Профессор Грейнджер

      Приятная теплая осенняя погода едва начала согревать все вокруг после затяжных дождей, как массивные ливни вновь нарушили ее планы, погрузив окрестности Хогвартса в слабопроходимое грязное болото. Завывающие ветра проникали сквозь ставни, волны в Черном озере стали больше напоминать морские, а шум ветвей деревьев Запретного леса было слышно на много миль вокруг. Впрочем, Гарри было не привыкать к капризам местной природы. Разве что на занятиях у Хагрида приходилось постоянно пользоваться водоотталкивающими чарами, а свободное время проводить под крышей, вместо приятных прогулок по окрестностям.       Следующая неделя стала для студентов школы очередным напоминанием, что славные деньки отдыха закончились и наступили суровые учебные будни. Профессора гоняли их по различным аспектам магии, нещадно вычитали баллы, заваливали домашней работой и каждый день напоминали, что СОВ уже скоро. На робкое замечание Дина, что важные экзамены будут только в конце пятого курса, профессор Макгонагалл выразила такую гневную тираду насчет умственных способностей некоторых ее подопечных, что у остальных не осталось никакого желания подключаться к спору.       Рон все также продолжал изображать из себя вселенскую обиду, демонстративно игнорируя теперь уже любые попытки Гарри поговорить по душам, чтобы попытаться обсудить недостатки Рона и как-то их исправить. Но он вел себя настолько отвратительно, что хотелось просто взять друга за шкирку, затолкнуть куда-нибудь в пустой класс и от души набить морду за такое идиотское поведение, однако Гермиона всячески отговаривала Гарри такого безрассудства, говоря, что тогда о восстановлении их отношений речи уже точно идти не будет.       — А может, оно мне уже и не надо? — философски размышлял Гарри, крутя кусочек сосиски на вилке за завтраком. — Если Рон ведет себя как последний мудак, то нахер бы он нужен, верно?       — Я же просила, не ругайся, — поморщилась она.       — Прости, — отправил он пищу в рот, быстро проглотив. — Но я ему не мамочка, чтобы бегать и утирать сопли по любому поводу! Особенно, если меня обвиняют в том, что я не совершал!       — Вот отравит тебя Снейп сегодня, я посмотрю на твою рожу! — рыкнул Рон, сидящий не очень далеко и слышащий последние фразы. — Может, поймешь что-нибудь!       — Да иди ты лесом, — скривился Гарри. — Больно оно мне надо, придурок.       — Ты кого придурком назвал? — взбеленился Рон, вскакивая с места.       — А мозгов не хватает догадаться? — начинал закипать и он. — Правильно, откуда! Причинно-следственные связи — это не твой конек!       — Хватит! — врезала кулаком по столу Гермиона. — Если хотите выяснять отношения, то идите на улицу и подеритесь! А мне не мешайте завтракать, иначе заколдую! Обоих!       Не имея желания спорить еще и с ней, Гарри отвернулся от Рона и попытался успокоить разбушевавшееся сознание. Сейчас ему нельзя было нервничать и отвлекаться на мелочи, ведь уже совсем скоро начнется урок по Зельеварению, где понадобится вся концентрация и выдержка, чтобы сварить правильное противоядие и не пролететь в этот раз. Ведь, скорее всего, Снейп будет тщательно следить за ним и не позволит Гермионе также активно помогать, как в прошлый раз.       Как Гарри и предполагал, Снейп на своем уроке приготовил им значительно более сложный яд, способный без должной помощи свалить человека с сильнейшей лихорадкой на целую неделю, которую бы никак не получилось вылечить обычными средствами. Радовало душу Гарри лишь то, что рана от удара Люпина на груди Снейпа все еще причиняла учителю немалую боль, а потому ходил он медленно и постоянно морщился даже от дыхания. Под самый конец он с издевательской ухмылкой пообещал, что в случае провала предоставит противоядие сам.       — Однако, — елейным тоном вещал Снейп, недвусмысленно покосившись на Гарри, — мне тоже понадобится… Несколько часов на то, чтобы создать отвар. Вы же понимаете, что сначала нужно проверить домашние эссе от всех вас, расставить оценки и подготовиться к следующему уроку. И лишь потом у меня найдется минутка на ваше исцеление.       — Спорим, у него все давно уже готово? — бурчал Симус за соседним столом. — Просто будет тянуть время для…       — Минус десять баллов за разговорчики не по теме, мистер Финниган, — холодно прервал его Снейп. — А теперь захлопните пасть и приступайте к работе. Ведь может быть именно вы сегодня покажете свои таланты.       Как бы Гарри не старался, как бы не гасил эмоции, стараясь не думать о Роне и его дурости, но сегодня его варево было мало похоже на то, что требовалось по рецепту из учебника. Он честно выполнял все инструкции, добавлял все по порядку, мешал в нужные стороны и грел котел с точностью до градуса, стараясь выиграть эту необъявленную вслух войну.       Даже стоящая рядом Гермиона, наблюдающая за его работой, не особо вмешивалась с советами, видя правильность действий друга. Хотя пару раз и ей пришлось придержать его руку, чтобы Гарри не сыпанул лишнего в неправильный момент.       Однако, по какой-то причине, вместо практически прозрачного противоядия, в его сосуде плавало нечто зеленое и пузырящееся, напоминая сильно протухший кисель из сельдерея. Ни Гарри, ни Гермиона не могли понять причин, ведь они оба действовали одинаково, но у нее все было хорошо, а у него…       — Могу лишь сказать, что вы все такой же безнадежный болван, Поттер, — скривился Снейп, глядя в его котел. — Как можно было подмешать истолченные листья златоцвета туда, где они в принципе не нужны по рецепту?       — Но я не подмешивал! — вскипел Гарри. — Их у меня вообще нет!       — А это что? — кивнул он в сторону выложенных рядом ингредиентов. — Желтый порошок явно напоминает их.       — Но… — пялился Гарри туда, абсолютно уверенный, что на этом месте только что лежал толченый рог единорога, а не то, что сейчас.       — Минус двадцать баллов Гриффиндору, за потрясающий идиотизм и неумение читать простейшие инструкции, — растекся в коварной улыбке Снейп. — Пожалуй, это даже проверять смысла нет, один черт работать не будет.       — Можно я хоть выпью вашу бурду по дороге к мадам Помфри? — мрачно произнес Гарри, впрочем, без особых надежд.       — Нет, — запретил он. — Сегодня мы вновь проверим зелье Уизли.       — Да какого хуя?! — не сдержался Рон, уронив длинную ложку в котел с громким звоном. — Я же был в прошлый раз!       — Минус двадцать баллов Гриффиндору за ругань, — тут же отреагировал Снейп. — Я не обещал никому, что акция единоразовая. Ну и вы думали, что раз научились менять цвета у предметов, то я осыплю вас розами и спою гимн семьи Уизли? Живо ко мне!       Пока Рон, в ярости отпнув в сторону котел со своей версией противоядия, разлившегося по полу, в несколько шагов подходил к Снейпу, вырывал склянку и осушал в один присест, Гарри начал понимать связь причин своего провала и последних слов учителя. Ведь он точно не доставал перемолотые сухие листья златоцвета, зато, если их перекрасить в белый цвет и незаметно подменить заклинанием левитации, то они вполне себе сойдут за истолченный рог единорога. Особенно в полутемном помещении класса, наполненном дымом и парами зелий.       — Вот сука… — прошипел Гарри, когда меняющийся в лице Рон рванул в сторону выхода, надеясь добраться до мадам Помфри раньше, чем его срубит лихорадка, даже не надеясь на свое варево.       — Что случилось? — не поняла Гермиона.       — Этот уе… — замялся он, вспомнив обещание ругаться поменьше. — Рон подменил мне рог на листья! Это уже переходит все границы!       — Серьезно? — изумилась она. — Такого я от него не ожидала…       — Я вот тоже, знаешь ли, — спешно скидывал вещи в сумку Гарри, стараясь свалить до того, как Снейп вспомнит о необходимости отравить еще и его. — Мне теперь что, не только от Малфоя ждать подставы, но и от того, кто всего неделю назад числился моим лучшим другом?!       — Я поговорю с ним, — уверенно произнесла Гермиона.       — Зачем? — посмотрел на нее Гарри.       — Затем, что так делать нельзя! — безапелляционно отчеканила подруга. — Да, вы поссорились, это бывает. И даже если Рон искренне считает, что в прошлый раз ты его подставил, то это не повод подставлять в ответ!       — Ну, как хочешь, — не стал спорить Гарри. — Встретимся после обеда.       Глупо было надеяться, что слова Гермионы смогут образумить ударившегося в обиды друга. Уж точно не сейчас, когда он должен чувствовать себя крайне отвратительно, страдая от острого отравления в Больничном крыле. А потому Гарри нисколько не удивился, когда увидел ее в весьма расстроенных чувствах после Прорицаний, прямо перед походом на урок к Хагриду. Гермиона даже забыла наложить на себя Импервиус, а потому Гарри заботливо сделал это за нее, про себя хмыкнув, как же легко перепутать заклинание от дождя с подчиняющими чарами.       — Он наорал на меня, — шмыгнув носом, объясняла Гермиона причины своей печали. — Сказал, что не хочет ни с кем из нас общаться, пока мы не поймем причин его обиды.       — Ну и пошел он в жопу, — приобнял Гарри ее за плечи. — Не обращай внимание.       — Я бы хотела, но… — вздохнула она. — Но это очень грустно, когда у меня на глазах рушится ваша дружба. Все же вы были близки эти годы…       — Посмотрим, не унывай, — подбадривал ее Гарри. — Может, все еще наладится.       — Ты сам-то в это веришь? — дернула Гермиона уголками губ вверх.       — Не очень, но всякое бывает.       До самого конца недели, несмотря на неугасающее желание Гермионы хоть как-то примирить Гарри и Рона, между ними не поменялось ровным счетом ничего. Разве что ругательных слов в адрес друг друга становилось с каждым днем все меньше, заменяясь молчанием и показательным игнорированием. Она даже пыталась читать нотации Гарри по поводу идиотизма в поведении их обоих, но он закусил удила и теперь уже не собирался сдаваться первым, идя к Рону на поклон.       — Не я начал эту войну, не мне и ее заканчивать! — оборвал он ее последний монолог, показывая, что больше не намерен вести разговоры на этот счет.       К счастью, учебные будни пролетели довольно быстро и утром субботы Гарри уже стоял перед классом Защиты, намереваясь продолжить свои уроки с профессором Грюмом. Он даже не удивился, что получил разрешение на вход еще до того, как постучался в дверь, ведь магический глаз мог видеть его через любые препятствия.       — Ну что, Поттер, как успехи? — прохрипел учитель в своей манере. — Смотрю, к концу прошлого занятия, ты таки овладел щитами, пусть и пока довольно паршивыми.       — Да, сэр, — кивнул Гарри, чуть горделиво.       — И все же Томас смог влепить тебе заклинанием под ребра, — тут же опустил его на землю Грюм. — Тебе не хватает точности и скорости постановки щита. Движение должно быть резким, но четким.       — Я буду тренироваться дальше, — пообещал он.       — Хорошо, — встал Грозный Глаз из-за стола. — Тогда сегодня мы поговорим о нападении. Какие атакующие заклинания ты знаешь?       — Эм… — задумался Гарри, перебирая свой скудный арсенал чар. — Можно ли назвать щекотку атакой?       — Если она достигнет твоего врага в решающий момент, то почему бы нет, — даже слегка улыбнулся учитель. — Но вообще, я про реальный бой. Думай, Поттер, два ты знаешь точно.       — Разве что Непростительные, — пожал он плечами.       — Они самые, — кивнул Грюм. — Учить тебя их применять я не буду. Пока что. Но когда наступит новая война, то уметь их использовать ты будешь обязан.       — Вы думаете, что это случится? — немного скептически спросил Гарри. — Ведь Волдеморт если и жив, то очень слаб. И ему практически некому помочь.       — Перестань думать как кретин, Поттер, — нахмурился он. — Сколько раз я тебе уже говорил, что не надо жить в иллюзиях защищенности! Все рухнет в один момент и ты даже понять не успеешь, как быстро Волдеморт захватит власть! Однажды вечером ты ляжешь спать в мире и спокойствии, а утром проснешься в окружении десятка Пожирателей смерти! И как дорого ты будешь готов продать свою жизнь при этом, а?       Глядя во вновь перекошенное лицо Грозного Глаза, Гарри не мог понять причин подобных категоричных утверждений. Да, он хотел быть готовым к возможной встрече с Волдемортом, чтобы если и не победить, то хотя бы иметь возможность сбежать. Но сейчас эта угроза казалась не очень значительной, ведь его главный враг был где-то далеко, в виде усыхающего существа, не способного даже на передвижение, а из помощников имел лишь Хвоста и таинственного мужчину, которого Гарри никогда в жизни не видел.       А Грюм говорит так, словно точно уверен, что Волдеморт должен со дня на день появиться на пороге Хогвартса в полной боевой готовности, убить всех вокруг, включая Дамблдора и самого Грюма, и выйти против Гарри один на один. Такой настрой казался уже перебором, хотя он не посмел сказать это в глаза профессору. Все же за эти дни его резкий нрав уже стал легендарным и испытывать его на себе Гарри ну никак не хотелось.       — Будь реалистом, Поттер, и смотри на мир как взрослый, а не школьник, иначе тебе не выжить, — вещал Грюм. — Со временем, ты все поймешь. А пока перейдем к теме нашего урока.       — Угу…       — Помимо Непростительных, ты уже совершенно точно должен знать парализующее, отталкивающее и замораживающие заклинания, — расхаживал он по классу. — Но самыми основными и эффективными в нелетальном бою являются обезоруживающее, связывающее и оглушающее. Что можешь сказать о них?       — У меня неплохо получается Экспеллиармус, — отвечал Гарри. — Мне показал его Снейп в дуэльном клубе на втором курсе.       — Хоть какая-то польза от этого сальноволосого мудака, — усмехнулся Грюм, чуть закашлявшись. — Это очень хорошо. Если враг окажется без палочки, то уже не возникнет проблем вывезти его из строя чем угодно. Следующий полезный навык — оглушающее заклинание. Позволяет вырубить человека на срок от нескольких минут, до нескольких часов. Главное — не забыть его потом связать и забрать палочку, чтобы он не вступил вновь в бой.       — И как это сделать, сэр?       — Вставай напротив, покажу. Заодно еще разок потренируем твои щиты.       Первым делом Грюм, для демонстрации нового заклинания, взмахнул рукой с прикрепленной к ней палочкой и создал в воздухе серебристый металлический лист, отправившийся в плавный полет по классу. Следующим быстрым движением он выпустил в него оранжевый луч оглушающего заклинания, которое врезалось в лист со звуком хорошего гонга, рассыпавшись на тысячи искр, опадающих на каменный пол.       — Попробуй теперь ты, — уступил место Грозный Глаз. — Произносишь формулу «Ступефай», делаешь в это время короткий замах, и на последнем слоге указываешь на цель.       — Понял, — приготовился Гарри. — Можно начинать?       — Начинай.       Серебристый лист мало того, что был не очень большим, так еще и не висел в одной позиции. А потому, первые несколько раз, заклинание либо вовсе не получалось, либо пролетало мимо, врезаясь то в потолок, то в стены, то вообще разбило окно, тут же восстановленное Грюмом. Он не мешал осваивать новый навык, но Гарри и без саркастических замечаний чувствовал себя Невиллом на уроке у Снейпа, косячащим везде, где только можно.       И тем не менее, минут через пятнадцать-двадцать практики, стоило только попривыкнуть к нужным движениям, у него стало получаться попадать восемь раз из десяти. Конечно, скорость и правильность еще сильно недотягивали до уровня Грюма, но тем не менее, учитель признал, что первоначальное усвоение прошло успешно и можно было приступать к следующему шагу.       — Ступефай! — без предупреждения выстрелил он из своей палочки, едва только Гарри перестал палить по цели и повернулся к нему лицом.       — Протего! — моментально отреагировал Гарри, с самого начала урока готовый к чему-то подобному.       — Неплохо, Поттер, — довольно оскалился Грюм. — Прогресс налицо, бдительности не теряешь. Но тем не менее, я все еще был довольно предсказуем. Скажи, ты же ждал меня в этот момент?       — Да, мне показалось, что будь я наставником, то ударил бы именно сейчас, — кивнул он.       — Значит, со временем будем усложнять, — пообещал Грюм, взмахнув палочкой и раздвинув парты и стулья вдоль стен. — А теперь проведем небольшую дуэль. Ты начинаешь меня атаковать всем, чем только можешь, пытаясь достать. Я же буду отбиваться и иногда лениво стрелять чем-нибудь в ответ, так что не забывай про оборону. Усек?       — Да, сэр, — приготовился Гарри, заняв предложенное место. — Я готов.       — Начинай.       Гарри не питал никаких иллюзий в том плане, что ему удастся хоть разочек задеть учителя своими неумелыми движениями. Он использовал весь свой арсенал заклинаний, палил чем только мог, включая только что изученный оглушитель, но все было тщетно. Грозный Глаз настолько быстро и точно выставлял свои щиты, что казалось, будто заклинания Гарри перехватывались еще до вылета из его палочки.       Зато в ответ он получал сполна. Да, Грюм сдержал свое обещание и контратаковал раз в десять медленнее, чем он мог на самом деле. Но даже этого хватало, чтобы напрячь Гарри почище, чем самая жесткая тренировка по квиддичу под началом Вуда.       Каждое заклинание учителя точно попадало в его слабо прикрытые щитами места, проникало под них, задевало тело, а даже если и блокировалось при помощи «Протего», то их мощь была такова, что Гарри отталкивало назад на несколько шагов, словно ударом кувалды.       — Давай, Поттер, ускоряйся! — командовал Грюм. — Быстрее, не будь сонной мухой! Пожиратели не будут ждать!       — Экспеллиармус! — прокричал он в ответ, впрочем, без особого результата. — Экспеллиармус! Ступефай! Экспеллиармус!       — Быстрее, Поттер, быстрее! — перехватил все заклинания Грюм. — И не забывай двигаться! Бей с разных сторон, чтобы я не мог предсказать, куда ставить щит!       — Я стараюсь! — начал носиться по классу Гарри, прячась за скрипящими партами, стенами и углами. — Ступефай! Ступефай! Петрификус Тоталус!       — Парализатор это долго! — отклонял он лучи в потолок. — Им только добивать! Быстрее!       Но чем резче начинал двигаться Гарри, тем хуже начинал контролировать свою руку. Заклинания стали либо плохо получаться, либо просто пролетать мимо из-за сбивающегося прицела и заливающего глаза пота. Всего пять-семь минут активной тренировки выматывали полностью, не позволяя продолжать хоть какой-то бой. А потому ничего не оставалось, кроме как перестать бегать по классу и просто пойти прямо на Грюма, засыпая того градом самых разных заклинаний, надеясь хоть как-то пробить его щит.       — Акцио! — неожиданно ткнул Грозный Глаз палочкой куда-то за его спину.       — Чего? — не понял Гарри, замерев на долю секунды, тут же получив прилетевшим с той стороны учебником по голове, сбившим боевую концентрацию.       — Экспеллиармус! — следующим движением вырвал тот палочку у не успевшего поставить щит парня. — Инкарцеро!       Толстые веревки оплели Гарри со всех сторон, плотно прижав руки к телу и сведя ноги вместе не хуже, чем Петрификус Тоталус. Разница была лишь в том, что голова продолжала быть подвижной, а голосовые связки могли выдавать речь. Ну или простой крик, когда он начал терять равновесие и падать лицом вперед. К счастью, Грюм успел его подхватить и не позволил расшибить себе нос о каменный пол.       — В целом, неплохо, Поттер, — похвалил он, удерживая его палочкой от падения. — Я думал, что будет намного хуже.       — Я старался, сэр, — пытался отдышаться Гарри, утыкаясь глазами в пыльные плиты. — Может, развяжете меня и поставите вертикально?       — Может, — хмыкнул Грюм, выполняя требуемые действия и хлопая себя по карманам, будто ища что-то крайне сейчас необходимое. — Так, на сегодня мы закончили. Следующее занятие будет закрепляющим по щитам и оглушителю. Проведем еще одну дуэль, поговорим о методах более быстрого и точного прицеливания. А пока свободен.       Гарри уже привык к таким резким сменам тем со стороны Грозного Глаза, так что не особо удивился, что его уже фактически выгоняли из класса, хотя он даже отдышаться не успел. Чуть меньше часа занятия у Грюма пролетели, как одно мгновение, выжав его, как лимон. У того же Люпина на индивидуальных уроках было куда проще, плюс он еще и шоколадками кормил, а здесь…       Впрочем, рассуждал Гарри по пути в гостиную, Римус все же был другом его отца, а потому и относился к Гарри куда более тепло и близко, нежели другие учителя. А от Грюма глупо было ждать чего-то иного, нежели простого выполнения своей работы без капли сентиментальности. Профессору это было чуждо и он не хотел ни к кому привязываться, чтобы потом было не так больно терять. Гарри хоть и не до конца осознавал все реальные ужасы войны, когда твои товарищи погибают один за другим, но тем не менее, понимал, почему Грюм вел себя именно так, а не иначе.       Сидя на диване у камина и задумчиво глядя в огонь, Гарри думал над тем, насколько его самого меняет более близкое общение с Грозным Глазом, нежели общие уроки, когда рядом есть другие гриффиндорцы, позволяющие принять напор учителя общим строем, снижая психологическое воздействие и распределяя его между всеми, тем самым неосознанно защищая друг друга. Вот они, сидят вокруг, веселятся, бесконечно обсуждая предстоящий турнир, в сотый раз огорчаясь отмене квиддича и воображая себя чемпионами школы.       Фред с Джорджем так и вовсе хотели устроить тотализатор на теме того, кого выберут представлять Хогвартс (разумеется, предложив и себя в качестве первейших кандидатур, пусть им еще и не было семнадцать лет). Однако, об этом узнала профессор Макгонагалл и задала им такую взбучку, что от этой идеи не осталось и следа.       Но они и ни на миг не приближались к Гарри и тому, какая судьба ждала его впереди. Грюм без всяких смягчающих фраз толкал его мысли к тому, что Волдеморт не станет отсиживаться и не отступится, пока не доберется до Гарри и не убьет его. В чем причина такой целеустремленности — вопрос пока открытый. Но какая бы она не была — его судьба будет значительно более трудной и мрачной, нежели у беспечных гриффиндорцев вокруг.       — Ты чего такой загруженный, Гарри? — отвлекла его от своих мыслей севшая рядом Гермиона.       — Да так, ничего особенного, — махнул он рукой. — Просто устал у Грюма.       — Чем же он тебя так гоняет? — загорелись интересом ее карие глаза.       — Учит разным полезным заклинаниям, показывает настоящее мастерство боя, а не наши кривляния с Малфоем, ну и все такое…       — Это очень хорошо, — закивала она. — Я рада, что ты сможешь постоять за себя в случае чего. Ведь твои сны продолжаются, не так ли?       — На этой неделе стало меньше, — вздохнул Гарри, продолжая смотреть в огонь. — Но да, я хочу быть готовым. И мне нравится учиться Защите.       — Это было и у профессора Люпина заметно, — подтвердила Гермиона, будто не замечая раздрая его внутренних чувств. — А что ты скажешь про зелья? Я договорилась с профессором Макгонагалл и она выделила нам класс рядом с ее кабинетом. Если ты не сильно устал, то можем пойти хоть сейчас.       — Сейчас? — задумался Гарри, прикидывая свои силы и желание отвлечься от мрачных мыслей. — А пойдем. Пусть уж тогда все будет в субботу, чтобы в воскресенье можно было полноценно отдохнуть.       — В воскресенье тебе еще нужно написать эссе для Снейпа по ядам! — тут же напомнила она.       — Гермиона, не будь такой нудной, — поморщился Гарри. — Дай хоть помечтать…       Меньше, чем через полчаса, они зашли к декану, взяли ключ от соседнего кабинета и, пообещав ничего не взорвать со своими экспериментами, расположились в нем, установив котелок на подставку, пока не зажигая под ним огонь. Гермиона решила, для начала, просто высказать несколько теоретических мыслей, которые она замечала во время обычных уроков у Снейпа, которые, по ее мнению, довольно сильно мешают Гарри варить зелья.       — Итак, профессор Грейнджер, с чего начнем? — сел он за одну из пыльных парт.       — Очень смешно, мистер Поттер, — расхаживала по аудитории Гермиона с довольно важным видом, явно чувствуя себя в своей стихии. — Первое. Почему ты так плох в этом искусстве?       — Потому что Снейп — мудак? — хмыкнул Гарри.       — Не исключено, — удивила она его своим согласием. — Но мне же это не мешает делать все правильно.       — Потому что ты молодец и умница, — хихикнул он.       — Спасибо, конечно, — чуть улыбнулась Гермиона, — но это ведь не потому что я использую какие-то тайные знания или другие учебники, верно? Мои инструкции ровно такие же, как и твои.       — Ну да, — почесал затылок Гарри.       — Зельеварение — это же крайне просто, — вела свои размышления подруга. — Делай только то, что написано в учебнике, ни на шаг не отступай от рецепта, и на выходе получишь требуемый результат.       — Это трудновато делать, когда Снейп постоянно цепляется и придирается, — пробурчал он.       — Именно! — кивнула Гермиона. — В этом твоя основная проблема. Ты слишком много отвлекаешься на профессора Снейпа, Рона, Симуса, какие-то пространные мысли о квиддиче, турнире и прочей ерунде. Тебе нужна концентрация только на твоем котелке и ничего больше.       — И как же это сделать, если перечисленные выше вещи постоянно вертятся в голове? — съязвил Гарри.       — Обдумывать это все ДО урока, — сказала она так, будто прописную истину. — Вот скажи, ты у профессора Грюма о чем думаешь?       — О том, как бы не получить учебником по голове, — пожал плечами Гарри. — И о том, как выстроить защиту от его атаки.       — И как успехи?       — Ну, за весь урок получил всего один раз, — хихикнул он. — В остальном же неплохо, Грюм даже похвалил.       — Вот, видишь, — подняла Гермиона указательный палец вверх. — Ты сконцентрирован на нужных вещах и потому у тебя все получается. Так же, как в квиддиче.       — Но в квиддиче нет Снейпа рядом! — скривился Гарри. — Меня от одного его вида начинает тошнить! Не говоря уже о том, что в конце урока он не забудет поиздеваться над моей бурдой в котле.       — И это тоже верно, — закивала она. — Ты изначально думаешь только о плохом результате, а потому даже не стараешься его улучшить.       — Еще бы ради Снейпа я старался…       — Да при чем тут вообще профессор Снейп? — не понимала Гермиона. — Ты ради него учишься что ли?! Ради него познаешь новое? Это нужно именно тебе, а не профессору Снейпу!       — Баллы говорят об обратном…       — Гарри, ну твою же мать! — ударила она себя ладонью по лбу со смачным шлепком. — Ну в кого ты такой олень иногда, а? В Патронуса своего, что ли?       Было довольно странно и забавно наблюдать за тем, как Гермиона понемногу выходит из себя. Да, у Гарри такой цели не было, но тем не менее, в эти редкие минуты перед ним раскрывалась ее совершенно новая грань, которая обычно находилась очень глубоко и контролировалась сознанием.       Ее эмоции всегда казались немного суховатыми и зажатыми, как однажды высказала Трелони, но тем не менее, бывали моменты их прорыва наружу и тогда Гермиону словно подменяли. Как она вцеплялась в волосы Милисенте Булстроуд в дуэльном клубе у Локонса или же вмазала по носу Малфою. А теперь, судя по всему, была готова огреть и самого Гарри, лишь бы он перестал так беспросветно тупить.       — Так, давай начнем с начала, — самоуспокаивающе вдохнула и выдохнула она несколько раз. — Ты, наверное, устал у профессора Грюма и сейчас не понимаешь, к чему я веду…       — Возможно, — хмыкнул Гарри, немного любуясь ее растрепанными в эмоциях волосами.       — Тогда послушай меня внимательно, — смотрела Гермиона ему в глаза. — Забей на все отвлекающие тебя мысли, когда ты занят зельями. Смотри только в котел и учебник, действуй как робот и не слушай происходящее вокруг.       — Вас тоже, профессор Грейнджер? — хихикнул он.       — Меня — можно, даже нужно, — чуть улыбнулась и она. — Но все остальное оставь за дверьми кабинета Зельеварения и вернись к ним только после окончания урока.       — Хорошо, я попытаюсь, — кивнул Гарри.       — Вот и славно, — поставила Гермиона на стол сумку с ингредиентами. — Тебе Бродяга еще не прислал никаких пособий?       — Нет еще, — помотал головой он. — Может быть на следующей неделе будет…       — В таком случае, пока займемся стандартными универсальными противоядиями, — достала она увесистый том из библиотеки. — И запоминай основные рецепты, тогда будешь на уровне интуиции понимать, какие элементы можно смешивать, а какие приведут к очередному расплавленному котлу. И за счет этого уменьшишь шанс ошибки.       К удивлению Гарри, но если он занимался зельями вне угнетающего класса в подземельях, да еще и без присутствия Снейпа за спиной, то у него стало получаться значительно лучше и проще. Конечно, еще оставалась некоторая предвзятость к самой сути занятия, которое ассоциировалось исключительно с негативными эмоциями, но тем не менее, если в качестве учителя была Гермиона, то все получалось практически с первого раза.       Если так подумать, то с этим предметом справился бы абсолютно любой человек, который умеет читать и способен отличить шкуру бумсланга от настойки полыни, чтобы не перепутать их в процессе работы. Разумеется, если некоторые не будут их специально менять местами, от чего мысли Гарри вновь на минутку соскочили на Рона и заставили злиться не по делу.       — Гарри, два оборота, а не три! — тут же вмешалась Гермиона, стукнув его по кисти своей ладонью. — Опять отвлекся?       — Рона вспомнил и его выходку, — признался он. — Прости, задумался…       — Тебе нужно обязательно абстрагироваться! — профессорским тоном вещала она. — Забудь обо всем! Только рецепт и только результат!       — Я пытаюсь, но я же не робот! — взмолился Гарри.       — Ну вот почему в квиддиче ты роботом можешь быть, а здесь нет? — не понимала Гермиона.       — Там некогда думать, иначе бладжер сшибет, — пошутил Гарри.       — Так может мне и тут бить тебя за каждую ошибку? — весьма серьезно смотрела на него подруга. — Ну, если не доходит иначе.       — Попробуй, может будет результат, — усмехнулся он, размяв шею.       — Приму на заметку такой вариант, — бурчала она, но все же с улыбкой. — Но в целом, как видишь, ты почти все сделал правильно. Осталось добавить несколько капель растопырника и дать настоятся минут десять на медленном огне.       — Угу, сейчас закончу…       К удивлению Гарри, но в результате в его котле действительно плескалось то, что по учебнику должно было получиться в качестве универсального противоядия от очень большого количества ядов. Конечно, авторские зелья оно не переплюнет, но в большинстве простых ситуаций, начиная от протухшей пищи и заканчивая тем, чем пичкал их Снейп, оно могло помочь.       Разумеется, от них требовалось варить на уроках именно специализированные микстуры, но, на всякий случай, можно было держать склянку в кармане, чтобы сразу выпить в коридоре и чувствовать себя здоровым, а не ждать помощи от мадам Помфри.       — Ну что, не так плохо, верно? — скидывала вещи в сумку Гермиона.       — Ага, я думал, будет хуже, — согласился Гарри. — Теперь нужно будет дождаться книги от Бродяги, чтобы попробовать что-то посложнее.       — Надеюсь, до следующей субботы Букля уже вернется, — произнесла она. — Ладно, идем. Еще нужно занести ключ профессору Макгонагалл и успеть на обед.       — Слушаюсь, профессор Грейнджер, — хихикнул он, приобняв ее в благодарность. — А баллы будут?       — Так уж и быть, подарю тебе шоколадную лягушку при следующем походе в Хогсмид, — подмигнула Гермиона. — Может быть даже две…