главная причина запрета. Мне страшно подумать, скольких бравых офицеров я лишился бы на дуэлях, затеянных из-за ваших прекрасных... допустим, глаз... Сядьте, Зауэрбек. Бен вернулся на место. Албо удовлетворённо улыбнулся и уже собрался что-то сказать, но капитан продолжил: – А поскольку я блистательный пример самодура, то сделаем мы вот что. В ближайшие четыре часа в отношении вас, Албо, отменяется запрет на дуэли. Лично вы, те, кого вы на поединок вызовете и те, кто за это время успеет вызвать вас, не понесут никакого наказания. Равно как и секунданты. Вигдис! Сделайте так, чтобы об этом стало известно заинтересованным лицам! Если попросите, я могу дать капралу Хоупу личное дворянство. На четыре часа. Потом отберу. Всегда предпочитал практику теории, – слегка поклонился он ошеломлённому Албо. От стен и высоких потолков отразился звук пощёчины. Бенджамен Зауэрбек не потрудился снять перчатку, но звук всё равно получился достаточно звонким. – Сенешаль, вы их распустили. – Отнюдь, лорд-капитан. Я приучил юношей не упускать момент. – Вот уж этому их, в их-то возрасте, учить не надо, – заметил лорд-капитан и поспешно добавил, - Впрочем, полагаюсь на ваш опыт наставника. Как блистательный пример нерешительности,– обратился он к присутствующим, - я не намерен пока больше ничего предпринимать. За недостатком информации. Все свободны. Албо! Если вас не затруднит, сделайте мне копию своего письма перед дуэлью. У вас восхитительный слог. Грохнула дверь в покои, обрезая комплимент. Красавец не затруднил себя прощанием.Магос Паскаль приоткрыл её снова, выпуская сервочерепа – все четыре последовали за героем дня. – Вероятность, что единица Албо-Росио избежит встречи с единицей «троюродный кузен Карлос» равна двум процентам.Для этого ему нужно перемещаться со средней скоростью семнадцать миль в час,–констатировал магос и добавил, – Теоретически. После чего вышвырнул за дверь забытую Албо-Росио на табурете шляпу и выполнил команду «все свободны», скрывшись следом за сервочерепами.