Спасательная операция

      Мда, не так Гарри рассчитывал начать этот день. Совершенно не так. Едва Патронус Сириуса растворился в стене, как атмосфера празднества, расслабленности, любви и уюта моментально растворилась, будто ее и не было, заменившись напряжением, волнением и учащенным сердцебиением. Все построенные планы рухнули и исчезли в небытие, страх сжал внутренние органы, а тело механическими движениями как можно быстрее накидывало на себя разбросанную там и тут одежду.       Что могло случиться? Почему Орден решил попросить помощи у двух тренированных, но все же подростков? Послание Сириуса четко сказало, что проблемы ну очень серьезные. Но какие? Стычка с Волдемортом? Нападение на Азкабан? Разрушение штаба Ордена? Что?!       Через две минуты все будет ясно, но предположения у Гарри строились одно хуже другого. А еще ему не нравилось, что Гермиона, очевидно, сегодня вляпается по самое не хочу и будет рисковать своей жизнью в грядущем сражении. Блять, лучше бы он вчера ее отвез к родителям!       — Я по твоим глазам вижу, что ты ищешь способ уговорить меня остаться здесь, — прищурилась Гермиона, впрыгивая в джинсы.       — Я знаю, что это бесполезно, — бурчал Гарри. — Но да, я был бы счастлив, если бы знал, что ты будешь в безопасности.       — Мы в одной лодке, так что даже не мечтай, — предупредила она, хватая розовую кофточку с комода.       — Как видишь — молчу, — обреченно кивнул Гарри, палочкой приманивая футболку и носки. — Но прекратить об этом думать не смогу.       Хлопок трансгрессии на первом этаже раздался точно по расписанию. Кроме Сириуса, это не мог быть никто иной, а потому Гарри и Гермиона побежали вниз, хватая по пути обычные зимние куртки. Еще раз проваливаться с маскировкой из-за их фирменных кожанок, как это уже случалось в школе, не хотелось. Благо, все необходимое было заранее сложено в пару рюкзаков.       — Что случилось? — с ходу спросил Гарри, спрыгнув с последней ступеньки и уставившись на измотанного внешне Сириуса.       — Дерьмо случилось, — без тени улыбки ответил он, оглядевшись по сторонам и оценив восстановление дома. — Вы хорошо постарались. Джеймс и Лили были бы рады.       — Угу, — кивнул Гарри. — Так в чем дело?       — Несколько дней назад мы узнали, что Волдеморт еще летом поручил Краучу-младшему важное задание, — быстро рассказывал Сириус, засунув руки в карманы. — Это произошло в обстановке строжайшей секретности. Так что даже Снейп не был в курсе.       — Это еще под вопросом, — прокомментировал Гарри.       — Может быть, уже без разницы, — пожал он плечами. — Короче, Волдеморт разыскивал одного известного в определенных кругах человека. Некто Гораций Слизнорт, мастер зельеделия, бывший профессор Хогвартса и давний друг Дамблдора.       — Я о нем слышала, — включилась Гермиона. — Говорят, этот человек очень хорош в своем деле, имеет множество полезных связей и способен влиять на людей через свои знакомства.       — Да, все верно, — кивнул Сириус. — В общем, Слизнорт, едва узнав о возможном воскрешении Волдеморта, не стал вести себя как Фадж, а очень даже поверил в возможность оного. Он предположил, что Волдеморт может заставить его использовать свои умения во имя тьмы, а потому спрятался и уже долгое время не выходил на контакт.       — Но Крауч нашел его? — догадалась Гермиона.       — Да, — подтвердил Сириус. — Нашел и начал собирать отряд для захвата. Тогда-то Снейп и узнал об этом, после чего сразу доложил Ордену о грядущей акции. Мы захотели опередить их, но…       — Но?       — Но Пожиратели выступили раньше, — вздохнул он. — Когда мы прибыли к убежищу Горация, они уже были там. Мы окружили дом, наложили антитрансгрессионный купол, но Пожиратели не желают сдаваться без боя. У нас уже есть потери, а потому нужны все, кто может держать палочку и способен сражаться.       — Мы готовы! — воинственно воскликнула Гермиона, под немного недовольным взглядом Гарри.       — Вот, выпейте, — протянул им Сириус пару пузырьков с густой мутной жидкостью. — Это вам для конспирации. Пригодится. И придумайте себе новые имена.       — Зови меня Джин, — сразу сообразила Гермиона.       — Тогда я буду Джеймсом, — принял такой расклад Гарри, тоже взяв свое второе имя.       — Пойдет, — кивнул Сириус.       — Сколько их там? — поинтересовался Гарри, глотая привычно-неприятное Оборотное зелье.       — Человек шесть, не меньше, — оценил Сириус. — Они забаррикадировались в доме, а нам не хватает людей прорвать оборону.       — Тогда не теряем время, — сосредоточенно произнесла Гермиона, превращаясь в рыжеволосую женщину тридцати-сорока лет.       — Хватайтесь за руки и держитесь крепко, — приказал Сириус. — Тройная трансгрессия — это нечто…       Да, ощущение было и вправду намного хуже, чем при парном переносе. Гарри буквально разрывало на две части, когда с одной стороны его протаскивал через пространство Сириус, а с другой он тащил за собой Гермиону.       Не имея возможности даже вдохнуть, Гарри едва не потерял сознание за эти несколько секунд удушающего сжатия. Но, к счастью, расщепа не произошло и вся троица появилась около небольшого одиночного здания, заметенного со всех сторон снегом и окруженного густым хвойным лесом.       Было похоже, что это был либо чей-то загородный коттедж, либо охотничий домик, выглядящий, правда, куда презентабельнее той же избушки Хагрида. Два этажа, каменная ограда, ухоженный сад с различными фигурами. Но подъездная дорожка явно не чистилась с самой осени, а значит, хозяева этого дома не использовали его в холодное время года. Неплохое место, чтобы спрятаться волшебнику, которому расстояния от цивилизованной части мира не помеха.       Вместе с тем, дом окружали множество людей в темных мантиях, прятавшихся за стволами деревьев, камнями и колоннами ворот. Где-то справа слышались стоны раненых, а белоснежная полянка у дома местами была окрашена в красный цвет крови и имела множество кратеров от взрывных заклинаний повсюду. Похоже, одно из сражений отгремело буквально вот-вот, сменившись передышкой, позволившей Сириусу смотаться за подкреплением.       — Наконец-то, блять! — рявкнул Грюм, едва троица магов появилась из воздуха. — Бродяга, ебать тебя в сраку, вы там на чаепитие остановились?       — Не истери, Аластор, — поморщился Сириус. — Лучше введи их в курс дела.       — А хули тут вводить?! — перевел он свой волшебный глаз на Гарри и Гермиону. — Ситуация патовая. Они не могут прорваться наружу, а мы не можем взять дом штурмом. Дингла посекло какой-то темной хуйней, от которой не хотят закрываться раны. Люпин временно в отключке. Кингсли чуть не отхуярило руку и основательно контузило. Вон, отдыхает под деревом и приходит в себя. Ну и Гестия лишь каким-то чудом до сих пор жива. Авада пролетела меньше чем в дюйме от ее головы.       — Вы тоже ранены, сэр, — заметила Гермиона кровь, стекающую с его виска.       — Это хуйня, сейчас поправим, — махнул рукой Грюм. — Я думаю, у нас есть еще минут пять передышки, прежде чем они предпримут еще одну попытку на прорыв.       Да, ситуация и правда казалась безвыходной. За прочными стенами дома Пожиратели могут прятаться еще очень долго. Казалось бы, можно было просто обрушить его и завалить обломками, но Сириус сразу отмел эту мысль, сообщив, что находящийся у них в заложниках Гораций должен остаться в живых. По словам Дамблдора (а где он, кстати?), этот человек обладал очень большим багажом знаний, который мог бы помочь им в борьбе с Волдемортом, если привлечь его на сторону Ордена.       — Самое хуевое, что чем дольше мы тянем, тем больше шансов, что эти пидорасы вызовут своего хозяина, — хрипел Грюм, создавая очередной слой щитовых чар, на всякий случай. — Они не любят это делать, поскольку потом получают от него пиздюлей за то, что не могут справиться сами. Но в критической ситуации стоит ожидать и его.       — Наши планы? — уточнила Гермиона.       — Мы хотим, чтобы когда начнется новый бой, вы проникли к ним в тыл и ударили в спину, — нахмурившись, отвечал ей Сириус. — Они должны были уже сосчитать нас и примерно распределить своих людей для атаки.       — Место вокруг нас скрыто чарами, — пояснял Грюм. — Они не видели вашего прибытия. Так что, если использовать дезиллюминацию на вас, то есть шанс переломить ход сражения.       — Что мы можем применять против них? — на всякий случай спросил Гарри, в голове прикидывающий способ выполнить приказ.       — Что посчитаете нужным, — хмуро сообщил Сириус. — Как и в нашей с тобой операции по поимке Яксли, они не будут вас жалеть. Отвечайте им тем же.       — Мы готовы, — сдержанно кивнула Гермиона.       — Тогда не будем тянуть кентавра за яйца, — приготовил палочку Грюм. — У нас только один шанс. Вперед!       Наложив на себя как можно больше маскирующих чар, включая те, что моментально подчищают следы на снегу, Гарри и Гермиона почти бегом двинулись вдоль опушки леса в обход дома. Они не стали использовать мантию-невидимку, поскольку она значительно стесняла движения и могла быть сорвана резким потоком воздуха. Да и без нее трудно было бы заметить пару едва различимых контуров с большого расстояния, если не знать, куда смотреть.       Насколько им стало известно со слов орденцев, с обратной стороны не было входной двери, а значит, Пожиратели должны будут оставить ей меньше внимания. Но чтобы проникнуть внутрь, придется использовать лишь одно из двух довольно высоко расположенных окон.       Времени после начала боя останется в обрез, так что действовать нужно быстро и решительно. Впрочем, Турнир Трех Волшебников и постоянные тренировки с Грюмом научили Гарри этим вещам. Ну а Гермиона, как он надеялся, тоже сможет о себе позаботится, прикрывая его тыл.       — Сонорус! — раздался над поляной громогласный голос Грюма, отсчитавшего оговоренную планом минутную паузу. — Сдавайтесь, ублюдки! Это ваш последний ебучий шанс выйти из дома живыми! Обещаю, сдавшись сейчас, вы не получите поцелуй дементора! Подумайте, стоит ли дохнуть, как крысы, когда можно сохранить свои жизни?       — Пошел нахуй, орденский уебок! — крикнул кто-то в окно второго этажа. — Мы не предадим своего Повелителя! Вас уже стало меньше на три человека! Лучше съебывайтесь в ужасе и не мешайте нам!       Разумеется, глупо было бы ожидать, что Пожиратели вот так вот выйдут из дома, подняв лапки кверху. Ход Грюма нужен был лишь для отвлечения внимания и создания шумового фона, пока Гермиона, используя невербальную магию, бесшумно растворяла одно из окон, а Гарри создавал подобие лестницы для проникновения внутрь. Грозный Глаз не прекращал свои речи еще несколько минут, позволяя двум невидимым волшебникам проникнуть в кладовую и вернуть окно на место прежде, чем кто-то успел заметить гуляющий по полу холодный ветерок.       — Амикус, Гойл, Гиббон, — безошибочно узнавал Гарри за дверью голос Крауча-младшего, хорошо запомнив его из своих снов. — Вы атакуете со второго этажа. Пытайтесь уебать этого синеглазого пидораса. Крэбб, Макнейр, Роули и я остаемся на первом и хуярим тех, кто попытается подобраться ближе. Следим за окнами и пользуемся обнаруживающими чарами. Алекто, ты приглядываешь за нашим другом. Всем ясно?       — Да, сэр, — хором откликнулись несколько человек.       — Если все пойдет совсем по пизде, я призову Повелителя, — сообщил Крауч. — Но мы должны отбиться сами, если не хотим попасть под его немилость! Никто же не хочет принять на себя участь Малфоев?       — Нет, сэр, — уже потише ответили они.       — Тогда к бою! — настраивал своих на успех Крауч. — Покажем орденским уебкам, что они зря высунули нос из своей дыры!       