Встреча с Бродягой

      Холодная вода приятно пощипывала осунувшееся и сонное лицо Гарри, опершегося на раковину и пытающегося прийти в себя. Он то открывал, то закрывал глаза, собираясь с мыслями и совершая привычные утренние процедуры, переругиваясь с чересчур говорливым зеркалом, вечно советующим ему причесаться, и активно вытираясь полотенцем. Даже этот кусочек мягкой ткани крайне манил к себе, будто предлагая расстелить его прямо на полу ванной комнаты и вздремнуть еще хотя бы полчасика.       — Гарри, ты идешь? — неожиданно резко раздался голос Симуса. — Или тебе принести завтрак в постель?       — О, это было бы весьма кстати, — фыркнул он, вновь открывая глаза. — Почем нынче такая услуга?       — Для красивой девушки-чемпионки Хогвартса было бы бесплатно, — хихикнул он. — Но для тебя — десять галлеонов.       — Так себе сервис в вашем ресторане, — усмехнулся Гарри. — Пожалуй, я откажусь.       — Тогда советую тебе спать ночью, а не бродить до самого утра, — поддел его стоящий тут же Дин. — Во сколько ты вернулся? В четыре?       — Не смотрел на часы, если честно, — вздохнул он. — Ладно, идем.       Вчера вечером они с Гермионой и правда слегка переборщили с поиском необходимой информации. Будь это простое домашнее задание, то еще в полночь Гарри бы бросил все и отправился спать. Но сейчас на кону стояли не просто несколько потерянных баллов и едкие замечания от Снейпа, а его здоровье и даже жизнь. Благо, ночью в гостиной было намного тише, нежели сейчас в библиотеке, а потому никто не мешал им изучать толстые книги, описывающие прошлые турниры и проводившиеся там соревнования.       — Смотри, в тысяча шестьсот четвертом участникам нужно было сразиться с драконами, — указала тогда Гермиона на одну из строк. — Тогда, двое из трех претендентов получили травмы, которые не позволили им продолжить участие, а потому третий был признан победителем уже после первого тура.       — Ага… — рассеяно и зевая произнес Гарри, то и дело уплывая мыслями непонятно куда. — Надеюсь, в этом году такого не будет…       В его голове мелькали и будущая встреча с Сириусом, и возможный поход в Хогсмид с Чжоу, и ощущение, будто он упускает что-то крайне важное рядом с собой. Будто закрытое какой-то преградой, за которой не получается разглядеть нечто, без чего жизнь кажется недостаточно цельной. Хотя, это могли быть лишь признаки переутомленного сознания, которое уже ближе к рассвету отправило его в кровать.       Сейчас же Гарри усиленно наполнял свой организм большими дозами кофе, поскольку сегодня, в понедельник, уже не получится избегать встреч с другими студентами и преподавателями, как это было вчера. А учитывая, что впереди еще был урок у Хагрида с его соплохвостами, которые росли не по дням, а по часам, то клевать носом было бы еще опаснее для жизни, чем встретиться с драконом лицом к лицу.       На Травологии Гарри особенно явно ощущал со всех сторон довольно внимательные взгляды пуффендуйцев. Они точно были не в восторге от «выходки» Гарри, жалея, что именно его выбрали в качестве представителя Хогвартса. Ведь их фаворит, Седрик Диггори, куда больше подходил на эту роль. И, к своему разочарованию, Гарри был полностью с ними согласен. Седрик был высоким, статным, довольно красивым и пользовался у девушек завидной популярностью. И это не говоря о трех годах форы в магических умениях.       Пожалуй, он вполне мог посоперничать с самим Крамом по степени внимания противоположного пола, учитывая неплохие навыки игрока в квиддич. И был одним из немногих, кто выделялся среди общей серой массы пуффендуйцев. А потому значительная часть из них теперь явно охладели своим отношением к Гарри, пусть и не выражали открытого презрения.       Хотя профессора Стебль, кажется, эта возня вообще не волновала и она продолжала спокойно вести урок, рассказывая, как пересаживать прыгуче луковицы, зарядившие по лбу половине класса, а Невиллу так еще и несколько раз, от чего с урока он выходил с изрядно подпорченным настроением.       — Так что ты решил в итоге? — спрашивала Гермиона, когда они, после обеда, минуя ручейки студентов, двинулись прочь от Большого зала, захватив там горсть шипучих кислинок.       — По поводу? — не понял Гарри, едва отбрыкавшись от Колина Криви, решившего вновь поймать его и сфотографировать.       — Насчет Чжоу, — объяснила она, поднимаясь по лестнице. — Ты позовешь ее в Хогсмид на следующих выходных?       — Не знаю пока, — поджал он губы. — Как мне к ней подойти? Она же опять ходит только в окружении своих подружек!       — Ну и что? — хихикнула Гермиона. — Это же не дементоры и василиски.       — Лучше бы они, поверь, — фыркнул Гарри. — Там я хоть методы борьбы уже знаю…       — Если стесняешься подойти сам, то можешь отправить ей записку, — серьезно советовала Гермиона. — Девушки любят такую романтическую ерунду.       — И что, если бы тебя условный Маклагген позвал через записку в Хогсмид, ты бы пошла? — съязвил Гарри.       — Эй, я еще не настолько опустилась в своих глазах! — воскликнула она. — Но будь это не Маклагген, а… Ну даже не знаю… К примеру… — кинула она быстрый взгляд на Гарри.       — Локонс в молодости? — рассмеялся он.       — Дурак, — махнула рукой Гермиона. — В общем, если бы тот, кто мне нравится, то я бы согласилась и сочла довольно милым.       — Хорошо, я что-нибудь придумаю, — принял к сведению Гарри, подумав, что ему до чесания рук хотелось бы посмотреть на реакцию Гермионы, если бы она увидела от него записку подобного содержания.       Восьмой этаж, как обычно, был практически пустынным. Сюда крайне редко забредали случайные ученики, лишь ночами следуя в сторону Астрономической башни. В остальное же время его обитателями были лишь вечно горящие факела, да десятки портретов, проводящих взглядами пару нежданных гостей.       — А где здесь бывший кабинет Заклинаний? — почесал затылок Гарри, оглядывая коридор в обе стороны.       — Хороший вопрос, поскольку я не знаю, — ответила Гермиона.       — Неужели существует что-то, чего ты не знаешь? — поддел он ее.       — Представь себе, — улыбнулась она. — Мы можем поспрашивать у портретов и гобеленов.       — Они не кажутся мне особо разговорчивыми, — хмыкнул Гарри. — Особенно вон тот, что пытается научить троллей балету. Ему уже раз пять дубиной по голове дали.       — Это Варнава Вздрюченный, — прочитала Гермиона надпись на пыльной табличке. — Пойдем, подергаем двери. У нас есть минут пять-десять до полудня.       Друзья принялись блуждать по этажу, пытаясь найти нужный кабинет. Они были уверены, что Сириус не станет высовываться в коридор для собственной безопасности, но, может быть, услышит их или откроет на стук. К сожалению, но ни одна из дверей не желала поддаваться их натиску, заставляя по третьему кругу обходить их все и желать найти уже эту комнату для встречи с крестным.       — Пффф, да где же он, — вцепился руками в волосы Гарри. — Не мог указать точнее?       — Может, вон та? — махнула рукой Гермиона. — Кажется, ее еще не проверяли.       — Не помню вообще этой двери здесь, — нахмурился он, дергая за ручку. — О, эта открыта!       Сунув голову в проем, Гарри с удивлением обнаружил небольшое помещение, которое выглядело удивительно опрятно, по сравнению с общей обветшалостью этажа. Здесь находился горящий камин, окна украшали тяжелые шторы, а посередине стоял столик с тремя бархатными креслами. Гермиона вошла вслед за Гарри, огляделась по сторонам, но, не заметив присутствия Сириуса, потянула их обратно в коридор.       — Кажется, это не то, — прошипела она. — Пойдем, пока нас не поймали.       — Но все остальные закрыты, — сопротивлялся Гарри.       — Это потому что мы идиоты! — закрыла Гермиона за собой дверь. — Шипучие кислинки! Это же пароль!       — Черт, точно! — хлопнул он себя по лбу. — Наверняка же Бродяга будет в замке с разрешения Дамблдора… А это его манера делать такие пароли…       Направившись уже, наверное, по пятому кругу по этажу, только в этот раз возле каждой двери произнося пароль, довольно скоро им улыбнулась удача и очередная преграда щелкнула замком, запуская Гарри и Гермиону внутрь, где их, наконец-то ждал улыбающийся мужчина с широко распахнутыми руками.       — Сириус! — быстрым шагом подошел к нему Гарри и обхватил вокруг груди. — Мы тебя еле нашли!       — Я так и понял, — улыбнулся он. — Не сразу догадались про пароль, да?       — Ага, притащили конфет зачем-то, — показал Гарри несколько фантиков.       — Ну, я не против вкусняшек, — хохотнул Сириус. — Привет, Гермиона!       — Здравствуйте, мистер Бл… — удивленно осматривала его она с ног до головы, замечая разительные перемены между беглым преступником и этим весьма представительным джентльменом. — Сириус.       — Я так и думал, что ты будешь не один, — взмахнул Сириус палочкой, указав на дверь и надежно ее заперев. — А где ваш третий друг? Рон, кажется?       — Мы… — напрягся Гарри. — Мы… Немного поругались.       — Немного? — изогнул бровь Сириус.       — Довольно сильно, на самом деле, — взяла слово Гермиона. — Он последнее время вел себя как идиот, а потому мы перестали общаться.       — Ну, дело ваше, — пожал он плечами. — Давайте, рассказывайте, куда вы опять вляпались?       Расположившись на нескольких стульях, которые были явно менее удобными, чем те, которые Гарри видел в предыдущей комнате, друзья в двух словах поведали о происходящем в Хогвартсе и своих мыслях насчет ситуации с Кубком. Хотя, по правде говоря, никаких серьезных зацепок у них не было, кроме основной — это дело рук Волдеморта и его слуг.       — Я в этом не сомневаюсь, — помрачнел Сириус. — Вопрос только, кто именно это может быть…       — У тебя есть какие-нибудь идеи? — уточнил Гарри.       — Парочка найдется, — пожал он плечами. — И самая очевидная — это Каркаров.       — Каркаров? — вместе воскликнули Гарри и Гермиона. — Почему?       — Каркаров был Пожирателем смерти, одним из слуг Волдеморта, — объяснял Сириус. — После его падения, Каркаров быстро пошел на сделку с Министерством, сдал множество из своих подельников и был отпущен на волю, поскольку за его душой не числилось никаких тяжких преступлений, но…       — Как человек с таким прошлым смог стать директором Дурмстранга? — изумилась Гермиона.       — В этой школе изучение темных искусств поставлено на поток, — пожал плечами Сириус. — Не удивлюсь, если его поставили именно по той причине, что он мог рассказать о тайных знаниях Волдеморта.       — И с ним Дамблдор сердечно обнимался при встрече? — поднял брови Гарри. — Как?       — Я не знаю об их взаимоотношениях, возможно, это банальная вежливость, — предполагал он. — Но Дамблдор почему-то убеждал меня, что Каркаров не стал бы работать на Волдеморта.       — И ты ему веришь?       — Аргументы у него довольно убедительные, — усмехнулся Сириус. — За предательство и сдачу своих Волдеморт, скорее всего, казнил бы Каркарова при встрече. Но, я считаю, что в нашем случае это могут быть два совершенно не связанных друг с другом события.       — В смысле? — не понял Гарри.       — Твое имя в Кубке может быть отдельной игрой Каркарова, а не приказом Сам-знаешь-кого, — пояснила Гермиона.       — Верно, мозги у тебя и правда на месте, — похвалил ее Сириус, заставив смущенно уткнуться в пол. — Каркаров может сводить с тобой личные счеты. Ведь именно ты стал причиной его падения и побега из Британии.       — Класс, — хмыкнул Гарри. — И от кого мне теперь бегать подальше? От Волдеморта? От Каркарова? Может, вообще от Грюма?       — Я бы посоветовал наоборот, держаться к Грозному Глазу поближе, — почесал бородку Сириус. — Уж кто-кто, а он будет лучшим защитником в замке. Кроме Дамблдора, разумеется. Пока они рядом — никто не причинит тебе серьезный вред.       — Надеюсь на это, — вздохнул он. — Надеюсь…       Крестный, увидев слегка поникшего Гарри, подошел ближе и положил руку ему на плечо, выражая одним лишь действием свою полную помощь и поддержку. Гермиона, к его удивлению, сделала ровно то же самое, только с другой стороны. Как бы ему не было страшно и волнительно из-за предстоящего испытания, в одном Гарри точно был уверен — эти двое пойдут с ним до самого конца и будут делать все возможное, чтобы он смог отпраздновать свой будущий день рождения в целости.       — Послушай, Сохатик, — доверительно говорил Сириус. — Мы с профессором Дамблдором делаем все возможное, чтобы провести тебя через Турнир невредимым.       — Тогда почему ты просто не скажешь мне, что будет в первом задании? — посмотрел на него Гарри. — Ты же знаешь, верно?       — Знаю, но не могу, — грустно сообщил он. — Это может нарушить условия Кубка, по которому посторонним запрещено прямо рассказывать чемпионам о предстоящих испытаниях. Там слишком размытые формулировки, которые не хотелось бы нарушить одним неловким словом. К тому же Бэгмен и Крауч несколько изменили суть состязаний, а потому я не хочу вас еще больше запутать.       — Но у вас же есть план, да? — с надеждой спросила Гермиона.       — В некотором роде, да, — улыбнулся Сириус. — Но вам обоим нужно быть крайне внимательными. Слушайте все, что говорят вам другие учителя и вычленяйте информацию. Особенно от тех, кто наиболее лояльно относится к профессору Дамблдору.       — То есть от Грюма, Макгонагалл и Хагрида? — уточнила она.       — Не знаю, думайте сами, — подмигнул он. — Но мы надеемся, что подача материала под видом урока прокатит и не понесет за собой последствий.       — Но я же могу обращаться к профессорам, если мне понадобится конкретная помощь? — спросил Гарри. — Ну, например захочу научиться испарять озеро? Флитвик может мне подсказать как?       — Боюсь, даже он на это не способен, — хохотнул Блэк. — Но, насколько я понял, если инициатива вопроса исходит от тебя, то да, ты можешь хоть напрямую спрашивать о нужных заклинаниях у специалистов любого уровня. Иначе, тебя бы уже лишили магии за первый же поход в библиотеку. По крайней мере, мы решили, что это будет наиболее безопасным действием, которое точно не навлечет кару от Кубка.       — Да уж, задачку ты задал весьма интересную, — хмурился он в противовес.       — Не грузись сильно, Сохатик, — поддерживающе улыбнулся Сириус. — Хорошо учись, будь осторожен и я верю, что тогда у тебя все получится. А мы со своей стороны попробуем разобраться, кто тебя так подставил.       — Ты будешь заходить ко мне? — с надеждой спросил Гарри.       — Хотелось бы, но вряд ли получится, — обломал он его мечты. — Я и так подставляю под значительный риск и себя, и многих людей, находясь здесь. А еще меня ждет очень много грязной собачьей работы. Во имя твоей безопасности вовлечены большие силы, и я не стану отсиживаться в стороне.       — Как бы ты сам не вляпался похлеще меня, — помрачнел Гарри.       — Не переживай, все будет хорошо, — посмотрел Сириус ему в глаза. — А теперь бегите на урок. Обед уже закончился.       Выходя из кабинета и направляясь в сторону класса Прорицаний, Гарри активно прокручивал в голове состоявшийся разговор. Он был безумно рад вновь увидеть Сириуса в добром здравии и хорошем настроении. Конечно, еще оставалось немного волнительных мыслей по поводу опасности его прихода в Хогвартс. Однако, крестный заверил, что профессор Дамблдор лично организовал все на высшем уровне и открыл прямой камин в безопасное место, через который Сириус и ушел в вихрях зеленого пламени.       