2.10. Неожиданности

      Утро началось далеко не самым приятным образом, а завтрак, как и ужин, пришлось начать не с кофе, а с таблеток.       Следующие две недели превратились в неотличимую друг от друга рутину. День за днём приходилось заставлять себя вставать и отправляться на учёбу или практику.       Дни сменялись, и постепенно состояние нормализовалось, хотя от анемии девушка ещё отходила какое-то время. Погода за окном так же проходила свой привычный цикл: морозы, снег, потепление и летняя жара. Но на этом ничего не закончилось.       Пока школьники гуляли и радовались каникулам, у студентов медицинского вуза была производственная практика. Это было интересное событие для старших курсов, до которого всё-таки стоило дожить. Практика представляла собой почти полноценную работу в больнице с одним лишь ограничением: студенты, приходя в больницу, были младшим персоналом или, если повезёт, помощниками врачей.       Сбор анамнеза, осмотр пациентов, заполнение истории болезней — всё это входило в рутинные обязанности студентов на практике. Самым интересным могло быть ассистирование на операции во время дежурства в приёмном отделении. Но в операционную допускали редко.       Дежурство в приёмниках было своеобразной школой жизни. Там на молодых студентов валилось всё и сразу. И им было не обойтись без быстрой сообразительности, что являлось идеальной тренировкой для будущих врачей.       За это время Хагиваре стало очевидно, что Махиро с Миланой начали встречаться. В университете они всё также держали дистанцию, но вот в городе Аканэ иногда замечала их вместе. К тому же Милана стала уж больно часто попадаться девушке во дворе её жилого комплекса. Это не могло быть совпадением постоянно, из-за чего всё-таки Мила созналась, что приходит к Райто и потом иногда заходит к подруге в гости.       Хагивара ничего не сказала. Всё-таки это она подтолкнула девушку признаться в симпатии. Поэтому Аканэ была довольна тем, что у них в конце концов сложилось. Она даже почувствовала себя «Ларисочкой Гузеевой».       Виктор тоже не отставал. К удивлению Аканэ, мужчина не появлялся перед ней лично, не смотря собственные слова об их скорой встрече. Но он всё ещё продолжал засыпать девушку подарками, причём иногда они сопровождались записками, а иногда нет. Однако это не меняло того, что Чернов действовал слишком навязчиво. Если по началу Хагивара даже получала удовольствие, пусть и пыталась подавить эти тёплые чувства, то сейчас это только раздражало и мешало.       Телохранители всё также следовали за ней по пятам. Возможно, это и стало причиной того, что Виктор не приходил. Аканэ просто не понимала, что его так зацепило. Неужто только минимальная схожесть с покойной женой?       Конечно, будучи одним и тем же человеком, девушка понимала, какую схожесть мог увидеть отец подруги. Но неужели это всё? Одних привычек достаточно, чтобы Чернов зацепился за неё, как за спасательный круг? Если всё так, то Виктору пора бы и в психушку съездить. На экскурсию. В конце концом одержимость какой-то левой девчонкой — это не нормально ни при каких условиях.       После окончания летней практики все студенты наконец получили долгожданный отдых. В середине июля пришло время возвращаться в Токио, чтобы ненадолго выдохнуть, точнее пообщаться с друзьями в попытке отвлечься от внутренних переживаний.       Наконец наступил час ехать домой. Стоя в аэропорту в компании телохранителей, Хагивара наблюдала весьма трогательную сцену: прощание двух лебедей. — Ты же обязательно вернёшься? — смотря на мужчину, как ребёнок, которого бросают, Чернова держала его ладонь в двух своих. — Ну конечно, куда я денусь-то? Я же работаю, — Махиро смотрел на свою девушку с лёгкой улыбкой, изо всех сил скрывая то, как ему не комфортно. Он просто был не из тех, кто прилюдно проявлял симпатию. Для него отношения всегда были далеки от публичной составляющей. — Ах так?! Ты вернёшься только потому, что здесь работа?! — она притопнула ножкой, отбросив руки парня.       