Подготовка - залог успеха

      Непривычная, для зимы в Шотландии, яркая солнечная погода установилась практически с первого дня Рождественских каникул, поднимая настроение десяткам оставшихся в замке студентов и позволяя проводить это время не среди каменных стен, а на свежем воздухе, радуясь теплым денькам.       Но были у такой погоды и минусы. Как например — один из солнечных лучей вновь, пролетев миллионы и миллионы миль, поражая своей точностью, проник сквозь узкую щелочку между штор и теперь светил Гарри прямо в глаз, заставляя проснуться и подняться с кровати куда раньше, чем он планировал с вечера.       Потягиваясь, Гарри думал о том, что следует либо приучить себя задергивать шторы плотнее, либо спать на другом боку, либо поменяться с кем-нибудь кроватями, поскольку именно его место, почему-то, постоянно попадает под солнечные лучи, пока остальные спят в полутьме и не задумываются над такими мирскими проблемами, как раннее пробуждение.       Хотя, оглядевшись по сторонам, Гарри перестал жаловаться сам себе на несправедливость судьбы, обнаружив возле их кроватей запоздавшие на сутки подарки. Похоже, эльфы смогли наконец-то начать нормально работать без мешающего им яйца, создавая в комнате тепло и уют.       Зевнув пару раз так, что позавидовал бы любой кот, включая Живоглота, Гарри подхватил первую попавшуюся коробку, сорвал с нее подарочную обертку и обнаружил там традиционный Рождественский свитер от миссис Уизли с золотистой буквой «Г» на груди.       Она, безусловно, знала об их с Роном разногласиях, однако, не стала как-то это показывать, приложив поздравительную открытку с исключительно хорошими пожеланиями, от чего по душе пробежало приятное тепло.       — О, подарки! — потирал глаза Симус. — Чего не разбудил, Гарри?       — Не смею отбирать у тебя и минуты сна, — хихикнул он. — Ты во сколько вчера опять спать лег? В три?       — В три тридцать шесть, — доложил Симус с довольной физиономией. — Была причина, знаешь ли.       — Сосаться с Браун половину ночи это не причина, а следствие, — кинул в него подушкой Дин. — А твой подкат к ней насчет похода на бал — вот настоящая причина бессонницы.       — Да не важно, — вернул тот подушку ответным броском. — Я не виноват, что Патил тебя послала нахер через день. Видимо, ты настолько плох и не тренировался на помидорах?       — Скорее, она не оценила мой искрометный и тонкий юмор, — пожал плечами Дин. — Или может просто решила подержать сестру? А то стыдно ей за Ронни.       — Завались, а? — протянул Рон. — Будь у тебя мантия, как у меня, тоже бы застремался выходить на всеобщее посмешище.       — Будь у меня такая мантия, я бы вообще не пошел, — хмыкнул он. — Так что, смелости тебе не занимать.       — Или дурости, — вздохнул Рон. — Ну, колитесь, кому что подарили?       Не обращая дальше внимание на треп соседей по комнате, Гарри достал следующий подарок, уже от Гермионы, оказавшийся, разумеется, какой-то очень полезной книгой по заклинаниям на любой случай жизни.       «С нашими чарами вы выпутаетесь даже из самой запущенной ситуации!» — гласило обращение авторов с первого разворота. Что ж, остается надеяться, что на случай встречи с Волдемортом, они тоже что-то придумали. Но даже если это и не так, то Гарри пообещал себе, что обязательно прочитает ее от корки до корки. Все же Гермиона подарила, как ни крути.       Но больше всего Гарри заинтересовала продолговатая коробка, занимавшая чуть ли не всю длину прикроватного места. Он уже не в первый раз получал нечто подобное, но сейчас, дрожащими руками развязывая опоясывающую ее веревку, озарившийся осознанием Гарри точно знал, что и от кого там сейчас лежит.       Он ведь даже успел забыть, как Сириус обещал ему новую метлу еще летом. Просто некогда было страдать из-за ее отсутствия, ведь квиддич вернется только в следующем году. Но сейчас, держа в руках новенький «Нимбус-2005», Гарри был готов немедленно отправиться на поиски Сириуса, чтобы заключить его в крепчайшие объятия и никогда не отпускать.       