Запретная книга

      Алый рассвет озарял стены Хогвартса, знаменуя собой начало нового дня. Гарри стоял на небольшом балкончике в совятне, ожидая одну заказанную в Косом переулке вещицу и вглядывался в далекий горизонт, где виднелись снежные вершины высоких гор. Сегодня он вновь встал очень рано, чтобы никто не мешал ему неторопливо добраться до нужного места и спокойно дождаться сову, которая должна была прилететь с минуты на минуту.       Конечно, можно было получить почту как все, в Большом зале за завтраком, но Гарри не хотелось лишний раз привлекать к себе внимание посылкой, предназначавшейся, на самом деле, Гермионе, которая тоже скоро должна появиться здесь по его приглашению. По крайней мере, Гарри надеялся, что она заметит небольшую записку, которую он отлевитировал около часа назад ей в окно.              Легкий ветерок трепал его шевелюру, которую Гарри любил взлохмачивать в моменты задумчивости или ожидания. Сириус говорил, что эта привычка перешла к нему от отца, как форма Патронуса и талант к квиддичу, и Гарри гордился этим, чувствуя связь с родителями через такие мелкие детали в своем поведении.       Серая сипуха показалась на горизонте практически по расписанию. В ее лапах была зажата завернутая в пергамент коробка, размером с хорошую книгу, пусть и несколько иного содержания. Получив за свою работу заслуженные три сикля, сова позволила отвязать посылку, напилась воды после перелета из Лондона и упорхнула на ближайшую жердочку, надеясь отдохнуть перед возвращением домой, пока Гарри остался на месте, продолжая смотреть в окно на восход.       — Привет, Гарри, — окликнул его из-за спины знакомый голос, который, правда, не принадлежал Гермионе.       — Чжоу? — обернулся он, уставившись на красивую когтевранку ошарашенным взглядом. — Что ты здесь делаешь?       — Пришла отправить письмо родителям, — помахала она зажатым в руке свертком пергамента. — Не думала, что встречу здесь кого-нибудь в такую рань.       — Я тоже, если честно, — пытался вести себя непринужденно Гарри.       — Ну, значит не судьба нашим желаниям сбыться, — лучезарно улыбнулась Чжоу и подозвала свою сову. — А что это у тебя в коробке?       — Да так, подарок, — пожал он плечами. — Как раз только получил.       Пока она привязывала к лапке птицы письмо, наказывая доставить его лично в руки матери, Гарри лихорадочно соображал, что можно было сказать ей, чтобы не выглядеть глупо. Все же Чжоу давно ему нравилась и он, возможно, планировал когда-нибудь позвать ее погулять в Хогсмид или еще куда…       Но Гарри совершенно не ожидал такой встречи здесь и сейчас, а потому не мог выдавить из себя и слова. Мозг отчаянно буксовал на месте, ничего путного, кроме фраз о погоде не приходило на ум. Но какая к чертям погода? Да и вообще…       — Как прошли каникулы? — спасла его Чжоу от позора, начав диалог первой.       — Н-нормально, — глубоко вдохнул и выдохнул Гарри. — Ничего необычного, просто отдыхал.       — Не ездил на финал чемпионата по квиддичу? — поинтересовалась Чжоу. — Мы провели просто замечательные выходные!       — Нет, — помотал он головой. — Не получилось, к сожалению. По правде говоря, я просто забыл…       — Забыл? — удивленно переспросила она. — Странно, я думала, что уж ты-то точно не пропустишь такое событие! Команды летали на невероятном уровне, а Крам показал такой мастер-класс, что мне еще учиться и учиться!       — Значит, в следующем году у тебя будет преимущество ввиду живого примера мастерства, — слегка расслабился Гарри. — И очень жаль, что из-за турнира у нас не будет квиддича.       — Да, жаль, — согласилась Чжоу. — Зато у меня будет столько времени, чтобы набраться мастерства! Ну и выпросить у родителей метлу побыстрее. Или просто отобрать у тебя «Молнию» и пересадить самого на «Комету-260»? Тогда снитч точно будет у меня в кармане!       