Часть 4

Когда они добрались до выбранного места, Рент предложил: - Капитан, может, вы отдохнете, а я пойду искать беглеца? Лекс посмотрел на него с холодным презрением: - Мне нужно мнение подчиненного? Рент покачал головой: - Нет, сэр. Не нужно. Капитан наклонился к телу Зорна, закрывая ему глаза. В его голосе впервые за весь день промелькнуло что-то похожее на сочувствие: - Парень был слишком наивным. В отряде не должно быть наивных. Они всегда все портят. Рент не смог сдержаться: - Не Зорн все испортил, а вы, капитан. Вы привели нас всех в эту ловушку. Лекс выругался, его лицо исказилось от гнева: - Только опытные бойцы должны решать задания такой сложности. Я сожалею, что мне дали в командование сопляков, не видавших ни одного боя с джедаями. Он резко бросил Ренту мешок с маяками периметра: - Расставь сигнализацию вокруг лагеря. Это приказ. Рент нехотя взял мешок, медля с выполнением приказа. Капитан, уже было отошедший, резко обернулся, заметив замешательство подчиненного: - Это приказ, солдат! - рявкнул он.        Рент, сжав зубы, направился выполнять задание. Сумрак сгущался, окрашивая ландшафт в глубокие синие и фиолетовые тона. Скалы отбрасывали длинные тени, создавая причудливые узоры на песке. Устанавливая маяки сигнализации, Рент постоянно оглядывался. Каждый шорох, каждое движение тени заставляли его напрягаться, ожидая нападения неуловимого беглеца.        Ночь окончательно вступила в свои права. Над головой зажглись звезды, неестественно яркие на чужом небе. Две огромные планеты-гиганта висели над горизонтом, их поверхности, испещренные полосами бурь, казались зловещими глазами, наблюдающими за крошечными фигурками людей.        Жара спала, но воздух все еще был теплым, напоминая о беспощадном дне и обещая новые испытания с восходом солнца. Рент закончил установку периметра и вернулся в лагерь, чувствуя, как усталость и напряжение последних часов наваливаются на него всей тяжестью.        Рент пребывал в полудрёме, балансируя на грани между сном и явью. Холодная ночь окутывала всё вокруг, а слабый костёр едва освещал небольшую поляну, где расположился отряд. Внезапно приятный голос Лулы вырвал его из объятий дремоты: — До эвакуации осталось восемьдесят часов. Температура воздуха плюс пять градусов и продолжает снижаться.        Рент медленно открыл глаза, осматриваясь вокруг. У догорающего костра он заметил спящего капитана Лекса. Его лицо, освещенное слабыми отблесками пламени, казалось осунувшимся и напряженным даже во сне. — Лула, открой частный канал, — тихо приказал Рент. Когда связь установилась, он спросил: — Каково состояние капитана Лекса? Голос Лулы звучал профессионально, но с нотками беспокойства: — Капитан получил импульсный выстрел в бок. Динамическое повреждение с отеком внутренних органов от крушения. Слабо работает легкое, также есть повреждение нервных окончаний с правой стороны тела. Рент невольно восхитился стойкостью капитана. Несмотря на серьезные травмы, Лекс продолжал руководить отрядом. — Какие лекарства и медицинские мероприятия оказывает БИС капитану? Лула начала детальный отчет: — БИС вводит обезболивающие и противовоспалительные препараты, поддерживает работу поврежденного легкого и стимулирует регенерацию нервной ткани. Однако без полноценного медицинского оборудования полное восстановление невозможно. Рент задумчиво кивнул: — Лула, прошу тебя докладывать мне о состоянии капитана. В голосе Лулы послышалось удивление: — Зачем это, Рент? Капитан будет недоволен вашим наблюдением. У вас и так натянутые отношения. Рент вздохнул: — Я понимаю, Лула. Но прошу тебя о содействии. Повисла пауза. Через минуту Лула ответила: — Хорошо, сделаю, как вы просите. — Спасибо, — искренне поблагодарил Рент. Лула тихо хмыкнула. — Что это значит? — переспросил Рент с легкой улыбкой. — Просто… из всех, с кем я служила, только вы благодарите. А я так устала от бесконечных приказов. Рент усмехнулся: — В этом мы похожи. Лула снова загадочно хмыкнула. — Ты не против такого общения? — осторожно спросил Рент. — Нет, не против, — в её голосе послышалась улыбка. Теперь уже Рент хмыкнул, чуть улыбнувшись уголком губ. Полчаса прошли в молчании, наполненном раздумьями. Затем Лула неожиданно спросила: — Почему вы стали военным, Рент? Он помолчал, прежде чем ответить: — Честно говоря, теперь и сам не знаю. — Звучит загадочно, — в голосе Лулы слышалось легкое кокетство. — А ты? Как вас отбирают для задания? — парировал Рент. — О, это долгая история. Может быть, расскажу когда-нибудь за чашкой чего-нибудь покрепче кофе. Рент усмехнулся: — Звучит заманчиво. — Кто знает, — игриво ответила Лула. — В конце концов, жизнь полна сюрпризов.        