Часть 53

      Кэйл продолжал, не оборачиваясь, смотреть вперёд, когда заговорил.       — Не помню, чтобы я когда-нибудь говорил вам о своём дне рождения.       За всё это время Ким Рок Су ни с кем не делился информацией о своём дне рождения.              Рон не стал указывать на то, что молодой мастер вообще плохо делился информацией о себе. Это касалось практически всего, а не только его дня рождения.       Он указал свой день рождения позже, когда пришёл в компанию и должен был сообщить некоторые личные данные. Ли Су Хёк запомнил эту информацию и позаботился о днях рождения Ким Рок Су и Чхве Чжон Су.              — Если бы не требовалось сообщать свои данные, то ты бы никогда нам не сказал о своём дне рождения, — проворчал Суй Кхан.              Кэйл мог сказать иначе, но знал, что это было бы ложью, так же, как это знали Суй Кхан и Чхве Чжон Су.              Чжон Су согласно кивнул.              — И праздновал бы я в гордом одиночестве, что было бы совершенно скучно, — ему нравились их совместные дни рождения. Сейчас он мало представлял себе празднование без Кэйла. Это кажется неправильным, не после всех прошлых совместных праздников.       Так продолжалось до тех пор, пока они оба не умерли.              Боль. Горе. Потеря. Отчаяние. Пустота.              Все эти чувства ощутил каждый присутствующий, вместе с кратким мельканием записей, наполненных тёмной пустой квартирой, от которой исходило острое чувство неправильности. Там не должно быть так пусто и темно.       — Хан рассказал мне об этом. — Бесстрастно ответил Ли Су Хёк.              — А ты знаешь, что у Чхве Хана и Чхве Чжон Су тоже день рождения?              — …Правда?              Кэйл медленно повернул своё тело и посмотрел на Ли Су Хёка, так как он редко выглядел взволнованным.              Суй Кхан знал, почему другой он был так взволнован. Может, они и не могли как следует отпраздновать это, но всё ещё могли получить кусочек счастья и приятных воспоминаний. Его проекционная версия хотела для них этого кусочка счастья.              Ли Су Хёк, чьё настроение было довольно резким со вчерашнего дня, выглядел странно встревоженным.              Кэйл начал улыбаться в ответ.              — В чём дело? Ты приготовил для меня вечеринку по случаю дня рождения или что-то в этом роде?              — А?              Розалин была рада видеть этот момент спокойствия и радости после напряжённой битвы. Особенно зная, что это ещё не конец.              На лице Ли Су Хёка появилось неловкое выражение.              — Это не вечеринка, так как мы находимся в довольно серьёзной ситуации.              Он почесал щёку.              — Просто перекус поздно вечером?              Чжон Су ласково покачал головой с довольной улыбкой на лице. Лидер группы был потрясающим.              Розалин думала, что это очаровательно. Даже если они не могли сделать много, то всё равно нашли время, чтобы уделить внимание такой вещи, как день рождения. Хотя вокруг них был буквально апокалипсис.              — Похоже, что вы включили Чхве Хана и Чхве Чжон Су, чтобы подготовиться к позднему вечернему перекусу?              Ли Су Хёк снова выглядел взволнованным.              — Нет, я…              — Ну что, пойдём?              — А?              Чувства тепла, мягкости и чистой привязанности казались безграничными по своей силе и ощущению.              Золотой дракон находил интересным то, как много Кэйл на самом деле чувствует за своей маской спокойствия. Что несмотря на то, каким было его выражение лица, он всегда чувствовал много и сильно, не только в тяжёлые моменты, но и сейчас. Просто его навыки поддержания спокойного вида и общие актёрские навыки были на высоте.              — Ради того, что ты приготовил. Давайте отпразднуем все вместе.              Ли Су Хёк весело насмехался, услышав, как Ким Рок Су сказал всё, что хотел.              — Да. Пойдём.              Затем он посмотрел в другую сторону.              Запись сместилась, как и эмоции, следующие за этим.              Чувства вины там быть не должно.              Хео Сук Джа и Чжо Мин Е шли навстречу Кэйлу и Ли Су Хёку.              