Райто сделал тяжёлый вдох в попытке унять недовольство. Как же её иногда кидало в крайности, это было чем-то невыносимым.       Он положил руки на плечи студентки и слегка их сжал. Переступая через себя, Махиро постарался быть понежнее. — Мила, послушай, — начал он и сделал небольшую паузу, пока девушка всё-таки не обратила своё внимание. — Меня не будет всего полтора месяца. За это время ничего не произойдёт. Я обязательно вернусь.       Едва он произнёс эти слова, Чернова тут же вцепилась в Райто так крепко, словно он собирался покинуть страну на неизвестное количество лет. С одной стороны, это было мило, но с другой, из-за нападок Виктора Аканэ начинало казаться, что становится антиромантиком. От всех этих нежностей на публику становилось тошно на душе.       Милана ещё что-то говорила Махиро, но со стороны этого было уже не слышно. Продолжать смотреть на их милования было бессмысленно, поэтому девушка развернулась и пошла к трапу самолёта.       Только её ноги ступили на борт, как пальцы сами собой начали дрожать, а в груди появилось неприятное чувство, словно не предвещающее хорошего. В висках начало стучать, а звуки постепенно стихали. Опять паника. Но из-за чего? Аканэ никогда раньше не боялась летать, а тут такой ужас.       Хагивара не могла найти причин. Это было неожиданно. Липкое чувство страха окутывало в своеобразный кокон с каждым новым шагом на пути к своему месту. Голову начали наполнять стереотипные для человека, впервые севшего в самолёт, вопросы. Среди этого сплошного потока выделялся один единственный:       «А что, если он упадёт?» — эта мысль заглушала все остальные, и от того тревожность нарастала.       Сама по себе ситуация с паникой была глупой, ведь пилот, сидящий сейчас за штурвалом, возил её отца и работал на него давно.       В попытке заглушить переживания девушка попросила стюардессу принести алкоголь. Одного шампанского или вина ей показалось, что не хватит, поэтому в ход пошёл виски.       Улыбчивая девушка принесла заказанный алкоголь и стакан, после чего удалилась. Когда в салон самолёта вошёл Махиро, Аканэ уже сидела со стаканом в руке.       Виски нещадно обжёг горло, но тревога не прошла. Как бы она не пыталась успокоиться, страх лишь сильнее сжимал грудь. Глаза невольно прошлись по салону в попытке отвлечься, но зацепиться было не за что. Вокруг пусто и тихо, и эта атмосфера только сильнее давила на девушку.       Аканэ сжала стакан, будто в нём было спасение. Внутри всё сжималось в тугой узел, дыхание сбивалось, а сердце билось так громко, что, казалось, его слышит весь экипаж.       «Сейчас всё хорошо… Это же просто самолёт. Ты пережила пытки, так в чём проблема справится с далеко не первым в жизни перелётом?» — пыталась успокоить себя она, но это не очень-то помогало.       Сделав тяжёлый вдох, Хагивара залпом опустошила стакан и поставила на столик. От крепости напитка глаза заслезились, а по спине пробежали мурашки.       Садясь на своё место, Махиро обратил внимание на поведение девушки. — Ты летать боишься? — поинтересовался мужчина, пристегиваясь ремнём безопасности перед взлётом.       В этот момент все подготовки были завершены, и после сообщения пилота из динамика самолёт начал движение.       Аканэ, едва не вздрогнула от лёгкой тряски и вопроса Райто. Осознав, что он обратился к ней, блондинка поспешила отрицательно помотать головой.       