Часть 55

      *Тататап!              Они услышали быстрые шаги.              Морщась и прочищая горло, Рон с усилием растёр мысленный комок на груди. Он с некой отрешённостью подметил собственное дежавю. Казалось, вот только что они ловили разлетающиеся чашки и столы, смотря на приближающуюся жёлтую голову.              Теперь, однако, вместо Чхве Хана к наблюдателям спешил кто-то другой.              Кэйл посмотрел в сторону входа в сторожевую башню.              – Рок Су.              Это был Ли Су Хёк.              – Похоже, нам придется сражаться с желтоголовым сего…              Суй Кхан с горечью смотрел на собственное стремительно бледнеющее лицо. Он бы посмеялся, отпустил шутку про себя и ситуацию в целом. Искренне обрадовался, что из всего окружения Кэйла хотя бы один воспользовался советом «убеги и бей исподтишка».              Но разрывающееся с каждым вздохом сердце, уродливое беспокойство и непоколебимая уверенность донсена опломбированным клапаном перекрывала все лишние мысли, заставляя сосредоточиться на происходящем.              Его слова, вылетавшие не слишком быстро, но и не слишком медленно, замерли на губах.              Его быстрые шаги так же быстро остановились.              – Почему ты остановился? На сторожевой башне что-то происходит…              Пак Джин Тэ повернул голову в сторону Ли Су Хёка и вздрогнул.              – …Эй, ты…              Розалин с неким ехидством подметила остолбенение пришедшей парочки. Вид командира, пять минут назад ушедшего подышать свежим воздухом в полном порядке, действительно был шокирующим. Болезненная бледность и пот, градом лившийся с измождённого лица, превращали Рок Су в смертельно больного в последние минуты жизни. Но горящие глаза, сияющие красновато-карей уверенностью, создавали ауру командира, не знающего поражений.              Пак Джин Тэ увидел Ким Рок Су, у которого было очень бледное лицо и его всего трясло.              У Чхве Хана, который поддерживал Ким Рок Су, тоже было ужасное выражение лица.              Эрухабен подметил, как удивительно чётко запись сохранила выражения лиц, несмотря на плачевное состояние самого Кэйла. Он с тихим вздохом задумался, а не было ли спокойное и холодное мышление следствием этой же способности. Но не тем, что явно проявляется в виде силы, а побочным ментальным воздействием. Тем, чему командир Ким Рок Су научился у своего дара и развил с помощью Ли Су Хёка.              Накала атмосфере добавляли уверенная хватка Чхве Хана на трясущемся Кэйле и тот факт, что буквально за пять минут было услышано аж два Бога.              Ким Рок Су быстро вернулся в сторожевую башню, несмотря на то, что всё было подготовлено для празднования его дня рождения.              Чжон Су, вместо привычной усмешки, лишь со свистом выдавил воздух сквозь зубы. Их умный, разумный донсен наверняка подозревал, что сюрприз на день рождения ему приготовили не только товарищи. А ведь если задуматься, сколько раз Ким Рок Су отмечал день рождения одной меткой в календаре? Поздравил ли командира хоть кто-то после его и лидера Ли смерти?              К передаваемой адской боли, владелец Белого Миру отрешённо добавил собственное сожаление и вину.              Пак Джин Тэ пришел на сторожевую башню вместе с Ли Су Хёком, услышав сигнал тревоги.              Но перед ним был не холодный командир, которого он видел до сих пор, а молодой парень, страдающий от боли, рядом с которым был только Чхве Хан.              Альберу не стал осуждать замешательство Пак Джин Тэ в этот раз. Всё же, не будь он лично свидетелем произошедших событий, находился бы в похожем состоянии. В этот раз, однако, внешнее состояние Кэйла достаточно точно отражало внутренний коллапс. Удивительно, учитывая его нечеловеческую способность игнорировать своё состояние.              Вместо этого его взгляд сфокусировался на спине Ли Су Хёка, который направлялся к Ким Рок Су.              – Рок Су.              Внимание Бикрокса переместилось с Пак Джин Тэ, выглядящего словно рыба, хлопающая ртом, на выходящего из оцепенения Ли Су Хёка. Было приятно видеть, как беспокойство не становится причиной остановки всех умственных процессов.              Продолжая размышления, шеф-повар стал возиться с краями своих перчаток. Пытаясь таким образом избавиться от лишних беспокойств и отогнать особенно острый укол куда-то под рёбра, он пришёл к странной эмоции. Немного понаблюдав за её движениями в собственном сознании, Бикрокс пришёл к выводу, что это простое и чистое уважение.              Выражение лица Ли Су Хёка было спокойным, когда он тихо окликнул Кэйла.              Однако его взгляд был устремлен на Кэйла, который едва стоял на ногах, а Чхве Хан поддерживал его, прижимая руку к груди.              Шаги Ли Су Хёка ускорились.              – Ким Рок Су.              Чхве Хан старался воздержаться от глубоких вздохов. Однако, наблюдая, как только поднявшийся на сторожевую башню человек буквально пробежал через значительную смотровую площадку, было сложно удержаться от восхищения. Тогда мечник не заметил этого жеста, но сейчас, смотря со стороны, он оценил, как аура волнения и беспомощности охватывала пространство вокруг Кэйла.              Кэйл оглянулся на Ли Су Хёка, который теперь называл его полным именем.              