3

      Поутру Дайна начала вспоминать прошедший вечер и засомневалась в реальности того северянина, Вегарда. Может, голове, утомившейся после долгой работы, он приснился? Как бы то ни было, впереди Дайну еще ждала работа перед праздником, да и веселье пропустить не хотелось, а к вечеру еще к охоте готовиться, и...       Охота! Вегард знает, что она лисица. А если разболтает кому? А если вчера уже перебрал и растрепал в баре? Конечно, она объяснила, как важно оставить это в секрете, но кто его знает, этого чужака... Вот бы он, и правда, ей лишь приснился.       В мастерскую она пришла даже раньше Мариса, даже пропустив завтрак. Вчера она выпила не слишком много, знала свою меру, и из бара ушла одной из первых. Вернее сказать, улизнула, когда Вегард отошел к стойке. Заплетая косу и завязывая фартук, Дайна пообещала себе, что не будет вспоминать о нем, пока не закончит работу.       Подготовка городской площади шла с рассвета, и пробегая мимо, Дайна уже видела друзей Берра и Марка, что натягивали палатки и устанавливали тотемы. На площади начнется официальная часть праздника — выступит городской наместник, друиды зажгут первый из шести костров. Здесь же будут торговые палатки и развлечения для ребят помладше. А вот соревнования для старших и охотников развернутся позже на поляне перед лесом. Туда Дайне и нужно поспеть с масками, тотемы-то Марис сдал еще десяток дней назад, а вот свою часть работы мастерица затянула. Зато этой Лисицей и Волчицей она точно будет гордиться. В прежние годы, если Охотники ловили свои цели, друиды сохраняли маски и вывешивали их на стене в храме, подписывая, из какого они года. Если же девушкам удавалось сбежать, маска доставалась им.       Дайна покрутила волчью голову под светом раннего солнца, глядя, как блестит серебристая краска на выструганной шерсти. Нужно будет выспросить у друидов маски этого года и, как представится случай, отвезти их в столицу, показать, что умеет этот, как он там сказал… «Настоящий мастер». Ну-ка! Она обещала себе не думать про Вегарда и не крутить в памяти все эти глупости, что он вчера ей наговорил. Сама же видела, как все девчонки в «Роще» над ним вздыхали и как облепили за баром. У него таких как Дайна по десятку в каждом городе на пути. Если только и о своих приключениях не приврал. Может, и не бежал он от Белых, может, обычный матрос с какого-нибудь северного корабля. Но до чего же хорош собой…       Стимул победить. Придумал же. Все ему посмеяться лишь бы.       За этими мыслями Дайна едва не стесала себе полпальца, ровняя лисьи усы.       Перед выходом из мастерской, чтобы Марис ничего не заметил, Дайна забежала в уборную прихорошиться. Собранные волосы распустила, и после долгого ношения кос те завились кудрями, подкрасила глаза и губы. Из мастерской она так и улизнула, незамеченная Марисом.       На городскую площадь Дайна не поспела к зажиганию первого костра, но заметила в очереди к палатке со сластями Лору и Берра. Друидка Морта ждала ее на поляне, стоило поторопиться, но Дайна все равно остановилась рядом с друзьями, пряча за спиной два мешочка с масками.       — Дай подглядеть, — сразу догадавшись, запросила Лора, и Дайне пришлось отступить на шаг назад. — Ну все равно же вечером все увидим, покажи свое творение?       Пока Лора отвлекала, Берр уже успел схватить один из мешков и едва не выдернул у Дайны из рук, но его кто-то остановил.       — Вы же вроде говорили, что до поры охоты не положено смотреть, — услышала Дайна из-за спины голос Вегарда. — Или я что-то путаю?       Берр снова скорчил гримасу неприязни при виде нового знакомого, а Лора расплылась в улыбке.       — О, ты пришел! — Слова ее прозвучали так громко и радостно, что из очереди на них стали косо посматривать. Многие задерживали внимание на чужаке и молодежи, что болтала с ним, как со своим. — Так что решил? Поборешься за право стать нашим охотником?       — А разве можно чужакам в наши обычаи лезть? — перебил Берр, не глядя на Вегарда, что теперь встал с Дайной плечом к плечу. — Куда ему охотником? Только наши парни могут соревноваться.       — Никогда таких глупостей не слышала! Он наш гость. Пришел прям накануне большого праздника — может, его сама Балтона послала?       — Балтона — это которая? — тихо переспросил Вегард, склонившись к плечу Дайны.       — Волчица, — подсказала та.       — А почему меня не могла послать Лисица? — со смешком спросил Вегард. Прав Берр, не место этому северянину с его шуточками на священном празднике.       — Потому что белых волков Балтоны к нам привезли твои предки. — Дайна ткнула его в плечо.       — Так ты будешь соревноваться с нашими парнями? — вклинилась Лора, уже вовсе забывшая про очередь.       — Обязательно, — ответил Вегард. Среди коренастых и невысоких земляков Дайна часто чувствовала себя слишком крупной, но вот на Вегарда смотрела снизу вверх. Он добавил, повернувшись к Дайне: — Я же обещал.       До поляны они дошли все вместе, хотя мысленно Дайна и разрывалась между желанием сбежать от компании и попросить Лору оставить их вдвоем. Никогда прежде Дайна не испытывала такой тяги к кому-то, и новое чувство заставляло ее осаживать себя. Нельзя привязываться к нему, упаси богиня, влюбляться. Он пробудет здесь несколько дней и отправится дальше, искать лучшей жизни, интересных приключений и красивых девушек. А она останется со своим разбитым чужаком сердцем.       — И как охотники делятся на команды? Тоже жребием? — спросил Вегард, когда они приближались к площадке первого испытания.       — Нет, здесь мы сами выбираем, за кого из богинь выступать, — ответил Берр, закатывая рукава рубахи с рыжей оторочкой. Вся его семья много поколений служила Раудоне, конечно, Берр выберет Лисицу.       — А почему не могут девушки? — нахмурился Вегард.       — Потому что рука богини выбирает нас, а не мы ее, — ответила Дайна словами, которые годами слушала от друидов.       Вегард покачал головой, похоже, показывая, что все еще не может понять все эти тонкости местной религии. На поляне Дайна отыскала друидку Морту и передала ей готовые маски. Та мельком заглянула в мешочки, бросила что-то одобрительное и передала маски кому-то из своих помощниц. Не дожидаясь больше ни слов благодарности, ни похвалы, Дайна вернулась к своим спутникам, чтобы послушать речь Морты перед соревнованиями.       И вот, наконец, Морта поднялась на небольшую сколоченную за ночь сцену. За спиной друидки простирался густой лес во весь горизонт. Над верхушками где-то там вдалеке возвышались горы. Дайна смотрела на них всю свою жизнь, но так ни разу и не приблизилась. Даже в лес она заходила недалеко, чтобы видеть поляну. А все мечтает о большом городе.       По левую руку от Морты бежала река, не слишком широкая, но вплавь перебраться на другой берег хватало сил не каждому. Река и лес кормили, лечили и защищали город Ратас десятилетиями. И люди отплачивали всем, чем могли.       — Приветствую вас! — раздался и без того громкий голос Морты, и все собравшиеся на поляне стали затихать, прислушиваться, благоговейно замирать на своих местах. — Я рада видеть здесь знакомые лица и путешественников, что богини привели сегодня к нашему очагу! — Ее взгляд скользнул по Дайне и Вегарду. — Рада видеть старых друзей и молодых, которые впервые познают таинство праздника Литы. Все вы знаете, что мы празднуем сегодня, а для тех, кто далек от нашей веры или с годами все позабыл, я расскажу. Сегодня мы празднуем Литу, день солнцестояния. Это время сражения наших богинь. Время столкновения старого и нового. Смерти и возрождения. Весь год Волчица гонит Лисицу по лесам и по рекам, по небу и по горам. И только в Литу две сестры-богини столкнутся в бою. Драться они будут весь день и всю ночь, и к рассвету обе погибнут, чтобы уступить место новой жизни. Народится новая луна, — Морта взмахнула левой рукой в сторону реки, — ощенятся в лесу волчицы и лисицы, — Морта взмахнула правой рукой в сторону леса, — и продолжится бег, — и свела синие ладони вместе.       