Первый взрыв раздался в районе крыши. Таким образом Грюм дал понять Гарри и Гермионе, что отвлекающая атака началась и настал их черед действовать. Стараясь издавать как можно меньше звуков, они приоткрыли дверь, ведущую из кладовой на кухню, и в полуприсяде двинулись в сторону короткого коридора, отделяющего их от гостиной, где расположились несколько Пожирателей, прячущихся за стенами от сквозящих там и тут разноцветных лучей.       Дом ходил ходуном, вспышки пламени врывались в разбитые оконные рамы, Пожиратели высовывали в них руки и били в ответ всем, чем только можно. Гарри еще никогда не видел так много зеленого смертоносного цвета, не обещающего ничего хорошего любому, кого коснется свистящий вихрь третьего Непростительного. Грюм, конечно, пообещал, что Орден будет сидеть в укрытии и не лезть на рожон, но мало ли…       Пытаться оглушать врагов поодиночке было бы хорошей идеей, если бы они все стояли спинами и добрый десяток секунд не реагировали ни на что. Но Пожиратели были чуть умнее Малфоя и его неповоротливых дружков, а потому не только контролировали окружающее пространство, но и постоянно обновляли вокруг себя щитовые чары, не позволяя совершить внезапную атаку.       Значит — следовало действовать иначе, придумав способ отвлечь их от окон, чтобы орденцы смогли подойти ближе и зажать слуг Волдеморта в ловушку. И на этот счет были в запасе несколько полезных заклинаний…       «Люмос Солем!» — произнес Гарри про себя и создал ослепляющий луч света, моментально обращая на себя внимание и позволяя Гермионе рвануть на второй этаж для перехвата остальных врагов. — «Бомбарда! Агуаменти! Инсендио!»       Сражаться в одиночку против четверых взрослых магов лоб в лоб было бы форменным самоубийством. Гарри понимал это, как никто другой. Но если внести хаос и панику, взрывая в щепки огромный шкаф с книгами, заливая все мощнейшими струями воды, а следом поджечь опадающие с потолка страницы, то можно было добиться эффекта дезориентации и потери цели.       Грюм вдалбливал в него эти прописные истины, создавая по несколько иллюзионных копий самого себя и заставляя Гарри сражаться по несколько часов к ряду. Что ж, хорошая наука, спасибо, профессор.       — Сектумсемпра! — прорычал мимо Крэбб-старший, едва уступающий размерами и мобильностью огромному неповоротливому сыну и промазавший буквально на какие-то пару дюймов. — У нас…       — «Ступефай!» — оглушил его Гарри, дав Гермионе еще несколько секунд безопасности. — «Редукто! Инкарцеро! Редукто!»       К сожалению, но лучи заклинаний, вырывающиеся из его палочки, слишком четко обозначали позицию бегающего по гостиной невидимого Гарри. Трое оставшихся Пожирателей стали поливать его бесчисленным количеством атакующих чар, от которых едва получалось закрываться щитами и прочими твердыми предметами.       Толстый дубовый стол разлетелся в щепки, едва Гарри поднял его между собой и врагами, осколки от фарфоровой посуды со свистом сквозили по всей комнате, оставляя резанные раны на коже и одежде, а начинающий разгораться пожар заволакивал все густым едким дымом, заставляя каждого закашляться и потерять несколько драгоценных секунд.       Вернувшись в коридор, невидимый Гарри быстро наложил на себя заклинание головного пузыря, давшего приток свежего воздуха. Но эта задержка позволила Пожирателям перегруппироваться и начать разрушать скрывающую Гарри стену. Долго бы она не продержалась, даже усиливаемая щитами парня, а потому пришлось отступать на кухню и быстро искать новый способ нанести удар.       — Гойл, Гиббон, Амикус! Быстро вниз! — криком приказывал Крауч. — У нас прорыв! Сюда!       Но никто из них ему не ответил. Гарри уже было порадовался, что Гермионе удалось нейтрализовать всех бесшумно, но новый мощный взрыв сотряс весь дом, ходуном заходили стены, ноги едва удерживали людей в вертикальном состоянии, а за окном стали видны падающие обломки второго этажа, разлетающиеся во все стороны с огромной скоростью и закладывающим уши грохотом.       Проклятье! Нет! Этого быть не должно! Если Гермиона пострадала по его вине, то Гарри себе этого никак не простит!       