Ли Су Хёк стоял перед Кэйлом.              – Ким Рок Су, я знаю, что ты что-то скрываешь.              Ким Рок Су был спокоен.              Розалин удивлённо вскинула голову на это утверждение. То, что должно было звучать как обвинение, несло в себе больше заботы и беспокойства, чем любое «ты в порядке?». Казалось, скажи Кэйл, что надо где-то припрятать пару тел, обвиняющий достал бы из-за пазухи лопату как раз на такой случай и не задавал бы лишних вопросов.              В сказанной фразе было столько уверенности, что и опровергать её не хотелось. Но страха это не вызывало. Лишь принятие и спокойствие. Секунду помедлив, бывшая принцесса Брек моргнула.              «А мои ли это эмоции?»              Чхве Хан и Пак Джин Тэ вздрогнули, услышав вопрос Ли Су Хёка.              – Ты тот же Ким Рок Су, которого я знаю с прошлого, но я знаю, что кое-что изменилось.              Уголки губ Ли Су Хёка начали подниматься вверх.              Рон и Эрухабен переглянулись. Они, те, кто негласно считались отцами их большой разнородной семьи, осознали и поверили в трансмиграцию уже после личного признания и объяснения Кэйла.              Но этот человек. Лидер группы спасения, в чьём лице смешались беспокойство, напряжение и напыщенная уверенность, провёл с их панком меньше месяца. И видел Рок Су из проекции значительное время назад. Так как он смог? Как заметил это изменение?              Оба старших оглянулись на их Суй Кхана. Тот в гордости расправил перья и получал обильную похвалу от Раона. Буквально чирикая от гордости, с благодарностью принимал кусочек детского печенья, которое хорошо растворяется в молоке. На всё это действие, рядом сидящий аристократ лишь закатывал глаза и допивал свой чай. Удивительно, но при таком записанном дискомфорте продолжать чаепитие мог лишь Кэйл.              – Но ты всё равно должен рассказать мне то, что должен, не так ли?              Кэйл уже знал, что Ли Су Хёк очень зол, хотя и улыбается.              – Ты должен сказать мне, если тебе больно, а? Рок Су.              Ли Су Хёк наблюдал, как уголок губ Кэйла медленно начал подниматься вверх.              Увидев кривую ухмылку на бледном лице, Чжон Су невольно вздрогнул. С такими выражениями можно встретить либо идущих в последний бой бойцов, либо суицидников. Эти люди не боятся ни бога, ни дьявола. От такого внезапного сравнения младший Чхве крупно вздрогнул.              – Донсен, ты знаешь, что понятия «не могу» и «не хочу» являются уважительной причиной передать полномочия и проблемы? – Пытаясь избавиться от пугающих наваждений, фыркнул Чжон Су. Никогда в жизни скептически-осуждающий взгляд из-за чашки не был так приятен.              Он чувствовал, каких усилий ему стоило улыбаться через боль.              Вииииииип…              Когда их окружили всевозможные сигналы тревоги…              Кэйл улыбнулся и медленно заговорил.              – Такое ощущение, что кто-то пытается вытащить мое сердце.              Чхве Хан уже был свидетелем этой сцены. Но от этого не становилось легче её воспринимать. Мечник был отчасти рад, что в данный момент всё подавалось с точки зрения Кэйла. Он всё ещё помнил, как изо всех сил сдерживал дрожь своих рук, пытаясь дать трясущемуся в агонии Рок Су хоть что-то стабильное и надёжное. Помнит, как на этом признании его сердце упало куда-то в желудок и вместе с ним упало в холодную пропасть вместе с кишками, оголяя и во много раз усиливая страх за ослабленного человека, зажатого в его объятия.              Кулаки Чхве Хана сжались, а Пак Джин Тэ безотчетно закрыл глаза и отвернулся от Ким Рок Су.              В этот момент к сторожевой башне подошел еще один человек.              – Командир-ним! Они сказали, что собираются переместить устройство на крепостную стену и активировать защиту!              Это был Чхве Чжон Су.              Альберу хмыкнул, растирая покрывшиеся потом запястья.              «Вот и все в сборе».              Было смешно наблюдать как раскрасневшийся от бега юноша залетает с криками в давящую атмосферу. Затем замолкает, зеленеет, бледнеет и ни разу за эту метаморфозу не моргает. Тут возможностью посмеяться над собой не упустил даже утирающий со лба холодный пот Чжон Су.              Он пришел на сторожевую башню, чтобы передать это сообщение для остальных, которые были заняты подготовкой, так как не собирались участвовать в битве, и тут он увидел Кэйла.              Он задохнулся, стоя позади Пак Джин Тэ.              Однако выражение его лица не изменилось.              Уверенность на меняющем цвет лице была похвальной. Рон одобрительно кивнул. Убийца был уверен, будь на месте этого юркого юноши кто-либо другой, чёткого и внятного доклада они не смогли бы получить. Он в очередной раз подметил, насколько заразительна уверенность их молодого мастера.              – А метод?              Ли Су Хёк все еще улыбался.              Кэйл посмотрел на большую фигуру, направляющуюся к ним издалека в этом ночном тумане.              Жёлтая голова приближалась.              Захватывающий вид огромного пыльного облака, поднимающегося над яростным зверем, завораживал Альберу. Вестник грядущего боя, оглушительный рёв электричества проносился сквозь само существо смотрящих. Теперь этот монстр напоминал больше кусочек природной катастрофы, чем врага, с которым можно сражаться.              