Часть Восемнадцатая

***

      В ночь накануне дня отплытия Ловкача в Чёрную Гавань Далия собрала все необходимые для неё вещи в походную сумку. Сменную одежду, верное оружие, припасы с зельями. Она также не забыла и про шкатулку, которую очень осторожно положила в сумку.       После таких тщательных сборов молодая Королева написала письмо для Логана, в котором объяснила, почему не сможет присутствовать на его свадьбе, за что искренне извинялась. Само письмо девушка положила на свой рабочий стол вместе с королевской печатью, которую её старший брат мог использовать лишь в период её отсутствия.       Перед самым рассветом Далия с грустной улыбкой на губах осмотрела свои покои и, накинув на голову капюшон своего плаща, сжала в ладони свой медальон, который и перенёс её прямиком в городской порт…

***

      В городском же порту молодая правительница очутилась сразу же рядом с нужным ей кораблём, на борт которого уже поднимались невинные жертвы Ловкача, а он сам стоял на палубе и вещал:       — Верные мои, дорогие мои смельчаки, и прочие формальности! Помните, что, отправляясь со мной в это плавание, вы легко можете найти всё, что только пожелаете! Деньги, славу, смерть героев, женщин и мужчин, вин и яств! Лишь послужите мне в этом скромном, но опасном пути, и ваша награда удвоится. Однако, ежели кто-то падёт, мы будем оплакивать его потерю, словно умер мой лучший друг или сын.       Слушая столь слащавую и полную пафоса речь, Далия достаточно быстро и ловко вбежала на палубу корабля и, сбросив со своей светловолосой головы капюшон, одарила всех присутствующих громким, едва ли не оглушающим наглым свистом.       Ловкач подскочил, когда увидел молодую Королеву. Гнев его был отлично изображён в глазах мужчины, что прожигали девушку невидимым пламенем. Только мужчина сам торжествующе зааплодировал:       — Браво-браво. Такой свист даже Курощуп не мог передать своими пинками в несчастных кур и петухов.       — Только так можно было прервать твою слащавую и скучную речь, — Героиня Альбиона столь же нагло ухмыльнулась. — Не соблаговолишь ли объяснить, куда это ты собрался отправиться вместе с МОИМИ поддаными, так ещё и без МОЕГО на то разрешения?       — А, в небольшой круиз для великого меня. Не могу же я плыть один.       — Значит, решил побывать в тех краях, где когда-то был самопровозглашённым королём пиратов? Что же, похвально.       Девушка лёгким шагом направилась к палубе, попутно ловко выхватив у одного из бедолаг Печать Тьмы:       — А это, я полагаю, что-то вроде специального значка?       — Скорм меня побери… Ну, почему тебе нужно было прийти именно сейчас? Почему ты?!       — Потому что у меня везде есть глаза и уши, Ловкач.       — Так почему ты эти уши не засунула куда подальше, а глаза не перевела на свадьбу братца?!       — Ты сам знаешь, что мне совесть не позволила.       — Тогда очисти её и просто дай мне сделать то, что я должен.       — Я не могу позволить тебе это сделать. Это касается моих людей, а значит, и меня самой.       Ловкач был недоволен. Его руки так и тянулись к пистолету и мечу.       — Ты не оставляешь мне выбора.       — Выбор есть всегда, Ловкач, — не останавливаясь ни на миг, Далия поднялась на палубу и подошла к нему. — Хочешь провести своё треклятое жертвоприношение для Судей, тогда отпусти этих наивных бедолаг и возьми меня вместо них.       — Тебя?.. — до этого уверенный голос её любовника невольно дрогнул, но так, что только Королева могла это уловить. Для остальных же это был точно такой же возмущённый мужчина, что привёл их на корабль.       — Да, меня. Для Судей Теней я буду куда более весомой платой, чем все они вместе взятые.       — Ну, что же… — молвил он, спустя недолгое, но такое мучительное молчание. — Раз сама королева вновь хочет геройствовать, я не упущу такой возможности.       — Хорошо, — произнесла девушка, глядя Ловкачу прямо в глаза. — Тогда отпусти всех этих людей. Сейчас же.       У того даже глаз не дернулся. Повернувшись к людям, он тут же возмущённо вспыхнул:       — Ну, что встали? Поездка отменяется! Идите по домам. Мои ребята вам возместят       убытки… В который раз…       Никто не рискнул спорить или задавать какие-либо вопросы, зная, на что способен этот мужчина, если его окончательно разгневать. Все просто стали сходить с корабля. Все, кроме набранной команды опытных моряков, которые могли довести Ловкача до Чёрной Гавани, и наёмников, что представляли собой охрану и грубую силу.       — По поводу денег им я, кстати, не шутил, — прокомментировал он вопрос Далии, который зародился в далёких уголках её мыслей. Вздохнув, мужчина дал команду оставшимся: — Начинаем отплытие, ждать уже нечего.       — Уж надеюсь, — негромко отозвалась она, наблюдая за тем, как все принялись сниматься с якоря и расправлять паруса.       — И зачем ты пришла… Почему ты. Хах, хотя всё и так понятно.       — Как я и сказала, эти люди мои подданые. Если бы я не пришла, их смерть была бы и на моей совести тоже.       — Хватит лгать, дело же не только в них.       — А в чём же ещё, по-твоему?       — Ты хочешь попытаться всё изменить.       — Изменить? Я не настолько наивна, чтобы предпринимать бессмысленные попытки. Ты ясно дал понять, чего хочешь сам, когда принял решение отбыть в Чёрную Гавань, даже не поставив меня в известность.       — Потому что это касается только меня и никого иного.       — Что же… Хорошо, если для тебя это именно так.       — Иначе я бы и не пытался устроить всю эту затею… — не удержавшись, Ловкач подошёл ближе к Далии и прорычал ей в лицо: — Вот скажи, почему тебя так тянет мне мешать?       — Назовём это личными счётами, — с её губ сорвалась лёгкая ухмылка. — Или ты забыл, как послал мою мать в Призрачные Топи сразу же после вашего с ней знакомства, чтобы она стала очередной платой Судьям?       — Даже так. Захотелось к матери в объятья?!       — Представь себе, да.       — Ты… — руки Ловкача сжались в дрожащие кулаки, готовые разбить что угодно в дребезги.       — Я сделала то, что должна. Не больше и не меньше, — ответила ровным и спокойным голосом молодая Королева, хотя глубоко внутри неё самой бушевала не меньшая буря эмоций.       — Твоя жертвенность убьёт тебя… Действительно убьёт.       — Меня, а не кого-то, кто действительно невинен.       — Да подумай хоть раз о себе! — выпалил вдруг Ловкач, схватив правительницу за плечи.       — В отличии от тебя, Ловкач, я менее эгоистична, — отозвалась она, оттолкнув его от себя. — Да и ты ведь уже согласился с тем, что жертвой буду именно я, тогда зачем же сейчас так распаляешься, будто тебе не всё равно?       — Мне пришлось, потому что ты бы не ушла, не остановилась защищать свой глупый и ленивый народ!       — Тогда смирись с тем, что и сейчас я не уйду. Просто смирись и прими то, что мы оба выбрали.       — Надеюсь, ты понимаешь, на что себя подписала.       — Прекрасно понимаю.       — Тогда знай, назад дороги больше нет.       — Нет и не будет, — повторила за мужчиной Королева, хотя в её душе по-прежнему теплилась надежда, благодаря волшебной музыкальной шкатулке.       — Не хотел я, чтобы так всё обернулось, — тихим, почти что отстранённым голосом произнёс Ловкач.       — Разумеется. Ты ведь рассчитывал тайком провернуть жертвоприношение, а затем вернуться и продолжать жить, как ни в чём не бывало. Жить и лгать мне, — более жёстко ответила Далия.       — Да, но я хотя бы был рядом с тобой. Это ложь точно стоила бы всего того, что между нами было.       — Всё, что между нами было, в итоге привело нас не к самому счастливому финалу.       — Если бы ты осталась на свадьбе Логана, этого бы не случилось.       — Если ты готов заплатить за своё счастье чужими жизнями, это не значит, что я могла бы поступить также.       — Даже ради меня?       — Да… Даже ради тебя, Ловкач.       — Хах… Значит, твои чувства не настолько сильны, как я думал. Даже удивительно.       — Нет ничего удивительного в том, что я в первую очередь думаю о других.       — Я тоже в числе других, — глаза Ловкача воззрились на девушку, как на судью, что дал несправедливый приговор.       — Не смотри на меня так, словно ничего не получишь благодаря моей жертве, — ответила та, также устремив свой взгляд на любовника. — Ты продлишь свою вечную жизнь и молодость. Снова. Если бы я не думала о тебе, то явилась бы сюда не в одиночку, а со своей армией и отбила бы людей силой.       — Что ж, ты сама сделала этот выбор, моя дорогая, — более холодно и даже жестоко сказал мужчина. — Значит, живи с ним оставшиеся тебе несколько недель нашего морского приключения.       — Проживу… Уж об этом можешь не беспокоиться.       На слова Далии Ловкач ничего не ответил и отвернулся, уходя к носу корабля, дабы побыть там одному и часть своего гнева выпустить на матроса или на борт с парусами.       Молодая Королева же лишь негромко вздохнула и, смотря ему вслед, прошептала:       — Мне нужно, чтобы ты отвёл меня к Судьям Теней, пусть даже таким способом, — она отвернулась и устремила свой взгляд в сторону порта города, от которого их корабль уже отчалил. — Только я могу вытащить тебя из их треклятых когтей. И сделаю это, даже если это будет стоить мне собственной жизни…

***

      Очередное новое морское путешествие. Рассекая собой волны, корабль вновь вёз Далию в те неведомые земли, из которых она также могла и не вернуться в родные края, как в те былые времена первого её посещения Авроры. Девушка не хотела думать о плохом, но всё же прекрасно понимала, что даже самый продуманный план мог пойти крахом, приведя её к неизбежному поражению.       Молодая правительница сидела на койке в одной из кают, в которой она обустроилась уже как дней пять после отплытия. Рядом с ней лежала её дорожная сумка с вещами, оружием, припасами и зельями, среди которых была также хорошо спрятанная музыкальная шкатулка. Героиня Альбиона за последние несколько дней ни разу не оставляла сумку без присмотра. Ведь моряки и наёмники, сопровождавшие её и Ловкача в этом морском приключении, легко могли войти в каюту и в поисках наживы обшарить вещи. Нельзя было допустить, чтобы кто-то из них обнаружил шкатулку.       — Мама, прости… Прости, что использую твоё наследие в таких корыстных целях, — опустив ладонь на сумку, прошептала Королева, будто в пустоту. — Но иначе я просто не могу… — по её щеке скатилась одна горячая слезинка.       Стоило девушке быстро смахнуть её, как в дверь каюты постучали.       — Аво всемилостивый, ну, не дадут девушке поплакать в одиночестве, — с некой печальной иронией тихо подметила она.       — Надеюсь, от одиночества ты там не сходишь с ума, — послышался за дверью голос Ловкача.       — Чтобы я и сходила с ума? Нет уж.       — Могу я зайти к тебе?       — Неужели ты решил всё же навестить меня впервые за последние пять дней? Мне казалось, после последнего нашего разговора ты меня и видеть не желаешь.       — Мне нужно было успокоиться, иначе я бы всю команду перебил и отправил само судно на дно.       — Что ж, понимаю. Можешь… Войти.       Ловкачу не нужно было говорить дважды, чтобы он сам спокойно вошёл в каюту Королевы и бросил на неё слегка усталый взгляд.       — Солнце давно зашло за горизонт. Я думал, ты будешь готовиться ко сну, — произнёс мужчина, осматривая правительницу.       — Я могла бы сказать то же самое и о тебе, — отозвалась она, опуская свою сумку на деревяный пол и аккуратно задвигая её под койку.       — Лучше молчи о сне в отношении меня. После того, как ты пришла на корабль, мои кошмары стали… Интенсивнее. Не поверишь, но даже страшнее, чем в самом начале.       — Ловкач… -       Я не тебя виню. Лишь хочу сказать, что, если вдруг упаду за борт, прошу, соберите меня хотя бы по кусочкам.       — Это ты-то упадёшь за борт? Скорее уж меня кто-то из твоих ребят «случайно» столкнёт.       — Я надеялся, что ты будешь иметь в виду себя.       — Не волнуйся, до Чёрной Гавани доплывём мы оба.       — Хах, ладно, пошутить не получилось. Думаю, не стоит спрашивать, как ты себя чувствуешь.       — Пожалуй, в этом мы солидарны.       Далия встала с койки и неспешным шагом прошла к столу, на котором стоял графин с родниковой питьевой водой и стакан.       — Раньше я бы сказал, что скучаю по твоему холоду. Однако сейчас… Сейчас хочется сказать, что я скучаю по тем дням, когда между нами была та самая особенная теплота, — неторопливо Ловкач направился в сторону девушки.       Стоя к нему спиной, она молчала, потому что не знала, что сказать. Ведь, что бы Героиня Альбиона сейчас ни ответила, это будет ложью, благодаря которой истинные мотивы её прибывания на корабле могли быть скрыты от этого мужчины.       Ловкач чувствовал это молчание на себе, словно пули, что вонзались в его чёрное порочное сердце вновь и вновь. Однако он сам ничего не сказал и спокойно встал лицом к стене, спрятав руки за спину. Мужчина пытался сосредоточиться, успокоиться, принять одну важную мысль, которую впервые хотел бы сказать Далии прямо в лицо… Но отчего-то всё-таки не решался.       Если Ловкач скажет это, означает ли, что у него появилась та самая слабость, уязвимость, которую он все эти долгие столетия избегал любыми способами? Означает ли это, что мужчина сам стал тем злосчастным и ненавистным ему самому слабаком, каким был до встречи с Судьями Теней, заключившими его в треклятую ловушку собственных эгоистичных и тщеславных желаний?       — Похоже, что впервые в жизни я действительно влип… — тихо сказал он самому себе, издав измождённый выдох из своих сухих губ.       — Вернее, мы оба… — столь же тихая и горькая усмешка непроизвольно сорвалась с уст Далии.       — Хах… — не менее печальная ухмылка вырвалась у её любовника. — Поверь, зная то, что я теперь хочу сделать… Я влип больше.       Эта фраза заставила правительницу невольно обернуться к нему. Но в ответ она не услышала ничего. Только одна, единственная слеза тихонько прошлась по щеке Ловкача, а его лицо было мягким, немного помолодевшим, даже несмотря на морщины и синяки под глазами. Было видно, что он задумал что-то ещё.       — Ловкач, что… — хотела, было, спросить мужчину Далия, сделав пару шагов в его сторону.       — Ничего. Просто не думай об этом, — ответил сразу же он.       — Но…       — Далия, просто доверься мне в этот раз. Я обещаю, что всё будет хорошо, и с тобой ничего не случится.       — Я не за себя волнуюсь…       — А я волнуюсь именно за тебя. Я, может, лжец, гад, садист и вообще человек тьмы… Но я не дам случиться тому, что должно.       — Ловкач, даже не думай, что я позволю тебе…       — Нет, это я не позволю тебе пожертвовать собой ради такого мерзавца, как я.       — Ты не понимаешь…       — Я понимаю. Мне давно пора на покой. А тебе ещё жить да жить, радоваться за брата, ждать племянников и того, кто никогда не предаст твоё доверие… Пожалуй, мне лучше дать тебе отдохнуть, Далия.       — Я отправилась с тобой не для того, чтобы увидеть то, как ты отдашь свою жизнь Судьям.       — Я отдаю её не просто так… А ради тебя.       — С каких это пор ты, Ловкач, перестал думать только о себе? — Далия невольно вспылила, впервые видя в этом мужчине подобную жертвенность.       — С тех самых пор, как ты вошла в мою жизнь, как женщина, а не просто как королева, конкурент, враг или кто-то ещё, — довольно резко отозвался он, быстрым шагом приблизившись к ней. — Впервые за свою проклятую долгую жизнь я не хочу, чтобы кто-то жертвовал собой для того, чтобы я и дальше избегал смерти… Я не могу и не хочу приносить тебя в жертву.       — Ловкач, я прошу тебя…       — Ты же знаешь, что другого выхода нет. Либо ты, либо я. И поэтому лучше будет сделать так, чтобы ты жила! Я и так наделал много проблем, признаю! Я нагрешил и пожил достаточно!       — Лучше?! Ты действительно считаешь, что так будет лучше?! Я уже не смогу жить, как раньше без тебя!       — Как и я без тебя!       — Я не сказала, что умру! — вдруг выпалила в гневе и отчаянье молодая Королева.       — Откуда ты… Подожди… Что? — Ловкач несколько растерянно взглянул на любовницу.       — Да, у меня есть свой план, как избавить тебя от вечного услужения Судьям Теней, Скорм меня побери…       — Нет, их же невозможно победить или как-то их подкупить настолько, чтобы даже меня выкупить!       — Как научили меня приключения, в жизни нет ничего невозможного. Способ их победить есть, и он в буквальном смысле у меня в руках.       — Нет… Я не верю, быть того не может. Я искал способ их победить, перекормить, чтобы они взорвались, но ничего не помогало!       — Видимо, не там искал. И совсем не тот способ.       — Но… Что это за способ?       — Ловкач… Просто дождись, когда мы доплывём, и сам всё увидишь.       — Что ж, хорошо… Я возьму себя в руки и подожду.       — Доверься мне.       — Хорошо, Далия. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.       — Знаю, — кивнула девушка, а затем с её губ сорвался глубокий вздох. Она и сама надеялась, что знает, и что у неё получится спасти жизнь им обоим.       — Тогда… Раз уж мы разобрались, могу я тебе принести поесть или попить? — спросил правительницу Ловкач. — Если, конечно, кусок лезет в горло.       — Не особо, если честно, — сказала правду та, а затем несколько устало усмехнулась: — Однако… Логан не простит, если я вернусь из этого путешествия совсем исхудалая.       — Дай мне несколько минут, я скоро вернусь.       — Хорошо.       Стоило Ловкачу на время покинуть каюту Далии, дабы принести ей еды и питья, как она снова издала тяжкий и немного удручённый вздох, после чего, пройдя к койке и опустившись на неё, прошептала:       — Просто поверить не могу, что он действительно собирался пожертвовать собой ради меня. Ловкач… Ну, какого хобба тебе взбрело в голову это именно сейчас? — бедная девушка действительно не могла поверить до конца в то, что её любовник и вправду намеревался так геройствовать, если бы она не смогла его переубедить. Впрочем, сейчас Героиня Альбиона могла успокоиться и хоть немного отдохнуть. Ведь ни ей, ни ему ничего не угрожало. Во всяком случае, пока корабль не прибудет к берегам Чёрной Гавани…

***

      Оставшиеся недели морского путешествия и Далия, и Ловкач готовились к «долгожданной» встрече с Судьями Теней. Оба беспокоились, оба пытались просчитать все возможные варианты развития событий. Даже самые непредсказуемые.       На удивление королевский любовник не выпытывал у правительницы способ её победы над Судьями, даже несмотря на то, что ему всё-таки было крайне любопытно. Ведь он и сам несколько веков пытался отыскать возможность обхитрить сию троицу, дабы не тратить ни своё время, ни даже финансы, чтобы каждые сто лет приносить им жертвы, хоть это и продлевало его жизнь и молодость.       Ловкач понимал, что сейчас давить на молодую Королеву не стоило. Всё-таки теперь, как бы неприятно и ужасно это ни было, но они в одной лодке. Мужчина был вынужден признать, что сейчас ему необходимо просто довериться правительнице и подождать. Глядишь, может, её план и в самом деле сработает…