Он всей душой сейчас хотел рвануть наверх, наплевав на Пожирателей и заорав во весь голос ее имя, но это было бы самым идиотским решением во всей его короткой жизни. Нельзя терять самообладание! Нельзя поддаваться чувствам! Голос Грюма гремел у него в голове и заставлял оставаться на месте, держа под прицелом небольшую арку, ведущую в коридор с Пожирателями. Гермиона жива! Точка! И сейчас важно самому выжить, чтобы ей не пришлось горевать из-за его настоящей гибели!       — Редукто! — проревел Гарри, увидев первого же сунувшегося к нему Пожирателя. — Бомбарда! Редукто!       Больше размениваться на нелетальные чары Гарри не собирался. Нужно было как можно быстрее заканчивать бой. Побежать наверх, найти Гермиону. А значит — действовать максимально эффективно и смертельно.       Первым же заклинанием он, кажется, оторвал руку с волшебной палочкой у Уолдена Макнейра. Этого урода он запомнил еще с момента казни Клювокрыла. Этой же самой рукой он держал тот огромный топор, а сейчас, завизжав от боли, упал на пол и прижал к себе кровавый обрубок, больше не представляя опасности для Гарри.       Но оставались Крауч и Роули. Эти двое, увидев судьбу своего соратника, спрятались по углам и стали наугад бить в коридор Авадами, также решив не брать в плен своего противника. К счастью, Гарри, с колотящимся до предела сердцем, оказался немного в стороне от возможных траекторий и не мог быть поражен смертельным заклинанием.       Но ситуация вновь оказалась патовой. Двое против одно, без эффекта неожиданности, чаще всего побеждают. Вопрос оставался все тот же, задаваемый Грозным Глазом по сотне раз за занятие — насколько дорого Гарри был готов продать свою жизнь?       Подняв с пола чарами левитации светлую скатерть, Гарри расправил ее в воздухе и швырнул в сторону Пожирателей. Конечно, тонкая ткань мало что могла сделать паре взрослых мужчин. Но посланное следом заклинание «Дуро» превратило ее в твердую, словно камень, материю, гарантирующую серьезные увечья в случае попадания.       — Редукто! — вновь прокричал Гарри, едва Пожиратели раздробили скатерть на тысячу пыльных осколков. — Протего! Редукто!       — Депульсо! — раздался возглас нового хриплого женского голоса прямо у него за спиной, отшвырнув Гарри со всей силы прямо в дверной косяк и вышибив дух из груди.       Сука! Про Алекто, охранявшую Слизнорта, он совсем забыл! Почему-то Гарри решил, что они держат его на втором этаже, но нет. С этой кухни, помимо кладовой, вела еще одна неприметная дверка, находящаяся в тени, которую ни он, ни Гермиона просто не заметили. А потому Алекто смогла сама застать Гарри врасплох, выйдя на сцену в тот момент, когда он решил начать дожимать Крауча и Роули.       — Я его уебала! — радостно воскликнула Алекто, встав в полный рост. — Барти, выхо…       Договорить ей было уже не суждено. Пока Гарри пытался впустить в легкие новую порцию задымленного воздуха (головной пузырь тоже лопнул при ударе о стену), новый взрыв вышиб окно вместе с огромным куском стены, буквально сметя Алекто с места и насмерть размазав о противоположную стену тяжеленными камнями.       Гарри с трудом перевернулся на спину и увидел, как через пыльный пролом в дом врывается Сириус и первым же заклинанием отправляет в нокаут сунувшегося на кухню Крауча. Оставшийся в одиночестве Роули, который в одно мгновение потерял всех союзников и своими глазами наблюдал за все увеличивающимся количеством врагов, бросил палочку и поднял руки вверх, совершая самое разумное действие за этот день.       — Я сдаюсь! — кричал он во весь голос. — Сдаюсь!       — Инкарцеро! — тут же связал его Сириус и бросился к Гарри. — Джеймс! Ты как? Живой?!       — Что с Джин? — прокашлявшись спросил Гарри.       — Пока не знаем, — заозирался он по сторонам. — Мы увидели, как разлетелся второй этаж и рванули вперед. Это было секунд тридцать назад, еще даже пыль не осела!       