Все собравшиеся на поляне проделали те же жесты — рука к реке, рука к лесу и сложить ладони в молитвенном жесте. Дайна заметила, с каким интересом за ними наблюдает Вегард, но не повторяет. Оно и к лучшему, если ты не знаешь истинного смысла, а лишь повторяешь за всеми, как несмышленый ребенок, то нарвешься лишь на неодобрение.       — И так же наши избранные охотники сегодня будут сражаться с Лисицей и с Волчицей, чтобы завоевать благословение своей богини. Но прежде, чем начнется охота, достойных смельчаков нужно выбрать!       Парни разошлись на две стороны от сцены, и помощницы Морты быстро пересчитали их, чтобы у одной из команд не было преимущества. Одного со стороны Раудоны пришлось удалить, чтобы сравнять число, да и лет ему оказалось всего шестнадцать. Юн ты еще по лесам бегать за богиней.       В последний раз Дайна присутствовала на праздновании Литы года три-четыре назад, но знала, что каждый раз все повторяется. Те же испытания, те же танцы, те же развлечения для гостей, те же костры на том же поле и те же барабаны, под которые к вечеру влюбленные пары будут прыгать через огонь, чтобы скрепить свой союз. Любовь, прошедшую огонь, ничто не сможет потушить.       Парни, пожелавшие соревноваться, должны были набрать как можно больше железных жетонов с головой либо лисы, либо волка. Тот, кто к вечеру соберет больше остальных, и станет Охотником. Часть испытаний проходила в команде, часть — по одиночке. В этом году для начала парней решили взбодрить.       — На дне реки вы найдете башмачки наших местных красавиц. — По толпе разнесся легкий смех. Как помнила Дайна, в прошлый раз подобного испытания не было. Тогда охотников заставили трижды переплывать реку взад-вперед. — Каждый из вас должен принести по одной туфле.       Дайна глянула на подругу, и та, будто готовясь, приподняла подол желтой юбки, показывая одну босую ногу. Стоявший рядом Вегард тоже обратил на это внимание.       — А тебя не просили? — склонившись к уху Дайны, спросил он, чтобы больше никто не услышал. — Или у вас дозволено только в одном испытании участвовать?       Захотелось отстраниться, чтобы его дыхание не щекотало ей кожу. И очень хотелось остаться на месте. Дайна повернулась к Вегарду, так же тихо отвечая:       — По лесу мне все равно босой бегать. Могли бы и попросить.       Усмешка Вегарда превратилась в сочувствующее выражение лица — представил, похоже, какого это, голыми ногами перепрыгивать через ветки и муравейники.       — У вас будет пять минут на испытание, — продолжала тем временем Морта. — Вернувшийся с пустыми руками — выбывает.       Здесь же поблизости находился небольшой деревянный пирс, с которого обычно прыгали в реку, и кто-то из мальчишек, на ходу снимая рубахи, направился туда. Остальные выстраивались на берегу, передавали одежду и обувь друзьям. Вегард и Берр тоже оставили рубахи и ботинки Дайне и Лоре и заторопились к реке. Скрыть щеки, вспыхнувшие красным, Дайне не удалось. Если в одежде Вегард казался здоровяком, то без рубахи, ох, спаси, богиня. Широкие плечи, крепкая грудь, плоский живот с тонкой полоской светлых волос, убегающих за пояс брюк. Да не смотри же ты так! А что это у него на спине? Дайна сощурилась, всматриваясь в странный рисунок между лопаток у Вегарда. Широкий круг с треугольником, одна из вершин которого указывала в центр. Что-то, смутно напоминающее мишень. Татуировка казалась потертой от времени, и Дайне почему-то показалось, что глазеть на нее еще более неприлично, чем на полоску волос.       