День осознания

      Воскресным утром, когда солнечный свет уже вовсю заливал спальню четверокурсников в башне Гриффиндора, Гарри с трудом разлепил глаза и, не вставая с кровати, огляделся по сторонам. Вчерашний день выдался невероятно трудным в эмоциональном и физическом плане. Сначала окончательный разрыв дружеских отношений с Роном, потом сражение с боггартами и бой против иллюзионных слизеринцев плечом к плечу с Гермионой. А под вечер еще и новость, что его обманным путем заманили в одну из самых опасных игр волшебного мира.       Впрочем, ничего нового для Гарри, о чем он с грустью усмехнулся, принимая более вертикальное положение. Каждый год на него сыплются все новые и новые угрозы, а волосок, держащий на себе его жизнь, кажется все более тонким. Но тем не менее, несмотря на все тяготы и новые испытания, Гарри продолжал оставаться целым и невредимым. Каким-то образом судьба благоволила ему и удерживала на самой грани, позволяя не паниковать и держаться сильным духом, а не паковать чемоданы и бежать как можно дальше из волшебного мира.       Весть о том, что он теперь стал чемпионом Хогвартса, улеглась в голове и перестала казаться чем-то страшным и невозможным. Да, внутри него все еще оставалось волнение и мандраж, слегка давящие на грудную клетку неприятным ощущением. Но та поддержка, которую ему устроили гриффиндорцы единым порывом вчера вечером, заставила верить, что не все так плохо, как могло бы быть.       Конечно, они все считают его не совсем честным человеком, который каким-то обманным образом смог закинуть свое имя в Кубок, но это мало кого волнует. Ведь вся школа с интересом наблюдала за Фредом и Джорджем, которые пытались сделать ровно то же самое. И никто не высказал им ни капли ненависти, а скорее шла всеобщая поддержка и одобрение.       Подростки больше всего любят бунт против системы и обход ограничений. И, наверное, все будет не так плохо, как могло бы быть. По крайней мере, с Гарри не должна повториться ситуация со второго курса, когда большая половина школы считала его убийцей, а меньшая, за исключением десятка нормальных человек, подозревала в пособничестве настоящему убийце. Ну, он очень на это надеялся.       Что же делать с самим турниром — Гарри пока не особо представлял. Все же испытания на нем будут явно похлеще выпускных экзаменов за третий курс. Но высказанная летом философия Сириуса словно набатом била его по черепной коробке, убеждая в необходимости стойко преодолевать любые трудности, какими бы невозможными они не казались. И, как обещали организаторы, в этот раз турнир должен быть куда более безопасным, чем все предыдущие. Наверное…       Встав с кровати, Гарри убедился в том, что в спальне остался он один, а часы показывают уже одиннадцать утра. Видимо, уставшая за вчера нервная система просто выключила его и не позволяла включиться, пока не восстановится до нормального уровня. Даже сны никакие не снились, чему Гарри был невероятно рад. Очередное похождение в голову этой ночью Волдеморта было бы совсем уж перебором.       Гостиная Гриффиндора встретила его очередным одобрительным ревом, едва Гарри спустился в нее по винтовой лестнице. Последний раз такое случалось в прошлом году, когда он помог своей команде завоевать кубок школы по квиддичу, но тогда ощущения были несколько иные.       Все же та похвала была вполне заслужена тяжелым трудом, а сейчас все казалось несколько неправильным и смущающим. Даже крики близнецов о том, как они гордятся подрастающим поколением бунтарей, не особо поднимали настроение, а потому Гарри попытался как можно скорее выбраться за портрет Полной дамы и попытаться найти Гермиону. Пожалуй, она будет единственным человеком с холодным рассудком, который поможет разобраться в ситуации.       