Точка невозврата

      Окружающий небольшую деревеньку густой лес, подчиняясь приказам осени, начинал плавно перекрашиваться в оранжевый цвет. Некоторые деревья еще вполне сохраняли живительный зеленый окрас, а некоторые, что были чуть послабее, уже ежедневно теряли листву, украшающую собой землю и дороги, готовясь к приходу холодного периода года. Октябрь в Годриковой Впадине хоть и выдался довольно теплым и солнечным, но скорая зима уже вовсю заявляла о своем приближении.       В гостиной дома Поттеров все чаще и чаще горел камин, а утро иногда приходилось начинать в свитерах и с кружкой горячего чая. Уютные вещи и напитки позволяли не только не дрожать от прохлады, но и проще переносить ежедневные новости в «Пророке», тон которых с каждым днем становился все мрачнее и мрачнее, вводя даже привычных к подобному Гарри и Гермиону в состояние уныния и грусти.       — Вчера случилось очередное нападение на магглорожденного, — невесело читал заголовок Гарри, пока Гермиона готовила им завтрак. — Пожиратели напоили его каким-то зельем, от чего мужчину мучали страшные кошмары и сильная боль. Мракоборцы лишь к утру смогли расколдовать дом, над которым висела Темная Метка. Хозяин все это время был жив и молил их о помощи, но когда барьер был снят, то сработала последняя ловушка и жертва сразу погибла.       — Кто-нибудь еще пострадал? — почти ровным тоном поинтересовалась Гермиона, разбивая несколько яиц на сковородку, сдерживая внутреннее негодование.       — Здесь не указано, — еще раз пробежался по тексту Гарри. — Но зная Волдеморта, не удивлюсь, если в Мунго прибавилось работы…       — Это уже третье нападение за последнюю неделю… — сжала она в руке лопатку, повернувшись лицом к Гарри. — Чего они добиваются? Ведь все эти люди… Просто жертвы обстоятельств… Никакой ценности не имеющие…       — Кингсли считает, что Волдеморт таким образом пытается дестабилизировать общество, — посмотрел он на нее поверх газеты. — Помнишь о чем мы с ним недавно общались? Раз Волдеморт не может захватить Министерство, то будет заниматься своим любимым делом — терроризмом и запугиванием людей, чтобы поселить в них страх и недоверие к властям, которые не могут их защитить. А еще вспомни о том, что он специально отправляет на задания свою неубиваемую змею Нагайну, которую не может остановить никто, что еще больше вселяет страх.       — Помню, — вздохнула Гермиона. — И могу лишь радоваться тому, что мы заставили родителей уехать из страны… Кто знает — может быть Волдеморт решил бы навестить и мой дом? На всякий случай…       — Лучше бы он уже «Гринготтс» навестил, — раздраженно выпалил Гарри, бросив газету на стол. — Видит же, что гоблины не собираются на него работать добровольно! Билл и Флер рассказывали, что Волдеморт упустил свой шанс, с каждым днем уверенность гоблинов все крепнет, а обида на поступок мадам Боунс забывается. Если бы он пришел сразу, то на эмоциях гоблины могли пойти за ним, а сейчас… Они, конечно, мстительные, но далеко не идиоты.       — Я этого хочу и не хочу одновременно, — разложила Гермиона яичницу с сосисками по тарелкам до того, как все успело пригореть. — Да, напряжение буквально висит в воздухе и ситуация требует разрешения уже давно… А мы же месяцами сидим на заднице без особого результата! Прямо как под боком у профессора Пруэтта, за исключением того, что вокруг реальный мир!       — Но вместе с тем, ты боишься, что возможное сражение может обернуться не в нашу пользу?       — Конечно я этого боюсь, — кивнула Гермиона, поставив на стол тарелки. — Да, Рон достал зелье удачи и скоро передаст его нам. Но достаточно ли будет его силы? Что если мы чего-то не знаем? Что если Билл и Флер неправы, а Волдеморт уже давно нашел подходящего гоблина, который вот-вот доделает ему Шар Поглощений? Что если нам готовят такую же ловушку, какую мы готовим Пожирателям?       — Но…       — Я знаю, шансы этого малы, — продолжала Гермиона, сев за стол. — Но они не нулевые! И я не могу перестать об этом думать… Не могу, понимаешь! У меня уже нервов никаких не хватает, чтобы вывозить на себе ожидание неизвестности! Ты же помнишь, что Пророчество о тебе не имеет определенного финала?       — Помню, — пожал плечами Гарри, которого эта тема беспокоила мало.       — Ну вот и я помню! — воскликнула Гермиона. — Там не сказано, что ты победишь в грядущем сражении! Это как кнат подбросить в надежде на нужную сторону! Вполне возможно, что Волдеморт возьмет вверх! И тогда не только мир, на который мне сейчас как-то плевать, потеряет надежду, но и я потеряю тебя! Понимаешь о чем я говорю?!       Понимать-то он понимал. Но что мог сказать, чтобы успокоить разбушевавшиеся эмоции любимой девушки? Пытаться сказать, что все обязательно будет хорошо? Глупо и тупо, если не можешь дать гарантии. Согласиться с ее словами и подтвердить ее теорию? И сделать еще хуже? Мда…       — Послушай, родная, — взял Гарри ее руку в свою. — Я все прекрасно осознаю. И я не знаю, что ждет нас даже завтра. Но я пытаюсь как-то абстрагироваться от всего и верить, что все у нас получится.       — Я тоже пытаюсь так сделать, но уже не могу! — прикрыла Гермиона глаза, сцепившись с ним пальцами. — Я готова скакать до потолка от радости, что Рон смог достать Феликс Фелицис, а Сириус уже послезавтра должен притащить его нам. Но вместе с этим, я знаю, что Кингсли теперь перестанет тормозить мадам Боунс и будет наоборот убеждать ее провоцировать Волдеморта, чтобы заманить его в ловушку… И меня дико бесит неизвестность… Что я даже не знаю, в какое утро мы проснемся от Патронуса, который, как той зимой, позовет нас на войну, в которой кто-то из нас может не выжить! А-а-аргх! — стукнула она другой рукой по столу от бессильной злобы.        По большому счету, Гарри был с ней согласен и испытывал нечто схожее внутри, только более притупленное ввиду чуть иного отношения к вопросам жизни и смерти. Он уже столько раз должен был умереть, но каждый раз избегал встречи со старухой с косой, а потому стал даже подсознательно верить в то, что является недостижимой для Волдеморта целью.       Паршивое чувство, на самом деле. Подвергает ложным убеждениям, которые могут и вправду стоить Гарри жизни. Узнай об этом Грозный Глаз, земля ему пухом, то тут же бы прочитал злобную лекцию о малолетних идиотах, возгордившихся собственной авадонепрошибаемостью. И лишь его голос, звучащий в голове, позволял избегать совсем уж необдуманных поступков.       Но вместе с тем, проводя бесчисленные часы за ожиданием непонятно чего, Гарри все никак не мог разгадать загадку их с Волдемортом «неубиваемости». Почему Гарри выжил во младенчестве еще было понятно — там сработала жертва Лили Поттер. А почему он выжил в конце четвертого курса, получив точно такую же смертельную Аваду?       А почему сам Волдеморт смог выжить? Какой из тысячи способов, прочитанный ими в различных темных книгах, помог ему удержаться в мире смертных? И сколько раз он может сработать? Или это был лишь один шанс, а теперь Волдеморт тоже смертен? И где им найти на все это ответы, если даже сам Альбус Дамблдор погиб, так ничего и не поняв?       Доедая завтрак, Гарри в миллионный раз молился Мерлину, чтобы у них все получилось. Чтобы Волдеморт и правда потерял свою способность выживать после собственной смерти.       С другой стороны, даже если это не так и после потери физической оболочки он вновь обратится духом, то в этот раз Министерство будет готово. Пожиратели не способны на реальное противостояние с властями без своего хозяина, а хозяин не способен поддерживать силы без своих слуг, что даст властям преимущество. Давние сны о Волдеморте, вынужденном быть в зависимости от никчемного Хвоста, лучше всех иных доказательств показывают верность теории.       