Толпа выстроилась за спинами охотников, улюлюкая, подгоняя и подбадривая. Кто-то из девушек громко прокомментировал, что такие праздники надо чаще устраивать. Друиды, которые знали, сколько детей народится через девять месяцев после Литы, только посмеивались и не ругали молодежь, как поступили бы старшие в любой другой день. Нет, сегодня все открыты, сегодня все знают, чем кончится эта ночь.       Говорят, ночью Медовой Луны любовь самая сладкая. Говорят, в Медовую ночь нет грехов и нет неверных решений. Богиня направит тебя, не противься ей. Говорят, ночь Литы, ночь Медовой Луны, дарит самых счастливых детей.       Дайна прикрыла глаза и глубоко вдохнула, и воздух смешался с запахом, исходившим от рубахи Вегарда, которую она держала. Запах соли и меда. Богиня направит. Если суждено ему будет поймать ее в лесу…       Друиды дали команду, и парни, выстроившиеся на берегу, бросились в воду. Кто-то пихнул своего сокомандника в сторону, кто-то поставил другому подножку. Толпа на берегу стала кричать еще громче, подгоняя, выкрикивая имена тех, за кого болели. Дайна в секунду потеряла Вегарда из вида, но, кажется, он успел нырнуть прежде, чем на берегу началось столпотворение. А что будет под водой? Но дурашливая борьба прекратилась, кто-то помог своему другу встать, другие смеялись. Никто не воспринимал эти испытания слишком серьезно, хотя и азарта им хватало. Все же на кону и красавица, и божественное благословение, есть за что сражаться.       — Ты когда сбежала вчера, — заговорила Лора, взяв Дайну под руку. Прохлада чужой руки успокаивала, — он даже расстроился немного.       — Да прям уж? — с насмешкой переспросила Дайна. Хотела бы она видеть лицо подруги, когда та говорила, но Лора прижалась щекой к ее плечу. Не было за Лорой привычки привирать, особенно в том, что касалось парней. Слишком уж она ждала, когда Дайна перестанет отгонять от себя всех вокруг, сватала к ней каждого, кто проходил собственную Лорину проверку.       — Ага-а, — протянула подруга, — ждал поначалу, что ты вернешься. Сказал, мол, вот, проводил бы, если бы ты предупредила, что уходишь. — Лора отстранилась, чтобы заглянуть Дайне в глаза с удивительной серьезностью. Будто и правда пыталась выдать подругу замуж. — Он хороший. У меня-то глаз наметанный.       — Он чужак, — напомнила Дайна, сама потеряв веру, что это что-то решает. Когда Лора с усталым вздохом опустила голову на плечо Дайне, тоже прижалась щекой к светлой макушке. Кто-то из парней выныривал, чтобы глотнуть воздуха и нырнуть обратно. Дайна не была уверена, но, кажется, Вегард еще не появлялся на поверхности.       — И тем интереснее тебе будет рассказывать об этих деньках свои внучкам, — ответила Лора с привычным лукавством в голосе, — чтобы у них щеки полыхали, как у тебя сейчас.       Вот на берег выбрался первый претендент на роль Охотника, старший сын мельника. Над головой он победно встряхнул найденной туфелькой с коротким каблуком, хотя сам еще не мог встать на ноги, так и цеплялся пальцами за траву. Толпа поприветствовала его криками и поздравлениями, с дальнего левого края донеслось приглушенное «У-у-у», но быстро скомкалось под ликованием остальных.       Второй и третий парни заставили себя ждать дольше. Один даже откинул туфельку в сторону и завалился на траве на спину, тяжело дыша и хватаясь за грудь. Видимо, эти смельчаки решили, что справятся на одном дыхании, и не тратили времени на выныривание, а теперь с таким трудом глотали воздух и глаз никак не могли открыть. Кто-то из друидов подходил, спрашивая, не нужна ли им помощь, но парни отказывались и вскоре поднимались под новую волну радостных вскриков.       Вегард выкарабкался на берег шестым, когда Дайна уже начала за него переживать. Остановившись по колени в воде, он по-собачьи отряхнулся, чем вызвал волну смеха и сам заулыбался. Вымокшие волосы липли к шее, одна из закатанных до колена штанин распуталась и скатилась вниз. Свободной от красной туфельки рукой Вегард смахнул остатки воды с лица и оправил волосы. Наконец, взглядом он нашел Дайну и Лору и направился к ним.       — Милая леди, кажется, это принадлежит вашей подруге? — Он улыбнулся Дайне и протянул Лоре туфельку, обтянутую красной блестящей тканью, со следами ила на коротком каблуке.       Вот ведь глазастый! Дайна даже не запомнила, во что была обута Лора, когда показывала им отсутствие второй туфли. Теперь Лора залилась смехом и с легким поклоном приняла туфлю обратно.       — Благодарю, — ответила она ему в тон.       — А ты оказывается показушник, — поддела Дайна, когда Вегард забрал у нее обратно свою рубаху и стал ею обтираться, как полотенцем. Взъерошил мокрые волосы, так что те забавно встопорщились, растрепал бороду.       — Понятия не имею, о чем ты, — ответил Вегард и подмигнул ей. Весь лохматый, мокрый и ничуть не потерявший от этого в уверенности.       Первое испытание завершили все претенденты. Каждый из местных парней был отличным пловцом, да и к празднику они начали подготовку, как только потеплела погода и в реку стало можно войти без боязни отморозить пальцы. Каким-то нырянием их не запугать.       Свой первый железный жетон Вегард отдал Дайне на сохранение. Хотела она отшутиться, что на его месте не доверила бы больше ничего своим карманам, легко все теряет, но не стала привлекать к этому лишний раз внимание Лоры. По его усмешке Дайне на секунду показалось, что он подумал о том же и так же не стал делиться их маленьким секретом с другими.       Чтобы ныряльщики обсохли, а желающие — переоделись в палатках у друидов, перед вторым испытанием сделали небольшой перерыв. Вегард накинул скрученную рубаху себе на шею, чтобы на нее стекала вода с волос, и предложил чем-нибудь перекусить. Время как раз близилось к обеду, а Дайна с самого утра и крошки во рту не держала.       — Я же тут никого не буду смущать своим видом? — переспросил Вегард, когда несколько друидов покосились в его сторону.       — Ну-у, как тебе сказать, — улыбнулась Лора.       — Не слушай ее, — отмахнулась Дайна, уводя от него взгляд, — все в порядке.       Но пару-тройку девиц его вид все же заинтересовал, и вскоре Вегард вернулся из одной из друидских палаток с чистой и сухой белой рубахой.       На памяти Дайны в иные года Лита выпадала на более прохладные дни, а жара подступала куда позже. Сейчас природа должна была только готовиться к зною и злому солнцу. Но сегодня уже после полудня припекало так, что хотелось спрятаться в тени с пинтой прохладного эля, а минута на солнышке грозила тепловым ударом. Может, оно и к лучшему, что парней сперва отправили охладиться и ополоснуться.       Вот и кто-то из не участвующих в испытаниях уже последовал их примеру — некоторые прыгали с пирса, кто-то подхватил визжащую девушку на руки и сиганул в реку вместе с ней.       — Не хочешь тоже взбодриться? Водичка — парное молоко, — подначивал Вегард, заметив, куда смотрела Дайна. Сейчас они остановились у одной из палаток, где поджаривали на гриле свиные колбаски и на гарнир давали картофельный салат.       На его предложение Дайна ответила скептическим взглядом и продемонстрировала свиную колбаску, насаженную на вилку.       — Только попробуй, — пригрозила Дайна. Со смешком Вегард поднял руки в сдающемся жесте. Со своими двумя порциями обеда он уже расправился. Совсем не к месту на ум Дайне пришли наущения матушки, что мужа нужно выбирать по здоровому аппетиту, а значит и готовить пора бы научиться, а не только деревяшки стругать.       «Цыц», — мысленно гаркнула на себя Дайна.       Второе испытание выбрали в противовес первому. Если сначала Охотникам требовалось подчинить себе воду, то теперь им пришлось бы поиграть с огнем.       На этот раз требовалась работа в команде — соорудить колесо из предложенных материалов, обвить его стеблями зверобоя, поджечь и спустить с холма. У кого колесо проедет дальше, тот и победит.       — Горящее колесо — это солнце, — поучала Дайна, пока Морта со сцены рассказывала еще что-то про правила. Вегард взлохматил волосы на затылке. — Зверобой — это кровь Раудоны, пролившаяся на землю в их первый бой с Балтоной.       — На моей родине есть похожий обычай, — сощурив один глаз, сказал Вегард, как будто нехотя делясь воспоминанием. — Только мы катаем колесо с горы. Тоже поджигаем, если будет гореть, пока не упадет — значит, ждет хороший урожай. У нас говорят, что колесо — это год, бесконечный бег времени. И люди в нем — ломкие спицы, которые время от времени заменяют, но бег не прекращается.       — Кто же тогда заменяет спицы? Боги?       — Ведьмы и шаманы. — Он пожал плечами, словно ответ лежал на поверхности. — Они вплетают наши жизни в общее колесо, и они же ломают наши спицы, когда приходит время. — Вегард кивнул в сторону своей команды, направившейся к двум длинным столам. — Пожелай мне удачи.       По команде Морты собравшиеся вокруг столов парни приступили к делу. У Дайны так и чесались руки отобрать у них инструменты, дубовую основу колеса и осиновые спицы и в два счета расправиться с заданием. Многие, окружавшие Вегарда, были сыновьями ремесленников и фермеров, все они знали, как починить сломанную телегу, как обращаться с инструментами, и быстро разделили обязанности в команде.       Рядом с Дайной вновь появилась Лора. Та пропадала в толпе и выныривала обратно так часто, что и не уследить. На вопрос Дайны, куда та вечно бегает, Лора ответила, что старается дать им с Вегардом побыть вдвоем. Теперь она остановилась рядом с подругой, наблюдая за соревнующимися. У охотников за Лисой колесо уже было готово, и они принялись обвивать спицы ярко-желтым зверобоем.       — Так как он узнал, что ты вытянула жребий? — спросила Лора, подтянувшись к уху подруги.       Дайна уставилась на нее, округлив от испуга глаза. Весь город что ли по ее карманам успел порыться?       В ответ Лора закатила глаза и объяснила:       — Я ж рядом стояла, когда ты в чашу полезла. Лицо такое сразу сделала, все понятно было. Как будто на виселицу ведут. — Расслабившись, Лора снова заговорила громче, и Дайна шикнула на нее, чтобы не привлекала лишнее внимание. Впрочем, не было никому дела до их болтовни — собравшиеся на поляне разделились на тех, кто веселился у реки и палаток, и на тех, кто следил за соревнованиями охотников. Лора продолжила, чуть понизив тон: — Спаси богиня, ну что здесь такого страшного, чтобы два года от Литы бегать? Выпал бы мне шанс надеть маску… — Она осеклась и оправила подол платья. Белого с рыжей вышивкой узора. Медовые косы лежали на открытых плечах, подвязанные лентами в тон узора на ткани. — Ну ладно. Он-то как догадался?       Дайна с неудовольствием поджала губы и рассказала о своей неуклюжей ошибке:       — Я вчера в трактире бумажку выронила, а он подобрал.       — Поэтому в охотники вызвался? — переспросила Лора, прикусывая губу, чтобы не смеяться. — Что ж, Раудона уже на его стороне.       — Почему?       — Потому что я видела, как ты бегаешь, — расхохоталась Лора и ускользнула, исчезла в толпе прежде, чем Дайна до нее дотянулась.       