Коридорные войны

      Утро субботы выдалось не менее шебутным и голосистым, нежели вчерашний вечер. Вся школа буквально стояла на ушах, бесконечно обсуждая варианты возможных чемпионов. Насколько понял Гарри, среди гриффиндорцев, пока что, помимо близнецов и Ли Джордана, изъявили реальное (а не в качестве выпендрежа перед друзьями) желание бросить свое имя в Кубок лишь Анджелина Джонсон и семикурсник Кевин Майерс, о котором Гарри знал лишь то, что он был крайне молчаливым и нелюдимым.       Многие из желающих принять участие, старались бросить клочок пергамента в Кубок ночью, чтобы не стать объектами общего внимания. Однако близнецы решили даже из этого действия устроить настоящее шоу, картинно выпив перед жаждущими зрелища школьниками старящее зелье, произнеся пафосную речь и вместе прыгнув за черту.       Какое-то время ничего не происходило и студенты Хогвартса начали аплодировать их очередной удавшейся проделке, но буквально через десять секунд пламя над Кубком вспыхнуло красным, ударило своими языками их в грудь и вышвырнуло за пределы линии, наградив длинными белыми бородами, которым мог позавидовать сам Дамблдор.       Но даже эта суматоха не стала для Гарри чем-то заслуживающим особого внимания в этот день. Больше всего его удивило время после завтрака, когда он лежал на диванчике в практически пустой гостиной и читал учебник по заклинаниям, пытаясь притворить в жизнь все никак не поддающиеся ему Манящие чары, что раздражало до невозможности.       Профессор Флитвик, которому уже надоели вялые попытки приманить подушку, обещал сдать Гарри в класс для недалеких студентов, если бы такой был в этом замке. А потому, чтобы не упасть в грязь лицом на следующем уроке, требовалось как можно скорее понять принцип, дошедший уже даже до Невилла. Правда, тот вместо подушки умудрялся приманивать котлы, книги, полки и даже самого профессора Флитвика. Зато стабильно.       — Акцио, блокнот! — рявкнул Гарри, ткнув палочкой в сторону дальнего стола. — Да вот что тебе не нравится-то?! АКЦИО, БЛОКНОТ!       — Орать не нужно, а вот сосредоточиться не помешает, — поморщился Рон с кресла напротив.       — О, ты снова со мной разговариваешь? — не удержался от язвительности в голосе Гарри, с самого утра заметивший странное поведение Уизли, который словно бродил вокруг и мялся, не решаясь открыть рот.       — Могу прекратить, если тебе так противен мой голос, — скривился он. — Но вообще, да. Разговариваю. И хочу пообщаться.       — Да неужели? — выпрямился Гарри, сменив лежачее положение на сидячее. — Кажется, мы уже проходили это, нет? Да и ты был не очень-то вежлив с нами.       — Блять, не веди себя как Малфой, ладно? — кажется, едва сдерживал эмоции Рон. — Все, я признаю. Я был не прав. Это мой косяк. Я зря наорал на тебя и Гермиону. И мне надоело каждый раз делать вид, что я тебя не знаю.       — Хорошо, это радует, — кивнул Гарри. — Но тогда ты должен будешь лично извиниться и перед Гермионой, когда она вернется из библиотеки. Ее твои слова задели сильнее, чем меня.       — Будто меня не задели ее издевки при встрече Крама! — залился краской Рон.       — Сам виноват, — безразлично пожал плечами Гарри. — Но ты действительно выглядел как идиот, когда не мог выбрать, с кем же хочешь переспать — с Крамом или той француженкой.       — Хватит уже, ну! — рявкнул он. — Будто ты на нее не пялился половину вечера!       — Ну так, слегка, — не стал отрицать Гарри. — Соглашусь, она очень красивая, но я видел и получше.       — Нашелся тут женский обольститель, — скривился Рон. — Я же вижу, как ты залипаешь на Чанг!       — Один-один, — признал поражение он. — Но про Гермиону я говорю серьезно.       — Не будь занудой как она, — развалился Рон на кресле. — Меня ее нотации давно уже задолбали, а теперь еще и ты начнешь учить меня жизни?       — Вплоть до того момента, как ты перестанешь думать только о себе! — не выдержал вновь Гарри из-за его пренебрежительных слов по отношению к подруге. — Время идет, а ты ни черта не меняешься!       — Ну и славно, — неожиданно спокойно ответил Рон. — В таком случае, иди ты в жопу, Гарри. Я хочу как лучше, но, похоже, тебе это совершенно не нужно!       — О, это так удобно, вновь выставлять себя невинной жертвой, — лился ручьями яд изо рта Гарри. — Ты надеялся, что сейчас подойдешь, раскаешься, я все прощу и забуду? Да нихрена, Рон. Это так не работает.       — Охуенно, че, — смотрел он на него. — Тогда удачи тебе по жизни, Поттер. Надеюсь, не подохнешь со скуки вместе с Грейнджер.       — И тебе не хворать, Уизли, — не отставал Гарри. — Благо, тебе найдется с кем общаться без меня.       Кажется, теперь это точно был конец. Без особых криков, драки и громкого выяснения отношений, тот тонкий волосок, что еще связывал Гарри и Рона, позволяющий вернуться к хоть какой-то дружбе, теперь был добровольно разорван ими обоими и сожжен в жарком пламени. Максимум, на что можно было рассчитывать с этого момента — холодный нейтралитет и общение на уровне плохо ладящих однокурсников.       Но, если посмотреть правде в глаза, Гарри не сильно-то и расстраивался по этому поводу. Раньше он очень боялся потерять Рона, бывшего его первым настоящим другом, без которого жизнь в волшебном мире казалась неполноценной и опустошенной. Но со временем пришло понимание, что Рон слишком много думает о себе, считая себя центром земли, вокруг которого все должны виться по щелчку пальца. Он был вечно чем-то недоволен, постоянно наезжал на Гермиону по поводу и без, хотя именно она тащила его по учебе как могла. Да и Гарри успевал получать свою порцию претензий, пусть и в меньшем размере.       Даже сейчас, когда Рон, кажется, решил наладить отношения, во второй раз придя с извинениями, он все еще продолжал винить всех вокруг, бросая едкие комментарии в адрес Гермионы и нелепо переводя стрелки в сторону Гарри. И продолжаться это в будущем будет бесконечно, пока Рон не изменит мировоззрение.       С этими не самыми веселыми, но поразительно жизненными мыслями, от которых с души Гарри будто свалился огромный тянущий камень, он медленно шел в сторону библиотеки, надеясь застать там Гермиону и рассказать новости. Похоже, что ситуация с Роном долгое время висела на его душе мертвым грузом, и вот теперь, разрешившись хоть в одну из сторон, больше не мешала двигаться дальше.       Мысли Гарри были заняты обработкой новых вводных данных и окончательным признанием потери Рона, в качестве близкого друга (хорошо хоть без перехода в стан врагов), а потому он совершенно не ожидал, что заворачивая за поворот, столкнется с тремя парящими над землей дементорами.       — Какого хрена… — изумился Гарри, впав в ступор и уставившись на их темные плащи.       Он даже не сразу сообразил, что увиденное ему не мерещится. Три дементора, от одного вида которых стыла кровь в жилах, висели в пяти ярдах спереди и смотрели на Гарри из-под своих капюшонов, где не виднелись лица, а была лишь кромешная темнота. Сердце за доли секунды разогналось до бешеного ритма, рука судорожно искала палочку в складках мантии, а в ушах начинал слышаться крик погибающей Лили.       Запоздалое подсознание, занятое мыслями о Роне, только сейчас заметило неестественный холод и покрытые инеем окна. Ноги словно приросли к полу, а страх сковал движения, не позволяя действовать быстро и эффективно. А дементоры, тем временем, заметили свою жертву и поплыли в его сторону, развивая своими плащами и протягивая костлявые руки.       — Экспекто Патронум! — наконец нашарил Гарри палочку и, представив в голове голоса родителей, попытался вызвать защитника. — Экспекто Патронум!       Бесполезно. Неожиданность нападения не позволила ему подготовиться, а потому лишь серебристая дымка вырывалась из кончика его палочки, служа преградой от дементоров, но не имеющая возможности их прогнать. Сознание начинало уплывать куда-то за грань, крики матери становились все сильнее, а темные сущности парили перед самым носом, желая продвинуться дальше и закончить свое дело.       — Сириус… — вспомнил Гарри момент, когда они оба поднялись в воздух на его старом мотоцикле и были поистине счастливы. — ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!       Наконец-то! Величественный олень рванул вперед и ударил ближайшего дементора прямо в грудь, отбрасывая на добрый десяток метров. Шум голосов в ушах и леденящий душу вой отступал, клетки кожи вновь начали чувствовать тепло окружающего воздуха, а паникующее сознание, наблюдая за бегом Патронуса, смогло включиться и начать понимать ситуацию.       Ну не могли же три дементора появиться в коридоре пятого этажа просто так? Дамблдор четко дал понять в том году, что не пустит их на порог школы. Сами они должны быть в Азкабане и их заметили бы со стопроцентной вероятностью еще на подходе к замку. Но если это невозможно, то…       — Риддикулус! — выпалил Гарри второе заклинание и его луч, пролетев в сторону «дементора», заставил его задрожать в воздухе и за долю секунды обернуться голубым Санта Клаусом с красным носом и заливистым смехом. — Риддикулус! Риддикулус!       Боггарты! Черт, это нужно было понять сразу! Но откуда в коридоре школы появились три боггарта? Да еще и четко на его пути? Колотящееся сердце с трудом пыталось вернуться в спокойный ритм, частое дыхание перенасыщало кровь кислородом, голова кружилась от избытка адреналина, а зажатая в руке палочка все еще смотрела в сторону трех забавных фигур, не вызывающих и капли улыбки.       Погасив своего Патронуса, Гарри отправился искать по этажам кого-нибудь из учителей, поскольку не имел понятия, как именно изгонять этих существ. Ведь наткнись на них кто-нибудь еще, то от испуга вполне можно натворить дел. Но похоже, что в эту субботу большинство людей находились в Большом зале, наблюдая за Кубком огня и теми, кто решался бросить в него свое имя, а потому кабинеты были пустыми и никого не встречалось по пути.       — Поттер! — наконец окликнул его со спины хрипловатый голос. — Ты кого-то ищешь?       — Профессор Грюм! — поспешил к нему Гарри. — Да. Вы не знаете, как изгнать боггарта?       — Знаю, — ответил он. — А что, кто-то навалил в штанишки?       — Нет, просто я наткнулся на троих на пятом этаже, — уже полностью успокоился Гарри. — Я одолел их Риддикулусом, но что делать дальше — без понятия.       — Очевидно, Люпин не успел это рассказать, — криво усмехнулся Грюм, повернув магический глаз в потолок. — Да, вижу их. Сейчас займусь.       — Спасибо, сэр, — кивнул Гарри, переведя взгляд на часы. — Ой… Я забыл про наше занятие… Простите…       — Я так и думал, — хмыкнул он. — Но да ладно, сегодня все в порядке. Пожалуй, ты отработал своей встречей с боггартами. В следующую субботу чтобы был как штык! И соблюдай постоянную бдительность!       — Конечно, сэр, — потупил взгляд Гарри. — Еще раз извините…       Через несколько минут Гарри вошел в вотчину мадам Пинс, которая, в своей манере, строгим взглядом посмотрела на него и без лишних слов намекнула, что за любой шум и баловство наказание будет суровым. Он пошел между рядов, надеясь найти здесь Гермиону и, к счастью, довольно быстро обнаружил ее, склонившуюся над каким-то толстым талмудом о восстаниях гоблинов в пятнадцатом веке.       — Привет, — присел рядом Гарри. — Как твои успехи?       — Нормально, почти закончила, — слегка уставшим голосом ответила она. — Я думала, что ты будешь в гостиной или в Большом зале со всеми.       — Ну, я так и хотел, — вздохнул Гарри. — Но тут подошел Рон и…       В двух словах и не особо вдаваясь в подробности, Гарри описал ей разговор с теперь уже точно бывшим другом и последовавшие за этим события. Поведение Рона вызвало у нее лишь ожидаемую усмешку, зато стычка с боггартами заставила проявить недюжий интерес.       — Я не слышала раньше, чтобы боггарты просто так бродили по коридорам… Да еще и втроем, — рассуждала Гермиона, закрыв книгу. — Обычно они прячутся в заброшенных чуланах и шкафах…       — Меня это тоже удивило, — признался Гарри. — Правда, сначала я откровенно так струхнул… Зато у меня впервые получился телесный Патронус при дементорах!       — О, поздравляю! — заулыбалась она. — И каков он?       — Здоровый такой олень, — рассказывал Гарри. — Да, это были лишь боггарты, но он им хорошенько навалял рогами, защищая от их воздействия.       — Надеюсь, профессор Грюм сможет загнать их подальше, — произнесла Гермиона. — А что ты решил по итогу с Роном?       — С Роном? — уже забыл Гарри о разговоре с бывшим другом. — Не знаю… Наверное, буду общаться, но на уровне Симуса или Дина. Я так понял, он примерно того же мнения.       — Жаль, конечно, — вздохнула она. — Ну, все же вы три года были лучшими друзьями…       — Я тоже не в восторге, но его поведение бесило до невозможности, — откинулся Гарри на спинку стула. — Да и не успели мы помириться, как он вновь начал наезжать на тебя, что привело бы к очередным регулярным ссорам.       — Когда раздавали людям чувство такта, Рону явно достались лишь остатки, — пробурчала Гермиона.       — Вот я об этом же подумал, — смотрел на нее Гарри. — Он даже не собирается успокаиваться, а мне не хочется вновь слушать ваши перепалки. В конце концов, с кем сыграть в шахматы и обсудить квиддич я всегда найду, а такую подругу как ты — вряд ли.       — Спасибо, это очень льстит, — хихикнула она. — На самом деле, никогда бы не поверила, что между мной и Роном ты выберешь меня.       — Ну, вот такой я непредсказуемый, — развел он руки в стороны с улыбкой. — Ты как, закончила с историей восстаний?       — Да, можем идти, — кивнула Гермиона, собирая вещи. — Не знаешь, кто-нибудь из наших еще кидал свое имя в Кубок?       — Без понятия, — пожал он плечами. — Вечером будет понятно. Не желаешь пока сходить к Хагриду?       — Боюсь, сейчас это бесполезно, — посмотрела она в окно.       — Почему это?       — Потому что Хагрид с самого утра гуляет с мадам Максим, — кивнула она вниз, где Гарри увидел парочку огромных людей возле озера. — И мне кажется, что это не просто так.       — Он что, старается ее охмурить??? — изумился Гарри, не веря своим глазам. — Этот мир точно сошел с ума…       — По крайней мере, Хагрид знает, чего он хочет…       После обеда Гарри и Гермиона решили отправиться в выделенный им кабинет, чтобы продолжить совершенствовать свои навыки в зельеварении. Девушка слегка огорчилась тем, что он пропустил занятие у Грозного Глаза, а потому пообещала, что сегодняшний урок будет сложнее, чем все предыдущие. Но, недалеко от нужной двери, их окликнул тот, кого видеть хотелось меньше всего.       — Так-так, — стоял опершись спиной на стену Драко Малфой. — Поттер и его грязнокровка. Что, решили наконец-то уединиться в чулане?       — Захлопни пасть, чмо белобрысое, — сунул Гарри руку в карман с палочкой. — И с каких это пор папочка разрешает тебе уходить так далеко от гостиной?       — Пойдем, не обращай на него внимание, — тянула его за руку Гермиона.       — Не выйдет, Грейнджер, — цокнул Малфой языком. — Сегодня точно не ваш день.       С другой стороны узкого коридора вышли Крэбб и Гойл, своими массивными тушами перекрыв путь к отступлению тем путем, откуда Гарри с Гермионой пришли. Да, в волшебном искусстве от них было мало толку, но физически каждый из них был способен бороться на равных против двух-трех человек. Ситуация накалялась, было похоже, что Малфой захотел загнать их в ловушку и сотворить что-то нехорошее, а потому Гарри завел Гермиону за свою спину и вытащил палочку на свет.       — Чего тебе нужно, придурок? — прошипел он сквозь зубы.       — Нас так неудачно прервали в прошлый раз, шрамоголовый, — похолодел взгляд Драко. — Ты так и не ответил за нанесенное мне оскорбление! Ты опозорил меня перед друзьями!       — Оскорблен и опозорен был лишь твой унитаз, с которого ты не слазил! — не собирался сдаваться Гарри. — Наверное, его уже тошнит только от вида твоей тощей задницы?       — Я прикрою спину, — шепнула Гермиона и развернулась лицом к Крэббу и Гойлу.       — Ты пожалеешь об этом! — рявкнул Малфой. — Пожалеешь… Редукто!       — Протего!       Луч заклинания слизеринца отразился от моментально выставленного щита Гарри и врезался в потолок над ним, выбив оттуда каменную крошку. Эти чары явно могли серьезно навредить организму и он не понимал, почему Драко рискует весьма жестким наказанием, применяя их к человеку. Но сейчас эти размышления имели малое значение, когда взгляды двух непримиримых врагов не отрывались друг от друга, а палочки были готовы к бою.       — Хочешь дуэли, Малфой? — крикнул ему Гарри. — Хочешь выяснить, у кого хуй длиннее?       — Хочу дать тебе по ебалу и отправить на тот же месяц в Мунго! — рыкнул он в ответ. — Петрификус Тоталус!       — Протего! — вновь отбил его заклинание Гарри. — Экспеллиармус!       — Протего! — кажется, успел выучить щиты и Малфой. — Депульсо!       — Фурункулюс! — попал Гарри своим лучом в луч соперника и заклинания отрикошетили в разные стороны. — Глациус!       — Риктусемпра! Редукто! Редукто!       — Да ты совсем уже поехал крышей! — скрылся Гарри за очередным щитом. — Ступефай! Ступефай!       Множество различных чар свистели вдоль коридора, часто ударяясь в стены, выбивая окна и разрывая холсты висящих здесь портретов. Гарри совершенно не ожидал такого напора, стоя спиной к спине с Гермионой, которой тоже приходилось не сладко. Ее противники хоть и не могли создать серьезных заклинаний, но все же их было двое, а потому приходилось работать намного быстрее, чтобы не пропустить даже простейшие жгучие искры.       — Протего! Протего! Протего! — едва успевала восклицать Гермиона. — Экспеллиармус! Протего! Иммобилюс!       — Инкарцеро! — выпустил Гарри в сторону Малфоя веревки, которым его научил Грюм на прошлом занятии, но они прошли чуть выше. — Сука! Ступефай!       — Наш бой явно становится веселее! — спрятался Драко за колонной у одной из стен. — Может, еще чего знаешь, Поттер?       — А ты выйди и посмотри! — бросил в него еще несколько чар Гарри. — Что, зассал там?       — Релашио! — ударил Малфой в щит, заставив тот ослабнуть. — Экспеллиармус!       — Протего! — вновь закрылся Гарри, едва удержав дернувшуюся палочку в руке. — Импедимента! Ступефай! Ступефай!       — Депульсо! — подключилась к нему Гермиона, которой, похоже, удалось одолеть незадачливых телохранителей Малфоя. — Иммобилюс! Ступефай!       К удивлению Гарри, но Малфой теперь пусть и не мог выбрать даже секунды на контратаку, однако, ему удавалось защищаться почти целую минуту от двойной порции заклинаний. Его глаза то и дело метались им за спину, но Крэбб и Гойл, кажется, были больше не в состоянии оказать Драко поддержку. И сейчас наступало время развернуться и бегом бежать в свою сторону коридора, вот только самоуверенный Драко прошел слишком далеко в его глубину, чтобы не получить вдогонку пару заклинаний.       — Так и будем драться до второго пришествия? — крикнул он, вновь скрывшись за колонной, пока Гарри Гермиона стояли бок о бок, нацелив палочки в сторону противника.       — Брось палочку на пол и выходи! — потребовала девушка. — Мы пойдем к директору! Возможно, тебя даже не выгонят из школы!       — Напугала, курица тупая! — расхохотался Малфой. — Мой отец слишком давно спонсирует школу, чтобы меня Дамблдор хоть пальцем тронул! Скорее, это его вновь трахнут, как на втором курсе!       — Опять трусишь, ссыкливый мудак? — пытался разозлить его Гарри. — Выходи один на один! Гермиона не будет атаковать!       — Что?! — шепотом возмутилась она. — Почему?       — Так надо, — тихо ответил он, чувствуя душевный подъем и превосходство над Драко, вновь обращаясь к нему. — Ну так что, Малфой? Или в очередной раз обосрался, только сейчас уже в штаны?       — Реду…       — Экспекто Патронум! Протего! Ступефай!       