К счастью, она, похоже, тоже думала так, а потому, едва Гарри оказался за пределами башни, как Гермиона тут же перехватила его в коридоре, утянула за собой в сторону от основных путей студентов и вручила завернутый в салфетку многоэтажный бутерброд, одним своим видом напомнивший о бурлящем с самого пробуждения желудке.       — Спасибо, — тепло улыбнулся ей Гарри, откусывая от него довольно большой кусок. — Знай, то ты просто лучшая!       — Знаю, — усмехнулась она. — Пойдем, прогуляемся. Есть разговор.       Стараясь миновать как можно больше общественных мест, чтобы не привлекать излишнего внимания, Гарри и Гермиона вышли из школы и направились в сторону Черного озера, где по водной глади лениво скользил гигантский кальмар. Погода хоть и выдалась прохладной, но пробивающиеся свозь облака редкие солнечные лучи приятно грели лицо и тело.       — Я верю тебе, Гарри, — заключила Гермиона, дослушав его версию событий.       — А остальные, похоже, нет, — вздохнул он. — Не знаю, как там вся школа, но гриффиндорцы даже слушать не хотят, что это случайность, а не продуманный план. Но хоть не презирают за это…       — Остальные будут не столь радужны, поверь, — поморщилась она. — Я за завтраком слышала, как Эрни Макмиллан обсуждал тебя с Джастином и Ханной. Они все считают, что именно из-за тебя не выбрали Седрика, который мог дать их факультету очки и славу.       — Малфой и его прихвостни так и вовсе должны скакать от радости, — невесело усмехнулся Гарри. — Как же! Спорим, они уже делают ставки на тот тур, где меня размажет по стенке какое-нибудь хитрое заклинание?       — Даже не сомневаюсь в этом, — серьезно отвечала Гермиона. — Но, мне интересно, что ты сам по этому поводу думаешь? Будешь ли пытаться оспорить решение Кубка? Это ведь очень опасно!       — Дамблдор четко сказал, что выбора у меня нет, — обреченно говорил Гарри. — Либо я участвую, либо получаю какую-то очень страшную кару за нарушение магического контракта. Даже не знаю, какую, но явно не Ступефаем по голове…       — Смеется он еще, — прищурилась она. — На самом деле, если речь идет о таких материях, то вариантов не много, но каждый из них тебе не понравится. Магические контракты подразумевают собой в качестве гарантии либо жизнь, либо волшебную силу, либо в лучшем случае, изгнание.       — Класс, — фыркнул Гарри. — А можно мне другого тамаду? Конкурсы у Кубка так себе, если честно…       — Удивительно, что ты еще способен шутить, — внимательно посмотрела на него Гермиона.       — Ну а что мне остается? Плакать что ли?       — Я была бы в панике, — честно призналась она. — Не знаю, я бы металась по сторонам, пыталась хоть как-то оспорить решение… Может быть привлекла бы Визенгамот или… Ну точно не была бы такой спокойной, как ты!       — Да ты и сейчас явно не расслаблена, — заметил Гарри.       — Естественно! — воскликнула Гермиона. — Я пытаюсь быть собой, но внутри я просто в ужасе! Тебя опять затягивают в смертельно опасную заварушку! Ты вновь можешь погибнуть! А всех волнует лишь то, каким образом ты обманул этот сраный Кубок! Неужели тебе самому не страшно?       — Немного, — удивился он ее ругани, показывающей искренний накал чувств внутри. — Но, буду честным, не так сильно, как я предполагал.       — И что, ты хочешь во всем этом участвовать? — изумилась она. — Правда хочешь идти туда и сражаться за свою жизнь?       — А какие у меня варианты? — развел руками Гарри. — Ты же сама четко расписала альтернативы.       — Да, но… — замялась Гермиона, подбирая слова. — Но… Хотя… Чего я ожидала? Это ведь ты… И кто я такая, чтобы тебя переубеждать?       