Но стойкий взгляд красновато-карих глаз уже разделывал этого угря на общий шашлык. И не то чтобы важно, какого размера в итоге получится порция.              Его жизнь…              И жизни всех в приюте Сомён…              Метод, который позаботится обо всём.              «Бог Смерти дал мне подсказку».              <Люди, которые пытались спасти тебя, нарушили закон, гласящий, что ты должен умереть.>              Суй Кхан удивлённо уставился на проекцию. Этот ублюдок действительно сказал что-то такое. Что-то бессмысленное, на чём их донсену не следовало заострять внимание, лишь ещё одно бесполезное напоминание, чёрточку на их счётчике упоминаний смерти. Так как же Рок Су смог вывернуть это в подсказку?              Люди способны нарушать законы и судьбу.              Эрухабен нахмурился. То ли от очередного больного укола под рёбра, то ли от такой формулировки подсказки. Очень романтичный, конечно, способ сказать, что каждый пишет свою судьбу сам — этим театральным недугом, похоже, болеют почти все. Но также весьма удивительное откровение.              Действительно, будущее, которое видит Бог, должно быть абсолютным и непоколебимым. Другое дело, когда в него вмешиваются другие Боги. Но хватит ли одной лишь силы воли простого человека, чтобы противостоять высшей силе? А может, будущее действительно не определено, пока его не предскажут? Древнего дракона пробил озноб.              Так Ли Су Хёк и Чхве Чжон Су погибли, чтобы спасти его.              «На этот раз никто не должен умереть».              Кэйл открыл рот, чтобы заговорить.              – Я уже несколько раз упоминал о методе.              Его голос звучал слабо, так как он тяжело дышал, но его тон был твёрдым.              «Вся жизнь этого несчастного панка – сплошное сражение с монстрами, людьми, самой судьбой. Из-за чёртового проклятья», – золотого дракона всё не отпускала какая-то безумная теория. Сформировать её он корректно ещё не мог, лишь ухватил за кончик хвоста ускользающую мысль.              Слушая уверенный тон дрожащего голоса, он задумался. Если бы душа Рок Су затерялась в общем потоке, скрылась от глаз богов, дьяволов, самой вселенной. Если бы ни один «наблюдатель» не смог предречь печальную судьбу этому дитя, сработало бы проклятье?              Ведь получается, что судьба существует, пока на неё смотрит Бог?              И что если судьба души не принадлежит телу?              Кэйл оглядел Чхве Чжон Су и Пак Джин Тэ, а затем посмотрел на Ли Су Хёка.              – Успешно завершить охоту, не оставив никого в живых.              Это был один из двух способов для Кэйла изменить судьбу.              Розалин кивнула.              «Любимая тактика молодого господина – победить с подавляющим преимуществом».              Но что если нет ни ресурсов, ни возможности? Разум будущей хозяйки магической башни стали наполнять различные тревожные предложения. А если Бог Отчаяния подкинет ещё проблем? А если Бог Смерти неправ? Можно ли им вообще доверять?              Ли Су Хёк медленно заговорил.               – …Это ответ?              – Да, сэр.              Он спросил ещё раз, услышав ответ Кэйла.              – Ты уверен?              Был ли он уверен, что это правильный ответ?              Какие могут быть сомнения в этом пылающем решимостью взгляде? Суй Кхан испустил сухой смешок наблюдая за «собственными» колебаниями. Всё же, сейчас была наиболее наглядно показана его незрелость в роли командира. Этому Ли Су Хёку ещё только предстоит научиться верить любым утверждениям Ким Рок Су.              Чёрный ястреб погладил трепещущий бок ребёнка, свернувшегося на его коленях. Бывший лидер команды с интересом подметил, что их группа уже начала адаптироваться к боли, накатывающей волнами, как и Кэйл в проекции, способный почти спокойно разговаривать и отдавать приказы.              Ли Су Хёк увидел, как Кэйл улыбнулся ему, задав этот вопрос.              Затем Кэйл нахмурился и заговорил.              – Чтобы изменить судьбу, недостаточно быть уверенным.              Маленький дракончик развернулся из своего плотного комка, чтобы посмотреть на своего человека. На самом деле, их вид был сейчас очень даже похож. Чёрные как смоль волосы были пропитаны потом и выглядели ещё темнее, чем есть на самом деле. Впалые глаза на бледном лице делали выступившие слёзы невероятно яркими. А сбившееся дыхание из-за поздней осени вылетало едва заметными клубами пара.              В этот самый момент дракончик вспомнил самого себя, запертого в пещере и озлобленного на весь мир. Холодно и больно. Ужасно хочется есть. Но ещё сильнее хочется отомстить всем, кто над ним издевался.              А он был уверен?              Это был не тот уровень уверенности.              Кэйл тихо заговорил.              – Я сделаю, чтобы это было так.              Ли Су Хёк вздрогнул, увидев взгляд Ким Рок Су.              – Определенно.              Чхве Хан вдруг понял. Он узнал это чувство, излучаемое одними глазами его сюзерена. Слепая уверенность, ни намёка на сомнения или изменения решения. Поклонение, буквально одержимость целью.              Вера.              «Только попробуй назвать Чу Хо Шика теперь сумасшедшим ублюдком», – лёгкое недовольство растаяло в насмешливом фырке мечника.              Его глаза были совершенно неподвижны с яростным выражением, которое, казалось, было достаточно сильным, чтобы вызвать шторм.              – Несмотря ни на что.              Эта захватывающая уверенность, никаких сомнений и бесстрашие. Рон знал, такое присутствие может излучать только молодой господин Рок Су. Не нужно быть связанным заклинанием, чтобы ясно увидеть намерения этого человека. Эта воля, стремление к жизни и неповиновение жутко заразны. Старик, несмотря на жгучую боль, оскалился навстречу приближающейся битве.              Он медленно произносил каждое слово, как будто что-то пережевывал.              – С абсолютной уверенностью.              Розалин затаила дыхание. Ей было страшно.              Не то от собственного разгорающегося азарта, не то от сидящего рядом Рона.              Он стоял прямо, не обращая внимания на боль.              Его взгляд был твёрдым.              Чхве Чжон Су до треска сжал кулаки. Это чувство, пронзающее его ещё глубже, чем боль. Влезающее во все щели его сознания и с радостью находящее отклик. Чистое боевое безумие. Похоже, физическое состояние куда сильнее влияет на их донсена, чем предпологалось изначально.              Определённо. Несмотря ни на что. С абсолютной уверенностью.              Чхве Хан чувствовал, как каждое утверждение отдавалось волной тошноты в задней части горла. Просто существовать было невыносимо больно, но сейчас, когда его сердце разрывалось из-за беспокойства за господина, он ничем не мог подавить собственную нервозность. Сколько бы он не входил в положение Кэйла, беспокойства за него это не умаляло. Да, сейчас он знает, что у того всегда есть минимум три плана атаки и два — отступления, но факт того, что половина из них включают в той или иной форме самопожертвование, совершенно ему не нравился.              И вот, не имея возможности вылить переполненную чашу чувств в щёлканье ножнами, он доверился записям господина и маньячески устремил внимание к приближающемуся зверю.              – Успешно завершить эту охоту, не позволив никому умереть.              Кэйл сказал это, прежде чем обратиться к остальным.              – Вы поняли?              Кэйл убрал руку с плеча Чхве Хана и встал сам.              Хоть этот приказ и не был направлен непосредственно на Бикрокса и не содержал ни унции Ауры Доминирования, было подавляюще просто находиться в том же пространстве. Он искренне удивлялся, как в таком слабом теле может находиться столь сильная душа, не попадая под влияние своего состояния.              Хотя, может, потому что такое положение для Ким Рок Су более привычно?              – Пожалуйста, вернитесь на свои посты.              Затем он бесстрастно добавил.              – И мы будем скрывать мое состояние, насколько это возможно.              Альберу неохотно кивнул на это утверждение.              Вероятно конечно, что позже этот идиот вылезет вперёд и поставит крест на всех усилиях по сокрытию. Но тут уже появляется возможность перелить энергию безумной уверенности в других и получить целое убежище бесстрашных бойцов. Что случится с Чу Хо Шиком, наследный принц вообще думать не хотел. Удвоится ли его сумасшествие или возведётся в степень…              От одной мысли все руки мурашками покрылись.              Чхве Чжон Су нахмурился, услышав это. Он услышал раздраженный голос Пак Джин Тэ.              – Ты действительно думаешь, что мы сможем это скрыть?              – Да.              – Ха!              Пак Джин Тэ фыркнул на ответ Кэйла, но больше ничего не сказал.              Эрухабен с удовлетворением оценил неверие стрелка. Уж удивительно, но мастер скрытности в этой семье не Он, не Хонг и даже не Рон. На протяжении двух лет скрывать трансмиграцию от кровной семьи мог только этот индивидуум. Да так, чтобы не заподозрить человека из настолько отличающегося мира не смог даже древний дракон…              Грустно, но такие навыки к скрытности не приобретаются. Они вырабатываются.              Он знал, какой хаос случится, если люди узнают, что их командир не в силах сражаться, не может даже встать на ноги от боли.              Это знал и Кэйл, и все остальные здесь.              Пииииии.              Кэйл достал из кармана флейту и начал играть.              Мелодия вышла ломаной и короткой, однако этого хватило, чтобы Розалин поморщилась от звука. Не от фальшивой ноты, но от воющего звука, раздавшегося среди грохота приближающегося Угря.              Однако человек, которого он пытался вызвать с помощью флейты, уже направлялся к нему.              – Донсен!              Это была Ястреб Стального Пера.              Она приблизилась к сторожевой башне и приблизила свое лицо к Кэйлу.              – О нет! Почему мой маленький донсен так выглядит? Кто-то накормил тебя ядом?              Суй Кхан уставился на прилетевшего «человека». И почему он подумал об этой стальной леди, как о человеке? Эх, влияние донсена через запись куда сильнее, чем кажется.              Хотя, смотря на то, как эта огромная опасная птица суетится над Рок Су, можно было и принять её в негласные члены отряда хёнов.              