Махиро нахмурился, но ничего не сказал. Состояние Аканэ отчётливо отображалось на лице, как билборде, стоящем позже трассы. И никакие свои эмоции девушка не могла скрыть. Ей срочно требовался спасительный сон, который даст её нервам передохнуть. Оставлять Аканэ в таком состоянии было нельзя, что прекрасно понимал Раито, однако он также отлично осознавал то, что простого совета девушка вряд ли послушается. А прибегнуть к попытке разговорить Харивару, чтобы та высказалась и чтобы от этого ей полегчало, мужчина не мог. Этому мешали их довольно натянутые отношения, совсем не располагающие к столь откровенным и личным беседам.       «Что же мне с тобой делать, Хагивара Аканэ?» — наблюдая за паникующей подопечной, Райто подпёр голову рукой. — «Твой отец поручил мне заботу о твоём здоровье, и как врач я обязан. Однако что будет, когда ты проснёшься?» — мужчина уже видел, как она игнорирует его и агрессирует на каждый вопрос.       Только вот выбор Раито был очевиден. Когда Аканэ отлучилась в туалет, Махиро подсыпал ей в стакан лёгкое снотворное.       Вернувшись, девушка несколько секунд смотрела в окошко, но тревожность от этого только росла, поэтому, не долго думая, она выпила ещё стакан виски. Через несколько минут она почувствовала сильную сонливость, которой не могла противостоять.       «Что-то не так…» — успела подумать она, но развить мысль ей было не суждено. Веки слипались с каждым морганием только сильнее, мысли запутались, все звуки померкли. Мир вокруг посыпался, как кубики конструктора, и совсем скоро она погрузилась в сон.       «Ну какой из тебя врач? После первой же смерти на операционном столе расклеишься», — он мысленно усмехнулся.       Она была такой маленькой и хрупкой, что даже с минимальной дозы снотворного вырубилась и спала, не шевелясь. На мгновение мужчина засомневался и, поднявшись, проверил пульс. Оказалось всё хорошо, поэтому волноваться было не из-за чего. — Сладких снов, — тихо произнёс мужчина.       Укрыв девушку пледом и налив себе алкоголь в чистый стакан, он спокойно вернулся на место.

-{ *** }-

      Шикарные хрустальные люстры свисали с потолка, покрывая помещение мягким тёплым светом. Потолки уходили далеко ввысь, а всё помещение было украшено в красно-золотых тонах, в которые умело были вплетены тёмные деревянные элементы. Свадьба Сакураи проходила в классическом современном стиле с традиционными японскими обычаями.       Гости вокруг только прибывали, начинали общаться, наслаждались подготовленным фуршетным столом.       Аканэ вошла в зал под руку с Какучё и отцом. Она окинула взглядом помещение и уже прибывших гостей, подмечая окружающее настроение. Почти ничего искреннего, только приторно дружелюбные разговоры ради обмена любезностями и обсуждения дел. На лицах людей красовались натянутые улыбки, как и у самой девушки, когда внутри у каждого были свои мотивы.       После такого внезапного прилива сонливости в самолёте, Аканэ всё ещё чувствовала себя слабой. Злилась ли? Однозначно. Райто её предал. Хотя можно ли так было говорить, если она ему и так никогда не доверяла? Не важно. В любом случае он мог бы поговорить, прежде чем просто её усыплять как какое-то животное.       Конечно, девушка понимала, что с самого начала Махиро действовал в её интересах, следуя приказу Акиямы, но неприятный осадок остался.       Смесь алкоголя со снотворным дала свои побочки: голова кружилась, а от резких движений, как с похмелья, накатывала тошнота. В идеале ей нужно было просто проспаться, «переждать», но из-за того, что практика закончилась неудачно поздно, девушке пришлось смириться с тем фактом, что почти сразу после прилёта в страну нужно быть на свадьбе генеральского сына.       Она прошлась по залу, с опаской смотря на шампанское с тарталетками и сладкими закусками. Девушка крепко держалась за Хитто, чтобы случайно не споткнуться и чувствовать себя увереннее. Сегодня из-за самочувствия каблуки были её самым страшным врагом.       