Их разговор, балансирующий на грани флирта, продолжался, пока холодная ночь медленно уступала место рассвету, а костер догорал, оставляя лишь тлеющие угли.        Двадцать часов нещадно палящего солнца превратились для капитана Лекса и Рента в бесконечное испытание. Они брели по безжизненной пустыне, следуя едва различимым следам беглеца. Состояние Лекса заметно ухудшалось: его шаги становились всё более неуверенными, дыхание – тяжелым и прерывистым. Внезапно голос Лулы ворвался по общему каналу: — До эвакуации осталось шестьдесят часов. Эти слова словно подстегнули измученных бойцов. Они продолжали свой путь по адски горячей планете, каждый шаг давался с трудом. Рент то и дело бросал обеспокоенные взгляды на капитана, понимая, что вскоре может возникнуть необходимость нести его. Лекс, заметив пристальное внимание, жестко произнес: — Лучше бы ты так смотрел за беглецом, Рент. Спустя час изнурительной ходьбы Рент не выдержал: — Капитан, почему на беглеца условия атмосферы влияют не так сильно, как на нас? Лекс, тяжело дыша, ответил: — Он загнанная дичь. А загнанный выжимает из себя больше, чем те, кто охотится на него. Рент, измученный неведением, решился на прямой вопрос: — В чем смысл миссии? Почему этот индивид настолько важен Империи? — Имеет ли это значение? — парировал Лекс. Рент повысил голос: — Мы потеряли корабль и всю команду штурмовиков. Я хочу знать почему. Лекс грубо оборвал его: — Мы солдаты. Солдаты следуют приказам без вопросов. Жаркий ветер нес желтую пыль, забивая фильтры шлемов. Рент внезапно остановился и сбросил щит. — Если вы не расскажете подробности задания, я никуда не пойду, — твердо заявил он. Лекс, резко развернувшись, закричал ему в лицо: — Отказ подчиняться офицеру штурмовиков означает измену перед  Империей! Это карается смертью!        Напряжение достигло предела. Лекс положил руку на нож, Рент демонстративно поместил палец на кнопку импульсного оружия. Их взгляды сошлись в молчаливой дуэли, никто не хотел уступать. Спустя две мучительные минуты Лекс сдался: — Хорошо, я расскажу, что знаю. Он глубоко вздохнул и начал: — Этот индивидуум – последний из повстанческой группы ученых. Империя и джедаи в своих войнах полностью уничтожили его солнечную систему со всеми жителями на пяти планетах. Рент слушал, затаив дыхание. Лекс продолжил: — Ученым этой системы удалось понять, как нам всем отомстить. Если мы не вернем беглеца для допроса на базу, возможно, этот ученый сделает что-то, что уничтожит мир, который мы знаем. Закончив, Лекс язвительно спросил: — Теперь ты знаешь столько же, сколько и я. Стало легче? Он повысил голос, надрывно хрипя пересохшим горлом: — Пока мы тут делимся секретами, этот беглец уходит все дальше! Рент не сдержался: — Такие вещи надо рассказывать! Лекс закричал прямо ему в лицо: — Ты солдат и должен выполнять приказы, а не задавать вопросы! — Штурмовики не мусор, мы имеем право знать, что происходит! — парировал Рент. Лекс схватил Рента за затылок, прижался к его лбу своим и прохрипел: — Если мы опоздаем, наш мир исчезнет. Рент, чуть успокоившись, спросил: — Какого уровня это задание? Лекс несколько раз повторил, что разговор окончен, но наконец сдался: — Миссия первого уровня. Рент закричал: — Это самый высокий уровень! Почему на него привлекли обычный элитный спецназ штурмовиков, а не соответствующие силы? Лекс прохрипел: — Ваш отряд был не случайным образом выбран. А привлечение супер-элитных войск привлекло бы внимание джедаев.        Ссора разгорелась с новой силой. Рент и Лекс начали обвинять друг друга в провале миссии. Наконец, Лекс схватил Рента за броню и прорычал: — Я командир, и ты обязан подчиняться!        Жаркое солнце продолжало безжалостно палить, а напряжение между двумя солдатами достигло точки кипения. Лекс и Рент сошлись в яростной схватке. Оружие полетело в сторону, и бойцы перешли в рукопашный бой. Их движения были молниеносны: удары сменялись блоками, приемы — контрприемами. Песок вздымался под их ногами, словно в безумном танце.        Лекс, используя свой опыт, сумел повалить Рента на землю. Занеся нож над головой противника, он уже готов был нанести смертельный удар, когда внезапно его тело содрогнулось от попадания импульса. Капитан рухнул замертво. Рент, не теряя ни секунды, укрылся за телом Лекса, спасаясь от новых выстрелов. Перекатившись, он нырнул в расщелину между скал.        