Пока ястреб Стального Пера в шоке осматривала Кэйла…              – Я иду первым.              Ли Су Хёк первым отвернулся от Кэйла.              – Давай поговорим позже, Рок Су.              Получив одобрительный кивок от Чхве Хана, бывший Ли Су Хёк вновь с гордостью надулся. Лично он, конечно, не принимал участия ни в одном из произошедших событий, но грех отказываться от такой лестной оценки своей личности.              – Хаа, черт!              Пак Джин Тэ ударил ногой по сторожевой башне, после чего последовал за Ли Су Хёком. Он уже достал из кармана свой пистолет.              Чхве Чжон Су тоже попытался последовать за ними, но…              – Подождите.              Кто-то окликнул его. Чхве Чжон Су повернул голову.              Розалин удивлённо вскинула взгляд на черноволосого соседа. Такой приказной, ледяной тон она слышала от мечника последний раз никогда. Этот улыбчивый дурак, конечно, мог не на шутку разозлиться в пылу сражения, но всё же в одном этом слове содержалось столько силы, что никто не посмел бы ему перечить.              Она уже видела выражение мрачной решимости на лице товарища, но магесса готова была спорить на всё своё состояние, что это был худший из всех таких эпизодов.              К нему направлялся Чхве Хан.              – В чем дело?              Кэйл растерянно смотрел на Чхве Хана, который внезапно остановил Чхве Чжон Су.              «Мой человек как будто слишком рассеянный в таком состоянии», – мрачно подметил дракончик, аккуратно перебираясь на колени Кэйла. Получая поглаживания от прохладных тонких рук, он подметил их лёгкую дрожь и каплю пота, висевшую под острым подбородком.              «А ведь моему человеку так же больно сейчас, как и мне», – осознание ударило по ребёнку внезапно тяжело. Их твёрдый, но такой хрупкий человек проходит этот кошмар во второй раз. И всё из-за их любознательности и нетерпения.              Чхве Хан схватил Чжон Су за плечо, когда тот подошел ближе, и начал говорить.              – Господин Чхве Чжон Су, вы должны пойти с нами.              По первоначальному плану на Ястребе Стального Пера должны были находиться только Кэйл и Чхве Хан.              Кэйл, заметя трясущиеся зрачки своего младшего ребёнка, лишь по-доброму чуть улыбнулся. Мягким движением смахнув собравшиеся в уголках широких глаз капли, он наклонился и невесомо прижался губами к тёплой чешуе. Жест, полный любви и лёгкости, снимал все обвинения и прогонял ненужные мысли, согревая охваченное фантомной болью сердце.              – …Вы.              – Ты должен выглядеть нормально перед остальными. Рок Су-хён, разве не ты это сказал?              Чхве Хан прервал Кэйла и продолжил.              – Мы не можем допустить, чтобы ты шатался или падал с Ястреба Стального Пера-ним, поэтому господину Чхве Чжон Су будет полезно убедиться, что ты не упадешь.              – …Чхве Хан.              Наблюдавший за коротким взаимодействием Чжон Су радостно ухмыльнулся. В этом весь донсен. Воспользовавшись преимуществом высоты, он придвинулся вплотную к Кэйлу и размашисто зачесал алые пряди мозолистой ладонью. Разгладив аккуратные брови подушечками пальцев, владелец Белого Миру оставил руку на самой макушке. Смущённый аристократ вместе с Раоном в удивлении уставились на нарушителя личного пространства.              – У нас мало времени.              Виииииииииииизг!              Жёлтая голова была уже гораздо ближе, чем раньше.              Привалившийся к соседнему плечу, Суй Кхан на это лишь усмехнулся и уткнулся в худую руку. Наблюдая за детским поведением обоих своих братьев, на сердце стало как-то легче. Да и боль ощущалась не так остро, как прежде. Да, сейчас есть человек намного важнее исхода всей этой битвы, переживший это однажды и вышедший из всех невзгод с оглушительным успехом.              Они могут и будут верить донсену на слово, им не нужны подтверждения его успехов и неудач. Главное, чтобы он сам был здоров и рядом. А уж с надоедливым сожалением справиться можно и вместе.              Они также могли видеть, как вокруг стен замка двигались люди и зажигали факелы.              – Пойдемте.              Кэйл поступил так, как сказал Чхве Хан, и направился к Ястребу Стального Пера вместе с Чхве Чжон Су.              Розалин отрешённо наблюдала, как все постепенно занимают отведённые ролью позиции. Атмосфера мрачной решимости заполняла предвкушение битвы яростью. Что и изменилось после встречи командующих перед битвой, так это настрой и несколько планов. Не нужно обладать специальными способностями, чтобы понять, что во всех построенных планах появилась пометка «как можно быстрее».              Если бы одной яростью можно было сражаться, находившееся рядом с Рок Су люди сейчас могли бы задавить катастрофу единым желанием положить одного надоедливого панка на больничную койку.              – Донсен. Тебе не нужно лечиться?              – Нуним, я в порядке.              Кэйл спокойно ответил на обеспокоенный вопрос Ястреба Стального Пера и забрался на спину.              Альберу невольно вздрогнул и сгорбил плечи. Он искренне старался привыкнуть к уколу при каждом вздохе, а тут будто в его теле взорвали осколочную магическую бомбу от одного небольшого движения. А какие будут ощущения от полноценного полёта на этой нуним?              