Хео Сук Джа улыбнулась, обращаясь к Кэйлу.              — Счастливого пути.              — Мне жаль.              — Тебе не в чем винить себя, — может он и повторялся, но Суй Кхан будет говорить это столько, пока Кэйл это наконец не поймёт.              — Тебе не о чем жалеть, — Чжон Су согласно кивнул. — Ты сделал всё, что мог. Сейчас уже живо больше людей, чем мы когда-либо могли мечтать.              Кэйл не стал пытаться препираться с ними или утверждать обратно. Знал, что ему никогда не выиграть. И логически он понимал, что они правы. И однажды он сам сможет в это поверить, а пока его хёны могут говорить это столько, сколько потребуется.              Чжо Мин Е махнула рукой в знак отказа, увидев, как Кэйл опустил голову и извинился.              — Вовсе нет. Все знают, как тяжело вы сегодня работали, командир-ним. Мы слышали, что у вас даже не было возможности нормально поесть.              Бикрокс хотел бы разозлиться, быть раздражённым. Однако не мог. Да, есть было невероятно важно. Это было жизненной необходимостью. Но после наблюдения за тем, как всё происходит? Он сомневался, что мысли о еде вообще посещали кого-либо из командующих.              Поэтому младший Молан решил быть довольным тем, что есть. Хотя это не помешает ему самому в будущем больше кормить молодого мастера. Чтобы, даже если это произойдёт снова, а это произойдёт, у молодого мастера был бы вес, который он мог бы терять.              Стоявшая рядом Хео Сук Джа нахмурилась.              — Командир…              Хео Сук Джа открыла рот, но остановилась на полуслове.       — Пожалуйста, наслаждайтесь своим временем.              Рон согласно кивнул. Может, молодой мастер и не может сейчас как следует отдохнуть, но хотя бы перерывы должен иметь.              Ли Су Хёк, тихо шедший рядом с ним, заговорил.              — Рок Су.              — Да, сэр?              — Ты действительно хорош в выполнении своих обещаний.              С этим утверждением был согласен каждый. Если молодой мастер давал обещание, то делал всё возможное, чтобы оно исполнилось. Пустых обещаний он не давал даже их врагам.              Кэйл посмотрел на Ли Су Хёка с растерянным выражением лица.              Однако Ли Су Хёк совсем не смотрел на Рок Су, пока они шли в комнату, расположенную ближе всего к сторожевой башне и крепостной стене.              — Что ты имеешь в виду?              Ли Су Хёк улыбнулся и медленно ответил после того, как Кэйл наконец спросил.              — Вчера и сегодня. Люди, наверное, больше всего видели твою спину.              Золотой дракон не мог не думать, что это утверждение верно и в их мире. Они слишком часто стоят позади Кэйла. Видят его спину, его серебряный щит, защищающий их. Эрухабен был древним драконом, которого слишком часто защищали его дети. И он же хотел умереть, оставить их с врагами, в одиночестве истекать кровью…              Кэйл вспомнил, что он сказал им несколько дней назад.              «Люди здесь будут сражаться, глядя на мою спину больше всего, по крайней мере, в этой битве».              Рон хотел, что бы это и вправду был единичный случай. И у него не было сомнений, что это было не только его желание.              Ли Су Хёк продолжал говорить.              — Так было и во время вчерашней битвы. Да и сегодня твоя спина была хорошо видна, ведь ты весь день стоял у сторожевой башни.              — Я должен сдержать своё обещание. — Бесстрастно ответил Кэйл.              Ли Су Хёк взялся за ручку двери и посмотрел на него.              — Да. Это тот самый Ким Рок Су, которого я знаю.              Суй Кхан на это нежно посмеялся. И вправду, годы идут, а некоторые вещи в его драгоценном донсене не меняются. И он не мог быть благодарнее за это, чем уже был.              *Скрииип.              Кэйл мог видеть, что происходит за дверью.              Он медленно улыбнулся.              — А?! Мистер! Я думал, вы сначала подадите нам сигнал. Как вы можете вот так внезапно открыть дверь?              Эрухабен решил, что сейчас уже безопасно, так что вернул всю поднятую в воздух посуду на столики и с помощью магии очистил мебель от остатков крошек и пролитых напитков.              — А, так не должно было быть.              Ким Мин А и Бэ Пух Ром вскрикнули от шока.              На столе в этом маленьком офисе было довольно много еды.              Это не был шикарный пир, но это было лучшее, что они могли сделать в их нынешней ситуации.              Может это было и не много, но этого было достаточно. Каждый мог чувствовать тепло и привязанность Кэйла.              И Чхве Хан знал, что эти чувства лишь для людей, что всё это подготовили. Что даже не будь там никакой еды, он всё равно испытал бы эти же чувства. Компания была намного дороже, чем что-либо ещё.              Чхве Хан, Чхве Чжон Су, Ким Мин А, Бэ Пух Ром, Пак Джин Тэ, брат и сестра Ли и все остальные, кто был связан с Кэйлом, собрались в этом маленьком офисе.              Кэйл улыбался.              — Выглядит отлично.              Эти два слова заставили весь офис замолчать.              Затем люди начали открыто или незаметно улыбаться один за другим.              Видеть искреннюю улыбку Кэйла было необычно даже для них.              И Розалин сочла этот факт довольно печальным.              Суй Кхан и Чхве Чжон Су же были довольны, видя её. Может Кэйл и не улыбался часто, но все его улыбки они копили, как драконы золото в детских сказках.              Суй Кхан также испытывал гордость за другую версию себя. И не сомневался, что тот будет делать всё возможное, что бы донсен улыбался чаще.              Ли Су Хёк в этот момент указал пальцем.              — Эй, Хан и Чжон Су.              Чхве Чжон Су вздрогнул от неожиданного внимания.              — Я слышал, что у вас обоих завтра дни рождения. Подойдите сюда.              Услышав слова Ли Су Хёка, Чхве Чжон Су широко раскрыл глаза.              — Ах, бедная несчастная душа, — не мог не позабавиться Чжон Су, наблюдая за записью. — Тебе ещё многое предстоит узнать.              — …Как ты?              — Рок Су рассказал мне.              Бэ Пух Ром потирал руки, как будто его бил озноб, а потом воскликнул.              — Чёрт! Неужели предвидение подсказывает тебе даже такие вещи?              — Кто знает?              — А теперь ты просто издеваешься над ними, — фыркнул Чжон Су.              — Кто знает?              Суй Кхан посмеялся над лицом Чжон Су, что не ожидал подобного предательства.              Ли Су Хёк ответил Бэ Пух Рому и посмотрел на Кэйла.              Кэйл пожал плечами и посмотрел в ответ взглядом, который, казалось, спрашивал, нет ли проблем. Ли Су Хёк некоторое время молча смотрел на него, прежде чем задать вопрос.              — Рок Су…              Его голос был очень тихим, как будто он шептал.              — Неужели ты и вправду можешь знать о таких вещах с помощью предвидения?              «Дети». — Вздохнул Эрухабен, находя эту ситуацию одновременно забавной и печальной. Ведь многие присутствующие там и вправду были детьми, чья жизнь в один миг превратилась в ад. Однако даже так они находили время и силы на подобные приятные и забавные моменты.              Кэйл повернулся к Ли Су Хёку.              Они немного посмотрели друг на друга, после чего Кэйл разорвал зрительный контакт и направился к столу.              Слова, которые Кэйл прошептал, уходя, эхом отозвались в ухе Ли Су Хёка.              — Кто знает? Почему бы тебе не выяснить это, если тебе так любопытно?              Чхве Чжон Су не удержался от смеха.              — Ха, так тебе и надо!              Суй Кхан же схватился за сердце и сделал вид, что ему больно. Однако он действительно нашёл забавным, как его донсен бросил небольшой вызов местному Ли Су Хёку.              — Пфф.              Ли Су Хёк хихикнул, прежде чем начать говорить со всеми.              — Хорошо! Давайте споём для них троих!              — Ты прав.              Чу Хо Шик кивнул головой в знак согласия и сцепил руки вместе.              Бикрокс решил, что сейчас безопасно достать больше закусок, в том числе и торт, в честь наблюдения за таким приятным моментом. Он его нарезал и вместе с Роном быстро расставил по столикам перед каждым.              — Сэр, счаст…              — Эй, почему ты говоришь «сэр»?              