Глава 6

Поставивший крест на всех невыспавшихся звонок вверг школьников в суету и панику. Туда-сюда проносились взбудораженные фигуры. Врата кабинета ОБЖ отворились, и из него на тусклый свет коридорной лампы вышел немного полноватый, коренастый мужчина, по которому было заметно, что в молодые годы он обладал весьма солидным и привлекательным телосложением. Теперь же ему насчитывалось пятьдесят пять лет, возраст скрипящих коленей и сожалений уже наступал на пятки, и он как учитель ОБЖ оценивал глазами пришедший к нему новый отряд учеников. Всё: от походки до взгляда - выдавало его военное прошлое. Он, чуть щурясь, смотрел на собравшихся, словно на построении, десятиклассников, не как на школьников, а как на новобранцев, поступивших в часть под его командование.  -Девушки, заходим,- пропустил немногочисленную женскую часть 10А вперёд жестом руки учитель.  Те незамедлительно направились в открытую дверь. Перед тем, как переступить порог, Аня оглянулась на Мишу, стоявшего первым в ряду тех, кто всё ещё ждал разрешения войти. Десятиклассник это заметил.  -Парни, заходим, занимаем места,- дёрнув головой, проговорил столь желанные слова мужчина.-Последний… -Закрывает дверь!- двенадцать парней во главе с Мишей громогласно закончили заученную, засевшую на подкорках фразу.  -Так точно!- довольно согласился преподаватель, первым после девушек ступив в кабинет… -Маловато вас, однако…- мрачно произнёс сидевший за преподавательским столом мужчина, насчитав шестнадцать человек из двадцати восьми в списке. -Болеют, - выкрикнула за весь класс Аня, чья соседка тоже пропала. Преподаватель повернулся к уголку кабинета, откуда раздался голос девушки. -Ага,- пытаясь сдерживать улыбку, чтоб сохранить важный, подобающий военному вид, проговорил он.-Знаю я, как вы болеете. Поднялась разок температура на полградуса, а потом лежите неделю дома и порно смотрите. Никто из шестнадцати сидящих за партами не остался с каменным лицом. Даже сам автор шутки не смог устоять перед нагнанной им волной, и улыбка обнажила его передние зубы, сняв с лица мужчины маску серьёзности. -Ну да ладно,- успокоил мужчина класс,-пускай смотрят, что хотят - их дело. Всё в их руках. В прямом смысле этих слов. -Виктор Алексеевич!- обратился Дима. Мужчина, встав, кивнул в сторону молодого человека за четвёртой партой безжизненного среднего ряда. Перед ним не сидел никто. -Можно выйти? - попросился ученик 10А. Виктор Алексеевич, подошедший ближе к рядам парт, сердито свёл брови книзу. -Нет,- учитель, не оставив шанса Диме, поспешив удалиться от среднего ряда в сторону окон. Тот ошарашено уставился в тихом негодовании на Виктора Алексеевича. Однако мужчина быстро вспомнил, что теперь он находился не в звании подполковника в рядах армии, а в стенах обыкновенной провинциальной школы с другими более вольными порядками. -Чуть позже, через минут десять, а то урок только начался. Не по-мужски так рано нас бросать на произвол судьбы,- Виктор Алексеевич после недолгих колебаний смягчил приговор ученику. Диме Пархоменко не оставалось ничего, кроме как согласиться. На фоне первого ответа последние слова преподавателя звучали не так уж и плохо. Одновременно с этим в кабинет, очень аккуратно потянув вниз ручку и медленно открыв дверь, зашла пара опоздавших девушек. Поздоровавшись шёпотом с Виктором Алексеевичем, они, не издавая ни звука, как на носочках, прошли мимо него в глубь рядов. Подполковник, который с того дня, как был уволен из ВС РФ по возрасту, потерял дар устрашать людей званием и погонами, не обратил на них никакого внимания. Армия выплюнула его как скорлупу от семечки, но она продолжала жить в нём… Даже спустя пять лет… После запомнившегося всем, кто, вопреки недосыпу, пришёл к половине девятого в школу, начала - урок нисколько не выбивался из накатанной колеи ОБЖ. -Да, наша армия сейчас испытывает трудности,- признавал Виктор Алексеевич, расхаживая со скрещенными руками перед рядами.-Мы оставили ряд действительно важных пунктов: Изюм, Купянск, Лиман… Ещё Украина подорвала Крымский мост, по которому шло военное снабжение… Но это не потому что мы слабы, а Украина якобы сильна,- продолжал оправдываться, как за собственные ошибки, мужчина.