Среди гостей легко можно было заметить генерала Сакураи, который, увидев давнего знакомого, направился к нему. Подойдя к Хагиваре, мужчина улыбнулся, поздоровался и как обычно увёл отца девушки в сторону.       Она это предвидела, именно поэтому взяла с собой спутника. Изначально на месте Какучё должен был быть Коконой, ведь он бывает на таких мероприятиях чаще, следовательно Хаджиме опытнее. Но, к сожалению, он оказался занят и отменить дела так просто не смог, поэтому сегодня группой поддержки был именно Хитто.       Аканэ чувствовала себя не в своей тарелке, как и всегда на таких мероприятиях. Девушка молча наблюдала за всеми гостями, время от времени возвращая глаза к отцу с генералом. Но, когда она в очередной раз нашла взглядом мужчин, рядом с ними стоял незнакомый, на первый взгляд, парень.       Девушка присмотрелась к третьему человеку и, заметив, что он в свадебном костюме, поняла кто это. Сакураи Казуки.       Сейчас ему было уже двадцать два, и после учёбы за границей с военной службой по контракту он сильно изменился. Казуки всегда был спортивным, но сейчас это стало ещё заметнее. Широкие плечи делали парня только больше, хотя даже издалека было понятно, что ростом он стал близок к Какучё.       Парень что-то сказал мужчинам, и после этого один из них махнул рукой в сторону девушки. Он перебросился парой фраз с отцом, после чего поклонился Хагиваре в знак уважения и направился в сторону Аканэ с Какучё.       Девушка заметно напряглась, сжав руку друга сильнее. — Уверена, что это не твоя свадьба? — немного наклонившись к подруге, поинтересовался парень.       Конечно, он шутил и хотел таким образом понервировать без того недовольную происходящим Аканэ. Было интересно наблюдать за тем, как она огрызается, когда ей плохо. Правда Хитто старался не переусердствовать. — Я вроде не в белом, — также тихо шикнула Аканэ и недовольно нахмурилась.       Она чуть не вздрогнула, услышав над головой смешок. Какучё прикрыл рот и тихо поправил её слова: — Но зато ты в красном, — поймав на себе саркастичный взгляд, парень поспешил ретироваться, отойдя на пару шагов. — Ты бы ещё кимоно надела.       Хагивара вздохнула так тяжело, как только могла. Конечно, она оделась по дресс-коду мероприятия, но комментарий Хитто заставил что-то внутри неприятно завибрировать. В мыслях всплыла несостоявшаяся помолвка с Сакураи и разочарование отца. Даже на мгновение показалось, что это всё план Акиямы.       «Ну нет. Это было бы слишком подло даже со стороны бывалого мафиози», — девушка отмахнулась от лишних мыслей и улыбнулась, здороваясь с бывшим ухажёром. — Здравствуй, Казуки, — она натянула на себя улыбку, стараясь не показать внутреннего волнения.       Он остановился прямо напротив неё, несколько мгновений просто рассматривая девушку, без пошлости, с обыкновенным интересом и восхищением. — Привет, — на губах парня появилась по-мальчишески искренняя улыбка. — Рад тебя снова увидеть. — осмотревшись, он взял со стола два бокала и предложил один Аканэ. — Ты прекрасно выглядишь.       С вежливой улыбкой она приняла напиток и поднесла к губам. К её удивлению, это было не шампанское и не вино. Что-то безалкогольное. Сок или что-то похожее. В глазах блондинки мелькнуло удивление.       «Он так просто заметил, что я плохо себя чувствую?» — Аканэ всего на долю секунды посмотрела на Сакураи, в его бокале точно было шампанское — со дна поднимались пузырьки, свойственные игристому вину.       Улыбнувшись в ответ, девушка произнесла короткий тост за эту свадьбу и дальнейшую супружескую жизнь молодых, после чего чокнулась с Казуки и сделала глоток. Сладость напитка только подтвердила её догадку — это был обычный сок.       