Знакомый серебристый олень вновь вырвался из палочки Гарри, со всех ног побежав в сторону Малфоя. Да, он не смог бы причинить никакого вреда, но это было и не нужно. Достаточно было эффекта неожиданности от огромного светящегося создания, чтобы ввести в краткосрочный ступор высунувшегося на долю секунды слизеринца. Щиты Гарри были лишь мерой предосторожности, зато следующее оглушающее заклинание ударило точно в грудь белобрысого ублюдка, откинув его назад на добрый десяток футов и моментально выключив сознание.       Грохот заклинаний развеялся сразу, а вот висящая в воздухе пыль продолжала мешать трезво оценить ситуацию. Сердце уже второй раз за этот странный день безудержно колотилось и едва не выпрыгивало из груди. Тяжелое дыхание Гермионы рядом лишь подтверждало реальность случившегося. Они оба стояли над телами своих оглушенных противников и не знали, что делать дальше.       Идти жаловаться учителям? Вроде бы верно, но без свидетелей у них не будет доказательств. А Малфой и его телохранители будут во весь голос верещать, что это безумные гриффиндорцы напали на них из-за угла. Связать Малфоя, закинуть в чулан и забыть там навсегда? Тоже такая себе идейка, которая может привести к не самым приятным последствиям.       — Что это сейчас вообще было… — подала голос шокированная Гермиона. — Какого черта они напали на нас?       — Хрен его знает, — оглядывал поверженных врагов Гарри, на всякий случай связывая их веревками. — Точнее, нападения от Малфоя, рано или поздно, я даже ждал… Но как они смогли узнать, что мы будем идти именно здесь? Да еще и одни?       — Нужно рассказать профессору Макгонагалл! — уверенно заявила она, едва возвращая контроль за дыханием. — Мы… Они… Это же…       — Погоди, не спеши, — лихорадочно соображал Гарри. — Дай подумать. Может нам лучше…       Но что было лучше, он так и не успел сказать. Даже представить. Хотел придумать в процессе произнесения, вот только неожиданный ветерок пробежался по коридору и затрепыхал их мантии и волосы.       — Смотри! — воскликнула Гермиона, указывая пальцем на продолжающего лежать в отключке Малфоя. — Какого Мерлина?!       Прямо под их изумленными взглядами, не двигающийся с места Драко словно стал просвечивать насквозь, будто превращаясь в призрака. А не более, чем через пять секунд, он и вовсе растворился в воздухе, оставив после себя лишь потерявшие напряжение веревки, опавшие на пол. Моментально обернувшись назад, Гарри успел увидеть, как тот же эффект забрал за собой и Крэбба с Гойлом, валявшихся в дальнем конце коридора без признаков сознания.       — Что происходит?! — вертела Гермиона головой по сторонам. — Я не понимаю!       Выбитые сражением стекла вставали на свои места, раздолбанный потолок возвращал обратно свои части, потрепанные портреты принимали свой привычный облик, а гуляющий ветер собирал отовсюду летающую пыль, скручивал ее в небольшой вихрь и уносился вдаль, оставляя Гарри и Гермиону посреди абсолютно неповрежденного коридора, каким он был десять минут назад.       — Какого хрена здесь творится?! — не выдержал Гарри, крикнув на весь коридор. — Кто это сделал?!       Но ответом на этот вопрос была лишь звенящая тишина и какое-то гулкое постукивание этажом выше. Гарри как никогда пожалел об отсутствии в сумке Карты Мародеров, ведь пока они добегут до ближайшей лестницы, пройдет слишком много времени и потенциальный виновник этого сражения уже успеет уйти.       — Акцио, Карта Мародеров! — словно прочитала его мысли Гермиона, явно намереваясь выяснить все на месте. — Надеюсь, она не слишком глубоко запихнута в твой чемодан…       — На самом дне, — усмехнулся Гарри, представляя, как карта раскидывает по комнате вещи. — И да, пора бы мне уже выучить нормально Манящие чары…       — Идем пока в класс, нечего торчать посреди коридора.       