-Как бы это ни странно, нам есть чему поучиться у врага. На Украине мобилизация не прекращается с самого первого дня войны. У нас же она началась только двадцать первого сентября. То есть наша страна начала по-настоящему воевать меньше месяца назад. И те суки, враги что сейчас прячутся,( Виктор Алексеевич исподлобья зловеще глядел на школьников за партами, словно среди них скрывалась одна из таких «сук») - это предатели, это пособники Украины, то есть - врага, запрещающего русский язык, Советский Союз и нашу Россию. Родина их взрастила, дала образование, дала всё. Сейчас время отдавать ей долг. А эти… их не назвать мужчинами… импотенты… евнухи… трясутся за свои дешёвые, никчёмные шкуры. В военное время, я считаю, за такое надо расстреливать. Как в Советском Союзе в сорок первом! Раньше Миша не особо вслушивался в слова учителя ОБЖ и не придавал им значения, но сегодня он слушал речь Виктора Алексеевича, и в нём кипела ненависть. Всё детство Миша, как губка, впитывал в себя от учителей и всех окружавших его взрослых непринятие войны. Он помнил, как в третьем или четвёртом классе в школу приходил уже тогда с трудом державшийся на ногах ветеран и рассказывал про то, что ему пришлось пережить более семидесяти лет тому назад. Тогда Миша, испытывая ужас, одновременно был счастлив, что это не настигнет его в будущем. А теперь большинство из тех, кто внушал ему бесчеловечность войны, говорило ровно противоположное. Если б под рукой Миши лежал заряженный пистолет, то он бы, наверное, не пожалел бы пули для заботливо поливающего ростки смерти мужчины, назвавшего его отца и всех, кто не хотел гибнуть, предателями. -А всё из-за кого?- задал самому себе вопрос Виктор Алексеевич.-Из-за Горбачёва, Ельцина и их приспешников. Они не только предали Советский Союз, не только отправили сверхдержаву на кладбище истории и поставили народ на грань выживания. Эта шайка вместе со своими преемниками взрастила поколения, для которых Родина - сытое пузо в тепле и безопасности и для которых понятие «Отечество» - звук без смысла. Интересы личности важнее интересов государства… Индивид, а не коллектив… В девяностые моё поколение на себе испытало истинную сущность либерализма и индивидуализма, которыми нас, словно конфетой, как глупых детей, заманили в лес. Хватило на всю жизнь. Но теперь с либералами мы, к счастью, покончили. И я надеюсь, вы, когда придёт ваш черёд, в споре между Родиной и новым айфоном или Брал Старс, или как вы её называете, эту дурь, выберете Родину, что дала вам счастливое беззаботное детство и отрочество без голода и нищеты. Точно под конец последнего слова раздался звонок. Учитель, хотевший ещё что-то поведать, сомкнул рот. -Всем спасибо за внимание. До свидания,- бодро и весело, как будто закончилось доброе юмористическое шоу, сказал он через секунду.-Не болейте. Миша с изнеможёнными из-за бессильного гнева мыслями вырвался из плена кабинета, не попрощавшись с Виктором Алексеевичем, и остановился неподалёку. Он ждал Аню. Мимо него прошёл, с досадой глядя, Кирилл. Он знал, что Миша караулил не его… Наконец девушка, чей вид выкорчёвывал из десятиклассника всю злость, вышла из мрачного царства ОБЖ. Увидев парня, она сама направилась к нему. -Пойдём в столовую, воды попьём,- предложил Миша. -Давай,- без тени раздумий согласилась Аня. Налив по очереди в свои стаканы воду, они сели на ближайший к кулеру свободный стол. -Насколько давно ты этим занимаешься?- спросил после небольшого глотка парень, не отводя взгляд от девушки. -Ты про компьютерные игры?- оживилась Аня. Смутившись таким ответом, породившим ещё больше вопросов, Миша растерянно смотрел на неё. Но как только одноклассница моргнула ему одним глазом, Миша догадался, что она имела в виду. -Да, я про них,- подыграл подросток. Аня, вспоминая, наклонила голову чуть назад и вправо. -С середины сентября… Наверное… Да… Середина сентября… Миша вспомнил тот жаркий урок физики, когда, смахивая солёные капли со лба, он вкушал незрелые плоды первой любви… -А как ты познакомилась со своими друзьями?- вновь обрушилось на девушку любопытство одноклассника. После этих слов парня уже Аня недоумённо уставилась вперёд. -Ааа,- взмахнула она вверх головой,- ты про них… Артём - сын папиного друга. Пятнадцатого где-то сентября, по-моему, они к нам пришли в гости. Взрослые остались в моей комнате, ну а мы с Артёмом - в родительской. Разболтались о компьютерных играх( Аня, сделав паузу, снова моргнула правым глазом). И в общем, я вступила в их с Даней клан. С Даней меня свёл сам Артём, они одногруппники в колледже. Миша, удовлетворённый таким подробным рассказом, задумчиво кивал. -Друзья…- загадочно произнесла девушка, как в первый раз,- я бы, наверное, так не сказала… Фанаты одной игры… Коллеги, состоящие в одном клане… Это я тогда Артёма и Даню назвала друзьями, потому что ты ещё тогда не знал о наших увлечениях. Назвать их друзьями - было проще всего. Миша всё так же двигал медленно головой вверх-вниз, снова проживая в голове момент знакомства с Артёмом и Даней. -Миша, я за тобой следила на уроке. Ты тоже это чувствуешь, когда слушаешь его?- обратилась девушка, следя за каждым движением одноклассника. Он уловил, что она подразумевала. -Да… Теперь да…- парень залпом допил оставшуюся воду. Аня последовала его примеру. Они оба понесли стаканы к столу с грязной посудой. Больше, чем в былые времена пятёрка за четверть, понравился девушке ответ одноклассника. -Аня, глупый вопрос, но ты готова к истории? Она широко улыбнулась.