Ведь несмотря на то, что крестный сейчас был где-то очень занят и с трудом выходил на связь, он не забыл о своем обещании, выкроил время и таки заказал ему новейшую метлу, взамен утраченной «Молнии».       Метла была прекрасна. Блестящая полированная рукоять, удобные золотистые подножки и идеально подогнанные прутья, собранные в прилизанный хвост, которые всегда были фирменными чертами компании «Нимбус».       Но здесь каждая мелочь была возведена в абсолют, составляя законченную картину настоящего произведения искусства, приманивающего взгляды всех вокруг.       — О, нихрена, это новый «Нимбус»? — заинтересованно спросил Дин, подойдя поближе. — Модель этого года?       — Ага… — кивнул Гарри, держа практически невесомую метлу в руках и восхищаясь ее красотой.       — Но у тебя же и так была «Молния»? — встал напротив Симус, также не отрывая от нее восторженного взгляда.       — Я одолжил ее… Э-э-э… Другу, — слегка замялся Гарри, едва не сболтнув лишнего. — А он ее поломал при неудачной посадке. Вот и купил новую взамен.       — Хорошие у тебя друзья, раз могут позволить без проблем выложить полторы тысячи галлеонов, — рассмеялся Дин. — Нет, раз уж сломал, то надо возместить, но можно было ту же «Молнию» взять. На них сейчас скидки.       — Ну… Он решил так.       — Знакомый бабушки работает в «Нимбусе», — встал четвертым вокруг метлы Невилл. — Он говорил, что «Молния» и рядом не стояла по характеристикам. Они испытывали их вместе и «Нимбус» был лучше во всем.       — Жаль у тебя ее не было пару месяцев назад, — усмехнулся Симус, подмигнув Гарри. — Облетел бы Мантикору сверху и все, яйцо в кармане.       — Это было бы слишком легко, — хихикнул Гарри. — Зато, в следующем году у слизеринцев не будет и шанса нам помешать! Да и у когтевранцев с пуффендуйцами тоже!       — Учитывая, что Диггори выпускается, а новых ловцов у них пока нет, то насчет пуффендуйцев можешь даже не париться, — махнул рукой Дин. — А Чанг ты все еще можешь обольстить своей лохматой башкой и шрамом на лбу.       — Нахуй ему Чанг? — ткнул друга в плечо Симус. — У него теперь Грейнджер есть. Она этой сучке быстро рожу поправит палочкой и волосы повыдергает за кривой взгляд.       — Очень смешно, — попытался съехать с темы Гарри, пока не собираясь обсуждать свои отношения с Гермионой с кем-то еще. — Еще скажи Малфоя соблазнить.       — Он будет слишком занят на туалете, — едва сдерживал хохот Невилл. — Ведь все еще пытается делать вид, что пропустил Чемпионат по квиддичу не по этой причине!       Настроение в мальчишеской спальне поднималось с каждой минутой все выше и выше. Взаимные шуточки и подколы вылетали со скоростью пулемета, Симус и Дин вновь ввязались в свой ежедневный спор о сравнении футбола и квиддича, а Невилл пытался периодически соглашаться то с одной, то с другой стороной. Гарри даже не сразу заметил, что еще один человек в этой комнате так и не присоединился к общему веселью, словно его здесь и не было с самого утра.       Но Рон все еще был на своем месте. Не вставая с кровати, он угрюмо смотрел на новенькую метлу в руках Гарри, словно она была чем-то неприятным и дурно пахнущим. Гарри попытался было сказать что-то взглядом, но Рон лишь глубоко вздохнул, отвернулся на другой бок и вновь залез под одеяло, накрывшись им почти с головой.       В прошлый раз он вел себя совершенно иначе. С помпой и фанфарами внеся на руках «Молнию» прямо в Большой зал, на всеобщее обозрение. Но сейчас, кажется, зависть все же взяла вверх, победив некогда сильные позитивные эмоции. Метла просто добила Рона. Стала финальной точкой в той горе негатива и разочарования в жизни, что свалилась на его голову за последние месяцы.       Сначала ссора с друзьями. Потом долгие муки одиночества. Отвратительная парадная мантия, опоздание с приглашением Гермионы (пусть и с нулевыми шансами на успех) и похеренный на корню бал. Неспособность завести отношения с девчонками и потеря даже Падмы, согласившейся провести с ним вечер. А теперь еще и самая быстрая и самая дорогая метла в руках бывшего лучшего друга, полетать на которой Рону уже никогда не светит, как бы он не хотел.       