Кингсли с Сириусом, к слову, были того же мнения. Даже если Волдеморт вновь выживет, то уже перестанет представлять такую серьезную опасность на ближайшие годы. Ему придется вновь податься в бега, а за это время, возможно, отгадается секрет его бессмертия.       Ну или им всем крупно повезет и Волдеморт все же окончательно погибнет от руки Гарри. Кто его знает?       — Ты так и не рассказал подробностей о своей встрече с Малфоями, — подала голос Гермиона, когда они сидели в тишине гостиной и почти безмолвно пялились в стену. — Просто сообщил, что снял Обет и все…       — Да там рассказывать особо-то нечего, — буркнул Гарри. — Встречу сложно было назвать сердечной. Я и не знал, что это заклинание может так давить на психику… Драко больше походил на очень бледную тень самого себя, боясь сказать хоть слово. А Нарцисса все это время смотрела на меня с таким презрением, будто именно я являюсь причиной всех бед их жизней.       — Ну, в каком-то смысле, так и есть, — даже немного улыбнулась Гермиона.       — Скорее, они сами себе придумали проблем, когда связались с Волдемортом, — покосился на нее Гарри. — Я-то так… Лишь следствие этой связи…       — Но они же пообещали, что сохранят тайну? — посерьезнела Гермиона.       — Пообещали, а что толку? — дернул плечами Гарри. — Я не верю их словам, как бы Нарцисса не убеждала Сириуса и меня в том, что ей не выгодна победа Волдеморта. Хотя, по сути, тайна и так трещит по швам и скоро станет достоянием общественности, так что я уже не парюсь. Лишь бы продержалась еще немного, чтобы сработал эффект неожиданности…       — Интересно, мы уже прошли точку невозврата? — откинулась на спинку дивана Гермиона. — Ну, когда еще был шанс бросить все и сбежать с родителями в Америку?       — Думаю, мы прошли ее еще несколько лет назад, — приобнял ее Гарри и прижал к себе. — По крайней мере, я уж точно… А что касается тебя…       — Это был философский вопрос, — положила она ему голову на грудь. — А на самом деле, я хочу еще раз встретиться с Кингсли. Обсудить несколько моментов.       — Можем сегодня вечером собраться у Сириуса, — кивнул Гарри, которому тоже не хватало нормальных новостей. — Я отправлю весточку.       Ввиду того, что Сквозное зеркало до сих пор находилось у Рона, а пользоваться Патронусом без особой необходимости не хотелось, Гарри написал короткую записку, привязал ее к лапке Букли и, чтобы сова добралась быстрее, «подкинул» ее трансгрессией до Лондона. Он не знал точно, где именно находится Сириус, но он обещал находиться в пределах города и потому Букля должна будет его найти довольно быстро.       В общем-то, так и получилось. Не успел Гарри и часа погулять по улочкам столицы, как белоснежная сова приземлилась на его плечо с ответом, где Сириус сообщил, что не против встретиться, но только ближе к ночи, объяснив тем, что они с Кингсли сегодня до поздна работают с мадам Боунс, в который раз стараясь объяснить причины своей уверенности в возможной победе над Волдемортом, не упоминая при этом имени Гарри.       Такой результат был вполне приемлемым, и, сообщив о нем Гермионе, Гарри решил до самого конца дня заняться практически ничегонеделанием, раз уж ночью им предстоит очередной долгий разговор. Гермиона, конечно, немного побурчала насчет бесполезной траты времени, но была вынуждена согласиться с тем, что других идей насчет ближайших нескольких часов у нее тоже не было.       Как ни крути — а после множества недель в ожидании непонятно чего было переделано все возможное и невозможное. По десятку раз на дню обсуждены все возможные планы надвигающегося неизбежного сражения. Отработаны все приобретенные боевые навыки. Буквально по минутам расписаны действия при возможном поражении и все в таком духе. Даже в доме буквально звенела и скрипела чистота, которой Гарри и Гермиона посвятили практически весь вчерашний день, чтобы хоть на немного отвлечься от одного и того же дня сурка.       — И все же я очень нервничаю, — делилась Гермиона своими мыслями, когда они расположились в обнимку на диване. — Меня бесит вся эта затянувшаяся пауза с Волдемортом. Бесит, что у нас до сих пор нет надежных сведений насчет его бессмертия. Бесит, что зелье удачи до сих пор непонятно где!       — Оно же у Рона? — вопросительно посмотрел на нее Гарри.       — В нашем случае это равнозначно! — парировала Гермиона. — Что если Волдеморт нападет через пять минут? Или уже напал, а мы не в курсе? Даже при самом лучшем сценарии, когда никто не будет тупить, Рон не потеряет флакончик, а профессор Макгонагалл сразу снимет защиту замка и пустит нас, нам нужно будет не менее получаса, чтобы пробежать зону антитрансгрессионных чар, забрать зелье у Рона и вернуться на поле боя. Ты сам знаешь, что за это время битва уже закончится. И не факт, что в пользу Ордена.       — Согласен, ты права, — вынужденно кивнул Гарри. — Но я верю, что до послезавтра ничего не случится. А там Сириус принесет его и мы будем окончательно готовы. Столько времени прошло… Надеюсь, что пара дней в запасе еще есть…       — По закону подлости именно за эти пару дней все и может произойти… — вздохнула Гермиона. — А потому остается лишь верить в лучшее… И надеяться, что к концу недели мы все еще будем живы…       Не самые позитивные мысли, конечно, но других за последнее время банально не было. Даже счастливые моменты их, безусловно, прекрасной половой жизни позволяли отвлечься лишь на мгновение, чтобы уже через десять минут после соития вновь нахмуриться лицами и вернуться ко все тем же проблемам вокруг.       Но таковы реалии войны. Она всегда рядом, пока живы враги. И от всей души хотелось уже наконец поставить в ней точку, чтобы зажить мирно и счастливо, не думая о том, что в следующем выпуске «Пророка» обязательно появится статья об очередной невинной жертве Волдеморта и его людей. Гарри бы даже согласится на очередные регулярные помойные статьи от Скитер в свой адрес, лишь бы был тому повод. Но, к сожалению, этому пока точно не суждено случиться.       Поздно вечером, ближе к одиннадцати, Гарри и Гермиона оделись в осенние куртки и, взявшись за руки, вышли на улицу. До времени встречи было еще минут пятнадцать, а потому они приняли решение немного прогуляться по улочкам деревни, подышать свежим воздухом и насладиться видом сияющей полной луны и миллионов звезд на абсолютно безоблачном небе. Разумеется, приняв все необходимые меры безопасности.       Гермиона уже давно привыкла к таким порывам и даже не возмущалась тому, что это может быть слишком рискованно. Постоянное сидение на одном месте надоело даже ей, а измененная внешность, помимо дезиллюминации, давала возможность не бояться случайного обнаружения Пожирателями, которые, впрочем, совершенно не интересовались этой забытой деревушкой.       — Хотя казалось бы, да? — усмехнулась Гермиона, когда Гарри поделился с ней этими мыслями. — Вроде бы значимая деревня для всех, включая и самого Волдеморта…       — Может он просто пытается забыть о нем? — предположил Гарри. — Как о месте, где потерпел свое величайшее поражение? Или все же Фиделиус сделал свое дело?       — Не знаю, — пожала она плечами. — Но я очень рада, что послушалась тебя тогда… Что не стала настаивать на своем и согласилась жить именно здесь. Тут так спокойно и тихо… Будто бы совсем нет никакой войны…       — Не удивлюсь, если мама и папа считали точно так же, регулярно руша всю конспирацию, — улыбнулся Гарри. — Если бы не Питер, то Волдеморт мог вообще никогда сюда не заглядывать…       — Вряд ли, — пожала плечами Гермиона. — Я думаю, что он знал, что дом Поттеров был именно здесь. Так что, пока Фиделиус не вычистил это из его головы, Годрикова Впадина была бы одним из приоритетных мест по поиску твоей семьи.       — Возможно, — согласился Гарри, кинув взгляд на уличные часы. — Нам пора, Сириус уже должен ждать. Держись крепче.       Сжатие трансгрессии за секунду перенесло их через половину страны и материализовало прямо в прихожей квартиры крестного. Вообще, среди волшебников было не очень вежливым появляться внутри жилища и по правилам хорошего тона нужно было хотя бы последние десять-двадцать ярдов проходить пешком, но война не оставляла места для манер и этикета.       Сириус молча подождал, пока прибывшие пройдут вглубь, приветственно обнял их, махнул рукой на пару кресел, а сам плюхнулся на стул напротив, размяв шею и проморгавшись, будто едва-едва проснулся.       — Устал я что-то за последние дни, — пояснил он, заметив вопросительный взгляд Гарри.       — Много дел? — уточнила Гермиона.       — В том-то и соль, что нет, — помотал Сириус головой. — Тишина полная. Кроме наших бесед с мадам Боунс и периодических нападений на магглорожденных, для запугивания, не происходит решительно ничего. И это мне категорически не нравится.       — Есть основания полагать, что Волдеморт вновь затих перед бурей? — спросил Гарри.       — Угу, — кивнул он. — Ровно как и раньше, когда он и его люди будто бы исчезли из поля зрения, а сами вовсю готовились к твоему похищению…       — Что говорит госпожа министр? — поинтересовалась Гермиона. — И где мистер Бруствер?       — Они решили остаться на внеклассные занятия, — фыркнул Сириус. — Я бы тоже был там, но устал как собака, да еще и с вами договорился встретиться…       — И все же?       — Министерство готово к битве, — выпрямился Сириус. — Уже разработаны планы, назначены люди, проработана схема по защите невиновных. Думали даже эвакуировать весь Косой переулок, но Волдеморт может заподозрить что-то неладное и не попасться на крючок, что положит месяцы работы насмарку.       — Значит остается вновь только ждать? — нахмурился Гарри. — Задолбало уже, если честно…       — Такова жизнь, — усмехнулся он. — Но у нас наконец-то есть преимущество. Теперь мы играем в атаке и охотимся на них, а не наоборот.       — Помогло бы еще, — глянула Гермиона в окно, где полной луной освещалась тишина заснувшей волшебной улочки с единичными прохожими. — Есть новости от Римуса?       — Никаких, — помотал головой Сириус. — Они уже которую неделю сидят в пригороде, но не делают абсолютно ничего. Даже не охотятся на магглов, что крайне не нравится большинству из оборотней. Ну а сегодня, как вы понимаете, ждать новостей от Лунатика не стоит. Может быть завтра, после того, как я смотаюсь в Хогвартс за зельем удачи.       Гарри уже начинал думать, что такими темпами эта вялотекущая война может длиться целые десятилетия. Он не знал, как все происходило двадцать лет назад, но сейчас, когда между крупными акциями Волдеморта порой проходило по несколько месяцев, а из успехов Министерства было лишь то, что его еще не захватили и не совершили переворот, то настроение было совсем ни к черту.       Конечно, лучше уж так, чем погибнуть в одной из сотен битв за месяц, если бы Волдеморт и его люди действовали более активно. Но хотелось уже покончить с ним раз и навсегда. Свершить висящее дамокловым мечом Пророчество хоть в какую-нибудь сторону, чтобы оно не зудело на душе и не заставляло день за днем стенаться от бессилия и злобы.       — Может быть нам уже стоит форсировать события? — предложил Гарри. — Ну, кинуть Волдеморту кость, чтобы выманить его из убежища?       — Предлагаешь сделать заявление в «Пророке»? — хмыкнул Сириус. — Я, Гарри Поттер, вызываю тебя, Волдеморт, на дуэль?       — Думаю, ему бы понравилось, — прокомментировала Гермиона, продолжая задумчиво смотреть в окно. — Хотя…       — Можно действовать не так прямо, — говорил Гарри. — Дать ему понять, будто на «Гринготтсе» ослабили защиту. Поверили, что все успокоилось, раз уж Волдеморт не лезет сюда сам… И…       — И вот такой он дурак, поведется на твой план, ага, — скептически оценил идею Сириус.       — Хм-м-м… — прищурилась Гермиона. — А вам не кажется, что многовато людей для поздней ночи за окном?       — Может и дурак, — продолжал размышлять Гарри, не замечая ее слов. — Он вполне себе может совершать ошибки и…       — Не в этом случае, — замотал головой Сириус. — Слишком уж очевидно…       — ЭЙ! — пощелкала пальцами Гермиона, прерывая диалог. — Смотрите!       Разогнавшиеся Гарри и Сириус не сразу поняли, что имела ввиду указывающая рукой на окно Гермиона, однако, через несколько секунд, в ночной темноте начали различать все прибывающие и прибывающие фигуры, движущиеся со стороны «Дырявого котла». Все они были одеты в темные одежды, старались держаться в тени, а лица, стоило им попасть в редкие лучи лунного света, словно отливали серебром.       — Пожиратели! — зашипела Гермиона. — Они здесь!       — Твою, блять, мать! — выругался Сириус, выхватывая палочку. — Как же невовремя! Нужно было догадаться, что они придут сегодня!       — Почему? — сунул руку в карман за своим оружием Гарри, смотря за тем, как крестный отправляет Патронуса в Министерство.       — Полнолуние! — рявкнул он. — Оборотни! Быстро! За мной!       Чувствуя, как сердце за долю секунды разгоняется до бешеных скоростей, Гарри, будто бы попав в какой-то сюрреалистичный сон, ринулся вслед за Сириусом, краем уха слыша шаги Гермионы за своей спиной. Они втроем выскочили на лестницу, быстро поскакали по скрипучим деревянным ступеням вниз и замерли у самого среза дверей, осторожно выглядывая из-за них и оценивая сложившуюся ситуацию.       — Надеюсь мракоборцы прибудут быстро, — пересчитывал прибывающих врагов Сириус. — Втроем нам точно не справиться.       — Как они попали сюда так незаметно? — шептала Гермиона. — Я думала, что на входе дежурит охрана… И мы не слышали хлопков трансгрессии…       — Возможно, охрана уже мертва, — хмуро произнес Сириус, держа палочку наготове. — Вот не могли они подождать еще сутки, а?!       — Поче… — начал было Гарри.       — Зелье! — расширились от ужаса глаза Гермионы. — Мы не готовы!       — Что толку от успеха Рона, если Феликс все еще в Хогвартсе? — едва не врезал Сириус кулаком по стене.       — Я займусь этим! — провернулась на месте Гермиона. — Черт, они наложили антитрансгрессионные чары!       — У меня в прихожей стоит метла, — сказал Сириус. — Хватай ее и лети за границу. Я отправлю Патронусов Макгонагалл и Рону.       — Поняла! — кивнула она и бегом побежала обратно в квартиру.       — Остается молиться, чтобы Минерва все правильно поняла, — вырвался очередной серебристый пес из его палочки и тут же растворился в воздухе. — Теперь каждая секунда на счету, Сохатик…       Слуги Волдеморта тихо продвигались все дальше по Косому переулку, приближаясь к их цели — банку «Гринготтс» и обитающими там гоблинами. Насколько Сириус знал — по ночам там дежурило не больше пяти мракоборцев и они явно не смогут дать достойный отпор целой армии тьмы. Особенно, если среди них затесался и сам Волдеморт. Обычно он старается не выходить на арену, появляясь лишь в критических ситуациях. Однако сегодня все возможно.       Где-то сверху будто пронесся вихрь ветра, знаменующий вылетевшую из окна Гермиону, рванувшую на полном ходу туда, откуда можно будет трансгрессировать в Хогвартс. Пожиратели, похоже, не заметили в кромешной темноте небольшую быструю фигурку, так что оставалось лишь поблагодарить судьбу за то, что Гермиона успела хорошо научиться летать.       — Держитесь, будем в течение десяти минут, — доложил появившийся Патронус Кингсли.       — Десять минут?! — прошипел Гарри. — Да за десять минут от нас мокрого места не оставят!       — Это если мы вступим в бой, — продолжал наблюдать из укрытия Сириус за приближающимися врагами. — Значит мы должны как можно дольше оттягивать начало битвы.       — А если они через минуту атакуют «Гринготтс»? — спрашивал Гарри. — Мы же не можем оставить охрану погибать без помощи? Там ведь могут находиться Билл и Флер в том числе…       — Придется, — едва не сплюнул на пол Сириус, все нутро которого явно противилось произнесенным словам. — Твоя жизнь в тысячу раз важнее. А без зелья удачи против такой армии… Сам понимаешь.       Спорить с Сириусом было бесполезно, ведь Гарри и правда все понимал. Люди Волдеморта все прибывали и прибывали, а вдобавок к ним будто бы стал слышаться знакомый вой оборотней, отражающийся от стен и взмывающий к полной луне. После обучения среди страниц «Темных тайн тьмы» Гарри практически не боялся их, но тем не менее, встречаться с этими кровожадными тварями категорически не хотелось. Хотя самих тварей, к счастью, пока видно не было.       — Почему они не маскируются? — тихо спросил Гарри, рука которого уже чуть ли не болела от силы сжатия палочки. — Идут прямо в лоб…       — Развеивающие чары, — пояснял Сириус. — Министерство пару дней назад наложило их на весь Косой, за исключением этого здания. Так что стоит тебе переступить порог — как сразу спадет действие Оборотного зелья. И никакой дезиллюминации.       — Хреново, — буркнул Гарри, а в голове тут же рухнул один из планов атаки. — И что будем делать? Тоже идти на них в лоб?       — Скоро прибудет подмога, — кинул Сириус короткий взгляд на свои часы на цепочке. — Лишь бы не опоздали…       Каждая секунда казалась целой вечностью. Все простроенные заранее планы приходилось менять на ходу. Сколько понадобится времени профессору Макгонагалл и Рону, чтобы на ногах добежать до границы защитных чар Хогвартса и передать зелье Гермионе? Да даже если лететь на метлах — до них тоже нужно добраться. Не случится ли что по дороге? Не споткнется ли Рон на поворотных лестницах и случайно не разобьет флакончик, дающий им единственный шанс на победу?       Гарри даже не хотелось думать об этом, но панические мысли следовали одна за другой, мешая мыслить трезво и рационально. С самого Рождества они не сталкивались с настолько сильным противником и теперь пришло время проверить в деле все те знания, что были получены за последние три четверти года.       Со стороны «Гринготтса» начали доноситься первые крики и вспышки заклинаний. Двери банка были достаточно прочными, чтобы держаться какое-то время, но даже они не смогут противостоять десяткам разрушающих чар, которые пробьют их за очень непродолжительный срок. И Гарри молился всем богам, чтобы подмога успела до того, как охрана падет от натиска Пожирателей смерти.       — Мы в минутной готовности, — весьма вовремя доложил Патронус Кингсли. — Основная группа зайдет им за спины со стороны «Дырявого котла». Остальные появятся в каминах по оговоренной схеме.       — Лишь бы местное население не начало паниковать, когда через их камины ломанутся десятки мракоборцев, — прокомментировал Сириус. — Все же думают, что их отключили от сети еще в начале лета. Но при этом оставили одностороннюю связь с Министерством.       — И повезло, что Волдеморт решил напасть ночью, — делал последние глубокие вздохи перед боем Гарри, наполняя организм необходимым кислородом. — Меньше шансов случайных жертв.       — И меньше сил потратим за их защиту, — произнес из-за спины уже настоящий Кингсли Бруствер, прошедший через камин квартиры Сириуса. — Вы готовы?       — Готовы, — кивнул Гарри, осознавая, что вот сейчас абсолютно точно наступает та самая точка невозврата, о которой они говорили с Гермионой.       — Тогда ждем пятнадцать секунд, — не отрывал от взгляда от часов. — Десять… Пять… Начали!