Не в силах скрыть своё беспокойство, он посмотрел на своего донсена.              «Уф!»              Он двигался как можно медленнее, но его сердце болело.              Ощутив болезненный всплеск, Раон уже не хотел сворачиваться калачиком, ища утешение у своего человека. Он поднялся на пухлые лапы и уткнулся твёрдой головой в район солнечного сплетения человека. Его опекун всегда поглаживает кругами над больным местом. Тогда, если он сделает так же, станет легче?              Точнее, не сердце, а скорее его тело и душа не соответствовали друг другу, заставляя их выкручиваться и причинять ему боль.              «Я уверен, что Белая Звезда либо пытается, либо делает что-то с моим телом прямо сейчас».              Послеударная волна передалась Кэйлу в этом теле.              – Ах.              Даже если душа может выдержать вес судьбы целого мира, тело обладает ограниченным запасом прочности. Рон осознал эту истину вместе с непреодолимым головокружением. Сколько бы Рок Су не упирался, утверждая нормальность своего состояния, болевой шок нельзя игнорировать, как незначительную неприятность.              Может, для взрослого лидера команды Ким Рок Су такое и было малой неприятностью, но для измождённого двадцатилетнего юноши это был серьёзный удар по здоровью.              Чхве Чжон Су сделал шаг вперед, чтобы помочь сопротивляющемуся Кэйлу.              Но он почувствовал, что его дёргают за плечо, и ему пришлось услышать, как Чхве Хан шепчет ему на ухо.              Его голос был настолько тихим, что никто больше не мог его услышать.              – Держи Рок Су-хёна как следует, чтобы он не оказался в опасности.              Секундное переключение на чужую точку зрения было и спасением, и проклятием одновременно. Свободный вздох, слышимый со всех мест без исключения, захватил фразу, усилив шепот в оглушительное предупреждение.              Он впервые говорил неофициально. Однако Чхве Чжон Су не расстроился из-за этого и кивнул головой.              – Я понял…              – И…              Чхве Чжон Су посмотрел в сторону Чхве Хана.              – Отступайте с Рок Су, если считаете, что ваши жизни в опасности.               Эрухабен разочарованно перекатывал на языке эту просьбу. В каком мире они живут, если товарищи искренне просят друг друга отступать с поля боя при необходимости. И ведь каждый раз не соблюдают этот уговор…              Чхве Чжон Су внезапно потерял дар речи.              Тогда Чхве Хан задал ему вопрос.              – Вы понимаете, господин?              Пытаясь отвлечься от всё более и более тёмных мыслей, августейшая особа хотел было обратиться с любым глупым вопросом к соседнему дивану. Но что бы то ни было, вопрос, просьба или шутка, оно застряло в середине вдоха при одном виде соседей.              Чхве Чжон Су едва смог ответить.              – …Я понял.              – Пффф…              Чхве Хан рассмеялся в этот момент. Чхве Чжон Су вздрогнул…              – Пфф… – Рассмеялся на четверть тёмный эльф, наблюдая за проминанием всего Кэйла четырьмя великими и могучими лапами. При том, чтобы младший смог свободно лечь, двум хёнам пришлось переместиться на подлокотники. У чёрного ястреба проблем с таким положением не было, а вот Чжон Су еле балансировал, стараясь при этом выполнять роль подставки для ног.              – Пожалуйста, обращайтесь ко мне формально.              – …А? Простите?              Чхве Чжон Су был озадачен тем, что сказал Чхве Хан. Чхве Хан положил руку на голову Чхве Чжон Су.              – Ну, разговор в неформальной обстановке заставляет нас казаться близкими, так что это тоже приятно.              Он взъерошил волосы Чхве Чжон Су.              – А?              Разрывающаяся между танцем маленького дракона на похрустывающей спине и счастливым семейством Чхве, Розалин выбрала второе. Всё же, Чхве Хана в образе настолько забавного дяди вряд ли ещё когда-нибудь можно будет наблюдать с первого ряда через его же воспоминания.              Чхве Чжон Су шокировано посмотрел на него, но Чхве Хану было всё равно, и он просто подтолкнул его вперед.              Чхве Чжон Су оказался прямо за Кэйлом.              Чхве Хан сел позади него, и Ястреб Стального Пера начала взлетать, как только все трое уселись.              – Поехали!              Ощущение колючего ветра знакомо укусило лицо Су Хёка. Он по привычке по-птичьи прищурился и подставил крылья несуществующему ветру. За новой привычкой старшего из хёнов с интересом наблюдали Кэйл с Раоном. Малыш устал ходить по человеку (чему жертва массажа был в тайне рад, его спина недостаточно крепкая для такой терапии) и просто лёг на весь грудной отдел позвоночника.              В тот момент, когда Ястреб Стального Пера прорезала ночной туман и направилась к цели…              Хео Сук Джа крикнула с крепостной стены под ними.              – Направьте свет на врага!              Все огни внутри замка и на его стенах были наклонены в одну сторону.              Ослепительная вспышка заставила зрачки древнего дракона в неожиданности сузиться. В момент тысячи маленьких световых пучков были направлены в одну точку, создавая своеобразный ореол среди поднимающейся в ночное небо пыли.              