Первыми свое зверобойное колесо собирали охотники за Лисой и заторопились к вершине холма. Дорожку для катания горящих колес заранее расчистили и огородили, чтобы не задеть людей. Толпа выстроилась по обе стороны за веревочным ограждением, и вот первое колесо, объятое пламенем, поскакало вниз с холма к реке. От цветков зверобоя поднимался дым и едкий запах, но пыла наблюдающих это не умерило. Охотники за Волчицей опоздали на полминуты, их колесо никак не хотело заниматься огнем, а первое колесо уже преодолело половину пути и все не падало. Второе, наконец, поскакало следом, пусть команда Волчьих охотников уже и проиграла. Первое колесо прокатилось и пропрыгало до самой воды, на последней кочке подскочило высоко-высоко и сигануло в воду, разбрасывая брызги и оставляя в воздухе едкий паленый запах и клубы дыма.       Толпа, которое в целом не было разницы, за какую из сторон болеть, теперь взорвалась криком и свистом. Парни на вершине холма тоже кричали и вскидывали кулаки вверх. Кто-то из соперников пожал им руки, но большинство молча спускались вниз с холма, когда их колесо упало перед самым берегом, зацепившись за какую-то ямку.       От Вегарда пахло маслом для розжига и паленым зверобоем, когда он поравнялся с Дайной и положил руку ей на плечо, увлекая за собой вниз по проходу.       — Здорово у вас, — выдохнул он тяжело. — Часто такие праздники устраиваете?       — Раз в сезон, — ответила Дайна, в мыслях уговаривая щеки не полыхать таким ярким румянцем. — Но Лита у нас самый любимый. К нему весь год готовимся.       — Оно и видно.       — Так ты… — Дайна глубоко вздохнула, чтобы задать самый важный вопрос: — Ты надолго у нас или проездом?       Снизу вверх она заглянула ему в лицо, и на секунду Вегард нахмурился, но поймал ее взгляд и улыбнулся.       — Пока не знаю. — Он снова сощурился на один глаз. — Дома меня ждут, но возвращаться я не хочу.       — Ждет... девушка? — осторожно спросила Дайна, чувствуя, как напрягается его рука на ее плече.       — Нет, но это было очень плавно, почти незаметно, — рассмеялся Вегард. Они уже дошли до одной из палаток, где бросая дротики можно было выиграть деревянные фигурки. Но Дайна так сморщилась, глядя на неаккуратных собачонок с гигантскими головами, что Вегард догадался — здесь останавливаться не стоит. Они зашагали дальше вдоль воды, и Вегард продолжил рассказывать: — Дома меня ждет, кхм, младший брат. Стоило забрать его с собой. Но тогда обстоятельства не позволили. — Пока он говорил, голос становился тише и глуше. Дайна слышала в его тоне такую же тоску, как когда Марис рассказывал о дочери, которую не видел уже много лет и очень скучал. Сама-то она в жизни не покидала свою семью. — А теперь я должен вернуться за ним.       — Там так плохо?       Они остановились вдали от деревянного причала и палаток, голоса толпы доносились едва, музыка стихала, только отдельный свист долетал до их ушей.       Вегард молча кивнул.       — Из Белого Храма никого не отпускают по доброй воле, так ведь? — переспросила Дайна, понимая, что зашла на территорию, которую стоило бы миновать. — Ты сбежал?       — Угу. Но ты не хочешь об этом слушать, — сказал он, выдавливая улыбку и разворачивая Дайну обратно к празднеству. Скоро объявят следующее испытание, не стоит им так далеко уходить. Но Дайна остановилась на месте.       — Если бы не хотела, не спрашивала. Я ведь тебя совсем не знаю. — Мягко она добавила, взяв руку Вегарда в свою и огладив грубые костяшки пальцев: — Откройся хоть немного.       — Ладно, — ответил он, тоже глядя на их переплетенные пальцы. Говорил он спокойно, почти устало. — Сбежал. Лет пять назад.       — Почему?       — А что ты хочешь от пятнадцатилетнего, — вдруг решил он отшутиться и улыбнулся широко, наигранно, — думал, могу мир изменить. А в итоге не смог изменить даже себя.       — И что ты хотел изменить в себе? — спросила Дайна после короткой паузы, когда его наигранность стихла.       — Не знаю. — Он пожал плечами. — Не хотел быть тем, кого они из меня лепили. И для брата этого не хочу.       — Значит, теперь ты возвращаешься домой?       — Не сегодня. Пойдем обратно, кажется, начинают.