Возможно, будь у них все по старому, то можно было попытаться поговорить и как-то сгладить ситуацию. Однако, учитывая их текущие отношения, Гарри не собирался в очередной раз играть для Рона в мамочку. Хватит, пусть сам разбирается со своими тараканами в голове. Остальные почему-то не парятся на этот счет…       Кажется, Гарри в первый раз истинно порадовался тому, что поссорился с Роном и теперь можно было не запариваться насчет его чувств. До этого момента, Гарри еще считал случившееся большой затянувшейся ошибкой. Но, кажется, ошибкой было то, что он терпел регулярные выходки Рона так долго.       Да, Рон не успел совершить ничего совсем уж плохого (и Гарри даже немножко радовался, что это Чжоу была виновата в насланном на Гермиону проклятии), но постоянное недовольство, словесные нападки на Гермиону, вечное нытье и обиды по различным поводам успели порядком поднадоесть.       Рон не был прямо-таки плохим человеком. Он был смелым, самоотверженным, без раздумий мог ломануться вместе с друзьями в любую авантюру. Но взамен Гарри и Гермиона получали довольно посредственный характер с целой кучей комплексов, которые выплескивались на всех вокруг, порой портя настроение почище Филча или Снейпа.       Ровно как и этим утром. Когда, даже не сказав ни слова, Рон таки смог омрачить приятнейшие чувства от полученной метлы, бывшей не просто отличной вещью, но и подарком Сириуса, о котором он не забыл. Да Гарри даже древнему «Чистомету» был бы рад, на самом деле, если бы его подарил крестный.       Выбросив из головы Рона и его накопившиеся обиды, Гарри аккуратно положил метлу под кровать, оделся и, обмениваясь последними шуточками с Дином, направился вниз, в общую гостиную. Сегодня была суббота, и Гарри планировал как следует отдохнуть. Причем, не только в этот день, но и завтра, послезавтра, после-послезавтра, и так до конца каникул.       Вот только его планам, кажется, не суждено было сбыться. Еще с винтовой лестницы он увидел немного взволнованное лицо Гермионы, поглядывающей то на часы, то в сторону прохода в их спальню. И едва Гарри появился в поле видимости, как она моментально направилась в его сторону, развевая пышными волосами на ходу похлеще, чем Снейп полами своей мантии.       — Гарри, я уже думала идти к тебе в спальню! — подошла она почти вплотную. — Ты видел сколько времени?       — Может хоть поздороваешься, для начала? — усмехнулся он, делая еще шаг вперед и решительно приобнимая Гермиону за талию. — Ну так, приличий ради?       — Ой, ну простите, ваше высочество, — фыркнула она, но все же ответила на приветствие. — Теперь ты глянешь на часы?       — Ну без пятнадцати десять, а что? — не понял Гарри.       — А то, что ты уже должен был пойти к профессору Грюму на урок! — воскликнула Гермиона. — Или ты забыл?       — Эм-м-м… — аж опешил он от такой новости. — Но каникулы же! Какой Грюм?       — Тот самый, который помогает тебе выжить на Турнире! — с акцентом на последних словах произнесла она. — Я думала, что разгадав загадку яйца, ты первым делом пойдешь к нему!       — Ну-у-у-у… — протянул Гарри, привычно взлохматив свои волосы. — Я думал сделать это в следующем семестре… Еще почти два месяца до этапа…       — Как можно быть таким безответственным?! — изумилась Гермиона. — Нельзя терять столько времени!       — Может он не хочет меня видеть на каникулах? — использовал последнюю попытку он. — И так уже полгода я его вижу чаще, чем тебя…       — Не чаще! — чуть ли не рявкнула Гермиона. — И после него я жду тебя на наш урок по зельям!       — Грейнджер, чего ты разошлась с самого утра? — повернул успевший добраться до дивана Симус голову в их сторону. — Такими темпами Гарри точно съебется от тебя обратно к Чанг.       — Заткнись, пока не отхватил, — шикнул на него Гарри, чувствуя, как у него моментально запылали уши.       — Ой, напугал, весь трясусь, — действительно затрясся Симус, но от смеха. — Извините, ваше светлейшество, что влез со своими словами в ваш милый диалог. Но не могли бы вы продолжить его за пределами гостиной? А то головушка моя так заболит очень быстро.       — Поддерживаю, — поднял руку появившийся у лестницы Дин. — У нас каникулы, а Грейнджер будто об этом забыла.       — Я не забыла! — стрельнула в него резким взглядом Гермиона. — Но не вам придется в очередной раз выживать в конце февраля! А тебе, — ткнула она Гарри пальцем в грудь, — придется!       — Ладно, уговорила, — вздохнул Гарри, признавая поражение. — Пойду к Грюму. Может, не выгонит.       К его бесконечному удивлению, но Грозный Глаз даже не подумал заикнуться о том, что Гарри появился невовремя. Судя по его внешнему виду, встал он уже давно, а класс, как обычно, был подготовлен к занятию. И посмей Гарри его пропустить, на следующем уроке получил бы такой нагоняй, после которого различные яды от Снейпа показались бы детскими шалостями.       — Что, думал сегодня не приходить? — словно прочитал его мысли Грюм.       — Признаться, были такие намерения, сэр, — не стал отнекиваться Гарри. — Но Гермиона убедила в их ошибочности.       — Хоть у кого-то из вас двоих мозги на нужном месте, — хрипло усмехнулся он, отпив из своей фляжки пару внушительных глотков. — Вы могли бы стать неплохой боевой парой. У тебя дохуя смелости и дури хоть отбавляй, а у Грейнджер найдется немного холодного рассудка и навыки планирования.       — Обычно, так у нас все и происходит, — улыбнулся Гарри, которому идея о такой «боевой паре» была весьма по душе. — Она думает, а я действую.       — Не помешало бы вам хоть иногда меняться ролями, — посмотрел на него обоими глазами Грюм. — Так, для общего развития. А еще на случай, если второго уебут так, что он будет в отключке.       — Ну, я показываю ей то, чему вы меня учите здесь, сэр, — пожал плечами Гарри. — А она вбивает мне в голову прописные истины, без которых я бы давно уже вылетел из Хогвартса.       — Это заебись, — крякнул Грюм, садясь на свое кресло. — Итак, Поттер, есть ли у тебя конкретные вопросы на сегодняшний урок?       — Да, сэр, — кивнул он. — Как не сгореть в огне? Как не задохнуться под водой? Как выбраться из-под земли? И как не разбиться при падении в воздухе?       — Ну наконец-то! Я уж думал, что ты не разгадаешь эту блядскую загадку! — довольно кивнул Грозный Глаз, сразу перейдя к сути. — Значит так. Ты, надеюсь, слышал, что магглы, во времена охоты на ведьм, пытались их сжигать? А ведьмы эти лишь получали удовольствие и чувствовали приятное тепло от огня? Ну так вот. Пользовались они одним простым заклинанием…       Гарри точно не пожалел, что послушался совета Гермионы и отправился к Грюму сразу же, а не стал тянуть до конца каникул. Такого объема информации, который вылил на него учитель, ему не приходилось переваривать уже очень давно. Больше двух часов Гарри слушал и запоминал самые различные способы выжить в пылающем огне. Причем, для обычного были одни чары, для волшебного — другие. А для пламени, полученного в результате смеси зелий, подходили и вовсе третьи.       Сложнее всего было быстро определить, к какому типу огня относится то, куда попал волшебник. Ведь на перебор чар уйдет слишком много времени. И именно этой темой Грюм обещал загрузить Гарри на следующем уроке, частота которых должна будет увеличиться чуть ли не втрое. Не говоря уже о стихиях воздуха, земли и воды, знания о которых вдалбливались другим чемпионам последние три года. В отличие от Гарри, у которого теперь было лишь два месяца…       Около девяти недель оставалось до второго тура. Девять недель, еще утром казавшиеся невероятно большим сроком, внезапно сократились до какой-то совсем крошечной величины, наполненной бесконечным мозговым штурмом, занятиями, практикой и отключающимся сознанием, едва голова Гарри касалась подушки в своей спальне. Даже сны о Волдеморте больше не посещали его ночами. Как и другие сны, впрочем, тоже.       Каждый день самостоятельной практики и каждое занятие у Грюма заканчивались то ожогами, то мокрой одеждой, то растрепанными ветром или засыпанными землей волосами. По десятку раз на неделе, Гарри оказывался среди различных стихий, пытаясь бороться с ними и натурально выживать.       