Глава 12. Дружеская попойка.

Войдя в хижину, Сон Хо увидел, что Хви сидит на циновке на деревянном настиле, вытянув ноги. Его правая рука привычно потирала колено, которое он повредил много лет назад, падая с лошади. Теперь боли в колене напоминали о себе каждый раз при смене погоды… похоже завтра ждать дождя. Хви внимательно посмотрел на Сон Хо, слегка наклонив голову к правому плечу, как бы о чем-то размышляя, потом его взгляд снова вернулся к Бан Вону, сидевшему на стуле, на котором до своего ухода пил чай Сон Хо. Король расслабленно облокотился на спинку стула, поигрывал веером и что-то очень увлечённо говорил Хви. Сон Хо снял накидку, повесил ее на крючок у двери, после чего подошёл к деревянному настилу и устроившись на циновке рядом с Хви, плечом к плечу, на которое Хви сразу устало облокотился, попытался ухватить суть беседы. «Я хочу закончить эту дискуссию. КАК ты думаешь, почему применение на практике конфуцианских идеалов никак не могло навредить этой стране? Да потому, что это помогло создать стабильное правительство, которое имеет влияние на всю нацию, что, в свою очередь, позволило ввести в действие стандартизированный налоговый кодекс. Районы, где фермеры были обложены налогами так сильно, что они теряли свои земли, теперь снова обрабатываются, что дает больше зерна, чтобы накормить народ, и в целом увеличивает налоговые поступления. Голод превратился из широко распространенного в почти несуществующий. Государственные служащие получают справедливые зарплаты, и мы можем финансировать постоянную армию на наших границах, в связи с чем несем меньший ущерб от вторжений варваров. И это был большой, нет, огромный успех!» «Ничто из этого не имеет ничего общего с вашим новым моральным кодексом. Вы могли бы просто реорганизовать инфраструктуру и стандартизовать налоги, не контролируя частную жизнь людей», — вмешался в беседу Сон Хо. Рядом Хви вздохнул и прикрыл глаза, молча отказываясь от контроля над дискуссией. «Ответь мне на это, — настаивал Сон Хо. — Какую возможную ценность имеет повеление рабу принимать законы как они есть, не имея никакой возможности выкупить свою свободу? Какая ценность в том, что жены и дочери вынуждены жить и работать отдельно от своих мужей и сыновей?» «Последнее — инь и ян. Сфера влияния женщины не должна сливаться с мужской. Разделение — наше естественное состояние», — тут же охотно возразил Бан Вон. «Тогда следуя твоей логике той же Хан Хи Дже стоило держаться подальше от политики? — язвительно заметил Сон Хо, а Хви поморщился. — Но ты бы НИКОГДА не занял трон без её помощи!» «Принесла ли её помощь мне личную пользу, не имеет ничего общего с тем, способствовало ли это в дальнейшем стабильному, функционирующему обществу», — возразил Бан Вон. Сон Хо с сомнением покачал головой: «Ты реально веришь в это? Приведи хоть один пример, где ущерб на самом деле был нанесен женщинами и мужчинами, работающими вместе». За примером и ходить далеко не надо, нахмурился Бан Вон: «Если бы мой отец не послушал в своей время эту женщину, свою жену, он назвал бы одного из своих истинных детей своим наследником, и мы бы не сражались за трон. Сотни жизней и дюжина лет были потрачены впустую». «То есть, ты признаешь, что причина всего сделанного тобой — это банальная ревность, похожая на детскую, потому что отец слушал свою жену, а не тебя?» — бровь Сон Хо иронично изогнулась. Глаза Бан Вона угрожающе сузились. Наглость этого человека не знала границ. «У нее не было права говорить о важных вещах! Она ничего не знала ни о войне, ни о дипломатии. Ее так называемые советы были бесполезны