Карте понадобилось не меньше трех минут, прежде чем она нашла дорогу к вызвавшей ее волшебнице. Быстро произнеся пароль и разложив ее на столике, где они обычно варили зелья, друзья принялись изучать ближайшее пространство на предмет посторонних людей. К счастью, большинство студентов и гостей сегодня обитали возле Кубка Огня, что помогало не запутаться среди горы имен. Вот только оставшиеся из них мало подходили на роль таинственного могучего чародея.       — Может быть это тот министерский? — ткнул Гарри в метку с именем Бартемиуса Крауча в четырех коридорах левее, недалеко от входа в Большой зал.       — Да не, ты же его видел, он бюрократ до мозга костей, — помотала головой Гермиона. — Я скорее поверю в то, что это профессор Грюм устроил тебе своеобразный экзамен за то, что ты сегодня прогулял занятие. Но он у себя в кабинете на другом конце замка… Или, может быть, профессор Дамблдор, но это явно не его стиль.       — Малфой и его ублюдки сидят в гостиной Слизерина, — размышлял он, замечая три ненавистных точки. — Не похоже, чтобы они реально здесь были.       — Странно все это, — нахмурилась она. — Кто-то захотел испытать тебя в бою? Посмотреть, на что ты способен? Но создать такую сложную иллюзию могут лишь единицы из волшебников. Кому это надо?       — Не знаю, Гермиона, не знаю, — вздохнул Гарри. — Я поговорю с Грюмом попозже. Но спасибо тебе… Никогда не думал, что нам придется сражаться спиной к спине… Пусть и с иллюзией…       — Я тоже такого не ожидала, — кивнула она. — Но кто бы не устроил нам это испытание — мы его прошли. У тебя только пара царапин на лице от каменной шрапнели.       — Да? — удивился он, прикоснувшись пальцами к щеке и обнаружив там каплю крови. — Я даже не заметил…       — Иди сюда, у меня есть чем тебя подчистить…       Адреналин схватки понемногу отступал на второй план, заменяясь легким тремором рук и нервными смешками. Друзья попытались приступить к хоть какой-то работе по зельеварению, однако, довольно быстро стало понятно, что сегодня явно неподходящий для этого настрой. Да и внутри у Гарри до сих пор горела настоящая буря эмоций из-за случившегося.       Ведь они с Гермионой впервые в жизни попали в такую переделку, что заставила их биться во всю силу плечом к плечу, полностью доверяя тому, кто прикрывал спину. Казалось, что в этот момент они действовали как единое целое и были друг к другу ближе, чем когда-либо. И что самое удивительное — Гермиона даже не отчитала его за ругань, пусть в этом случае та была вполне уместна.       — Очень странный день, — задумчиво произнесла она, сгребая подготовленные материалы обратно в сумку. — Сначала боггарты, потом эта иллюзия… А ведь еще даже не обед.       — Думаешь, к вечеру произойдет еще что-то невероятное? — посмотрел на нее Гарри, уже привычно забирая тяжелую ношу. — Мне что, становиться таким же параноиком, как Грюм? Ходить везде с палочкой наготове? Даже в Хогвартсе?       — Сегодня точно не помешает, — усмехнулась Гермиона. — Кстати, очень оригинальный ход был с Патронусом. Я не ожидала, что ты решишь его вызвать.       — Мне нужно было как-то отвлечь Малфоя, — пожал плечами Гарри. — А тут что-то большое, яркое и летящее прямо на него.       — Ты мог использовать «Люмос Солем», — посоветовала Гермиона. — Помнишь, на первом курсе я отогнала им Дьявольские Силки?       — Нужно будет включить в свой арсенал заклинаний, — улыбнулся он, глянув на часы. — Так, времени до вечера еще много. Чем пока займемся? Куда-то идти и нарываться на очередную ловушку мне пока не очень хочется.       — Мне тоже, — согласилась она. — Но раз уж сегодня день такой, может мы тут потренируемся в заклинаниях, которым тебя учил профессор Грюм? Я сама освоила щиты и оглушающие, но ты использовал какую-то Импедименту и Инкарцеро…       — Давай, — кивнул Гарри, вернув ее сумку на пол. — Настроение как раз боевое.       — Рассказывайте, профессор Поттер, — подчеркнуто вежливо попросила Гермиона, садясь за парту и изображая прилежную ученицу, чем вызвала очередную улыбку у них обоих. — Я готова вас слушать.