Пак Джин Тэ нахмурился, посмотрел на угол потолка и продолжил.              — Просто поздравь его с днём рождения.              — Верно. Я же не могу называть его «сэр», правда?              Кэйл был доволен. Торт был сладким, как и чай, что было удивительно и действительно необычно.              Бабушка Ким улыбнулась и начала хлопать в ладоши.              — С днём рождения тебя…              Она начала петь, и остальные люди в комнате тоже присоединились.              Рон думал, что в будущем им тоже стоит организовать что-то подобное. Даже если будет происходить слишком много всего. Это ведь не мешало людям на записи делать это. Так почему им должно?              Кэйл протянул руку, стоя в центре песни.              — Ребята, присоединяйтесь ко мне.              Одной рукой он схватил Чхве Чжон Су, другой — Чхве Хана, и притянул их двоих ближе к себе.              Чхве Чжон Су улыбался. Пускай его собственный день рождения в то время не прошёл так, но всё равно приятно наблюдать, что хотя бы у одной его версии он не был наполнен лишь чистым ужасом и отчаянием.              — Нет. А, правда, какого чёрта происходит?              Чхве Чжон Су выглядел смущённым и растерянным, принимая адресованную ему поздравительную песню.              С другой стороны, Чхве Хан был совершенно невозмутим.              Чхве Хан мягко улыбался. Это было действительно приятное воспоминание и, вновь наблюдая за ним, он чувствовал тепло чужих эмоций, что приятно пересекались с его собственными. Это было хорошо. Это было приятное изменение.              Кэйл просто похлопал Чхве Хана по плечу.              Зрачки Чхве Хана слегка дрогнули.              Его глаза переместились мимо Кэйла и Чхве Чжон Су, чтобы рассмотреть всю эту сцену.              Песня вскоре подошла к концу.              — С днём рождения вас всех троих!              — С днём рождения. Я считаю, что 8 ноября — отличный день.              — Это лучший день! — Гордо сказал Чхве Чжон Су.               Раон согласно кивнул.              — Конечно! День, когда мой человек вылупился – лучший!              Никто не стал исправлять маленького ребёнка. Для таких разговоров он ещё слишком молод и никто из присутствующих взрослых не был готов вести подобный разговор. Они не сговариваясь единогласно надеялись провести этот разговор… никогда.              Кэйл, всегда прагматичный и планирующий наперёд, решил, что в будущем благополучно скинет эту работу на древнего дракона.              Эрухабен внезапно почувствовал опасность, что заставило его осторожно осмотреться, но, ничего не найдя, он вернулся к просмотру записи.              — Хорошо, хорошо! Давайте поедим!              Все высказали свои замечания, как только песня закончилась.              В этот момент Чхве Хан услышал рядом с собой спокойный голос Кэйла.              — Ещё есть немного времени, но…              Розалин очень понравился торт. С тех пор, как она начала жить с молодым мастером и есть с его шеф-поваром, она ела лишь вкуснейшую еду. А она была принцессой! У неё были прекрасные повара, но мастерство Бикрокса просто безоговорочно побеждало каждого из них.              Чхве Хан обернулся к Кэйлу.              — Чхве Хан.              — Да, хён-ним?              — С днём рождения.              Кэйл мог видеть рябь в глазах Чхве Хана.              Они были похожи не на сильные волны, разбивающиеся о берег, а на мягкие волны, плещущиеся и ярко сияющие.              Альберу слабо покачал головой. Иногда Кэйл говорил такие простые вещи, что это смешно. Однако всегда эти слова попадали точнее некуда, принося с собой боль и утешение, о которых ты и не догадывался, что нуждался.              — …И тебя с днем рождения, хён.              Кэйл кивнул головой и перевёл взгляд.              — Чхве Чжон Су.              — А?              Чхве Чжон Су всё ещё выглядел растерянным. Кэйл заговорил после долгой паузы.              В этот момент Кэйл вспомнил голос Чхве Чжон Су из прошлого.              Чувства из записи были горько-сладкими. Они были украшены горьким чувством потери и ностальгии.              «Рок Су! Супер-пупер поздравляю тебя с днём рождения! Ахахахаха!»              «Заткнись».              «Хааааа... Эй, Рок Су, разве ты не можешь порадоваться и поздравить меня с днём рождения? Думаю, нет. Ким Рок Су не такой человек».              Это воспоминание, эта запись была одной из самых ярких. Само воспоминание накладывалось на то, что они чувствовали от настоящего, принося с собой радость и веселье от воспоминания и светлую грусть Кэйла из проекции.              Чхве Чжон Су был рад почувствовать то, что в тот день чувствовал Рок Су. Пусть он и хён почти всегда могли понять, что чувствует донсен, но видеть и буквально чувствовать подтверждение их догадок было приятно.              «Кто сказал, что я не собираюсь поздравлять тебя с днём рождения?»              «Кеке. Так ты поздравишь меня с днём рождения?»              «Конечно. Как я могу не поздравить?»              Кэйл медленно произнёс.              — С днём рождения.              — Спасибо, — не слишком громко произнёс Чхве Чжон Су. Он знал, что это многое значило для его более молодой версии. В то время он не думал, что будет праздновать свои дни рождения хотя бы когда-то. Всё было слишком утоплено в крови, чтобы даже думать о подобном.              Кэйл не стал ничего отвечать и просто кивнул. Слов не требовалось.              Глаза Чхве Чжон Су широко раскрылись.       *Хлоп.              Кэйл похлопал Чхве Чжон Су по плечу и направился к остальным.              Ли Су Хёк наблюдал за всем этим. Его взгляд следовал за Кэйлом, как будто он пытался его проанализировать.              Кэйл тоже знал об этом. Он просто притворялся, что не знает.              Суй Кхан думал, что это забавно. Он знал, что другой Ли Су Хёк что-то подозревает. Интересно, поймёт ли он?              — Почему бы нам не выйти на минутку?              Это был Чхве Хан.              Запись переместилась, показывая, что теперь воспоминания идут от другого источника. Некоторые детали были не такими точными, как когда это были воспоминания Кэйла.              Руки Чхве Хана имели множество шрамов, доказывающих, что он прожил трудную жизнь, судорожно двигались, как будто он немного нервничал.              — Да. Пойдём.              Чхве Чжон Су последовал за Чхве Ханом на улицу.              Они встали в углу коридора лицом друг к другу.              Чхве Хан некоторое время молчал.              — …Зачем ты хотел меня видеть?              Чхве Чжон Су не смог больше сдерживаться и спросил, а Чхве Хан в ответ достал из кармана толстую пачку бумаг и протянул ему.              Чжон Су было так же интересно, как и его коллеге, о причинах, по которым дядя позвал другую его версию. Однако у него была догадка, что это были за бумаги, и, если он прав, то он будет завидовать белой завистью другой его версии.              — Что это?              — Возьми.              Чхве Чжон Су был озадачен, но всё же принял стопку бумаги.              Он заглянул в них на мгновение, но было трудно сказать, что это такое, так как на первой странице ничего не было написано.              Чхве Чжон Су ничего не оставалось, как посмотреть на Чхве Хана в поисках ответа.              — …Это подарок.              Суй Кхан слабо посмеялся, видя нетерпение Чжон Су.              — Ты так нетерпелив, будто это тебе вручают подарок.              — Конечно! Мне же до жути интересно, что дядя подарил, пускай и не совсем мне, но всё же! — Фыркнул владелец Белого Миру, смотря на эти бумаги, будто бы смог таким образом увидеть содержание.              Чхве Чжон Су нахмурился.              — Ты меня знаешь?              Было видно, что Чхве Чжон Су слегка пожалел о сказанном.              Чхве Чжон Су нашёл это забавным. Ах, бедная невинная другая его версия, которая не знает о том, что он поделился своими воспоминаниями с Чхве Ханом.              — Он не просто знает тебя, он в какой-то момент видел все воспоминания, до самой моей смерти.              Чхве Хан был рад, что у него не такая хорошая память, как у Кэйла. Помнить всю жизнь Чжон Су он не хотел, да и не мог. Простая человеческая память всё же имеет свои ограничения.              