и опасны, и в итоге разрушили правление моего отца…» Сон Хо фыркнул, продолжая насмешливо улыбаться. Теперь ОН получал удовольствие от поддразнивая Бан Вона. «Королева-мать владела практически всей возможной информацией. Она строила свою сеть более десяти лет, и ты это прекрасно знаешь». Бан Вон нахмурился, глядя на него: «Но на троне был мой отец, а не она!» Сон Хо закатил глаза: «Да, он был на троне, но сам он никогда бы даже не потрудился занять трон без нее. У Ли Сон Ге никогда не было великих амбиций. И наша страна до сих пор бы называлась Корё. Синдок! Вот кто был настоящим голосом трона, а не он». «Неправда! Как ты смеешь говорить так о нем! — прошипел Бан Вон, праведная ярость вспыхнула в его сердце. — Мой отец был отцом этой нации. Он создал стабильность из хаоса и коррупции. Все, что сделала Синдок, — это ПОГУБИЛА его. Как ты смеешь утверждать, что знаешь моего отца лучше, чем я, его сын!» «Видимо, потому, что, вышвырнув тебя из своего доверия, он заменил тебя мной?» — устало произнес Сон Хо. Было видно, что этот спор уже начал изрядно надоедать ему. — Синдок была единственной, кто горел честолюбием, тем же отчаянным, всепоглощающим честолюбием, которое разделяли ты и я, и которого Ли Сон Ге, очевидно, не разделял. Ее амбиции были скрыты за мягкими улыбками и слезами, она не была так же прямолинейна, как мы. А Ли Сон Ге, которому я служил на тот момент, а ему нужен был такой как я, кто будет выполнять всю грязную работу, был доволен тем, что сидел сложа руки и позволял другим решать все самостоятельно. Абсолютно все контролировала королева, — Сон Хо пожал плечами. — Может быть, у него действительно были амбиции, когда он был моложе. Но к тому времени, любые большие изменения в стране были по ее замыслу». Бан Вон вскочил со стула, его лицо пылало:«Я не был вышвырнут, я всегда там был! И …» «Довольно! — внезапно жестко осадил его Хви. — Вы даже представить не можете как я УСТАЛ от этого. Вы, как скандалящая супружеская пара на пороге развода. Довольно споров. Я не хочу слышать в этом доме больше ничего подобного». Сон Хо кивнул подчиняясь, и встал с настила, сделав паузу, чтобы отряхнуть одежду на бедрах, которая итак была идеально чистой. Этот жест Бан Вон видел от него и раньше, и от Нам Джона, если уж на то пошло. Это, как правило, успокаивало людей и, по-видимому, использовалось как признак того, что он готов закончить разговор в дружеской манере, настолько, что можно даже немного нарушить правила приличия. Забавно видеть, как Сон Хо неосознанно использует это здесь, а не привычно, на официальной встрече, во дворце. Сон Хо потянулся, а потом наклонился к настилу и вытащил из-под него бутылку того самого «странного» напитка местного производства, о котором Хви упоминал ранее. «Достаточно тяжелых дел на сегодня», — предложил Сон Хо, поднимая бутылку и вопросительно приподнимая бровь. «Нет! — запротестовал Хви. — Бан Вон не может пить, он потерял много крови и ещё полностью не восстановился». «Бабушкины сказки, — усмехнулся Сон Хо. — Я пил и после гораздо худших ран». Бан Вон согласно улыбнулся. «Как и я, — и с нетерпением протянул руку за бутылкой. — Хви говорил, что это что-то восхитительно омерзительное». «Во всех отношениях», — заверил его Сон Хо и сам сделал большой глоток, прежде чем вытереть лицо тыльной стороной ладони и передать бутыль Бан Вону. Бан Вон сделал более деликатный глоток и сразу почувствовал, как глаза вмиг увлажнились, когда напиток обжег горло. Он сморгнул слезы и сделал ещё глоток, но уже намного больше первого. Борясь с желанием закашляться, король протянул бутыль