Но Сакураи не спешил отпускать бывшую возлюбленную после короткого тоста. Он незаметно осмотрелся, делая глоток шампанского, и повернулся так, чтобы закрыть их от прямого взгляда зала. Он посмотрел на Какучё, словно желая убедиться, что тот достаточно далеко стоит, и снова перевёл взгляд на девушку. — Знаешь, я всю жизнь думал, что в день, когда женюсь, буду самым счастливым человеком… — с ноткой грусти начал Сакураи. — Но вот он наступил, а на душе так холодно.       Аканэ с лёгкой паникой мысленно подбирала слова, чтобы ответить, но, когда открыла рот, чтобы заговорить, парень не дал ей вмешаться. — Не пойми неправильно. Я уважаю ту, на ком женюсь. Я бы даже сказал, что она достойна большего, нежели меня. Но этот брак… Он нужен… Так правильно. Для семьи, для дела, — брюнет ненадолго замолчал, улыбаясь с долей грусти и лёгким оттенком одиночества в глазах. — Но если честно, — он неожиданно посмотрел прямо в глаза Аканэ. — …я все ещё люблю тебя. И безумно скучал все эти годы.       Как только признание слетело с его языка, воздух между ними по ощущениям стал тяжелее. Хагивара почувствовала, как напряжение собирается в животе тугим узлом, а пальцы начали дрожать. — Казуки… — Аканэ сжала в руках ножку своего бокала покрепче, стараясь отвлечься от нахлынувшей нервозности. — Нет. Не надо, — парень поднял руку, останавливая её. — Я не хочу слышать ответ. И вину чувствовать ты не должна. Я просто подумал, что хочу тебе об этом сказать, пока есть возможность. Чтобы ты знала, что я не забыл, — он сделал короткую паузу, набираясь сил продолжить. — И не забуду, наверное, никогда. Просто оказалось что я однолюб, как чёртова собака. Я знаю, что изменить ничего нельзя, и ты никогда не ответишь взаимностью. И поэтому… Иду дальше.       С этими словами он одним глотком допил шампанское, оставил бокал на столе и немного склонил голову, галантно целуя кончики пальцев в перчатках. — Спасибо, что пришла.       Только после этого парень развернулся и покинул место разговора.       Аканэ осталась стоять на месте, словно парализованная произошедшим. Пальцы, всего мгновение назад крепко сжимающие бокал, резко начали слабеть. Девушка едва успела взять тело под контроль, удерживая хрусталь в руках.       Она собиралась было выйти перекурить, но собравшиеся гости начали направляться в зону церемонии, занимая места согласно рассадке. Как из ниоткуда рядом появился отец и, взяв дочь с её спутником, повёл в сторону их мест.       За всё это время Аканэ не проронила ни слова: ни когда невеста появилась в проходе и направилась к жениху, ни когда ведущий начал свою речь. Слова Казуки звенели в голове, словно эхо, повторяющее их заевшей пластинкой.       Она пристально смотрела на церемонию, невольно представляя себя на месте невесты.       «Это к лучшему же, да?» — в голове был хаос. Она не знала, не понимала, зачем ей знать о чувствах парня сейчас. У Аканэ уже не получалось посмотреть на эту свадьбу по-нормальному. — «С другой стороны, если бы я была на её месте, то чувствовала бы тоже самое чувство долга, необходимости. "Так" лучше, ведь я не любила бы Казуки…»       Откреститься от его признания было сложно даже после того, как молодые произнесли клятвы, обменялись кольцами и поцеловались. Да что уж там. До конца вечера её преследовало чувство, что это она сделала что-то не так.       Насколько ему было бы больно, если бы она не пришла?       Невеста выглядела искренне счастливой, словно этот брак не был политической необходимостью. На ней было белое платье с традиционными элементами, фата, и всё это идеально сидело на её фигуре, у которой особенно сильно выделялась ровная осанка. Она была совсем не похожа на Аканэ, что пришла в красном платье, огибающем фигуру. Черноволосая девушка словно сияла изнутри, но, казалось, была совершенно не во вкусе генеральского сына. Может, он ей и правда нравился? Хотя бы нравился…       «Я бы на её месте так не смогла», — подумала девушка, чувствуя неприятный резонанс от всей ситуации. Она могла бы быть на её месте, но была бы совсем несчастна и наврятли бы улыбалась.       