2.11. Затишье

      Сердце будто замерло на мгновение, а потом продолжило в двойном объёме выполнять свою работу. Аканэ несколько секунд молча смотрела на мужчину перед собой. Осознав критически маленькое расстояние между ними, девушка сделала два крупных шага назад.       Ноги были ватными, поэтому, когда голени столкнулись с препятствием в виде заваленной её покупками скамейкой, Аканэ едва не упала. Пошатнувшись, она еле восстановила равновесие. — Ты меня преследуешь?! — девичий голос дрогнул, выдавая испуг и волнение от неожиданности.       Она совсем забыла о том, что Виктор «угрожал» новой встречей. Хагивара и не думала о том, что он намеренно выжидал момента, когда та останется одна. Это было даже пугающе, ведь Чернов, словно хищник, всегда был неподалёку.       Виктор, заметив испуг девушки, немного виновато улыбнулся. Ему стало совестно за то, что он так сильно её напугал. Конечно, мужчина присматривал за ней время от времени, но не преследовал намеренно. — Нет, конечно. Прости, Аканэ, не хотел так пугать, — словно капитулируя, Виктор поднял руки вверх, показывая, что не причинит вреда. — У Милы сломался ноутбук, вот и решил подарок сделать. Увидел тебя с пакетами, подумал, что помощь нужна, — он старался говорить медленно и размеренно, чтобы успокоить.       «Ну конечно. Ноутбук у Миланы сломался. А у меня чуть сердце не остановилось!» — мысленно возмутилась Аканэ, но внешне старалась вернуть себе спокойствие.       Аканэ постаралась восстановить дыхание и унять сердце. Пульс постепенно вернулся в норму, испуг прошёл. — Ты меня решил до инфаркта довести?! У меня же чуть сердце не выскочило! — девушка недовольно топнула, даже не замечая, как повысила голос. — Прости, я правда не специально. Не подумал, что так испугаю, — он замолчал ненадолго, выдержав неловкую паузу. — Так, помощь нужна?       «Тоже мне, благодетель», — мысленно фыркнула Аканэ, но, прежде чем отказаться, оглянулась на сумки. — «Сомнительная афера. Это не закончится простой помощью…»       В голове терпеливо взвешивались все за и против. Он сто процентов затянет её в омут своими разговорами о произошедшем в прошлом году. