Часть 21

1999 год. В палате бывшего боксера, словно в осажденной крепости, собрались все бригадиры во главе с Тамарой, его верной женой.  Она украдкой смахивала слезы, слезы долгожданной радости.  После двух лет томительной комы, Валерка, ее Валерка, вернулся из цепких объятий смерти. По коридору, словно дробь барабанов, раздавался стук каблуков.  Сестры Суриковы спешили, озаряя все вокруг улыбками. Их друг очнулся!  Но лишь на лице одной из них играла тень фальши, скрывая истинные чувства. Еще до рассвета Пчелкиной позвонил Ларин, его голос дрожал от волнения: Каверин затевает недоброе.  Предупредить – вот и все, что он мог.  Катерину, словно ледяным ветром, обдало тревогой, предчувствием беды.  С далекого 1993 года она не ощущала леденящее дыхание смерти, а теперь оно вновь рядом, и Катерина знала это наверняка. Войдя в палату, Пчелкина будто ощутила могильный холод.  Здесь, казалось, сама смерть витала в воздухе, пронизывая всех своим ледяным взглядом.  Собравшись с духом, она обняла Тамару и присела у изголовья кровати Филатова. — Валерка… — Он перевел взгляд на девушку. — Помнишь меня? Он медленно моргнул в ответ. — Мы справимся, слышишь? Главное, что ты вернулся. Катерину прервал звонок.  Увидев имя на дисплее, она похолодела.  Белов и Пчелкин заметили ее перемену и вышли вслед за ней в коридор. — Алло? Да, я слушаю… Спасибо, Вова, спасибо, что предупредил. Давай, до связи. Катерина сбросила вызов. — Че это тебе Ларин названивает? — ревниво прорычал Витя. — Саша, нам нужно в офис! Срочно! — выпалила Катерина, проигнорировав вопрос мужа и, развернувшись, направилась к выходу. — Ну и что там за листовки? — недоверчиво спросил Белов, нагоняя ее. — Саша, это не просто листовки. Нам дают понять, кто мы такие, и не только нам, всем: людям, родственникам, государству. Братва рвется к власти! Как тебе такое? Твою мать! — Ну, ну, маленькая… Не горячись. Ну сделал он эти листовки, и что с того? — Нет, я не понимаю, ты что, оглох? Ты ничего не понимаешь, Белов! — Все, Кать, пусть обклеит ими всю страну. Я всегда иду до конца, ты тоже, между прочим! Что с тобой происходит в последнее время? — Саша, я опять чувствую ее… — Смерть? — Белов заметно напрягся.  Он помнил то ужасное время, когда девушка чувствовала приближение смерти, помнил, как ей было плохо.  — Давно? — С девяносто седьмого, но я не понимала этого сразу. А после встречи с Вовой я поняла, что за чувство преследовало меня… — Катюш, — Белов подошел и обнял свою родственницу. — Я обещаю тебе, все будет хорошо. Со всеми нами все будет хорошо. — Саша, пожалуйста… — Я обещаю, Пчелкина. Ты веришь мне? — Верю. — Иди домой, возьмите с Витей выходные на пару дней, проведите время с дочерью. — Ну что там? — спросила Катерина, заходя на кухню. Вся семья, затаив дыхание, смотрела дебаты Белова и Каверина.  Запись из «Крестного отца», которую Володя вовремя передал Пчелкиной, пришлась как нельзя кстати. — Все хорошо, Ларин правду сказал. Запись, что ты дала, отлично подошла, — радостно сказал Витя и обнял свою жену. — Скоро все закончится, женушка, и заживем совсем другой жизнью! — Витя затянул Катерину в страстном поцелуе. Эти двое даже не подозревали, насколько все изменится, насколько другой будет эта жизнь… Наступил день выборов. Напряжение висело в воздухе, словно натянутая струна. Никто из бригадиров не смел даже допустить мысли о проигрыше своего друга, брата. Катерину терзал необъяснимый страх, шестое чувство подсказывало ей, что вот-вот случится нечто ужасное. В кабинете Белова собралось множество людей, все следили за ходом голосования. — Саша, — подошла к нему Пчелкина. — А где Макс? — Не знаю, он вроде позже должен приехать. А что, Кать? — М-м? Нет, все в порядке. Мне нужно позвонить. Катерина уже сутки не могла дозвониться до Ларина, и это ее пугало. Пчелкина вернулась как раз вовремя, оставалось узнать результат только одного участка. Шестнадцатого. — Александр Николаевич, шестнадцатый за вас! — объявила помощница. — Есть! — ликующе прокричал Белов.  Александр Николаевич Белов – новоиспеченный депутат Государственной Думы!  Все кричали и радовались, а Пчелкина словно тонула в этом шуме, ей стало душно, тревога разрывала ее изнутри, и она не могла объяснить свои чувства. — Родственница моя любимая! — Белов подбежал к ней и закружил. — Если бы не ты, я бы этого не добился! — Да ладно тебе, Сашка, сделаешь меня министром юстиции, и делов-то, — усмехнулась Пчелкина, хотя смеяться ей совсем не хотелось. — Так, ладно, вы начинайте, а я за Ольгой поеду. — Витя, ну Пчелкин! — Катерина едва сдержала его порыв заняться любовью прямо в ее кабинете. — Катюня, а роди мне еще ребенка? — Что? — Ну, с Кирой я все пропустил, а теперь мы же наконец-то белые люди, родишь? — Рожу, Вить, рожу, обещаю. — Эй, Пчелкина! — в кабинет зашел Космос. — Катюх, ну отпускай уже этого жужжащего, нам гостей встречать нужно… — Ну все, Космос, идите уже, — с улыбкой проговорила девушка и выпустила мужа из своих объятий. — Я люблю тебя, Пчелкина, на века, — сказал Витя, глядя прямо в глаза своей жене. — Я люблю тебя, Пчелкин, на века, — искренне улыбнулась Катерина. Минут через двадцать пять Катерина начала нервничать.  Ни Витя, ни Космос так и не вернулись с улицы.  Внезапно зазвонил телефон. — Алло? — Сурикова? — Володя? Вова, где ты был? Я вся извелась, так нервничала! — Катя, послушай… – Только сейчас она расслышала его сбивчивое дыхание. — Они узнали, что я сливал тебе информацию. Катя, бригадиры в опасности… Прости меня, Сурикова. Я люблю тебя. В трубке эхом прокатились выстрелы, и Катерина, словно ужаленная, выскочила из кабинета, бросившись в фойе. — Люда?! — Да, Катерина Евгеньевна. — Витя с Космосом где? — Еще не заходили. — Господи… Катерина рванула на улицу, даже не накинув шубу. Во дворе она заметила лишь удаляющуюся машину Макса. На окровавленном асфальте, словно подкошенные, лежали два тела. Витя. Космос. Ноги стали ватными, не слушались.  Катерина, словно кукла, лишенная воли, рухнула на колени перед мужем.  Из глаз хлынули слезы, обжигая щеки.  Она чувствовала, как жизнь покидает его, как тело любимого остывает, и ничего не могла поделать.  Рок неумолим – "не срастется полоса ножа". Истерика захлестнула ее, словно волна.  Катерина, словно в забытьи, услышала неподалеку крик.  Подняв заплаканные глаза, она увидела Сашу и Ольгу, обе – в потоках слез.  Саша не отрывала взгляда от девушки, чьи руки были перепачканы кровью.  Ольга же просто умывалась слезами горя.  Она вновь его потеряла.  На этот раз – навсегда… Во дворе бывшего «Курс-Инвест», переименованного в «Фонд Реставрации», выли сирены скорой помощи и полиции.  Позвонили из больницы, сообщив страшную новость: Филатовых, Валерия и Тамару, тоже убили этой ночью… В карете скорой помощи, отгородившись от мира, сидела Катерина Пчелкина…  Пчелкина…  Эхом, ЕГО голосом звучала эта фамилия в ее голове.  Девушка уже несколько часов молча тонула в слезах, а в памяти, словно осколки разбитого зеркала, всплывали обрывки их жизни.

***

– Отвечай, – словно приказал блондин, – или мусоров вызвать для тебя? – Катерина усмехнулась и, гордо вскинув голову, решила спросить: – И что им скажешь? Что бандюгана малолетка обчистить хотела, да еще и уложила половину их группировки… – Девушка усмехнулась, смотря прямо в его голубые глаза.

***

***

– Это Виктор Пчелкин, – представил его Саша. Девушка лишь слегка улыбнулась, на что Пчела, ухмыльнувшись, взял ее руку и поцеловал в знак знакомства. – Вы просто украли мое сердце, а глаза заболели от столь прекрасной особы, что они узрели, – сказал Витя и усмехнулся, зная, что она и парни поймут подтекст: украла сердце, так как чуть не украла деньги и золото в его квартире вчера вечером, глаза заболели, да и правда, до сих пор болели после ее перцового баллончика.

***

***

– Нет, Пчелкин, я не из таких. – Я не такая, жду трамвая..? – Именно. – Давай ложись, завтра отвезу тебя домой.» «– Приехали, – наконец сказал он. – Спасибо тебе, Вить. – Да не за что. – Нет, есть за что. Спасибо, что простил за ограбление квартиры, спасибо, что вчера не выгнал, и спасибо, что заступился за меня. Кажется, ты хороший человек, Виктор Пчелкин.

***

***

– Я слишком много провожу времени в твоей квартире… – усмехнулась Катерина. – Да, я тоже так думаю. Слушай, может тебе перевезти уже вещи ко мне? Будешь постоянно там жить… – Катя ошарашенно посмотрела на Витю. – А что? Может, у нас с тобой любовь?

***

***

– Рана неглубокая, переживать не стоит, – успокоил он Сурикову. – Спасибо тебе. – Не за что, киса.

***

***

– Катюшенция! Привет! – Девушки едва вздрогнули и, обернувшись, увидели своих новых знакомых. – Здравствуй, Космос, – слегка улыбнулась Сурикова.

***

***

– Тебе не кажется, что мы довольно часто встречаемся в туалете или у тебя на квартире? – усмехнулась девушка, пытаясь скрыть свою нервозность. – Что ты здесь делаешь? Еще и с ним?! – пропустил ее вопрос Пчелкин. – Тебе-то что?! – Если спрашиваю, значит, важно. – Хватит, Пчелкин! Я не твоя собственность! И тебя не должно волновать, где я и с кем. Я же не спрашиваю, кто эта курица рядом с тобой! – Знаешь, маленькая, я ведь могу пойти и убить его, – Витя подошел к ней вплотную. – Давай, – Катерина подняла голову и с вызовом посмотрела ему в глаза. Секунда – и Пчелкин прильнул к ней в страстном поцелуе.

***

***

– Что ты здесь делаешь? – всхлипывая, спросила Сурикова младшая. – Прилетел на крыльях любви, – усмехнулся Витя. – Ольга позвонила, рассказала, что ты зашиваешься, а еще что тебе испортили платье. В общем, вот, держи, это тебе, – Витя положил на коленки Кати коробку. – Что там? – Открой и посмотри. Открыв коробку, Катя увидела синее атласное платье-комбинацию.

***

***

– Ты чего тут? – Не захотела домой ехать, да и тебе досталось сегодня. Я подумала, что тебе нужна поддержка… Ты же помог мне сегодня. – А чего звонишь? – Витя пропустил девушку в квартиру и закрыл дверь. – А как надо было? – Напомнить, как до этого сюда заходила? – с ухмылкой спросил он. – Решила сегодня без взлома квартир.

***

***

– Ты мать моей дочери, и меня это касается. – Догадался? – Считала меня идиотом, думала, я сходство не замечу или факты не сопоставлю, дни не посчитаю? Только я ждал, что это ты мне расскажешь, киса…

***

***

– Стоять!! – голос слегка дрогнул. – Стою, киса, – усмехнулся Пчелкин и повернулся к ней лицом, подняв руки. – Пчелкин? Твою ж мать!! Ты представляешь, как я напугалась??!