Грозный Глаз, в своей манере, совершенно не щадил своего ученика, поначалу натурально пугая то поджиганием стула, на котором сидел Гарри, то внезапно выливая на него целую тонну воды и не выпуская из водяного пузыря, то просто подвешивая в воздухе и бросая на каменный пол с большой высоты.       Гермиона, услышав о таких методах обучения, хотела было пойти к нему и наехать за неподобающее поведение учителя. Но Гарри вовремя остановил ее, объясняя тем, что на этапе у него вряд ли будут подсказки и таблички по типу «Приготовиться, через 10 ярдов ждет огненная ловушка!».       Хотя, ей ли было возмущаться? Она сама взяла Гарри в такой оборот, заставляя учить наизусть и варить по памяти десятки полезных зелий, порой засиживаясь в их волшебной комнате до поздней ночи, что Гарри оставалось лишь молить о пощаде и просить Добби приносить им ужин прямо туда.       От него же они и узнали, что эльфы Хогвартса знают об этом месте и называют его Выручай-комнатой. Или Комнатой-так-и-сяк. Добби еще раз рассказал о принципах ее работы, уточнил некоторые детали и чуть ли не разрыдался от счастья, когда Гарри разрешил ему навещать их здесь.       — Добби будет рад лично приносить ужин сэру Гарри Поттеру и его подруге! — раскланялся он чуть ли не до пола. — Добби лично проследит за тем, чтобы они ни в чем не нуждались!       — Тебе не кажется, что это слишком? — недовольно поморщилась Гермиона, глядя на место исчезновения домовика. — Это похоже на какую-то ненормальную манию.       — Я же его не заставляю, — пожал плечами Гарри, помешивая котелок с готовящейся противоожоговой мазью. — Он сам так хочет. Даже пообещал купить мне подарок с зарплаты ко дню рождения. Хотя я не просил!       — Вижу, но все равно не понимаю, — вздохнула она. — Ты спас его от Малфоев, но тут явно что-то не так.       — Добби же говорил, что ему нравится тут работать, — посмотрел на нее Гарри. — Другие эльфы, кстати, ведут себя похожим образом. Ну, может быть, чуточку спокойнее.       — Лишь бы их не обижали, достойно оценивали их труд и не пользовались такой услужливостью во вред, — прикрыла она глаза. — Ладно, как там у тебя дела?       Из-за чрезвычайно высокой нагрузки на организм, свалившейся на Гарри сразу после разгадки тайны золотого яйца, у него просто не оставалось сил и времени ни на что другое. Ни на болтание без дела по вечерам, ни на разговорчики с друзьями ни о чем, ни на походы в Хогсмид, ни даже на хотя бы один полет на новенькой метле, хотя хотелось безумно.       Но Гермиона в очередной раз напомнила, что если он погибнет на этапе из-за недостаточной подготовки, то этот полет станет как первым, так и последним. Поэтому некогда было идти на поле для квиддича. Потом, все потом.       Он даже наконец решился, и сходил к декану с заявлением об отказе в посещении курса Прорицаний. Как ни странно, разрешение было выдано без особых проблем. Профессор Макгонагалл и бровью не повела, о чем и твердила Гермиона с самого начала года.       И к слову о самой Гермионе. Гарри чувствовал, как гормональный взрыв, преследовавший его незадолго до Рождества, стал потихоньку спадать и заменяться несколько другими эмоциями. Более спокойными, умиротворенными, но при этом какими-то… Правильными, что ли.       Он больше не сходил с ума от одного только взгляда на Гермиону. Не порывался немедленно утащить ее с собой на край света. А просто наслаждался ее обществом, старался проводить как можно больше времени рядом и иногда совершать небольшие шалости, сдвигающие планку их отношений еще на одну ступеньку вперед. Но не сносящую ее с разбега.       Как например, вчера, когда Гермиона стояла у столика и нарезала ингредиенты для очередного эликсира, старательно сверяясь с книгой Сириуса, лежащей рядом, Гарри, смотря со спины на ее привлекательную фигурку, не смог удержаться и подошел сзади, полуобнял ее руками с обеих сторон и вторым ножичком ускорил процесс.       Гермиона, кажется, хотела было сказать, что встать рядом было бы намного удобнее. Но, набрав побольше воздуха в грудь, лишь выпустила его обратно, продолжая процесс в тишине. Гарри улыбнулся про себя, посчитав эксперимент успешным, и, наслаждаясь запахом ее волос, положил голову ей на плечо, стараясь не сильно давить, чтобы не мешать.       