Хотя сама комната, конечно, была весьма заброшенной, но так было намного лучше и безопаснее, чем устраивать встречу в подобии открытой переговорной, какую Гарри видел до этого. Ему было крайне любопытно, кто еще мог встречаться во время обеда на этом этаже, однако, к удивлению его и Гермионы, двери напротив гобелена с Варнавой Вздрюченным словно не было и в помине. Только пустая стена и ничего более.       — Странно, разве та комната, куда мы сунулись первый раз, не была вот прямо здесь? — спросил он у Гермионы.       — Эм… Да… — задумалась она. — Вроде бы…       — Но сейчас ее нет, — для верности, постучал Гарри по камням, отдавшимся глухим звуком. — Ладно, может мы чего путаем. Что скажешь о встрече?       — Скажу, что Бродяга очень изменился после нашего приключения в Запретном лесу, — улыбнулась Гермиона, продолжив идти к лестнице. — Не ожидала я, после тощего обросшего сидельца в драной робе увидеть… Ну… Как бы так помягче выразиться…       — Люциуса Малфоя, только нормальную его версию и без трости? — усмехнулся Гарри, следуя за ней. — В костюме, с часами на цепочке и с запахом одеколона?       — Вроде того, — кивнула она. — Хотя, он же Блэк… Семейное воспитание, как ни крути, дает о себе знать. Как бы он не открещивался от них.       — Благо, хоть мыслит не как все слизеринцы, — пожал плечами Гарри.       — Ага, — согласилась Гермиона. — Но я, на самом деле, с трудом верю его словам… Как Каркарова допустили на пост директора Дурмстранга? Это же очень странно!       — Да, но какая уже разница? — махнул он рукой. — Вопрос больше — мог ли он заколдовать Кубок на мое имя? По крайней мере, там, в комнате чемпионов, Каркаров реагировал весьма бурно и явно был против такого решения.       — Актерская игра для отвода подозрений? — предположила она. — Кто будет указывать на человека, который больше всех недоволен выбором тебя?       — Надеюсь, Грюм выведет его на чистую воду.       — Нужно хорошенько все обмозговать, — остановилась Гермиона у развилки. — Так, ты пока иди на Прорицания, а после встретимся у Хагрида. Может быть, сегодня раскроется первая часть паззла.       Профессор Трелони, не изменяя своему стилю, все полтора часа пророчила Гарри скорейшую смерть от наиболее мучительных причин, чем вызывала изрядное раздражение. Да, в прошлом году он убедился, что она может выдавать настоящее предсказание. Но при этом Трелони впадала в некое подобие транса, изменяла голос, а потом не помнила совершенно ничего. А потому ее обычные завывания старательно игнорировались и заменялись мечтами о том, что не плохо было бы получить дар предвидения, чтобы получше подготовиться к своей судьбе.       — Да, ты права, — говорил Гарри после урока Гермионе, по дороге к опушке Запретного леса. — Пожалуй, стоит сходить к Макгонагалл и отказаться от Прорицаний. Учитывая Турнир, не думаю, что она будет сильно настаивать на продолжении этих занятий.       — Советую заменить их на Нумерологию или Древние руны, — кивнула она. — В этом году, конечно, уже поздно, но со следующего вполне можно…       — До следующего года еще дожить нужно, — мрачно заметил он.       — На тебя так Трелони повлияла что ли? — прищурилась Гермиона, даже не удосужившись назвать учительницу «профессором». — Не слушай эту шарлатанку и все. Если верить каждому ее слову, то ты уже давно должен был уйти в мир иной!       — Все равно бесит, — фыркнул Гарри.       Соплохвосты Хагрида за пару учебных месяцев вымахали до размеров здоровых охотничьих собак. С той лишь разницей, что они, в отличии от обычных животных, имели свойство плеваться огнем, а всем своим видом вызывать лишь отвращение. Благо, эти уродцы начали жрать друг друга и сокращать свою популяцию весьма быстрыми темпами, так что к Рождеству, как надеялся Гарри, программа уроков сменится на что-то более… Приятное.       — Я тут… Это самое… Провел небольшое исследование и выяснил, что огненные железы схожи с теми, что есть у драконов, — вещал Хагрид перед классом, пока соплохвосты разносили его огород на запчасти. — Драконье пламя имеет очень высокую температуру и может за несколько секунд сжарить даже крупную корову.       — А почему мы возимся с настолько опасными уродами? — растягивал слова Малфой. — Их нужно сдать в Министерство! Как крайне неудачный…       — Потому что я так сказал, — рыкнул на него Хагрид. — А на примере этих созданий, вы… Это самое… научитесь обращаться с теми, кто… Кто может встретиться вам в будущем.       — Только пусть это будет не намек от него! — шепотом взмолилась Гермиона. — Гарри, если на первом туре ты выйдешь против дракона, то…       — Кхм, не отвлекайтесь, — кинул в ее сторону взгляд Хагрид и продолжил. — Вы видите шипы у них на хвосте? Очень похожи на жало скорпионов, только, ну… Немного больше.       — Немного? — скептически фыркнул Симус. — Раз в десять так… А то и двадцать…       — Я бы крайне не советовал подходить к ним сзади, — учил Хагрид. — Профессор Снейп помог мне нейтрализовать яд и потому смертельной опасности их шипы не представляют.       — Кроме того, что могут проткнуть насквозь… — пробурчал кто-то позади.       — Однако, похожие шипы есть у мантикор, — невозмутимо продолжал Хагрид. — Один укол и волшебника э-э-э… Практически моментально парализует с довольно неприятными ощущениями.       — Довольно неприятными? — вновь взвился Малфой. — Да если бы человек мог, то он бы себе глотку порвал от боли! Отец рассказывал мне, как…       — Как пользовался ядом мантикор в своих целях, да? — невесть откуда взялся Грозный Глаз, напугав всех своим голосом. — Профессор Хагрид, продолжайте, пожалуйста.       — Кхм-кхм, конечно, — кивнул он, довольный тем, что хоть кто-то смог заткнуть Малфоя. — Так вот, слушайте…       Гарри с интересом посмотрел на опершегося на свою трость Грюма, непонятно зачем пришедшего на урок по Уходу за магическими существами. Он практически неподвижно стоял на одном месте, лишь его магический глаз продолжал вращаться во все стороны, обследуя окружение на предмет возможных опасностей. Оставалось только гадать о причинах его появления, но, похоже, это пока останется небольшой тайной.       — Значится, мантикоры, ага, — восстановил мысль Хагрид. — Особенно опасны самки, которые умеют этим шипом с хвоста стрелять. В этом случае, порция яда будет значительно меньше и эффект растянется по времени. Но при удачном попадании, вполне может парализовать легкие или сердце.       — А есть способы защиты от их яда, профессор? — спросила Гермиона.       — Существуют специальные зелья, по типу тех, что профессор Снейп закачал в жала соплохвостов, — с готовностью объяснял он. — Так же, против драконьего пламени, на короткий срок может помочь это… Сильное противоожоговое средство. Нанеся его заранее, волшебник может выдержать короткие вспышки без ущерба для себя. Только вот, одежда подпалится, да.       — Пожалуй, стоит проверить на тебе, грязнокровка, — шепнул ей Малфой так, чтобы никто не услышал, кроме Гермионы и Гарри.       — Как бы твоя башка раньше не оказалась у сопла в заднице! — рявкнул в ответ Гарри.       — Ну давай, рискни здоровьем.       — Тихо! — прикрикнул Хагрид. — Минус десять баллов Слизерину! И если не хочешь еще штрафов, Малфой, то расскажи-ка мне все, что знаешь об акромантулах.       — Уродливые огромные волосатые пауки! — с презрением выдавил из себя Драко. — Только и могут, что жрать все подряд и срать из жопы паутиной!       — Впервые в жизни не могу не согласиться с этим упырем, — вздрогнул Рон по правую руку, наполнившись воспоминаниями со второго курса.       — Еще минус пять баллов со Слизерина, за ругань, — явно обиделся Хагрид за такое описание своих лесных любимчиков. — Но запомните все, что акромантулов, особенно взрослых особей, не берет практически никакое заклинание. Вот так вот! Однако, они очень любят темноту и это… Плохо ориентируются при ярком свете. Если встретились с ними один на один, то крайне советую попробовать ослепить, а затем бежать со всех ног, ибо где есть один, там и остальная стая.       — Надеюсь, это не теоретическая часть к следующему уроку, профессор? — поинтересовалась Лаванда Браун.       — Эм… Нет, но… — замялся он. — Но вы должны знать с чем… Ну… Это самое… Можете столкнуться в жизни.       — А я слышала еще о таком звере, как нунду, — продолжала она. — Можете рассказать о нем?       — Я и хотел как раз, — кивнул Хагрид. — Значится, нунду… Ага. Они водятся в Африке и чем-то похожи на гигантских леопардов. Вот только они передвигаются абсолютно бесшумно, а своим дыханием могут ну… В общем… Уничтожать целые поселения. Ни один волшебник не сможет одолеть нунду в одиночку, а потому даже не пытайтесь это делать, если не хотите умереть на месте.       — А какой шанс встретить нунду у нас? — серьезно спросила Гермиона.       — Нунду очень любят тепло и песок под ногами, — с готовностью отвечал он. — В наших краях они не водятся, да. Но вот с химерами я бы так утверждать не стал…       До самого конца урока Хагрид рассказывал студентам о наиболее опасных обитателях волшебного мира, причем делал это весьма воодушевленно и достаточно интересно. Многие даже успевали забывать о дерущихся соплохвостах, если бы они не имели свойство с громким шумом выстреливать огнем из сопел и за счет реактивной тяги пролетать на десяток-другой футов вперед.       Информации было столько, что Гарри было довольно трудно вычленить из нее нужную. Благодаря книгам о прошлых турнирах и «намеках» Хагрида, он уже понял, что на первом испытании им придется сразиться с кем-то из перечисленных животных, но вот с кем? С драконом? С мантикорой? С акромантулом? С химерой? С нунду? С самими соплохвостами? Или со всеми одновременно?       Мозговой штурм едва помогал справиться со все развивающимся волнением. Каждое из существ могло лениво разорвать Гарри на части, а затем съесть не подавившись. Что ему делать? К чему готовиться? Как вообще выжить в этом гребаном турнире?!       — Нунду точно можешь вычеркнуть, — заметила Гермиона, когда они расположились вечером в гостиной. — Они слишком опасны даже для зрителей, так что не вариант.       — Будто драконы не опасны, — буркнул Гарри. — Пальнет огнем и собирай трибуны по кусочкам.       — От драконьего пламени может стоять защита в виде довольно сильной магии, — размышляла она. — К сожалению, быстро ее не создать, особенно в одиночку, так что это не вариант. Но вот противоожоговые мази…       — Крауч сказал, что туда можно взять только волшебную палочку, — вспомнил Гарри.       — Ну, тюбик вполне может лежать и недалеко от арены, — предложила она. — Манящие чары вполне решат эту проблему.       — Рад бы, но получится слишком подозрительно, — замотал головой Гарри.       — Я тоже так думаю, — вздохнула Гермиона. — Но как вариант для выживания, я бы не стала отметать слишком уж далеко. Кстати, зачем приходил профессор Грюм? Он же отводил тебя на пару слов?       — Попросил, чтобы я к следующему занятию раздобыл темные очки или хотя бы повязку на глаза, — ответил он. — Видимо, хочет устроить какой-то необычный урок.       — Хорошо, — кивнула она. — Кстати, ты не спросил его насчет той нашей стычки с иллюзиями Малфоя и его дружков?       — Намекнул, — усмехнувшись, ответил Гарри. — Он сделал вид, будто не понимает, о чем я говорю, но по его лицу было видно, что это его рук дело. Наверное, Грюм действительно так меня проверяет в реальных условиях. И думаю, это был не последний раз.       — Не нравятся мне такие «экзамены», — недовольно покачала головой Гермиона. — Ладно, давай пока займемся заклинаниями. Твои Манящие чары все еще ни к черту, а я пообещала профессору Флитвику, что к среде ты их обязательно освоишь.       — Слушаюсь, профессор Грейнджер, — обреченно улыбнулся он. — С чего начнем?