***

***

– А ты молчи, чеченский прихвостень, потому что я знаю правду, что ты, твой корешок Белый и ваша общая родственница поставляете оружие тем, кто убивает наших пацанов, – прокричал Холмогоров Пчелкину, направлявшемуся к жене. – Космос, ты не прав, ты сам знаешь, как сложилась ситуация, – встал на защиту друзей Валера. – Че ты с ним разговариваешь, – взорвался Витя. – Слышишь, ты, толстовец! Ты сам эту тему нарулил, а теперь тебе влом, потому что тебя подвинули? – Потому что войны еще не было, и вас еще не обрезали ваши корешки, понял?! – Да пошел ты, козел, – Космос сорвался с места, и между ним с Витей завязалась драка. Валера подбежал их разнимать. Катя вытащила из кобуры свой пистолет и выстрелила пару раз в воздух, из-за чего мужчины уставились на нее. – А ну, успокоились, вашу мать! Вы мужики или кто!??

***

***

– А Пчела? – Не знаю, я его простила, у меня нет никакой обиды, только я не знаю, как быть. Саша тут со своей влюбленностью или что это у него, я не знаю. – Ты ему нравишься, нравишься своим отношением к нему, ты принимаешь его и поддерживаешь, в отличие от Ольги, но он ее любит. – Я знаю. Опережаю твой вопрос, я Сашу не люблю, я люблю Витю. – Ну вот и решили. Если ты готова, то скажи Пчеле об этом. – А про Сашу? – Он тебя мало ревнует? Об этом, я думаю, не стоит говорить. – Спасибо тебе, Валер. – Да пустяки. – Спасибо за разговор, что бы я без тебя делала? Что бы мы все делали? – Ну вот, когда помру, узнаете.

***

***

– Алло?! – Да, Фил, слушаю тебя. – Ты где? – В офис еду. – Катюш, Космос разбился насмерть. – Что?! Как?! – Он под коксом опять был. В общем, он в Склифе, приезжай. – Скоро буду.

***

***

– Витя, – Катерина нашла мужа в его кабинете. – Что? – Успокойся, Пчелкин, все так, как надо было… – Что надо было, Кать? Чтобы мы на бабки попали? – Вить, Каверина больше нет… Все… – Вы с Белым специально все это затеяли? – наконец-то дошло до Пчелкина. – Теперь все будет хорошо, Вить.

***

***

– Нет!! – девушка с криком проснулась в холодном поту. Оглядевшись, она поняла, что находится в своей комнате. – Что случилось? – влетел к ней в комнату Пчелкин. – Ты плачешь? – подошел он ближе и сел рядом с ней. – Витя, – накинулась Катерина на него с объятиями. – Мне такое приснилось, господи, вас всех убили, Вить. – Ну всё, маленькая, – Витя гладил ее по волосам, пытаясь успокоить. – Это просто сон, ничего с нами не случится. Все будет хорошо. – Обещаешь? – спросила Пчелкина после очередного своего всхлипа. – Обещаю.

***

***

- Все будет хорошо, родная, – Витя коснулся пальцами ее подбородка и приподнял его, чтобы девушка смотрела ему в глаза. – Я обещаю тебе, все будет хорошо. Ты веришь мне? – Девушка слегка кивнула, и Витя увлек ее в поцелуй, нежный и такой нужный в этот момент для нее и него поцелуй.

***

***

– Кать, – М? – Я виделась с Витей… Он просил передать, что очень любит тебя и Киру. И когда все случится, чтобы ты не ставила на себе крест.

***

***

– Вить, – Катерина подошла к мужу, только что вышедшему из душа. – Я так испугалась. – Ну все, маленькая, – он обнял ее. – Я рядом, теперь все хорошо. – Вить, я люблю тебя. Давай попробуем? – намекая на серьезные отношения, сказала девушка. – Ты уверенна? Я не хочу на тебя давить. – Уверенна. Сегодня я тебя чуть не потеряла и поняла, что мы упустили очень много времени из-за обид и гордости… Я хочу, чтобы мы были настоящей семьей, Вить. – Я люблю тебя, маленькая моя.