Но это был максимум, на который сверхутомленный организм Гарри был способен в эти дни. Сил было настолько мало, что на амурные дела не оставалось и капли. К его бесконечному сожалению. Да и не хотелось, чтобы с Гермионой получилось, как у него с новым «Нимбусом».       Будет очень глупо таки завязать отношения, дать ей что-то новое и невероятное, а потом бесславно погибнуть на этапе, нанеся девушке куда более серьезный удар, чем был бы в статусе друзей. Не мог он так обойтись с ней.       Было ли это все лишь очередной отмазкой, прикрывающей нерешительность и страх перед неизвестностью? Наверное, да. Ведь иначе, можно было предложить Гермионе встречаться еще после бала. А сейчас просто появился очередной повод потянуть резину, за который Гарри уже даже немного ненавидел себя и свою трусость.       Почему он смело бросался на сражение с василиском и мантикорой, при этом отчаянно боясь реакции своей лучшей подруги? Неправильно все это. Но Гарри пообещал себе, что сразу после этапа закроет сей гештальт. Чего бы это ему не стоило. А пока работать, работать, работать и работать…       И все же, несмотря на всю подготовку и планирование, как бы Гарри не успокаивал себя, что все будет хорошо, но чем меньше дней оставалось до второго тура, тем сильнее и сильнее ощущался подступающий мандраж.       Хотя казалось бы, откуда на него еще оставались силы на панику? Он был вымотан Грюмом, Гермионой и другими учителями. Высушен до нитки и устал, будто ездовая собака, после непрерывного двухмесячного перегона. Однако, это происходило с ним вновь. Ровно как перед первым туром, который был, похоже, еще в прошлой жизни, липкий страх постепенно заполонял сознание и не давал трезво мыслить.       Дни летели один за другим, сменяясь так часто, будто кадры в старой маггловской кинопленке. Еще только вчера, кажется, начались каникулы и прошел Святочный бал, а уже сегодня, по какой-то причине, наступил конец января, о чем с кривой усмешкой напомнил Грюм, переходя к теме стихии воздуха.       А? Что? Уже почти февраль?! Когда успел?! Все смешалось в один стремительный поток, а мысли и образы даже не оставались на границах сознания, тут же сменяясь совершенно новыми картинками и звуками.       Заклинание. Заклинание. Заклинание. Мозговой штурм сотен страниц учебников, сражение с очередным испытанием от учителя, зализывание синяков и ожогов при помощи самодельных зелий и следующий этап по кругу. И это уже не говоря об обычных школьных предметах, которые никто отменять не собирался.       Теоретически, к положенному сроку, Гарри был готов. Он изучил все, что только возможно за эти два месяца. Но неизвестность впереди продолжала угнетать похлеще, чем торчащий из затылка Квиррелла Волдеморт. Грозный Глаз, как бы Гарри не пытался выведать подробности испытаний, оставался непреклонен.       Раз за разом он повторял, что Гарри и так ходит по самой грани от нарушения контракта с Кубком. Любое лишнее слово или подсказка могут стоить ему слишком дорого. Так что ничего свыше того, что выдало ему золотое яйцо, Гарри не знал. Порядок борьбы со стихиями и срок в два дня для добычи приза. Все.       Последние несколько суток (да как так-то, ведь только что же еще было начало февраля и куда делись почти четыре недели времени?!) были отведены на хоть какой-то отдых и окончательное повторение всего, что было залито в голову Гарри за эти два месяца. Что было самым удивительным, так это то, что Гермиона, наплевав на свои принципы, договорилась с профессором Макгонагалл о необязательности посещения обычных занятий для Гарри. Разумеется, пообещав, что они нагонят материал после этапа.       Но из-за разогнанного до бешеных скоростей мозга, Гарри просто не мог так просто переключиться на отдых, целыми днями слоняясь по замку и не зная, чем себя занять. Буквально сходя с ума от круговорота событий вокруг, он даже добровольно вызвался поухаживать за оставшимися в живых соплохвостами Хагрида, которые достигли каких-то невероятных размеров и едва сдерживались специальными магическими клетками.       — Может быть пригодятся еще, — хлопотал рядом с ними Хагрид, едва успевая вытаскивать руку при насыпании корма, пока соплы не откусили ему пальцы. — Детишкам я больше не буду их доверять. Они обходятся с ними очень плохо.       Не уточняя, кто именно с кем плохо относится, студенты с соплохвостами или же наоборот, Гарри просто молча помогал старому другу, нарезая печень дракона и пытаясь хоть немного отвлечься от наступающего дня икс.       — Волнуешься? — поинтересовался Хагрид.       — Слегка, — откровенно соврал Гарри. — Думаю вот, увидимся ли еще?       — Я уверен, профессор Дамблдор все организовал так, что увидимся, — пытался подбодрить его лесник. — Все будет в порядке, не переживай.       — Угу… — лишь вздохнул он в ответ, складывая в кучку очередную порцию еды для прожорливых тварей. — Стараюсь…       Утром двадцать четвертого февраля, когда вновь накрывшее Шотландию хмурое свинцовое небо едва пропускало сквозь себя солнечный свет, Гарри сидел за столом Гриффиндора и пытался съесть хоть что-нибудь из многочисленных блюд, заботливо приготовленных домовиками Хогвартса.       Гермиона убеждала его, что на ближайшие пару дней это может быть его единственная нормальная пища, а потому не стоит от нее отказываться. А потому Гарри, через силу и через не хочу, старательно запихивал в желудок омлет, тосты и бекон, едва борясь со рвотными позывами и запивая не соком, а различными тонизирующими зельями, приготовленными буквально на днях. Крам и Флер, кстати, занимались примерно тем же за соседними столами.       У самой Гермионы тоже был какой-то не очень здоровый и крайне взволнованный вид, а ее карие глаза постоянно наполнялись влагой. Причем, плохое настроение началось еще с прошлого вечера, когда она вернулась в гостиную Гриффиндора почти на тридцать минут позже обычного.       Гарри пытался выяснить у нее причины, но Гермиона отмахнулась лишь тем, что профессору Макгонагалл понадобилась небольшая помощь в ее кабинете. Объяснение было так себе, если честно, но Гарри слишком сильно вымотался, чтобы выяснять истину. Было бы что-то серьезное, она бы обязательно сказала.       Когда чемпионов позвали на выход из замка и Гарри, подхватив заготовленный заранее рюкзачок с припасами, почти добрался до больших дубовых дверей, расчувствовавшаяся Гермиона догнала его, развернула и прямо у всех на виду бросилась с объятиями прямо к нему на грудь, едва сдерживая слезы и бесконечно умоляя вернуться к ней назад.       — Пожалуйста, Гарри, — всхлипывала она. — Когда все закончится, то я хочу увидеть только тебя! Обещай мне! Никого больше!       — Все закончится? — не понял он, чувствуя на себе десятки пар глаз других студентов. — О чем ты?       — Просто обещай, прошу! — уткнулась Гермиона головой в его ключицу. — Я не переживу, если это будет кто-то другой! На первом туре сработало, так что сделай это еще раз! Сделай ради меня, пожалуйста!       — Хорошо, я вернусь к тебе, — неловко поглаживал он ее по голове под неоднозначными взглядами Крама и Флер, стоящими неподалеку. — Обещаю, что сделаю все возможное. Теперь у меня точно есть мотивация, а не этот абстрактный приз…       — Знал бы ты, как я… — шмыгнула носом Гермиона, поднимая вверх слезящиеся глаза.       — Я знаю, — улыбнулся он, погладив ее по щеке большим пальцем. — Все будет хорошо, не переживай. Просто болей за меня.       — Всей душой, — вцепилась Гермиона в его ладонь на своем лице. — Иди… Тебе пора…       Напоследок, поколебавшись буквально долю секунды, Гермиона еще раз обхватила его обеими руками, сжав чуть ли не до хруста ребер а затем так же резко отпустила и отошла на пару шагов, отпуская его в путь.       Улыбнувшись ей самой дружелюбной и жизнерадостной улыбкой, какую он мог сейчас выдать (надеясь, что лицо не сильно перекошено нервной гримасой), Гарри взмахнул рукой на прощание, развернулся и побрел вслед за другими чемпионами к опушке Запретного леса. В тот же самый шатер, откуда в прошлый раз начался их путь к загону с волшебными монстрами. И Гарри даже не представлял, что именно ждало его там впереди…