Рассмеявшись вместе с ней над ее же шуткой, Гарри в очередной раз в глубине души поражался тому, насколько все могло быть просто в общении с девушками, если не накручивать себе сложностей и не нагнетать. Что летом с Кристин, что сейчас с Чжоу, не было никаких проблем вести диалог, стоило его начать. Особенно, если есть общая тема, которую можно обсудить. И несмотря на все его страхи, девушка продолжала оставаться здесь и, кажется, не особо тяготиться его обществом.       — Даже если так, когтевранцам придется сильно постараться, — не оставался Гарри в стороне. — Я слышал, что несмотря на все старания Крама, ирландцы таки обошли болгар по очкам и вырвали победу.       — О, поверь, мы не будем легкой мишенью, — улыбалась Чжоу. — Кстати, а кто у вас теперь будет капитаном? Оливер же выпустился в том году.       — Пока не знаю, — пожал плечами Гарри. — Думаю, профессор Макгонагалл решит все летом, перед пятым курсом.       — Ну да, ты прав, — произнесла она, довольно быстро затихнув и переведя взгляд в его глаза, словно чего-то ожидая.       Неловкое молчание повисло в пределах совятни. Только лишь легкий бриз из окна пошатывал скрипучие рамы, а где-то наверху тихо поухивали между собой несколько проснувшихся птиц. Гарри смотрел на Чжоу в ответ, не понимая, почему разговор словно повис в воздухе в один момент и чего от него хотят.       Это точно были не дальнейшие рассуждения насчет значка капитана команды Гриффиндора. Однако, мозг довольно быстро вспомнил, что после короткого разговора на отвлеченные темы, Кристин тут же позвала их с Сириусом заскакивать к ней, при случае. И похоже, сейчас именно это от него и требовалось. Осталось лишь набраться смелости, взлохматить волосы на голове, чем Гарри вызвал улыбку у Чжоу, раскрыть рот и…       — Гарри, ты здесь? — окликнул его новый запыхавшийся голос со стороны лестницы. — Прости, я слишком поздно увидела твою записку и когда… — ввалилась Гермиона в совятню. — Ой… Привет…       Чжоу резко повернулась в сторону Гермионы и смерила ее весьма недовольным взглядом, словно та совершила что-то из ряда вон выходящее. Сама же девушка тоже замерла на месте и моментально смутилась, даже покраснев, будто застала своего друга за чем-то непристойным и личным.       — Привет, Гермиона, — первым нарушил напряженную тишину Гарри. — Заходи, мы тут болтали о квиддиче…       — А… Ну хорошо… — выдохнула она, пытаясь улыбнуться. — Извини, я действительно не хотела опаздывать…       — У тебя была намечена здесь встреча с ней? — сузились и так азиатские глаза Чжоу, когда она обратилась к Гарри.       — Эм… Ну да, — пытался говорить максимально тактично Гарри. — Хотел подарить Гермионе подарок без лишних глаз, да и все…       — Так ты ради этого поднялся в такую рань и пришел сюда? — вроде бы абсолютно нейтральным, но при этом весьма пугающим тоном чеканила Чжоу, уставившись на коробочку в руках Гарри. — Ладно. Я поняла. Не буду вам мешать. До свидания.       — Да ты не мешаешь, — не понимал он ее поведения, наблюдая за тем, как когтевранка резко развернулась на каблуках и, пролетя вихрем мимо Гермионы, выскочила из совятни. — Чжоу, подожди! Постой! Чжоу!       Но звать было абсолютно бесполезно, только лишь топот ее ног, несущихся по ступеням, отражался эхом от каменных стен, превращаясь в абсолютное непонимание произошедшего. Да, кое-что, относящееся к противоположному полу, Гарри начал понимать. Спасибо Сириусу и Крис. Но, похоже, ему предстоит еще очень долгий путь.       — Прости, я не вовремя, — потупила взгляд Гермиона, едва шаги Чжоу стихли. — Я не хотела…       — Эм, а ты тут при чем? — посмотрел на нее Гарри.       — Ну… — смотрела она в пол. — Ты, наверное, хотел поговорить с ней наедине… А она с тобой… А тут я…       — Но я же тебя позвал сюда? — подошел ближе Гарри. — Позвал. И ничего не имею против твоего присутствия.       — Да, но… — вздохнула Гермиона. — Чжоу, похоже, считает иначе… Вы же говорили на личные темы…       — Мы правда говорили о квиддиче, — усмехнулся он. — И ни к чему личному не переходили. По крайней мере не успели. Так что, если она стесняется говорить со мной рядом с тобой, то это ее проблемы.       — Но…       — Ты моя лучшая подруга, Гермиона, — продолжал гнуть свою линию Гарри. — Я тебе еще в поезде сказал, что я никогда не стану отодвигать тебя в сторону, кому бы ты не мешала.       — Это пока, — вздохнула она с усмешкой. — Мерлин, надо же было так лохануться с твоей запиской, прочитав ее только после душа! Ведь видела же сразу… Да еще и Пивз по дороге пристал…       Волосы Гермионы, обычно вьющиеся и пушистые, сейчас действительно были на вид еще тяжелыми и влажными, будто она прошла не по коридорам замка, а основательно вымокла под проливным дождем. Ее лицо все еще было красноватым от смеси усталости и смущения, а дыхание едва выровнялось после бега от гостиной до совятни.       — Не переживай, я не в обиде, — улыбался Гарри. — Зато теперь я могу с честной совестью вручить тебе твой подарок.       — Мой подарок? — не поняла она.       — Кажется, душ не помог тебе проснуться, — протянул он коробочку. — Сегодня же девятнадцатое! С днем рождения, Гермиона! Это тебе!       Кажется, эта новость и правда стала для нее неожиданностью. На самом деле, Гарри надеялся, что подруга поймет, по какой причине он позвал ее в совятню в такую рань. Но, похоже, погрузившись с головой в учебные будни, Гермиона напрочь забыла о своем личном празднике, как это уже бывало раньше. И сейчас на ее лице читалось лишь непонимание, смешанное с шоком и неуверенностью.       — Открывай, тебе понравится! — подбадривал ее Гарри.       — Но… — плохо контролировала она свои пальцы, развязывая красную ленточку. — Что это?       — Я подумал, что какой тебе смысл ждать похода в Хогсмид, — отвечал он, пока Гермиона срывала упаковку и доставала из коробочки очень точные и качественные весы для зельеварения. — Вот и решил, что могу подарить тебе что-то полезное, раз уж Невилл расколотил твои.       Гермиона переводила взгляд то на Гарри, то на весы, держа их в своей руке. Кажется, теперь уже она не могла найти подходящих слов, а потому лишь сделала два шага вперед и стиснула его в своих фирменных крепких объятиях, уткнувшись головой куда-то ему в плечо. Никто из них даже не заметил, как на входе мелькнула на долю секунды голова девушки в когтевранской мантии, и исчезла, словно ее и не было.       — Спасибо, ты… — прерывисто говорила она. — Ты просто… Ты…       — Эм… Это я, да, — хихикнул Гарри. — А в руках у тебя просто весы, а не бесполезная сверкающая погремушка за очень много галлеонов.       — Нет, ты не понимаешь! — не отпускала его Гермиона, а он был и не против в них оставаться. — Ты подарил именно то, что нужно! Детали! Внимание к ним! Гарри! Ну же! Не тысячный экземпляр Истории Хогвартса, не бесполезную безделушку, верно! А весы! Вроде бы мелочь, но зато в самую точку! Я уверена, что никто бы так не смог!       — Да брось, многие видели, как Невилл разбил их, — настало время смутиться уже ему. — Может кто-нибудь еще их задарит, а я просто успел первым…       — Никто кроме тебя и не вспомнит о моем дне рождения, — серьезно произнесла Гермиона, расцепляя объятия. — Может быть Рон, но он, я думаю, в слишком большой обиде, чтобы даже подойти и поздравить словами!       — Ну, значит вот такой я уникальный, — развел Гарри руками с улыбкой. — Пользуйся, пока я жив.       — Очень смешно, — скривила она рожицу и показала язык. — В общем, спасибо тебе огромное! Я уже думала сама заказать, но ты меня опередил…       — Всегда пожалуйста, — подмигнул он. — Ну что, идем на завтрак?       — Идем, — светилась Гермиона от счастья. — Только пообещай мне, что не будешь сидеть слишком близко.       — Почему это? — удивился Гарри.       — Потому что Чжоу будет за нами наблюдать, — уже абсолютно твердо и уверенно произносила она. — И если ты все еще хочешь сойтись с ней, то не позволяй ей даже думать, что мы можем быть ближе, чем просто друзья. Уже ведь не первый раз…       — Девчонки, — приложил он руку ко лбу и глубоко вздохнул. — Ну почему все с вами так сложно? Почему нельзя просто подойти и спросить все прямо, а нужно обязательно додумывать?       — А почему ты сам не подойдешь к ней прямо в Большом зале и не позовешь на свидание? — подмигнула Гермиона.       — Ладно, твоя взяла, — признал свое поражение Гарри. — Но, быть может, когда-нибудь это случится…       На завтрак они хоть и вошли вместе, но Гарри, следуя совету подруги, держал от нее чуть большую дистанцию, нежели обычно. Его ноги машинально пытались выправить эту несправедливость, а потому ему пришлось прикладывать немалые волевые усилия, чтобы выглядеть естественно, параллельно пытаясь высмотреть в толпе когтевранцев Чжоу.       — Не делай это так показательно, — шептала ему Гермиона. — Иначе она подумает, что ты специально рисуешься ради нее.       — Но это ведь так и есть… — не понимал Гарри.       — Да, но Чжоу об этом узнать не должна!       — Как же все сложно… — едва удержался от прикладывания руки к лицу он. — Давай сядем что ли.       Лишь через несколько минут после начала приема пищи, Гарри смог найти глазами обидевшуюся на него Чжоу, которая демонстративно зыркнула в спину Гермионе и отвернулась в сторону, едва их взгляды пересеклись. Гарри никакими логическими выводами не мог объяснить ее поведение, но, кажется, в ближайшие дни можно было даже и не думать над тем, чтобы вновь завести с ней разговор.       Мышление противоположного пола для него так и оставалось темным и неизведанным лесом. Точнее, он вроде как научился понимать Гермиону, примерно предугадывать ее поведение и эмоции, но Чжоу…       Чжоу казалась чем-то потусторонним и странным. То она сама старается навязаться на разговор, то через несколько секунд корчит обиженные гримасы. А ведь даже в прошлогоднем кубке по квиддичу, когда Гарри перехватил у нее снитч прямо под носом, она лишь легонько улыбнулась и признала свое поражение. Сейчас же казалось, будто он ей в лицо высказал то, что обычно Малфой высказывает Гермионе.       — Гарри, очнись, — толкнула его подруга в плечо. — Ты будешь забирать письмо у Букли?       — Букли? — проморгался он, вываливаясь из своих мыслей и обнаруживая зависшую на полдороге ко рту сосиску на вилке, которую белоснежная сова успела обглодать почти наполовину. — Извини, задумался…       Помимо самой птицы, уже клюющей из его тарелки, на столе оказался увесистый сверток, перемотанный пергаментом и веревками, к которому было прикреплен конверт с письмом. Судя по почерку, это Сириус дал ответ и прислал что-то полезное, что поможет ему в борьбе с новой идеей Снейпа учить их плавать через выбрасывание из лодки в середине озера. Вновь забыв о своем завтраке, Гарри принялся спешно разворачивать сообщение, радуясь тому, что Сириус до сих пор оставался на свободе.       Привет, Сохатик!       Извини за столь долгий ответ, но после твоего отъезда в Хогвартс я принял решение временно покинуть страну. И это не связано с теплыми женскими объятиями. Просто на всякий случай. Так что Букле пришлось проделать несколько больший путь.       — Это хорошая идея, — оценила Гермиона, также читающая письмо, свесившись через плечо Гарри.       — Хоть бы предупредил, — буркнул он в ответ.       — Ему нужно быть осторожным, — улыбнулась она. — Ладно, что там дальше?       Я рад, что с тобой все в порядке и надеюсь, что этот год будет насыщенным и интересным. Кстати, советую присмотреться к девицам из Шармбатона. Говорят, многие из них писанные красавицы.       — Кто о чем, а голый — о бане, — прокомментировал слова крестного Гарри.       — Думаю, у француженок нет шансов, — кивнула Гермиона в сторону стола Когтеврана.       — Если Чжоу так и будет дуться, то могу и последовать его совету, — даже не стал поднимать он головы, возвращаясь к тексту.       Я не сомневался в том, что Снейп поведет себя, как мудак. Особенно, после случая с Лунатиком. Надеюсь, он не решил вас всех отравить? Иначе я быстро ему напомню, кто он такой и какого места заслуживает.       В любом случае, высылаю тебе книгу из семейных запасов. Учти, она не очень законная, а потому советую тебе замаскировать обложку и не показывать ее никому, кроме тех, кому ты можешь доверять. Надеюсь, ты поймешь ее содержание правильно. Ну или попроси свою умную подружку, она поможет. P.S. Надеюсь, Малфой надолго запомнит мои умения.

Держи нос по ветру! И меняй сов, если будет такая возможность.

Бродяга.

      С долей небольшого скептицизма, Гарри посмотрел на завернутую в пергамент книгу и, интереса ради, слегка разорвал упаковку, чтобы можно было увидеть ее название. Само оно, впрочем, ничего ему не сказало, зато Гермиона, едва разглядела буквы, тут же закрыла их рукой и приняла весьма испуганный вид, озираясь по сторонам и надеясь, что никто ничего не заметил.       — Твою мать, Бродяга! — шипела она. — Нашел, что прислать!       — А что такого? — не понимал Гарри. — Подумаешь какие-то «Универсальные зелья от Глобиуса Уэльского». Что здесь не так?       — Не так??? — схватила Гермиона книгу и тут же засунула ее в свою сумку. — Гарри, ты что, совсем не слушал профессоров Бинса и Флитвика?       — А должен был? — уставился он на нее.       — Помимо игр и болтовни с Роном, не помешало бы учиться на уроках, — застегнула она замок, шепотом просвещая непутевого. — Эта книга насквозь пропитана расизмом и пренебрежительным отношением в сторону всех видов волшебных существ, кроме людей! В ней описываются зелья, которые варятся при обязательном жертвоприношении гоблинов, кентавров, эльфов, единорогов и всех-всех-всех!       — И почему Бродяга прислал это мне? — настало время удивляться Гарри. — Он же не думает, что…       — Ну, там есть и вполне обычные рецепты, причем весьма эффективные, какие фиг найдешь даже в библиотеке Хогвартса, — слегка успокаивалась Гермиона. — Но из-за общего настроя, она привела к последним войнам с гоблинами! Они потребовали казнить Глобиуса за его слова, а маги отказались. В итоге, после кровопролитных сражений, было решено запретить его учения полностью. Даже те зелья, которые варятся стандартными методами. И если кто-то о ней узнает, то самое легкое наказание — штраф до тысячи галлеонов. А может быть и заключение в Азкабан!       — Да уж… — покосился Гарри на ее сумку. — Ну спасибо, крестный, удружил… Не очень законная, видишь ли… И почему я не удивлен, что у него дома была такая вещь?       — А что не так с его домом? — полюбопытствовала Гермиона. — Ты рассказывал про местного вредного домовика и портрет его матери. Ну и про мотоцикл еще, а больше-то ничего.       — Скажем так, — замялся он. — Не получить там психологическую травму — большое достижение. Идем, по дороге в класс расскажу.       