В тоже время в улыбке Сакураи не было того же. Он улыбался, был вежлив, осторожен и даже нежен, когда надевал на палец невесты кольцо. Но Аканэ казалось, что его движения были механическими, тщательно контролируемыми и отрепетированными. Иногда он как будто даже переигрывал.       Красивая картинка, как из сказки: роскошные украшения, улыбки, нежность жениха и влюблённость невесты… Праздник. Но девушка невольно воспринимала всё происходящее как постановку какой-то пьесы или даже похороны.       Все улыбки были фальшивыми и лишь попыткой подобраться ближе к более влиятельным собеседникам — это то, что она больше всего не любила на таких мероприятиях.       Весь вечер сознание Аканэ само рисовало ей то, как могла сложиться жизнь девушки, если бы завтра Акияма сообщил, что подобрал ей жениха, что подготовка к свадьбе уже начата и что теперь её жизнь тоже расписана по минутам.       В какой-то момент она так глубоко погрузилась в свои мысли, что едва не прощалась со столь тяжело полученной свободой.       И ведь ей просто повезло. Повезло, что отец её понял и пока не торопил с созданием семьи, не настаивал на политическом браке. Только сейчас она осознала, насколько часто фортуна повернута к ней лицом, а не задом. — Спасибо, пап, — одними губами прошептала девушка, смотря в ночную тишину.       Она стояла на балконе, сняв одну перчатку и держа между пальцев «голой» руки тлеющую сигарету.       Ветер трепал её волосы, немного подпортив прическу и оставив на нагретой коже приятное ощущение прохлады. Аканэ была рада оказаться в тишине, словно сейчас ничего вокруг не было, даже едва слышная из-за дверей музыка не портила это ощущение.       Когда Аканэ как всегда затушила сигарету о ладонь и бросила в пепельницу, дверь за спиной открылась. Всего пара шагов, и на её плечи упал нагретый от тела мужчины пиджак, а его владелец встал рядом с ней, оперевшись на перила локтями.       Какучё несколько секунд просто молчал, прежде чем задать интересующий его весь вечер вопрос: — О чём вы с Сакураи говорили? — он перевёл на подругу любопытный взгляд.       Аканэ слабо улыбнулась, ощутив тепло, идущее от пиджака, на плечах и поправила его на себе, чтобы не упал. — Я дома расскажу, — тихо ответила она и повернулась к другу. — Хорошо, — в глазах Хитто был задор той самой подружки-сплетницы, только Аканэ была полностью уверена, что её тайны и слова останутся лишь между ними двумя.       Они поговорили на отвлечённые темы ещё несколько минут и вернулись в помещение. После окончания свадьбы гости начали расходиться.       Пока Акияма о чём-то говорил со знакомым, Аканэ с Хитто немного прогулялись и дошли до машины в полной тишине. Наконец-то этот день закончился. Пышные мероприятия всегда утомляли, она и представить не могла, что когда-то придётся пережить это снова, но уже в роли невесты.       В салоне девушка рассказала Какучё о разговоре с Казуки. Парень был удивлён и, узнав всё, тоже не смог воспринять прошедшее событие «настоящим». Ещё он предположил, что Сакураи нужно было снять груз с плеч, поэтому он и рассказал о своих чувствах.       Повествуя обо всём произошедшем другу, Аканэ почувствовала, как с груди будто камень упал. Ей буквально стало легче дышать, но осадок после встречи с Казуки остался: в памяти ожили воспоминания о школьных годах, о том, как однажды этот парень пытался быть ближе, а она выбрала собственный путь.       Пусть им оказалось и не по пути, но она надеялась, что не всё в браке Сакураи окажется так плохо и что на самом деле супруги смогут провести жизнь, ни о чём не жалея.

