Часть 4

Кошачьи сны Входить в сон своего декана Гарри решился только после тщательного изучения её анимаформы – иногда маг так сливался со своей второй ипостасью, что приходилось разделять два подсознания. Почему именно МакГонагалл? На это были две причины.       Первая – на ней нет Клятвы декана, нет Клятвы преподавателя и нет защитных ментальных оберегов. То есть не надо устраивать обходные маневры, не надо коварно подливать что-нибудь этакое, чтобы ее раскрепостить; лишь бы она не оказалась полукошкой.       Вторая – у нее структурированный ум в человеческой ипостаси. Настолько структурированный, что ей не внушить ничего напрямую, а Гарри очень и очень хочется понять, каким образом старый паук справляется с суровой шотландкой, да так, что та ему смотрит в рот не отрываясь и все его слова принимает на веру. И нет, над нею никто не проводил ритуалов, никто не опаивал зельями – тогда неясно, почему она хотя бы Пиппину Прюэтт-Помфрис не сдала в Департамент Магического Здоровья. Аура декана Гриффиндора чиста абсолютно, все мысли только об организации учебного процесса, и она искренне верит, что Гриффиндор – лучший из Домов на свете.       Она – фанатик порядка, и этим все сказано: все, что выбивается из его миропонимания, фанатик просто отметает. Ну что же, на этом и будем играть.

***

Гарри мягко скользнул в сон – нет, сознание и подсознание четко разделено, граница незыблема, и кошачьей части просто нет. Значит, она стала анимагом в зрелом возрасте, очень осознанно, и, пожалуй, прошла по самому трудному пути становления анимагом, трансфигурационному – ритуал с мандрагорой во рту, шесть месяцев и шесть листочков, постепенная замена рук и ног на лапки, ну и так далее. Следовательно, в кошачьей ипостаси у нее сознание человека, пусть и немного суженное из-за непривычного количества конечностей, а ведь у кошки хвост является стабилизатором положения тела.

***

Первый кошмар Минерва увидела в ночь на день Святого Валентина. В нем близнецы Уизли поймали двух третьекурсниц и накормили насильно новой разработкой, отчего те умерли в муках у нее на глазах. Директор Дамблдор в этом кошмаре привычно пожурил в своей обычной манере шалунишек, и только, мадам Помфри развела руками, тоже привычно, и даже Минерве подмигнула, как сообщнице.       А собственно, почему она мадам, – насколько она помнит, Пиппина замуж так и не вышла, ее же отсекли от Рода за помощь Дамблдору в деле сочетания неравным браком Артура Уизли и Молли Прюэтт... И тут Минерву просто поразило – как она могла забыть, что Пиппину изгнали из рядов целителей за Империус, применяемый той на несовершеннолетних магах, изгнали без права восстановления!       Наутро у профессора Макгонагалл приключилась самая настоящая истерика – сложно осознавать очевидные для других вещи, но кошмар был настолько реалистичным, что она впервые пришла в гостиную факультета до подъема, прошлась по всем спальням и успокоилась только тогда, когда по головам пересчитала всех третьекурсниц.       Письмо в Департамент Магического Здоровья она отправила, не советуясь с Дамблдором, не советуясь впервые в жизни. Её мир немного пошатнулся, чем Гарри воспользовался и решил дожать.       На следующее утро хмурый директор объявил, что мадам Помфри уволилась, вместо нее будут пока дежурить по очереди целители из Мунго. А потом встал тот самый полненький улыбчивый, что забирал Рона Уизли в Мунго, и показал список, по которому он проведет первичный медицинский осмотр и наведет порядок в картотеке.

***

Во втором кошмаре она шла по коридору к Альбусу, чтобы обсудить покупку новых спичек и жуков, и наткнулась все на тех же близнецов, но теперь они зажали в углу двух первокурсников, а на ее приказ немедленно их отпустить вытянули в магловском жесте средние пальцы. Кто-то из них выкрикнул, что она никто – она не настоящий декан, потому что ни разу не принесла Клятвы, и не имеет права на них орать и что-то требовать...       Наутро профессор Макгонагалл впервые за сорок лет преподавания в Хогвартсе стала искать в библиотеке Полный Устав Хогвартса, но не нашла, спросила у Помоны, и та на нее очень сочувственно посмотрела, а потом шепотом осведомилась - "Что, Откаты пошли?"

***

Помона Спраут и стала Свидетелем при принесении Клятвы Декана, потом они уже вдвоем обработали и Флитвика, ведь он стал деканом при заступлении на пост директора их бывшего коллеги, профессора трансфигурации Альбуса Дамблдора, после ухода Армандо Диппета на пенсию. Но к Снейпу обращаться и осведомляться, есть ли у него Клятва, не стали – разумеется, нет, Метка Волдеморта не даст.       Минерва долго недоумевала – Диппет ушел на пенсию спустя девять лет после ее прихода на должность профессора Трансфигурации, а кем же тогда был Дамблдор? И тут она вспомнила – он преподавал после ее прихода только Высшую Трансфигурацию на факультативах, параллельно исполняя должность заместителя Диппета и декана факультета Гриффиндор, а она, счастливая юная дурочка, у которой не задалась личная жизнь и карьера в Министерстве, даже не поинтересовалась порядком вступления в должность. И потом не интересовалась, она до сих пор мыслит магловскими категориями – старший приказал, и она со всех ног бежит выполнять распоряжение.       Через неделю профессор Макгонагалл отказалась от поста заместителя директора. Заместителем Попечительский Совет назначил преподавателя Древних рун профессора Батшеду Баблинг, которая ехидно осведомилась на завтраке при полном зале – а кто будет принимать ее Клятву?       Очень долго потом Гарри крутил в Думосборе приятное воспоминание – встали три декана и тут же приняли Клятву Беспристрастности, а директор и Снейп отчего-то впали в ступор.

***

Гарри теперь с усмешкой следил, как до гриффиндорцев постепенно стало доходить – тот стол в углу гостиной всегда занят деканом вплоть до отбоя, шума-гама стало на порядок меньше, и из-за этого показатели учебы поползли вверх.       Пора было переходить к следующему этапу.