Гермиона была крайне удивлена тому, сколько различной темной магии могло было быть сосредоточено в, казалось бы, жилом помещении для большой семьи с кучей маленьких детей. Хотя, как объяснял Сириус, большинство ловушек не были созданы человеком, а сами появились из-за обилия темной энергии от множества артефактов, которая гуляла по дому и не контролировалась никем. Разумеется, даже его матушка не стала бы пичкать свой дом тем, что может навредить ее детям. Однако, за добрый десяток лет запустения, многое изменилось.       И тем не менее, дом Блэков был просто сосредоточением всего, что имело хоть какое-то отношение к темным силам. Да, Сириус старался запереть все опасное по различным комнатам и не допускал Гарри до всяких жутких штук. Однако, это также означало, что находящиеся там артефакты и книги, в большинстве своем, были запрещены на территории Британии и не только. А уж экземпляр такой книги, что привела к войне между людьми и гоблинами, должен был занимать особое место на полках этого дома.       — Я не перестаю удивляться безответственности Бродяги! — шипела Гермиона, пока они готовились к уроку у мадам Стебель. — А если бы Буклю досмотрели?       — Не досмотрели же, — фыркнул Гарри. — Зато теперь мы точно сможем утереть Снейпу его длинный нос!       — И устроить еще одну гражданскую войну! — не сдавалась она.       — А что, неплохая идея, — пожал он плечами. — Хоть будет повод заехать Рону по лицу официально.       — Мальчишки… — выпустила Гермиона воздух из легких. — Кто о чем, а вы о драке…       — По крайней мере, у нас обычно обиды понятные, — мрачно вспомнил Гарри Чжоу. — Когда приступим к экспериментам?       — Сначала я сама должна ее изучить, — безальтернативно заявила Гермиона. — Понять, что там можно варить, а чего лучше избегать до конца дней. Ну и маскировочные чары бы не помешали, чтобы скрыть обложку.       — Как скажете, профессор Грейнджер, — покорно склонился Гарри.       — Дурак, — ткнула она его в плечо.       Вечером пятницы, когда большинство студентов расслаблялись после трудовой недели, мечтательно глядя в потолок, или использовали теплые осенние деньки для прогулок, Гарри лежал на диванчике в гостиной и раз за разом повторял Щитовые чары, создавая над своей головой полупрозрачный купол. Грозный Глаз обещал ему какие-то новые испытания на следующем занятии, а потому он хотел быть готовым хотя бы к простой обороне, поскольку предсказать мысли учителя было невозможно.       Жаль только, что Гермиона умчалась в пустующую сейчас библиотеку, попросила ей не мешать и решительно приступила к изучению опасной книги, надеясь составить по ней адекватный план занятий. Она и так несколько дней боялась даже открыть страницы присланного Сириусом экземпляра, так что сейчас хотела сконцентрироваться в одиночестве.       Где-то в сторонке за одним столиком сидели Фред и Джордж, необычно для себя находясь в довольно тихом и спокойном агрегатном состоянии. Даже их лица выражали только лишь серьезность и озабоченность, без тени привычных улыбок. Впрочем, Гарри уже не первый раз замечал их такими молчаливыми, будто произошло что-то серьезное, но при этом касающееся лично их. Ведь ни Джинни, ни Рон, не испытывали, походу, схожих эмоций. А значит, проблемы близнецов не выливались на остальную семью Уизли.       … не может он так с нами поступить, — доносились обрывки фраз, кажется, Фреда. — Мы вели себя честно! А он…       — Может, братец, может, — угрюмо отвечал ему Джордж. — А потому ты сейчас сидишь с хером в кармане, а не…       — О чем вы вечно шушкаетесь? — в своей привычной манере влез в их диалог Рон.       — Боюсь, если ты будешь и дальше совать свой любопытный нос в чужие дела…       — То очень быстро его лишишься.       — Мама запретила вам продолжать работы над «УУУ», — нахмурился он. — Нет, стучать я ей не побегу, но и покрывать вас не стану, раз вы не делитесь!       — Шантаж и угрозы это не твой конек, Ронни, — скорчил издевательскую гримасу Фред.       — Особенно тогда, когда у тебя и самого рыльце в пушку, — злорадно добавил Джордж, загоняя Рона в краску. — Все, братец, ты нам надоел. Иди вон, порадуй ближайшую раковину своей фирменной тошниловкой. Хоть это у тебя получается хорошо.       Гарри с удовольствием пронаблюдал, как кипящий от злости Рон пулей вылетел из гостиной и направился куда-то по коридорам школы. За последнюю неделю они не перекинулись ни одной фразой, предпочитая делать вид, что не замечают друг друга. По крайней мере, это было честнее, чем пытаться притянуть дружбу за уши, нелепо извиняясь, но так и не признавая своей вины. А близнецы каждый день не забывали напоминать своему брату о том, как зелья Снейпа уже дважды отправляли Рона в больничное крыло.       — А что за «УУУ»? — поинтересовался Гарри у пишущей неподалеку эссе Джинни.       — Эм… Это… — аж сбилась она с мысли от неожиданности. — Ну… Ужастики Умников Уизли…       — Самый лучший магазин шуток и розыгрышей для волшебников и ведьм, который мы обязательно откроем! — услышал их разговор Джордж. — И будьте уверены, мистер Поттер, вы не сможете из него уйти с пустыми руками!       — А если я все же попытаюсь? — рассмеялся он.       — То мы будем обязаны убедить вас в ошибочности такого выбора, — сверкнули глаза Фреда. — Как думаешь, компаньон, в нашей стране законно привязывать клиента к стулу и кормить ирисками «Гиперъязычок»?       — Думаю, законнее, чем обморочными орешками, — отвечал с не менее коварной улыбкой Джордж. — Не желаете стать нашим испытателем на добровольной основе?       — Никто и за деньги на это не согласится, — фыркнула Джинни. — А если мама узнает, то ее жалящее заклинание вновь постигнет ваши задницы.       — Ошибаешься, сестрица, — подмигнул ей Фред. — Но как только мы решим небольшую оплошность с финансированием, то вернемся с более выгодным предложением.       — А пока, леди и джентльмены, — картинно вещал Джордж, — мы вынуждены откланяться.       Нацепив на себя фирменные хитрые ухмылочки, близнецы двинулись в сторону портрета Полной дамы. Но не успели они пройти и половину гостиной, как через проход ввалилась растрепанная куда больше обычного Гермиона, прикрывающая лицо руками и, судя по всему, чем-то явно очень расстроенная.       — Гермиона! — подскочил с дивана Гарри, заметив ее состояние. — Что с тобой?       — Ни-ни-ничего… — всхлипывала она, пытаясь утереть текущие слезы. — В-в-в-в-все норма-ма-мально…       — Ничего не нормально, — вновь посерьезнели Фред и Джордж, в глазах которых тут же загорелся нехороший огонек. — Скажи нам, кто тебя обидел и его голова не скоро покинет ближайший сортир!       — Я… Я… — пыталась восстановить дыхание Гермиона. — Я не зна-а-а-аю… Просто… Просто…       — Скажи, что произошло? — был решительно согласен с близнецами Гарри, намереваясь помочь ей успокоиться, а потом отправиться на поиск обидчика.       — Меня… Меня… — все так же закрывала она лицо. — Я шла из би-би-библиотеки и… Почти дошла до башни… И меня… В меня…       — Посмотри на меня, Гермиона, — взял ее за плечи Гарри. — Скажи все как есть, мы поможем тебе. Пожалуйста…       — Вот! Смотри! — неожиданно рявкнула она, опуская руки вниз. — Доволен?!       На ее красном и мокром от слез лице, среди пятен, оставленных плотно прижатыми пальцами, весьма отчетливо читались два слова, словно нанесенные ярким фиолетовым маркером.       «Поганая уродина» — вот, что так расстроило Гермиону и заставило ее плакать так, как никогда ранее. Благая ярость заполнила Гарри без остатка, желание моментально найти и измудохать ее обидчика до потери сознания рвалось наружу, и, судя по сжавшимся кулакам близнецов, не только он был такого мнения. Вот только сейчас было не то время. Нужно было помочь Гермионе справиться с ее проблемой, а уже потом отправляться мстить.       — Кто этот ублюдок? — прошипел Фред, наколдовав из воздуха небольшой платок и протянув его девушке.       — Я… Я не знаю, — мотала она головой, вновь закрыв его руками. — Я не ви-ви-видела… В меня ударили со спи-спины…       — Малфой! — с уверенностью выплеснул из себя Гарри. — Больше просто некому!       — Он бы… Он бы… — всхлипывала Гермиона. — Он бы написал что-нибудь более обидное… Про гря-гря-грязнокровку или…       — Тогда бы это сразу привело к нему, а он еще жить хочет, — мрачно хмыкнул Джордж. — Тебе нужно сходить к мадам Помфри. Она знает, как снимать большинство проклятий, на которые способны школьники.       — И как я туда пойду?! — в истерике крикнула она. — Это здесь было близко, а там…       — Возьмем мою мантию, — положил ей руку на плечо Гарри. — Я отведу тебя под ней, и никто ничего не увидит. Сейчас, погоди, только заберу ее из спальни.       — Спасибо, Га-Га-Гарри…       К счастью для них обоих, школьная целительница без каких-либо проблем смогла вывести неприятные слова с лица Гермионы, оставив ее хоть и в расстроенных чувствах, но зато не такой безнадежно потерянной, как час назад. Мадам Помфри только лишь поохала, что студенты совсем уже оборзели, ведь раньше такие обидные действия считались редкостью, а с каждым годом к ней все чаще и чаще приходят люди с подобными проблемами.       — Дурная мода набирает обороты, мисс Грейнджер, — дала она ей флакончик с успокаивающим зельем. — Одно время пользовалась популярностью порча с выпадающими волосами, а теперь вот это…       — А вы не можете определить, кто это сделал? — уточнил Гарри.       — Нет, к сожалению, — покачала головой мадам Помфри. — Разве что проверить палочки всех студентов, но этого никто не будет делать из-за сиюминутного пустяка.       — Это не пустяк! — вспылил он. — Это…       — Мистер Поттер, не нагнетайте панику! — тут же прервала его она. — Обычные детские шалости, которые лечатся в два движения палочкой! Вы же не будете поднимать на уши всю школу, если кто-то намеренно прольет чернила на ваше эссе?       — Это другое… — замялся Гарри.       — Для вас другое, а для меня — степень значимости одинаковая. Вы и мисс Грейнджер свободны.       Пока они молча шли обратно в гостиную, Гарри пытался понять, кто именно мог проклясть Гермиону. Разумеется, самым первым и наиболее вероятным подозреваемым являлся Малфой. Но он не упустил бы шанс хоть как-то намекнуть на происхождение Гермионы, чтобы все в школе видели, какого он о ней мнения.              Еще это мог совершить Рон, также обиженный на нее за случаи у Снейпа, да еще и взвинченный близнецами до предела. Он же как раз выбежал из гостиной и по дороге мог наткнуться на Гермиону, выместив на ней свои эмоции. Конечно, верить в это не хотелось, ибо тогда Рону крупно не повезет, но все же…       И самой невероятной, но, тем не менее, вполне реальной, казалась версия о причастности к этому всему Чжоу. Скрепя сердце, Гарри признавал, что у нее есть и мотивы, и, скорее всего, знания, чтобы попытаться выдавить «конкурентку» за сердце Гарри. И каким бы глупым действием это не казалось, Гарри не мог отрицать того, что Чжоу последние дни, с момента встречи в совятне, смотрела на Гермиону далеко не самым добрым взглядом.       И уже вот это напрягало больше всего. Ведь если версия с Чжоу верна, то Гермиона попала под удар из-за Гарри, просто как побочная жертва, которая ни в чем не была виновата. От этой мысли его сердце сжало неприятное и тянущее ощущение, с которым он никак не мог справиться. Подставлять Гермиону ему никак не хотелось, а потому нужно выяснить все обстоятельства и сделать так, чтобы подобного никогда не повторилось. Любыми средствами.