Руки, которые до сих пор выглядели нервными, успокоились, а лицо Чхве Хана больше не выражало никаких эмоций.              — Я не буду отвечать ни на один из твоих вопросов.              — Тогда, я думаю, вы не будете возражать, если я выясню всё сам.              На лице Чхве Хана появилась слабая улыбка.              — Да, у меня не будет выбора, если ты так поступишь.              Розалин слабо покачала головой. Это было мило. Жаль, что Чхве Хан не мог всего как следует объяснить, но так было безопаснее для них обоих и будет меньше болеть, когда они вновь расстануться.              Выражение лица Чхве Чжон Су и его поведение стало спокойными, чтобы скрыть беспокойство внутри него.              Это было похоже на то, что делал Чхве Хан.       Ни Чхве Хан, ни Чхве Чжон Су не знали, насколько они похожи.              — Это мило, — сказал Суй Кхан, слабо посмеявшись.              — Конечно, я милый, хотя не могу сказать того же насчёт дяди, — гордо сказал владелец Белого Миру, выпрямив спину и приподняв подбородок.              — Я понимаю.              Чхве Чжон Су положил подарок в карман и сказал.              — Я обязательно разберусь с этим.              — Удачи, — пожелал Чхве Чжон Су.              Затем он посмотрел на Чхве Хана и добавил.              — У меня нет для тебя подарка. Тем не менее, поздравляю тебя с днём рождения.              Глаза Чхве Хана раскрылись чуть шире.              — Я серьёзно.              Чхве Чжон Су честно ответил.              — Ты помог мне с искусством меча и тренировками.              Альберу сочувствовал и понимал, что чувствует Чхве Чжон Су из записи. Чхве Хан был действительно хорошим инструктором и он был рад, что Хан обучает его. Даже если во время тренировок есть стойкое чувство ненависти к этому человеку, от которого просто нет пощады и у которого нет конца выносливости.              — Я знаю, что ты тратишь много времени, чтобы помочь мне.              Поэтому Чхве Чжон Су слегка поклонился этому человеку, который был моложе его, но совсем не казался молодым.              — Большое спасибо.              Чхве Чжун Су поднял свою опущенную голову.       — Это я…              Раон полетел к Бикроксу, чтобы пополнить запас печенья его человека. Шеф-повар спокойно дал ему целую корзинку, после чего молодой дракон вернулся к Кэйлу и развалился у всей троицы на коленях.              Его голос был немного надтреснутым.              —...Это я благодарен.              Чхве Чжон Су срочно поднял голову, услышав, что Чхве Хан говорит неформальным голосом, отличным от обычного.              Но выражение лица Чхве Хана было таким же, как обычно.              Он был неподвижен, как его клинок.              — Ты смущён, — забавляясь, проговорила Розалин, посмотрев на мечника.              Чхве Хан решил её проигнорировать. Он прекрасно знал, что это никак не поможет, ведь они буквально чувствовали его эмоции. Однако так было спокойнее для него.              — Пожалуйста, заходи первым.              Чхве Чжон Су кивнул на прощание, после чего направился к двери.              — Мм!              Он вздрогнул, увидев стоящего у двери Кэйла, но всё же смог вымолвить.              — С днём рождения.              — Спасибо.              Рон был горд тем, как молодой мастер испугал местного Чхве Чжон Су. Им всем стоит как-то убедить молодого мастера тренироваться вместе с ними. Уверен, тогда они бы узнали о нём ещё больше интересных вещей и увидели бы навыки, которые молодой мастер предпочитал не использовать.              Чхве Чжон Су несколько раз открыл и закрыл рот, услышав спокойный ответ Кэйла, после чего прошёл мимо Кэйла и вернулся в комнату.              В коридоре остались только Чхве Хан и Кэйл.              — Чхве Хан.              — Да, Рок Су-хён?              Кэйл, который спокойно смотрел на Чхве Хана, который вёл себя так, будто всё в порядке, усмехнулся, прежде чем начать говорить.              — Я думал, что ты не планируешь раскрывать правду, но, похоже, это не так?              — Не долго тебе удалось это скрывать, да, дядя? — Немного смеясь, сказал владелец Белого Миру, прекрасно зная, как тяжело что-либо скрывать от Кэйла. Тот всегда знал, когда он что-то скрывал. Неважно, насколько сильно он пытался делать непринуждённый вид.              Плечи Чхве Хана слегка вздрогнули.              — …Это…              Он открыл рот, но не смог ничего сказать.              Он не собирался говорить Чхве Чжон Су, что тот приходится ему двоюродным дядей по отцовской линии.              Но это был его день рождения.              Это был день рождения Чхве Чжон Су, который сейчас был совсем один.              — Сейчас это не так. Пускай он и не знал, что ты семья, но ты был там. И рано или поздно, но он узнает об этом, — попытался утешить Чжон Су.              Чхве Хан слабо кивнул на это. Может, это было не всё, что он мог дать, но он был там. А это уже намного больше, что кто-либо из них когда-либо ожидал.              Для Чхве Хана, который не знал, когда он покинет этот мир, это может быть первый и единственный раз, когда он сможет отпраздновать день рождения Чжон Су вместе с ним.              Но Чхве Хан бесконечно беспокоился о том, правильное ли решение он принимает.              Это беспокойство продолжалось до сих пор.              Именно в этот момент.              — Хорошая работа.              Кэйл почувствовал чужое удивление, а следом поток тепла и благодарности, что ощутил Чхве Хан от его слов.              Он услышал тёплый голос Кэйла.              Чхве Хан сосредоточился, чтобы услышать тихий голос, который мог слышать только он.              — Ты хотел отпраздновать это с ним. День рождения члена твоей семьи.              Чхве Хан не мог ответить на это.              — Хорошая работа.              Чхве Хан всегда будет благодарен за тот день, когда встретил молодого мастера. Этот человек принёс слишком много хорошего в его жизнь и своими словами, и своими действиями. Также он был рад, что смог хотя бы немного отплатить Кэйл-ниму за это, когда появился в испытании.              Но губы Чхве Хана зашевелились после того, как Кэйл похвалил его.              Его губы сложились в прямую линию, из-за чего невозможно было понять, пытается ли он улыбнуться или остановить себя от слез.              *Хлоп-хлоп.              Кэйл похлопал Чхве Хана по плечу.              Суй Кхан забавно фыркнул на это. Кэйл довольно неловок в плане прикосновений, но он видел, что попытка утешения сработала на владельца Чёрного Миру.              Чхве Хан увидел, как Кэйл направился к выходу из коридора, как только эти похлопывания перестали казаться странными.              — Куда ты идёшь?              — На сторожевую башню.              — …Пойдём вместе, хён-ним.              Чхве Хан не мог сказать ему, чтобы он ещё немного отдохнул.              Суй Кхан слабо покачал головой на это. Всё равно бы не помогло.              Потому что Чхве Хан был человеком, который понимал желание Кэйла защитить это место и быстро вернуться к людям, ожидающим его, как никто другой.              Кэйл знал, что даже если бы Чхве Хан попросил его это сделать, то этого бы не произошло. Может это было и жестоко, но он рад, что Хан понял его желание.              Но даже Чхве Хан не знал всего.              Чёрный мечник был эгоистично рад, что эта тенденция уменьшается и им удаётся узнать больше вещей о его сеньоре.              ***              Кэйл спокойно посмотрел на часы в своей руке.              11:55 вечера.              Этот день скоро наступит.              День, когда Бог Смерти сказал ему принять решение, наступит через 5 минут.              Эрухабен недовольно нахмурился. Он был рад небольшой передышке, но, похоже, она закончилась. И у него было желание врезать Богу Смерти. Также не было сомнений, что он не один с подобным желанием.              Он вспомнил текст из своих воспоминаний.              <Пользователь способностей 1 класса Ким Рок Су>.              <Желаешь ли ты вернуться в свой изначальный мир?>              <Или ты умрёшь в этом мире?>              Через пять минут…              Время для принятия решения пришло.              