Да? А Гарри в горячке боя показалось, что не меньше пяти минут. Все же как может замедляться время в критической ситуации. Но о таких философских вопросах можно будет подумать позже. Сейчас его волновала только любимая девушка, которая может лежать под завалами и ждать немедленной помощи.       — Я должен… Найти… Джин… — с трудом поднялся он с пола и подхватил выпавшую из рук палочку. — Где она?!       Добежав до лестницы, Гарри обогнул вошедшую через выломанную дверь Гестию Джонс, глянул наверх и воочию поразился масштабу взрыва, не оставившему даже частички крыши над головой. Зимнее солнце слепило ему глаза, а сверху доносился лишь звук легкого ветерка, гуляющего по полностью разрушенному этажу.       — Стой! — крикнул ему было Грюм, потерявший свой протез в бою, но Гарри уже было плевать на приказы.       Прыгая через несколько ступеней, он вихрем влетел на остатки второго этажа и увидел ужасающую картину трагедии. От стен оставались лишь несколько жалких камней, переломанный труп Гиббона мешком лежал у самого края и безжизненным взглядом пялился в небо. Гойла и второго Кэрроу вообще не наблюдалось сейчас глазами. Как и той, за кого Гарри переживал так, как никогда не переживал за себя.       — ДЖИН! — взревел он во всю мощь своих побитых легких. — ДЖИН! ГДЕ ТЫ?! ДЖИН!!!       Но ответа не последовало. Гарри не хотел думать о самом худшем. Он не поверит в ее смерть, пока лично не увидит мертвое тело родной девушки. Она же просто не слышит! Или потеряла сознание! Или просто оглушена взрывом и звон в ушах не позволяет ей ответить? Ну пожалуйста! Гермиона! Где ты? Может завалило расщепленным на составляющие комодом? Нет! Сука! Упала на пол в дальней комнате? Тоже нет! Блять!       — ДЖИН! — уже в отчаянии орал Гарри, обыскивая руины второго этажа и натыкаясь лишь на руины и тлеющие обломки мебели. — ДЖИ-И-И-ИН!!!       — Джеймс… — на грани слышимости пробился сквозь гул ее тихий голос. — Джеймс… Я здесь…       — Джин! — появились первые нотки надежды в его сердце. — Где ты? Я не вижу тебя!       — Я внизу… — со стоном отозвалась она. — Не могу снять дезиллюминацию… Палочку выбило…       — Сейчас!       Спрыгнув со второго этажа прямо в снег, Гарри пошел на ее голос и в скорости обнаружил примятый по форме человеческого тела сугроб. Одно развеивающее заклинание позволило обнаружить сильно побитую и грязную, но живую и, кажется невредимую Гермиону, лежащую на спине и покрытую с ног до головы слоем снега.       — Родная, ты цела? — упал возле нее на колени Гарри.       — Не знаю… — прерывисто дышала она. — Все болит, будто попала под табун кентавров… Особенно спина…       — Секунду, погоди, — взмахивал палочкой Гарри, используя базовые диагностические чары. — Позвоночник цел… Множество синяков и ран… Порвана связка на голени… И перелом ноги без смещения… В остальном все хорошо… Фух… Блять…       — Лучше и не скажешь, — поморщившись, произнесла Гермиона, оставаясь лежать на снегу. — Ты-то как? Вы справились?       — Вроде бы цел, — хлопнул себя по груди Гарри и тут же охнул от боли. — А… Нет… Кажется, ребра сломаны… И ведь не заметил даже…       — Адреналин, — кивнула она. — Я пока тоже не чувствую ногу… Но, это не надолго.       — У Ордена должны быть обезболивающие, — отпускали его внутренности сжимающие цепи страха. — Что случилось? Я думал, тебя убило тем взрывом… Откуда он взялся?       — Я не уверена, но когда ты начал бой, Пожиратели наверху сразу поняли, что к чему, — рассказывала Гермиона свое видение событий. — Они хотели пойти вниз, но я перекрыла лестницу и сразу же сбила с ног одного… Кажется, Гойла…       — Его я не видел пока, — сообщил ей Гарри. — Но наверху обнаружил труп Гиббона.       — Твою мать… — прошипела она, явно погрустнев. — Я не хотела… Это очень плохо… Я…       — Не переживай, все хорошо, — подбодрил ее Гарри, взяв ладонь девушки в свою руку. — Ты защищала себя.       — Я не хотела становиться убийцей сегодня, — фыркнула Гермиона в сторону. — Да и вообще не хотела… Сраная война! Ай!       