***

***

– Ну вы чего там застряли, Вить? – спросила девушка. – Прости, родная, там кино снимают, оказывается. – Нашлись тоже мне, любители прекрасного. – Конечно, любители прекрасного. Ты же у меня самая прекрасная. – Ну все, Пчелкин.

***

***

– Родная. – Вить? – всхлипывая, еле слышно спросила она. – Как только начнется, падай, я заслоню тебя и не двигайся до последнего… – Витя… – Замолчи и делай так, как я говорю. – Я люблю тебя, Витя. – И я люблю тебя, Катюнь.

***

***

– Ну как ты, родная? – спросил Витя, заходя в ванную с бокалом красного любимого вина Кати. – Отпустило уже. Я так испугалась, Вить, так сильно испугалась. – Ну все, я всегда буду рядом, все лезвия и все пули попадут в меня. – Не говори так, Пчелкин, ты же знаешь, что я не смогу без тебя жить. – Про это я и хотел сказать. Если меня убьют, то ты должна будешь полюбить еще раз, ради себя, ради Кирочки, которая очень волновалась, что к родителям за ней я приехал без тебя. – Она спит? – Да. Ты поняла меня? Ты должна будешь жить дальше. Ясно? – Вить… – Ясно? – девушка не хотела обещать этого, она знала, что без Пчелкина ее жизнь будет окончена.

***

***

– Ты так внезапно становишься задумчивой. Я всегда удивлялся тебе, как может всё нравится в человеке? – Витя забрал бокал с красным полусладким и поставил его на ближайший столик. – Да и что именно? – Как ты закусываешь губу, как можно с тобой находиться в тишине, но при этом не напрягаться. Мне нравится, когда твои волосы распущены, твои пухлые губы, – он провел пальцем по губам, – и твои глаза, прекрасные, лисьи, зеленые глаза. – Лисьи? – со смешком спросила Катерина. – Ты невероятна, ты умная, красивая, хитрая, ты очень интересный собеседник. Саша называет тебя пантерой, но я вижу, что ты лиса, ты хитрая лисица, которая, правильно приластясь, получает все, что захочет. – Когда-то я захотела тебя… – И вот я у твоих ног, – Витя подтолкнул девушку к кровати и сел у ее ног, массируя ступни. – Да, у моих ног, – вновь хитро улыбнувшись, девушка сверкнула глазами. – Лиса, – усмехнулся Пчелкин и накинулся на девушку с поцелуями.» «– Ты мне так нужна, родная. – Я люблю тебя, Пчелкин.

***

***

— Мы усадим Белова в депутатское кресло, Вить. — Ты страшная женщина, лучше тебе не переходить дорогу, женушка, — Витя предостерегающе нахмурился. Катерина лишь хитро улыбнулась: — Ой, лиса, — протянул Витя и, подхватив ее на руки, повалил на кровать. Комната огласилась девичьим смехом, искрящимся, словно брызги шампанского.

***

***

— Дим, ты стихи любишь?! — Стихи? Ну, не знаю, не по профессии, понимаешь? А ты? — Люблю. Вите каждый вечер читаю.

***

***

— Все хорошо, Ларин правду сказал, запись, что ты дала, отлично подошла, — радостно сказал Витя и крепко обнял свою жену. — Скоро все закончится, женушка, и заживем совсем другой жизнью, — Витя увлек Катерину в долгий, страстный поцелуй. — Витя, ну Пчелкин… — Катерина с трудом уняла его внезапный порыв заняться любовью прямо в ее кабинете. — Катюня, а роди мне еще ребенка? — Что? — Ну, с Кирой я все пропустил, а теперь мы же, наконец, белые люди, родишь? — Рожу, Вить, рожу, обещаю.

***

***

— Я люблю тебя, Пчелкина, на века, — прошептал Витя, когда его друг вышел из кабинета, глядя прямо в глаза своей жене, и в его взгляде плескалась бездонная нежность. — Я люблю тебя, Пчелкин, на века, — ответила Катерина, и ее искренняя улыбка осветила всю комнату.

***