***

Капрал Хоуп на «все свободны» реагировал всегда стремительно и рвал с места со скоростью больше семнадцати миль в час. Но между ним и дверью возник инквизитор, куда более стремительный, чем он. – Задержитесь, Хоуп. Провёл его к столу, бросил в кресло, а на стол - миниатюрную инфокрипту: – Недостающая информация, лорд-капитан. Взгляните, это любопытно. Целых полсекунды Бобу казалось, что он, может быть, действительно что-то перепутал и не то сказал, что помнит. Но когда лорд-капитан предложил: «Поглядим, капрал?» – почему-то сразу отпустило. Может быть, от того, что капитан действительно спрашивал и дождался его ответного кивка. Может быть, от того, что капитан расстегнул пиджак, принял свою обычную позу – руки в брюки, плечи опущены; и даже ткань пиджака, кажется, перестала отливать металлом, и весь он стал какой-то серенький, мягонький и уютненький. А скорее от того, что капитан скинул свой пушистый шарф и сунул его Бобу, проворчав «горишь, парень, выдыхай». Он не стал отказываться, его и правда лихорадило, руки были ледяные, голова горячая. А дурацкий шарф был тёплый и колючий. – А вы, Зауэрбек, не стойте, проходите сюда, – поманил капитан Бена, маячившего у дверей. – Зауэрбек дрррачун!!! Задиррррра!!! – возвестил Корней, стремительно влетая в комнату, - Бррретёрррр!!! – Вы мне льстите, Корней, – привычно ответил Бен, садясь в указанное кресло. – Корней пристроился на спинке и нежно ткнулся страшенным носом Бену в макушку. – Беня хоррррроший, – проворковал он. Лорд-капитан согласно кивнул и серьёзно обратился к Бенджамену. – Вы, Зауэрбек, отправляетесь под арест на ближайшие четыре часа. Допустим, за раздачу оплеух в моих покоях.Меня не устраивают семьдесят пять процентов. Мне нужны девяносто восемь. Чтобы завтра я горько сожалел, что пошёл на поводу у каприза своей фаворитки и горячего желания лучшей шпаги Даргонуса. Которое вы, Зауэрбек, нам обеспечили. – Импррррровизация! – пояснил Корней. Подумал и добавил, – Иррррония!!! Грррротеск!!! – подумал ещё и присовокупил, – Катаррррсис!!! – Вот последнее, – заметил со своего места сенешаль, – совершенно точно. Катарсис. То есть – очищение. Леди Джай, пристроившись за его спиной, массировала ему шею. Сенешаль совершенно не возражал, только дёргал иногда плечом, чтоб она не слишком наглела. – Рад был помочь, лорд-капитан, – поклонился Бенджамен. – И не претендую на роль вашей карающей руки. Мастер Карлос лучше фехтует и сильнее мотивирован. Всё это время Кузьма Александер не стоял на месте, успел завести рекафеварку, брякал в углу посудой, что-то наливал, размешивал и наконец сунул Бобу в руки тёплую кружку, пробурчав «пей, не отравишься». В кружке было незнакомое травяное пойло, душистое, чуть солоноватое и очень сладкое. Теперь он стоял напротив Бена, разглядывая его так, будто взвешивал. – Подробнее. Бен поднялся с кресла. Корней от него не ушёл, перебрался на руки, и Бен держал его, прижимая к груди и поглаживая. – Вызов был брошен три года назад, – старательно излагал Бен то, что лорд-капитан явно уже знал. - Поводу для него – лет пять. И повод этот весомый. Вызвавшая сторона – Албо-Росио. Дуэль отложена из-за нездоровья соперника. С тех пор, как этот соперник, мастер Карлос, нанялся к нам фехтмейстером, Албо-Росио практически перестал покидать флагман во время стоянок. Но не перестал интересоваться самочувствием Карлоса и упоминать его в своих письмах, намекая, что тот уклоняется от встречи. – Он уклонялся? – Нет. Но по его словам, поединок с Албо перестал быть его главной целью. Он увлёкся преподаванием, потом нашёл себе другие занятия на борту, получил должность, завёл друзей... Предоставленный вами шанс он, однако, не упустит. – Уже не упустил, – заметил инквизитор, прислушиваясь к сообщению в наушнике. – Пррррогноз? – поинтересовался Корней у Бена, не слезая с рук и подставляя голову под почёсывание. – Дуэль станет событием. Все только о ней и будут говорить... примерно пару недель. Потом ещё транспортировка тела и похороны. – Чьи? – Вы сомневаетесь, лорд-капитан? Не стоит. – Каррррлос мастерррр, – уважительно добавил Корней. – Потом? – Потом можно запускать в эфир запись сегодняшней встречи. С небольшими купюрами. Письма своим постоянным корреспондентам я отправлю раньше... – всё это Бен объяснял Корнею, потом вскинул глаза на Кузьму Александера. - Я здесь ни при чём, лорд-капитан! – А то, что ты его фактически спровоцировал? – Случайность. Импровизация... Гротеск. – Но скажут. – Пусть говорят. Это ничему не повредит. – И ты мне сейчас не скажешь, что ты всё это спланировал? – поинтересовался капитан. Бен посмотрел ему в глаза и просто сказал: – Нет. Надо было хорошо знать Беньку, чтобы понять, насколько это честное «нет». Понять, что ничего он, рыжая башка, не просчитывал, просто полез заступаться. Лорд-капитан Беньку не знал, но понял, кажется, правильно. – А с Карлосом ты вчера зачем встречался?