Стукнув свободным кулачком по снегу, Гермиона слегка дернулась своим телом, от чего поврежденная нога сразу же напомнила о себе резко стрельнувшей болью. Громким криком, Гарри попросил кого-нибудь принести исцеляющих зелий, пока не решаясь заниматься самолечением. Все же зачем делать это без обезболивающих и трясущимися руками, если можно потерпеть несколько секунд и там уже предпринимать попытки срастить кости?       — Никто не обвинит тебя в том, что ты сделала, — твердо произнес Гарри явно расстроенной девушке. — Никто даже не узнает, что ты здесь была.       — Зато я это знаю! — рявкнула она в ответ. — Я теперь знаю, что я убийца!       — Добро пожаловать в клуб, — невесело усмехнулся Гарри.       — Не смешно, — хмурилась Гермиона. — Короче, я вступила с ними в бой. Дезиллюминация спасала некоторое время, но они видели, откуда летят заклинания…       — Так же, как и у меня, — со вздохом вставил Гарри.       — В общем, они стали бить по площадям и имели явный перевес, — продолжала Гермиона. — Мне пришлось отступить в дальнюю комнату. Я хотела завалить проход взрывными чарами и сбежать через окно, но кто-то из Пожирателей успел сунуть руку и выпустить свою Бомбарду…       — И ваши заклинания столкнулись? — начал догадываться Гарри. — Взрыв наложился на взрыв и создал такой апокалипсис?       — Похоже на то, — усиленно вспоминала Гермиона. — Благо, я уже была одной ногой на подоконнике и меня вышвырнуло наружу… И надо сказать спасибо снежной зиме за то, что этот сугроб смягчил мое беспорядочное приземление…       Так вот оно что было. Только лишь чудо спасло Гермиону от неминуемой гибели. И Гарри про себя благодарил Мерлина за такую удачу. Он еще не знал, какие потери по итогу понес Орден, но самое главное, что Гермиона осталась жива и практически невредима.       Ногу ей быстро вылечит мадам Помфри, от синяков и ссадин они давно уже научились избавляться сами, так что операция, кажется, окончилась успешно. Как минимум, трое Пожирателей были мертвы, еще двоих сейчас должны найти и захватить. Что там с Горацием Слизнортом, ради которого они рискнули жизнями? Да не важно уже.       Гермиона. Вот, что важно. А все остальное останется на…       — Стоять! Ступефай! НЕТ! — раздался со стороны дома пронзительный крик Тонкс, сменившийся нотками ужаса и страха. — Он коснулся метки! Орден, к бою!       Вот этого им точно сейчас не хватало. В голове Гарри моментально провернулись миллиарды мыслей, среди которых находились лишь самые грубые ругательные слова. Кто-то из оглушенных Пожирателей пришел в себя и призвал своего хозяина. Возможно даже, также выжившие со второго этажа, вылетевшие в снег подобно Гермионе.       Какая теперь разница?       Когда солнечное было небо моментально затянуло тучами, почти полный штиль сменился порывистым ветром, а на границе антитрансгрессионных чар материализовалось темное пятно, внушающее страх и сковывающее ужасом даже за несколько десятков ярдов.       Волдеморт пришел за ними. Появился тогда, когда Орден выдохся и едва держался на ногах. Когда Гермиона лежала на снегу не могла двигаться, когда Гарри с трудом дышал из-за сломанных ребер, когда Римус находился в отключке, когда Кингсли еще не пришел в себя после оглушения, когда Дингл и вовсе держался на грани жизни и смерти, а из бойцов были способны драться только Грюм, опирающийся на свою трость вместо потерянного протеза, Сириус, Гестия и Тонкс.       Для неопытного Гарри они, конечно, стали бы непреодолимой преградой. Но для Волдеморта, находящегося в полной готовности и не собирающегося жалеть своих врагов, казались лишь пешками в большой игре, где им больше не предоставлялись часы жизни.       — Вы посмели нарушить мои планы… — прошипел он издалека, но так, что каждый услышал слова Темного Лорда буквально у своего уха. — Посмели напасть на моих верных слуг… Пожалуй, вы сами выбрали свой путь… И сегодня вы все умрете…