Беглец, наблюдавший за происходящим через оптический прицел, спокойно следил за передвижениями штурмовика. Он мог в любой момент убить Рента, но почему-то медлил, позволяя тому скрыться.     — Лула, — тяжело дыша, произнес Рент, — где беглец? — Сто шагов и увеличивается. Он снова в бегах, — ответила Лула. Рент подошел к телу Лекса. Осознание того, что он остался один, накрыло его тяжелой волной. — Я рада, что выжил именно ты, Рент, — неожиданно произнесла Лула. Под палящим солнцем Рент начал обыскивать тело Лекса, собирая все, что могло пригодиться. Каждое движение давалось с трудом в удушающей жаре. — Отследи заключенного, — попросил он Лулу. — Триста шагов от вашего местоположения. Движется на юг, — отозвалась она.        Рент тяжело вздохнул, вдыхая горячий, скудный воздух. Разочарование и усталость накрыли его. Он пнул песок в безжизненное лицо Лекса, переступил через труп и двинулся по следу беглеца.        Его путь лежал через бесконечные пустынные ландшафты. Две планеты в небе равнодушно взирали на одинокую фигуру, упорно продвигающуюся вперед. Рент шел через выжженные равнины, огибал острые скалы, преодолевал песчаные дюны. Жара и усталость брали свое, но он продолжал идти.        Время от времени Лула сообщала, что беглец останавливается. В один из таких моментов Рент, совершенно измученный, опустился на раскаленный камень. — Что думаешь о заключенном, Лула? — спросил он. — Он движется в одном ритме несколько часов. Без воды он страдает от обезвоживания, — ответила она. — Как и я, — согласился Рент. Собравшись с силами, он снова встал на ноги. — Удачи в пути, — пожелала Лула. — Напоминаю, маячок вшит в грудную мышцу пленника при транспортировке.        Рент кивнул и двинулся вперед, ориентируясь на сигнал маячка. Он пересекал каменистые плато, спускался в высохшие русла древних рек, карабкался по отвесным склонам. Но когда наконец добрался до источника сигнала, его ждало разочарование: кровавый маячок лежал на камне под палящим солнцем. — Невероятно, — пробормотал Рент. — Он вырвал маячок из собственной мышцы. Какая целеустремленность. Внезапно его охватила ярость. Он закричал изо всех сил, обращаясь к безмолвной пустыне: — Ты не сможешь бежать вечно! Я найду тебя, куда бы ты ни убежал!        Его крик эхом разнесся по пустыне, но ответом была лишь тишина. И вдруг песок за его спиной пришел в движение. Медленно, осторожно из-под песка поднялась человекообразная фигура беглеца. Не теряя ни секунды, беглец бросился на Рента. Завязался жестокий бой. Рент сумел ранить противника в ногу, но тот, казалось, не чувствовал боли. Одним мощным ударом беглец отправил Рента в нокаут. Сознание штурмовика померкло, и он рухнул на раскаленный песок пустыни.        Беглец стоял над неподвижным телом Рента, тяжело дыша. Он медленно вынул нож из своей раненой ноги, едва сдерживая стон боли. Его ноги дрожали, грозя в любой момент подкоситься. С трудом опустившись на колени рядом с поверженным штурмовиком, он достал из подсумка небольшой сварочный аппарат. Искры полетели, когда беглец начал срезать наручники и железную маску с головы. Когда последняя деталь маски отпала, глазам беглеца предстало неожиданное зрелище: лицо темноволосого мужчины лет пятидесяти, покрытое щетиной.        Беглец замер на мгновение, пораженный этим освобождением. Затем он отбросил инструменты и начал жадно вдыхать разреженный воздух планеты. Его грудь вздымалась и опускалась в неровном ритме, он кашлял и хватал ртом воздух, словно утопающий. На его лице отразилось невероятное облегчение от освобождения от железной маски и наручников.        Внезапно его охватила дикая ярость. Он закричал, вкладывая в этот крик всю боль и гнев, накопившиеся за долгое время плена. Его кулаки били по песку, оставляя глубокие следы.           Когда первая волна эмоций схлынула, беглец медленно поднял голову и окинул взглядом окружающий пейзаж. Его глаза, привыкшие к ограниченному обзору через маску, теперь жадно впитывали каждую деталь. — Как красиво вокруг, — прошептал он, его голос был хриплым от долгого молчания и обезвоживания. Он глубоко вдохнул, наслаждаясь возможностью дышать полной грудью, втягивать воздух и носом, и ртом. Чувство легкости и свободы, пришедшее с освобождением от оков, казалось почти осязаемым.           Беглец взял нож и, улыбнувшись, посмотрел на бессознательного Рента. Через пять минут сборов, прихрамывая, он начал свой путь, унося с собой ресурсы штурмовика.