Прирождённый хищник практически мгновенно различил извивающийся силуэт в ярком пятне.              Эти огни были созданы с помощью способностей, электричества и всего остального, что они могли найти.              – Направьте огни на жёлтую голову!              Все они были направлены на врага.              Чжон Су вдруг подумал о софитах на сцене. И правда, многие уже сравнивали поведение окружающих с театральным представлением. Так чему ж удивляться появлению достойной сцены?              Вспоминая рассказы Су Хёка о своей несостоявшейся карьере актёра и о тонкостях игры на сцене, владелец Белого Миру рассудил, что кульминация близко. Главный злодей вышел на прямое противостояние с героями, и вот взгляды и персонажей, и зрителей сошлись на нём.              Наконец-то они смогли разглядеть врага сквозь туман.              Ястреб Стального Пера была ближе всех к монстру.              Кэйл медленно открыл рот.              – Хе-хе.              Чувствуя червивое удовлетворение, Бикрокс передёрнул плечами. Это совсем не приятное подтверждение плохой теории. Мало того, что вид этой склизкой дряни напоминал о прошлом проигрыше, так ещё каждый хриплый вздох-смех господина отдавался волной искроподобных болевых вспышек по всему телу.              Он тихо засмеялся.              – …Дерьмо.              Чхве Чжон Су задыхался.              «Это уже более здоровая реакция на подобный ход событий», – со скрипом в зубах подметил дворецкий. Задаваясь вопросом о количестве сбывшихся плохих предсказаний командира Ким Рок Су, старый убийца сосредоточился на ощущении подтверждения и выбора пути стратегии. Голая расчётливость оказалась заразительна, но только для зрителей. Записанный Чжон Су выглядел так, будто нижнюю челюсть за него кто-то поддерживал.              Чхве Хан начал говорить в то же время.              – Это действительно будет трудно.              – Конечно.              Жёлтая голова изменилась.              Искренне поблагодаривший Раона поклоном на 90 градусов за скорую возможность спуститься с подлокотника Чжон Су, вернувшись по большей части в предыдущее положение, уставился на извивающуюся в свете прожектора фигуру. Неоспоримо, это была сбежавшая жёлтая голова. Она рылась и двигалась точно как в прошлый раз. Но была несравнимо больше и… Что за фигня на её лбу?              На самом деле, желтая голова больше не была просто жёлтой.              Теперь это был большой монстр с синим рогом и сине-желтой чешуей, которая выглядела так, будто у нее были полоски.              Это чудовище, похожее на дракона, который не мог летать, смотрело прямо на Ястреба Стального Пера, нет, на Кэйла, который сидел на Ястребе Стального Пера.              – Та-ак, – протянул младший мечник в сторону бывшего лидера Ли, – теперь получается, лучше называть это единорогом, а не угрём?              Не заметить подтрунивания в этом заявлении было сложно, однако Суй Кхан всерьёз задумался, как бы так назвать эту новую форму. Носорог, нарвал, единорог… Нет, всё не то. Может, пойти по названиям блюд из угря?              Жёлтая голова съела синюю голову.              – Неужели его способности действительно были поглощены?              Чхве Чжон Су пробормотал обеспокоенным голосом.              «Безумная возможность, но не невозможная», – осматривая этого недо-дракона, Эрухабен прослеживал узор из переплетающихся синих и жёлтых полос. Всё же изначально эти две головы были в одном теле, значит, препятствовало второе сознание в теле полному слиянию? Или было иное условие их объединения? Кем бы ты ни был, закон сохранения энергии должен выполняться. Оно вернулось и доело труп или выросло за счёт внутренних энергетических запасов и теперь сходит с ума от голода?              При их битве в городе Головоломке такого превращения не произошло, значит, одним из обязательных условий является время.              Ястреб Стального Пера заговорила.              – Способности — это одно, но его тело тоже кажется больше, чем раньше.              Жёлтая голова была в полтора раза больше прежнего размера.              Уже огромный монстр стал ещё больше. Заражённый тогда бесстрашием сюзерена, Чхве Хан этого не замечал. Но сейчас, с высоты птичьего полёта можно было получить общее представление о размерах чудовища.              Внизу, казалось, прямо под крыльями стального ястреба развернулось настоящее море из пыли, с живыми волнами и рычащим прибоем. Умиротворения такой пейзаж не приносил совершенно.              Ястреб Стального Пера и Чхве Чжон Су…              Люди, которые уже видели жёлтую голову…              И даже те, кто впервые столкнулся с монстром без ранга…              Никто из них не осмелился ничего сказать.              Атмосфера гнетущей тишины царила среди готовящихся к сражению бойцов. Узнай бы они сейчас, в каком состоянии находится их командир, как бы изменились шансы успешного выполнения плана? Розалин прикусила язык. Не потому что сдерживалась что-то сказать и не из-за новой волны боли. Лишь для того, чтобы самой оставаться спокойной и рассудительной. Девушке казалось, что, получая слишком много трезвости через запись, они тем самым забирают рациональность у Рок Су.              Это было глупо и наивно, но что не сделаешь, чтобы унять ненужное беспокойство.              