Гарри остановился на месте и внимательно посмотрел на подругу, пытаясь лучше понять, что творится у нее на душе. Ее лицо выражало крайнюю степень озабоченности, а на глазах, кажется, выступали слезы. Гермиона и правда переживала за него, как за себя. При этом понимая, что ее силы и воля здесь не имеют никакого значения. А самому Гарри было раз за разом плевать на свою жизнь, даже сейчас. Когда ставки поднимались слишком высоко.       Это грело душу и добавляло понимания, насколько замечательным и чистым человеком была Гермиона. Вот уж кого точно никогда не хотелось потерять в своей жизни. Желательно, не отрываться от нее до конца своих дней. Особенно, если этот конец наступит в уже ближайшем будущем.       — Ты говорил, что был бы не против принять участие, — шмыгнула она носом. — Тогда… Еще перед выбором Кубка…       — Это было больше в шутку, — положил ей руки на плечи Гарри. — Поверь, будь моя воля, я бы отказался. Но раз вариантов у меня нет, то я не собираюсь всячески избегать своей судьбы, а пойду к ней на встречу с высоко поднятой головой.       — В этом весь ты, — уронила Гермиона голову вниз. — Ты очень смелый… Порой, до безрассудства.       — А ты очень умная и вечно помогаешь вытащить меня из любой задницы, — сделал Гарри шаг вперед и обнял ее, прижав к груди. — Не переживай, мы справимся. Как и всегда.       — Я очень на это надеюсь, — всхлипнула она, вцепившись пальцами в его одежду. — Но мне так страшно… Что если я потеряю тебя уже в следующем месяце? Гарри, я же не переживу этого! Как я буду без тебя существовать?       — Брось, не думай об этом, — пытался хоть как-то приободрить он Гермиону. — Все будет хорошо. Дамблдор же обещал, что безопасность будет на высшем уровне. Ты же веришь ему?       — Верю, но и он не всесилен, — тряслась Гермиона мелкой дрожью. — Помнишь дементоров в том году? Нас спасло лишь какое-то чудо!       — А может это он и был? — хмыкнул Гарри. — Может это его Патронус?       — Его Патронус — Феникс, — заметила она. — Я читала это в его биографии. А ты рассказывал о чем-то большом и четырехногом.       — Тогда у меня больше нет мыслей на этот счет, — пожал Гарри плечами. — Разве что Люпин очухался, осознал всю глубину вселенной и смог наколдовать Патронуса в виде себя.       — Очень смешно, — фыркнула Гермиона.       — Все будет хорошо, — убеждал ее Гарри, параллельно убеждая и самого себя, чтобы не начать паниковать. — Мы обязательно отметим окончание этого года за бокалом сливочного пива. Обещаю, если выиграю Турнир, то на всю тысячу галлеонов буду спаивать Хогвартс и окрестности ближайшие несколько месяцев!       — Нашел куда ввалить столько денег! — подняла Гермиона на него свое красное лицо. — Мне бы твою уверенность в будущем… Твой характер…       — Сириус однажды сказал, что все испытания стоит преодолевать с высоко поднятой головой и не бояться их, — объяснил Гарри свою позицию. — Что толку сидеть на месте и страдать, когда можно идти вперед и побеждать? Со Снейпом же сработало, значит, и тут должно помочь.       — Нашел сравнение, — поморщилась Гермиона. — Несколько разные уровни между блевотным зельем и возможной смертью, не находишь?       — Ну, для Рона, кажется, моя смерть будет предпочтительней, — усмехнулся он.       — Пусть составит компанию Малфою, может выиграет пару галлеонов, — мрачно, но все же дернула она уголками губ вверх. — Прости, я что-то совсем расклеилась… Я всю ночь думала о случившемся и, кажется, накрутила больше нужного…       — За это я и ценю тебя выше всех, — улыбнулся ей Гарри.       — Прямо таки всех…       — Почему ты мне не веришь, когда я тебе это бесконечно повторяю? — не отрывал он взгляда от ее карих глаз. — Ты единственная, кого я интересую, как человек. Не как бунтарь, который смог обмануть Кубок. Не как козел, который обошел Седрика и остальных кандидатов. Не как отличная возможность сделать ставку на мою смерть. Только ты переживаешь за меня сейчас искренне.       — Я уверена, что как только Сириус узнает обо всем, то будет переживать не меньше, — произнесла она.       — Ну, Сириус все же мой крестный. Ему по статусу положено, — рассмеялся Гарри. — Пойдем, напишем ему письмо. Надеюсь, он не будет сильно ругаться.       Но не успели они вернуться в замок на обед, как по пути к дубовым дверям на плечо к Гарри приземлилась большая сова с оранжеватыми перьями и протянула лапку с привязанным к ней письмом. Он не знал, кому могла принадлежать эта птица, однако, судя по подписи, послание определенно было адресовано именно ему.       — Это от Бродяги! — воскликнул Гарри, едва развернув пергамент. — Откуда он уже узнал?!       — Давай в сторонку, чтобы без свидетелей, — тут же сориентировалась Гермиона.       Дорогой Сохатик!       До меня дошли известия о твоей ситуации. Признаюсь честно, я был весьма шокирован тем, что тебя смогли затащить в Турнир. Ты не хуже меня понимаешь, чьих это рук дело и кому больше всего все это надо.       К сожалению, много в письме я сказать не могу. Сам знаешь — это довольно опасно. Ты сам себе лучший страж, но держись ближе к Дамблдору и Грюму. Они сделают все возможное, чтобы тебя защитить. Но тебе также нужно будет приложить все усилия, чтобы иметь шансы справиться самому. Я верю в тебя и поддержу в любом начинании.       И еще кое-что. Будь в этот понедельник на восьмом этаже в бывшем кабинете Заклинаний. Примерно в полдень. И захвати с собой шипучих кислинок.       Гарри несколько раз внимательно перечитал письмо, пытаясь осознать эмоции, которое оно у него вызвало. С одной стороны, Сириус выразил ему поддержку и добавил уверенности в своих силах. С другой же, в душе Гарри поселилось еще больше смуты и непонимания. Особенно насчет последнего абзаца.       — Что значит захватить шипучих кислинок? — спросил Гарри. — Он что, хочет прибыть в Хогвартс и полакомиться вкусняшками?       — Может быть это шифр? — задумалась Гермиона. — Но я в очередной раз поражаюсь его безрассудству! Наведаться в Хогвартс? Как? И зачем? Это слишком опасно!       — Видимо, хочет поговорить с глазу на глаз, — хмыкнул он. — Я как бы тоже не против, но… Не проще ли мне отправиться на Гриммо?       — А где ты возьмешь летучий порох? — скептически спросила она. — В Хогсмид нас не выпустят еще пару недель, а в замке он под строгим контролем.       — Была бы у меня сейчас метла, я бы слетал до туда, — вздохнул Гарри. — А лучше поставить у Хагрида мой мотоцикл, чтобы была возможность…       — Вылететь из школы за нарушение Статута! — возмутилась Гермиона, закончив его фразу. — Тебя и Рона ничему второй курс не научил?       — Не зуди, будь так добра, — поморщился Гарри. — Я же пошутил!       — Твои шутки имеют свойство сбываться, — бурчала она. — Про Турнир ты тоже шутил!       — Ладно, будем посмотреть в понедельник. Как раз во время обеда. Ты со мной?       — С тобой? — неуверенно переспросила Гермиона. — Но…       — Думаю, Бродяга будет не против хоть одной светлой головы среди всех нас, — хихикнул он.       — Да уж, — протянула Гермиона. — Придется брать на себя роль рассудительности, раз уж у вас двоих с этим туго…       После вкусного обеда, на котором почти все студенты Хогвартса пялились на Гарри, пока он пытался не обращать внимание на все это, они с Гермионой решили направиться в библиотеку и поискать там какие-нибудь полезные книги, описывающие предыдущие турниры, чтобы иметь хоть какое-то представление о будущих испытаниях.       Как справедливо заметила Гермиона — все обычно строится по проверенному временем плану и, если не происходит чего-то экстраординарного, то от него редко отклоняются совсем уж далеко.       