– уточнил он скорее для порядка. –Я был...зол и подавлен, лорд-капитан. Мне требовалась дружеская беседа с человеком, в чьём уме и благородстве я не сомневаюсь... а к Роберту Хоупу меня бы не пустили. «Язва ты, Бенька», – подумал Боб. – Но скажут, – ещё раз заметил лорд-капитан. – Пусть говорят, – улыбнулся Бен, – Мне нравится быть коварным. – Хорошо, – кивнул Вольный Торговец, – я хочу предложить вам, Зауэрбек, компенсацию за отнятый шанс проткнуть шпагой подонка. Где именно вы, коварный тип, хотели бы провести ближайшие четыре часа? Сенешаль, заткните уши, – попросил он и приветливо уточнил, - Вариант «публичный дом» рассматривается как допустимый. Бенджамен, даже не покраснев, состроил свою самую благонамеренную рожу. – В библиотеке, лорд-капитан, – сообщил он, почти не задумавшись. Выдержал паузу и пояснил, – В личной библиотеке навигатора, леди Кассии Орселлио. Мой... сослуживец, –он недовольно покосился на Боба, – так и не нашёл времени меня представить. А выбор книг там просто невероятный. – По-тря-са-ю-ще... – капитан взирал на сенешаля с показным благоговением. – Как вы это делаете? Они у вас все такие образцы благочестия или этот – особенный? – Поррразительный!!! Безупрррречный!!! Прррревосходный!!! – изрёк Корней. – Вы мне льстите, Корней, – отозвался Зауэрбек, – я просто люблю читать и брезгую продажной любовью. «И Брунгильда прибьёт», – дополнил мысленно Боб, разглядывая капитанский шарф. Связан был шарф не как вязали у него дома – гладью с узором, а объёмной вязкой. Боб пересчитывал петли, вычисляя и запоминая схему. Раз уж оставили руки-ноги, можно попробовать добыть спицы, шерсть и соорудить такое. – Сокррррровище... – нежно проворковал Корней, осторожно щипнул Бена за ухо и перебрался на стол, косясь на инфокрипту. – Чуял, что на смерть не пришибут, Дапохер? Решил упереться? Боб поднял глаза. Сверху вниз на него смотрел почти забытый человек – Амаргон из Коморры. Лицо у человека было усталое, голос глухой, взгляд насмешливый и понимающий. – У меня-то в своё время дело каторгой кончилось, – поделились с ним. – Ну, врать не будем, там было без шансов. Казнокрад, еретик и сволочь, а всё-таки – губернатор. Нельзя бунтовать против законной власти. И петиций за меня никто не писал. Знаешь, до сих пор понять не мог, ни как я во всё это влез, ни зачем на суде упирался... Такие глаза он видел, когда Амаргон взялся руками за перила и сделал шаг от края пропасти. Ровно в тот момент, когда он обернулся. Капитан провёл ладонью по лицу и стал больше похож на обычного здешнего себя, просто немного потрёпанного и расстроенного. – Знаете, Абеляр, – пожаловался он сенешалю, – Ваш подопечный периодически обеспечивает мне воспоминания юности. У него к этому просто какой-то талант. – Ваш протеже, лорд-капитан... – дипломатическим тоном начал сенешаль. – Знаю, – перебил капитан, - «разумный, добрый и глубоко порядочный юноша». Это и удивляет. Ничего ведь общего со мной. Руки у Боба согрелись, в горле першить перестало, заработала голова. И в пустоте этой головы складывались слова капитана, понимающий его взгляд, обрывки найденного в архиве, разговоры, оговорки, упоминания. И книжка, что читал он на гауптвахте. Очень такая смешная... Леди Джай расположилась на углу стола, покачивая ногой. – Вам ничто не мешало, шерин, – сообщила она вкрадчиво, - преподать капралу урок и наказать его построже. Вы вполне могли бы... – Не мог, – отрезал капитан. – Почему? – спросила она так, будто ей правда был важен ответ. – Потому что не хотел. Что так смотришь, капрал? – Да ничего, – Боб поймал его взгляд, - Я тут книжку одну читал. Капитан не отвёл глаза, только дёрнул уголком рта. – Поучительную? – Нет, развлекательную. – Враньё! – сказали капитан и попугай одновременно. – Конечно, враньё, – мирно согласился Боб, обращаясь к Корнею, - там написано, что попугаю сделали протез левого крыла. А на самом деле – правого... Он впервые увидел, как Корней прячет голову. Под левое крыло. То, которое не протез. Леди Джай отвернулась, скрывая выражение лица. Сенешаль молчал. Мирно и устало молчал. – Учебники надо читать, – грустно сообщил капитан. Запись наконец запустили.