С этим ничего нельзя было поделать.              – Скрип…              – Каааа, каааааа!              Близлежащие монстры начинали бушевать, то ли от страха, то ли от злости, всякий раз, когда появлялся монстр без ранга.              Они могли слышать звуки буйства монстров вокруг себя.              Отрешённо, будто на задворках сознания, Кэйлу из проекции вспомнился будто бы и неважный разговор с шефом Ким У, находящимся сейчас на стене.              «Синяя голова… Это чудовище вырвало часть с рогом и убежало с ним в пасти. Оно могло сделать это из дружбы, но велика вероятность, что причина была в другом. Мы должны рассмотреть все возможные переменные…»              Одним из предположений было то, что жёлтая голова могла вернуться, поглотив силы синей головы.              Похоже, высказанная тогда теория оказалась верной. Хотя сейчас для них это имело не слишком большое значение. Они устали. Этот бесконечный эпизод со всей его болью порядком утомил каждого.              Перед следующим вопросом обязательно нужно сделать перерыв.              Кэйл, находившийся в небе, спокойно наблюдал за жёлтой головой, не обращая внимания на людей, которые смотрели на него.              – Чсссссс…              Монстр тихо зашипел, глядя на Кэйла.              Раон вздрогнул от такого пронзительного взгляда. Этот же монстр, лишь приспешник злого Бога, наделённый лишь инстинктом убивать и опустошать. Так почему этот ублюдок смотрит на их человека таким злобным взглядом? Оно что, может запоминать? Оно настолько разумно?              В этот момент Кэйл услышал позади себя голос Чхве Хана.              – Как долго будет продолжаться боль?              Кэйл бесстрастно ответил.              – Я не знаю.              Тяжёлое признание слишком легко слетело с уст этого юноши. Рон, однако, понимал всю тяжесть этого «не знаю». В этой фразе не было надменного подтекста в роде «всё равно» или «неважно». Было сухое «недостаточно данных, но нужно как можно быстрее».              По общему плану понятно – это сражение скорее осада, чем вооружённое столкновение. Битва воли и ярости.              Чхве Чжон Су нахмурился, услышав бесстрастный ответ Кэйла.              Он видел, что тело Кэйла всё ещё дрожит, и он тяжело дышит.              – Но скоро.              Кэйл всё ещё стоял прямо.              – Я уверен, что скоро всё утихнет.              Сердце Альберу пропустило удар.              Эта уверенность, слепое доверие и надежда. В тот раз донсен полагался на него всем сердцем. Тяжело, конечно, переоценить просьбу «сохрани мне жизнь», но у Кэйла это получилось. Наследный принц вдруг порадовался, что тогда не чувствовал всей глубины доверия, возложенного на него. Ведь даже сейчас, уже зная, что всё получится, эта уверенность в другом человеке давила до судорог в горле.              Или это очередная волна боли довела до тошноты? Чёрт его разберёт.              Кэйл был уверен, что так и произойдет.              Он знал, что его друзья уже начали действовать.              Он доверял способностям своих друзей, которые сейчас находились в другом мире.              В этот раз к причёске Кэйла придрался чёрный ястреб, растрепав волосы рукой. Это была своеобразная похвала за веру в окружающих людей и умелое делегировании обязанностей на надоедливых хёнов. Всё же, они не просто так звались старшими такого раздражающего панка. Следуя завету «не можешь пресечь – возглавь», лучше быть непосредственным участником всех авантюр сумасшедшего стратега.              – Чхве Хан.              – Да, хён-ним.              Именно поэтому Кэйл не мог остановиться.              – Иди.              «Я же… плохой актёр», – недоумённо захлопал глазами чёрный мечник. – «Как у меня так получается подыгрывать общему нагнетанию пафоса?»              Он обменялся взглядом с кивающим в понимании принцем и прикрывающей вырывающийся смех Розалин. Решив для себя, что это, видимо, восприятие Кэйл-нима такое, мастер меча выбросил эти глупые размышления из головы и сосредоточился на замершей в устрашающей позе змее.              – Я скоро вернусь.              Чхве Хан оттолкнулся от спины Ястреба Стального Пера и начал падать вниз.              Он вытащил свой меч.              *Удааааар!              Его чёрная аура, бушевавшая как никогда раньше, выстрелила вверх, словно пронзая небеса.              Взрыв чёрного света слился с ночной тьмой, знаменуя начало длительного сражения. Рон одобрительно кивнул. Первый удар должен быть сильным. Этот ублюдок-каннибал должен двигаться только в соответствии с планом их господина и быстро умереть.              Было бы славно не обнаружить никаких сюрпризов в процессе, но, зная удачу этого парня, стоит пожелать поменьше травм.              Так что старый убийца, сдвинув брови и приготовившись воспринимать один из самых жестоких эпизодов жизни нового молодого господина, взмолился:              «Господин Рок Су, пожалуйста, берегите себя».              Как только люди увидели этот чёрный сигнал…              – Откройте ворота замка.              *Скрип.              Ворота открылись, и Ли Су Хёк, Ким Мин А и господин Кролик вышли наружу.              За ними следовали представители разных регионов и сотни воинов.