Подходя к четвертому этажу, они пытались построить теорию и обмозговать будущую программу подготовки, как неожиданно Гермиона замерла на месте и придержала Гарри за руку, смотря куда-то через его плечо.       — Что такое? — не понял он.       — Там… Эм-м-м… — замялась Гермиона. — Там стоит Чжоу и…       — И что? — глянул Гарри в нужную сторону и действительно увидел одинокую когтевранку, безотрывно следящую за ними.       — Мне кажется, она хочет поговорить с тобой, — предположила подруга. — Я заметила ее еще у озера, но думала, что мне показалось. Она не просто так за нами ходит.       — И в чем проблема просто подойти? — недоумевал Гарри.       — Она хочет разговора один на один, — ответила Гермиона. — Разве ты бы желал лишних свидетелей, когда дело личное?       — Ну-у-у… Нет, наверное…       — Иди, я подожду тебя в библиотеке.       — И что ей сказать? — шепотом уточнил Гарри, чувствуя волнение в груди.       — Просто поздоровайся, а дальше действуй по ситуации, — пожала она плечами. — Но целоваться не лезь пока! Не тот случай!       — Гермиона! — шикнул Гарри. — Не смешно! Мало мне свалившегося на голову Турнира, так теперь еще Чжоу решила помириться именно сегодня?       — Что-то мне подсказывает, что эти вещи связаны, — хмыкнула она. — Все, иди! Встретимся в библиотеке.       И не давая ему шансов на продолжение разговора, Гермиона поддерживающие похлопала его по плечу и быстрым шагом направилась в правый коридор, развевая на ходу своими пышными каштановыми волосами.       Пару секунд Гарри продолжал стоять в ступоре, наблюдая за ее удаляющейся спиной, будто оказавшись один посреди негостеприимного холодного темного леса, после чего глубоко вздохнул, набрался смелости и развернулся в сторону Чжоу, так и продолжавшей стоять чуть в отдалении. Было довольно непривычно видеть ее в одиночестве, без окружения стайки подруг, но, видимо, Гермиона вновь была права. Беседа должна была быть приватной.       — Привет, — неловко поздоровался Гарри, подойдя ближе.       — Привет, — смущенно ответила она. — Не занят?       — Несколько минут найдется, — пожал он плечами.       — Пройдемся?       Пасмурное осеннее небо продолжало нависать над Хогвартсом и его окрестностями, приглушенный свет едва освещал коридоры школы, а потому вдоль стен даже днем горели факелы, своим мерцающим пламенем добавляя видимости и теплоты. Чжоу шла чуть впереди, уводя подальше от мраморной лестницы, а Гарри плелся за ней, лихорадочно пытаясь обдумать разговор и наиболее правильные ответы на возможные вопросы.       — Ты как, нормально? — спросила Чжоу, когда они завернули за очередной угол.       — В смысле? — не понял Гарри.       — Ну… После вчерашнего, — пояснила она. — Когда Кубок выкинул твое имя, у тебя был такой вид, будто по голове огрели метлой.       — А, ну да, — почесал он затылок. — Ничего, держусь. Ребята в гостиной не дают унывать, а Гермиона все утро убеждает, что я со всем справлюсь.       — Она постоянно рядом с тобой, я редко вижу вас порознь, — заметила Чжоу, явно нервничая.       — Это скорее я рядом с ней, — ответил Гарри. — Не так давно на нее напали и написали оскорбительную надпись на лице. Так что я стараюсь быть ближе, на всякий случай.       — А… Ясно… — чуть улыбнулась она.       — Ты не слышала, кто это мог бы быть? — решил сразу спросить Гарри.       — Нет, я вообще была не в курсе, пока ты не рассказал, — помотала головой Чжоу.       — Очень жаль, — вздохнул Гарри, обрадовавшийся тому, что Чжоу, судя по ее естественной реакции, и правда не виновата. — Хотелось бы найти этого урода и хорошенько начистить ему морду.       — Надеюсь, тебе повезет…       Чжоу вела их все дальше, проходя мимо кабинетов и висящих тут и там портретов. Гарри хорошо знал эти коридоры и примерно представлял, куда они ведут. Буквально через пять-семь минут неспешного шага, они сделают полный круг и окажутся недалеко от входа в библиотеку, что было весьма кстати. Вот только, хватит ли им этого времени на обстоятельный разговор?       — А как ты бросил свое имя в Кубок? — поинтересовалась Чжоу. — Мы все гадаем и не можем найти ответ.       — Я не бросал, — поморщился Гарри. — Это какая-то глупая ошибка, из-за которой мне теперь придется участвовать.       — Ну, дело твое, — похоже, не особо поверила она. — Но я очень надеюсь, что ты справишься.       — Спасибо, — кивнул он, немного раздосадованный тем, что Чжоу отреагировала именно так.       — Говорят, там очень сложные испытания, — продолжала Чанг. — Ты не боишься?       — Не сильнее, чем матча с дементорами, — фыркнул Гарри, вызвав и на ее лице легкую улыбку. — Если что — Гермиона поможет мне подготовиться.       — Гермиона… — протянула она с легкой капелькой недовольства. — Слушай, а вы… Ну… Э-э-э-э…       — Что?       — Вы не встречаетесь? — выпалила Чжоу.       — Ну-у-у-у… Мы лучшие друзья, — пожал плечами Гарри, которому, по реакции Чжоу и внутреннему ощущению, почему-то казалось, что он несет полнейшую чушь. — Гермиона сейчас мой самый близкий человек.       — А как же Рон Уизли? Он ведь вечно таскается с тобой…       — С Роном мы поссорились уже больше месяца как, — нахмурился он. — А с чего ты взяла, что мы с Гермионой встречаемся?       — Ну… Многим так кажется, на самом деле, — неуверенно произнесла Чжоу. — Вы все время вместе. Ходите, учитесь, обедаете… Ты таскаешь ее сумку… Даришь дорогие подарки…       — Если ты про случай в совятне, то я подарил ей весы, которые разбил Невилл, — вспомнил Гарри о том неловком моменте. — Она постоянно пользовалась моими, вот я и решил сделать приятно на ее день рождения. Это же нормально для друзей?       — Вот оно что… — остановилась на месте Чжоу. — Тогда… Прости, я… Я повела себя неправильно… Я решила, что… Ну…       — Я понимаю, — слегка приврал Гарри, в действительности понимая крайне мало. — Но теперь ты все знаешь.       Напряженное молчание повисло в пустом коридоре, своей тишиной словно требующее, чтобы кто-нибудь его немедленно нарушил. Внутри Гарри плясали непонятные огоньки, а язык так и хотел выдать какой-нибудь полоумный бред, который явно будет неуместен. Сама же Чжоу так и стояла перед ним, слегка склонив голову набок и сцепившись пальцами в районе пояса.       Она была так красива и притягательна, что на какой-то момент Гарри подумалось, будто сейчас подходящее время для всего одного шага вперед, чтобы обнять ее талию и поцеловать, но… Но Гермиона четко сказала, что сейчас этого делать не стоит, а потому Гарри так и остался прикованный к месту.       — Спасибо, что поговорил со мной, — выдохнула Чжоу, почему-то с порозовевшими щеками. — Если тебе будет нужна какая-то помощь с Турниром, то обращайся.       — Ага, — кивнул Гарри. — Если бы я еще сам знал, что мне нужно…       — Мне сюда, — махнула она в сторону коридора, ведущего к башне Когтеврана. — Пока.       — Пока, — рассеяно поднял он руку в прощании, радуясь, что разговор закончился не очередной ссорой. — Увидимся еще?       — Обязательно! — улыбнулась Чжоу и отправилась вдаль.       Странная встреча. Неожиданная, но, определенно, внесшая чуть больше равновесия в душу Гарри. То, что Чжоу перестала дуться непонятно на что и сама решилась на разговор, чтобы заполнить белые пятна их непонимания — определенно позитивный момент. Правда, из-за неготовности самого Гарри к такому разговору, вышло так, что он лишь односложно отвечал на ее вопросы, а сам не мог выдавить из себя ничего, кроме брошенного практически в спину предложения о дальнейших встречах.       