Хви, который, закатив глаза, всё же взял ее. «Сон Хо, по крайней мере, достань немного вяленого мяса или что-нибудь в этом роде. Я не помню ел ли что-то сегодня», — после этого Хви, даже не потрудившись сделать глоток, просто откинул голову назад и влил жидкость себе в горло. Сон Хо возмущенно фыркнул. «Уже почти ночь Хви, а ты даже не помнишь ел ты или нет? Это крайне безалаберно с твоей стороны», — он подошел к шкафу и вытащил пару больших банок и тарелок. Одну тарелку он наполнил солено-сладкой черной фасолью, другую — кимчи с редисом, третью — сушеными сливами, а последнюю — засахаренными каштанами, затем вернул банки в шкаф. Хви сделал еще один глоток, а затем подошёл, чтобы сесть за стол. Бан Вон тоже придвинул свой стул к столу и вытащил из выдвигающегося ящичка палочки для еды. «Рис?» — Спросил Хви. «Только остатки со вчерашнего дня, но они, вероятно, уже высохли», — отметил Сон Хо. Хви расстроенно вздохнул, беря ломтик редиски. Бан Вон виновато поморщился. Сон Хо попросил его убедиться, что Хви поел, что сам он может даже и не вспомнить сделать это. В свою защиту Бан Вон мог сказать, что Хви еще даже не проснулся к тому времени, когда вернулся Сон Хо… Но на будущее это надо запомнить». Сон Хо снова подтолкнул бутыль с соджу Бан Вону, который охотно принял её. «Ты пытаешься меня напоить? — спросил он несколько смущенно. — Считаешь сейчас самое подходящее время для этого?» «Я хочу историй. Что может быть лучше, чем скоротать вечерок в интересной беседе», — ответил Сон Хо. Бан Вон сделал здоровый глоток и вопросительно поднял бровь. «Я слышал, что когда-то тебе даже приходилось учить Хви пить, — поведал заговорщицки Сон Хо. — Но он категорически не желает рассказать мне эту любопытную историю». «Не пить, — возмутился Хви, — притворяться пьяным!» Бан Вон засмеялся и съел каштан: «Дааааа … Хви — ооочень забавный пьяница». Сон Хо ухмыльнулся, полный предвкушения: «Неужто он и вас пытался заставить танцевать с ним?» «Да, разное случалось, — хитро поведал Бан Вон, наслаждаясь видом вмиг покрасневших щек Хви, который сделав вид, что решительно игнорирует их обоих, принялся грызть редиску. — Он никак не хотел мне поверить, насколько он паршивый танцор, когда пьян. Мне пришлось напоить его дюжину раз на глазах у его друзей, прежде чем он мне поверил. И даже после этого, нам пришлось тренироваться несколько дней, прежде чем он смог воспроизвести это на трезвую голову. Со стороны все эти пьяные танцы конечно выглядели … ну, в общем такое себе зрелище. Я почти уверен, что слуги подумали, что мы подхватили какую-то странную болезнь разума». «Бан Вон поведал всем, что я в любовной тоске по женщине, которая отказала мне, а потому не просыхаю, — проворчал Хви. — Что только усугубило ситуацию, хотя на самом деле никто их моих друзей в это не верил. Окружающие наперебой начали давать мне советы о любви. Даже Мум Бок и Чхи До, хотя они абсолютно точно знали, что это ложь. И не похоже, что у Чхи До был какой-то собственный опыт! Но он с упоением цитировал мне свои любовные романы». Сон Хо потрясенно поднял бровь: «Признаю, это не то, что я ожидал, что Чхи До будет читать». «Я тоже не ожидал! Но подозреваю, что он читал их специально для получения необходимой информации, хоть и в таком странном формате, чтобы потом помучить меня. Но конечно же, у него были дела поважнее, верно?» «Признаю, что предпочел бы доверять романтическим советам Чхи До, вымышленным или нет, а не советам вашего доброго доктора», — в размышлении заметил Бан Вон. «И все же, несмотря на всю свою абсурдность, Мун Бок женился первым, и у него