-{ *** }-

      После прилёта в Москву Аканэ первым делом прошлась по магазинам, чтобы обновить гардероб. В этой жизни девушка делала это регулярно и даже не задумывалась. Это было приятное чувство. По началу, конечно, неудобно было тратить такие огромные суммы денег на шмотки, но к этому довольно быстро привыкаешь.       В последнее время перелёты давались морально очень тяжело, Аканэ словно находилась на грани между безумием и здравомыслием.       Панические атаки, как что-то само собой разумеющееся, уже появлялись стабильно пару раз в месяц. Хагивара даже научилась предсказывать примерное время их появления за одну-две минуты. Это давало возможность не придумывать на ходу, что делать и как спрятаться от окружающих.       Сейчас она почти вприпрыжку направлялась в поход до своих любимые бутиков. Хотя нельзя сказать, что у неё были именно «любимые». Она предпочитала заходить в те магазины, где вещи на витрине выглядели привлекательнее. В общем, велась на рекламу, а если не находила стоящего, то больше туда не заходила.       Юбки, брюки, рубашки, блузки, свитера, обувь и даже мелкие безделушки, которые раньше она не очень любила носить, сейчас с азартом подбирались под одежду и летели на кассу. Потом следовал перекус на фут-корте, и круг замыкался, когда девушка отправлялась по новой в магазин.       Раньше Хагивара и не подозревала, что будет с таким весельем тратить деньги. Не сказать, что она делала это впустую — это же был её гардероб на почти весь следующий год, но в то же время для части вещей просто могло не найтись повода.       Девушка не представляла, зачем ей эти высокие ботфорты, которые минуту назад она померяла и купила. Аканэ навряд ли наденет их, ведь не ходит по клубам, а в универе даже на порог в таком не пустят. Но они так хорошо смотрерись с юбкой... Не замечая за собой, Аканэ мыслила и действовала как шопоголик.       По итогу всего через три часа Аканэ стояла у скамейки перед торговым центром и вдыхала долгожданную дозу никотина. Оглядывая масштабы трагедии, девушка тяжело вздохнула и перевела взгляд в небо. Вот опять перед ней стояло пять пакетов, среди которых было не только пополнение гардероба, но и несколько мелочей для дома.       «И вот опять я набрала больше, чем могу унести…» — у неё было стойкое чувство дежавю, словно подобное происходило совсем недавно.       А ведь и правда, всего два года назад, когда она только приехала в столицу бывшей родины, она накупила столько барахла для дома, что потом потребовалась помощь в транспортировке. Но тогда ей помог добрый дядечка таксист. А сейчас…       «Чёрт, кто же знал, что я пожалею о своём решении, попросить у отца отсрочку на прибытие «конвоя» из водителя и тренера», — перед глазами стояло воспоминание того диалога.       Девушка попросила у Акиямы время побыть в Москве одной, просто чтобы почувствовать себя немного свободнее, а папочка в очередной раз пошёл на уступки.       «Пора бы учиться вовремя останавливаться», — она тяжело вздохнула, выбрасывая окурок. — «Но мне же это нравится… Ну почему всё, что нравится, приносит столько проблем?!» — даже ей самой показалось, что последняя мысль прозвучала как каприз маленького ребёнка. — «Пора прекращать. Видимо, тупею…»       В попытке взять себя в руки блондинка попыталась найти в телефоне номер такси. Но, даже пролистав всю телефонную книжку, она так и не обнаружила знакомого номера. Вот же ирония. Кто ж мог представить, что в число той части данных, которую не удалось восстановить с разбитого на тренировке телефона, окажется и номер того самого таксиста? — Ну блять! Как так-то?! — она едва удержала порыв капризно топнуть ножкой в знак своего недовольства.       В это время на парковку заехала очередная из десятков машин, на которую девушка не обратила никакого внимания. Она пыталась найти взглядом среди множества автомобилей, хотя бы один из обычно «дежурящих» у ТЦ такси. Но либо сегодня день не рыбный, и никто из таксистов не пожелал сидеть мониторить потенциальных клиентов, либо, наоборот, людей было слишком много, и они не справлялись. Но факт оставался фактом — машин не было.       «И почему я решила прийти пешком?»       Не успела она об этом подумать, когда услышала за спиной приглушённые шаги со знакомой поступью. А следом прозвучал и голос, от которого мурашки по спине пробежали: — Тебе помочь? — бархатный и немного хриплый, он прозвучал так близко, что Аканэ едва не дёрнулась.       Резко развернувшись, девушка почти вплотную столкнулась со взглядом чёрных, немного тусклых из-за возраста глаз Виктора.