Наверное, стоило несколько иначе говорить и отвечать. Может быть, показать свою заинтересованность в Чжоу? Не просто поболтать о жизни, а спросить и ее саму о наличии или отсутствии парня. А то, быть может, Гарри мечтает о недостижимой цели, пока девушка проводит прекрасное время в компании другого? Все же последние недели он мало смотрел в ее сторону, не желая нарываться на обиженные взгляды, а потому мог чего-нибудь не заметить. А вообще, хотел ли Гарри знать, есть ли этот парень у Чжоу?       — На самом деле, можно было ее хотя бы обнять, а может быть и поцеловать, — шепотом сообщила Гермиона, когда Гарри поделился с ней содержанием беседы.       — Но ты же сама сказала не лезть! — возмутился он.       — Ш-ш-ш-ш! Не кричи! — одернула она его. — Иначе мадам Пинс быстро выгонит нас из библиотеки! Она и так нервничает из-за этих вон…       Гермиона кивнула в сторону щебечущей в сторонке стайке девушек, которые вились возле хмурого Виктора Крама, пытавшегося читать какую-то книгу. Он был явно недоволен таким вниманием, как и сама Гермиона, которую раздражал излишний шум. Она даже Гарри успела пожаловаться на то, что Крам мог бы найти и другое место для уединения.       — Эти курицы в жизнь бы не зашли в библиотеку, если бы не он! — фыркнула Гермиона. — А тут глянь, бегают без передыху!       — Плевать мне на них, ты мне про Чжоу объясни!       — Пф-ф-ф, ну как я тебе объясню? — выдохнула она носом воздух. — Скажем так, я предостерегла тебя от бездумных поступков, которые могли сделать хуже. Но здесь, я считаю, Чжоу была бы не против. Хотя, если бы ты начал лезть, а у нее таких мыслей не было, то…       — У меня так голова скоро треснет, — взмолился Гарри. — Почему это так сложно все? Со всеми девчонками так? Или только с ловцами сборной Когтеврана?       — Откуда мне знать? Я же не собираюсь с ними встречаться, — фыркнула Гермиона. — Но, как девчонка, даю тебе рекомендации со своей стороны. Ты же не забыл мой пол?       — Помню я, помню, — хмыкнул он. — Как же тут забыть? Но с тобой общаться очень легко! Я понимаю, как ты мыслишь и как думаешь! А Чжоу не понимаю вообще! То внезапные обиды, то такие же внезапные примирения… То надо ее целовать, то нет!       — Научишься еще, — хихикнула Гермиона. — И кстати, я считаю, что ты мог бы не просто намекнуть на еще одну встречу, а прямо позвать ее в Хогсмид на прогулку.       — Думаешь, она согласится? — скептически спросил Гарри.       — Если согласится, то это будет зеленый свет, — уверенно отвечала она. — Если девушка из Хогвартса соглашается сходить с парнем в Хогсмид, то шансы почти стопроцентные.       — Но мы же ходили с тобой и…       — Я другой случай, — прокашлялась Гермиона. — Мы… Ну… Ладно, не обращай внимания.       — Что мы? — настаивал Гарри.       — Ничего, забей, — отмахнулась она, явно смутившись и даже чуть порозовев. — Но именно из-за наших с тобой походов, Чжоу и считала, что мы ближе, чем есть на самом деле…       Гарри показалось, что голос Гермионы немного дрожал при этих словах. Хотя, неровный тон вполне мог быть вызван попыткой говорить одновременно и тихо, и различимо на фоне голосящих старшекурсниц, к которым уже направлялась грозная мадам Пинс.       — Короче, Гарри, в следующий раз попробуй ее пригласить погулять, — советовала Гермиона, восстановив четкость в голосе. — Думаю, Чжоу не откажется. Там вы сможете нормально и размеренно поговорить, а не десять минут помяться в коридоре.       — Хорошо, я попробую, — вздохнул он. — Что бы я без тебя делал?       — Глупости, разумеется, — улыбнулась она, взлохматив волосы на его челке. — А теперь помоги мне сложить вот эти книги в сумку и отнести их в башню.       — Это все о Турнире? — оценил Гарри взглядом несколько увесистых томов.       — Пока малая часть, но я надеюсь, что этого хватит, — подтвердила Гермиона. — Нам придется очень многое прочитать.