отличная семья и целое стадо детей», — вздохнул Хви и отпил глоток из бутыли. «Ты завидуешь его куче детей? Поверь, у меня их куда больше и в этом нет ничего прекрасного…» — Бан Вон с восторгом доедал очередной, покрытый сиропом каштан. Вообще-то, это было одним из его любимых блюд, но оно редко появлялось во дворце. Его насыщенный, солено-сладковатый вкус, считался слишком низкопробным и недостойным королевского стола. Сон Хо тем временем многозначительно пододвинул ближе к Хви тарелку с фасолью. «ТЫ не в счет, — сказал Хви, тыча пальцем в Бан Вона. — Кроме того, восемь детей от одной, ЛЮБИМОЙ, жены — это более впечатляюще, чем… сколько бы их у тебя не было, но от толпы наложниц, в большинстве своём безразличных тебе. Как и дети от них». Бан Вон рассмеялся и кивком подтвердил его слова. «Но вернёмся же к пьяным танцам», — хитро прищурился бывший король, и Хви снова раздраженно откинулся на спинку стула. «Только представь себе такую картину, — продолжил Бан Вон, повернувшись к Сон Хо. — Я сижу за своим столом в кабинете, усердно работая над корреспонденцией, в то время как Хви пытается кошмарно танцевать передо мной. Часами. Он спотыкался, ронял вещи и был настолько коряв, что поверь, я видел деревья на ветру, которые двигались более изящно…» «Ага, и Бан Вон мне постоянно бубнил — наклонись еще немного влево, не плохо, теперь наклонись вниз и качнись вправо, нет, продолжай наклоняться вправо и плавно махни над головой кистью левой руки… — проворчал Хви, и его голос стал низким и резким, как будто он имитировал голос бывшего короля. — В общем он полностью поставил всю это чертову хореографию». «Затем Хви настоял на том, чтобы напоить меня, чтобы убедиться, что я тоже могу вести себя так же, как в обычной жизни, но будучи пьяным», — вспоминал Бан Вон. «Сон Хо ты бы поверил, что он еще хуже, когда пьян? — Хви раздраженно покачал головой. — Он просто ходил по всему дворцу, угрожая всем и говоря о том, какой он блестящий и беспощадный. В общем, прямо противоположное тому, чего мы планировали добиться. А нам нужно было, чтобы он выглядел более слабым, трогательным и человечным. Но Бан Вон, оказывается, в обычной жизни скрывал часть своего высокомерия, кто бы мог подумать, что там есть что скрывать…мммм и по-настоящему раскрывался, только когда расслаблялся, будучи пьяным. Это было воистину катастрофа. У меня был целый список тех, кого ему следовало избегать, но он все это проигнорировал и стал оскорблять всех подряд». Хви вздрогнул, как будто от тех старых воспоминаний его пробрал озноб до самых костей. Бан Вон расхохотался, отпивая глоток, а потом пододвинул бутыль обратно к Хви. «Да ну, не брюзжи. Помню я получил от этого огромное удовольствие. И ты, в конечном итоге, тоже». «Ну да, ну да. То ещё удовольствие ощущать себя полным идиотом, особенно если стараешься изо всех сил заслужить у окружающих репутацию сильного, опасного и умного человека, с которым они должны считаться», — вздохнул Хви. Сон Хо улыбнулся. «Отличная история на самом деле. Признаю, мне очень жаль, что не мог наблюдать это в живую, — он поднял голову, чтобы встретиться глазами с Бан Воном. — Вам двоим придется воссоздать это представление для меня. Чем не зимнее развлечение, когда-нибудь, когда мы застрянем в хижине в метель». «Нет. Это абсолютно исключено», — засмеялся Хви. «Возможно, почему бы и нет, главное сначала напоить Хви, чтобы он ни о чем не догадался», — полным энтузиазма голосом, поддержал Бан Вон. Сон Хо в ответ ухмыльнулся и увлеченно закивал головой, а Хви со стоном уронил голову на руки, сложенные кольцом на столе.