Рон крутил в руках кинжал. Бог Смерти был действительно раздражающим. Так же он не мог игнорировать всю жестокость этого. Бог Смерти предлагал молодому мастеру умереть в их мире или же выбрать вернуться в свой мир, что означало бы бросить этот, бросить этот шанс избавиться от отчаяния и оставить этих людей бороться в одиночку, когда он уже сказал, что поможет им выиграть.              Жизнь была действительно несправедлива по отношению к молодому мастеру. Хотя, к кому она вообще была справедлива?              Кэйл ощущал спокойный ночной воздух, спокойно глядя на часы.              Чхве Хан подошёл к нему.              Люди, стоявшие на страже, спустились вниз, и только Кэйл и Чхве Хан были сейчас наверху.              — Рок Су, почему бы тебе не спуститься вниз и не выпить чашечку теплого чая!..              — Сейчас может быть больно, — решил сообщить им Кэйл.              Все сразу напряглись от этого, желая начать спрашивать из-за чего, но понимали, что ответ будет дан в записи, так что начали напряжённо ждать, мысленно готовясь к боли.              Чхве Хан замолчал.              — Угххх!              Это было потому, что Кэйл внезапно схватился за область возле сердца и выгнулся вперед.              То же самое сделали многие присутствующие.              Кто-то издал какой-то задушенный звук, Эрухабен подумал, что это было какое-то ругательство, но не мог честно обратить на это внимания, стараясь дышать сквозь боль. Он пристально смотрел на запись, пытаясь понять, что стало причиной. До выбора Бога Смерти ещё пять минут, так что же стало причиной этой боли?              В этот момент Чхве Хан увидел…              Он увидел, что Кэйл, казалось, испытывал сильную боль. Боль, которая была не сравнима ни с чем, что он чувствовал до сих пор.              Владелец Чёрного Миру, если бы не пытался дышать сквозь боль, нашёл бы ироничным собственные мысли о той ситуации. Боль действительно была не сравнима ни с чем, что он когда-либо чувствовал. А ведь все они успели подумать, что боль от древних сил была плохой...              — Кэйл-ним!              Чхве Хан подсознательно позвал Кэйла и начал поддерживать его.              Но Кэйл смотрел на часы.              — …Почему? Ух!              Было ощущение, что его сердце вырывают.              — Донсен, тебе не обязательно быть настолько описательным, — как-то полузадушенно сказал бывший Ли Су Хёк, смотря, как Кэйл старался утешить молодого дракона, что сжимался в комок, пытаясь скрыться от боли.              Раон был рад чувствовать тёплые руки своего человека. Это помогало ему отвлечься от боли.              Нет, острая боль, как будто из его души вырывали сердце, захлестнула Кэйла.              — Почему?              Ещё не было 8 ноября.              Что происходило?              Альберу тоже хотелось знать. Почему его донсен не может иметь минуту тишины и покоя, не ощущая боли? Не занимаясь принятием тяжёлых решений? Почему он должен пытаться принимать настолько тяжёлые решения, такие как вопрос, где он умрёт?              8 ноября.              В этот день должно было что-то произойти.              Бог Смерти собирался что-то сделать. Так думал Кэйл.              Если бы рядом не было детей, то более многие из них нашли бы, что приятного сказать о боге за подобные выкрутасы.              Но было ещё 7 ноября.              Кэйл начал хмуриться.              — {Как забавно}.              Если бы каждый присутствующий мог, то они бы прямо сейчас самостоятельно убили этого ублюдка Бога Отчаяния. Однако это было невозможно, и каждый из них старался обращать как можно больше внимания на запись, а не на боль, что пылала в их груди.              Именно в этот момент.              — Чёрт!              Кэйл нахмурился ещё больше, услышав голос в своей голове.              — {Не могу же я просто так позволить тебе преодолеть отчаяние, верно?}              Это Запечатанный Бог говорил с ним.              Если бы Чжон Су мог, то он бы сжёг этого ублюдка на костре. И Бога Смерти за то, что тот поставил подобный выбор перед донсеном. Почему каждый их этих ублюдков так прикопался к Кэйлу? Пусть они наконец отстанут, потому что он уверен, они найдут способ убийства богов, если подобное будет продолжаться.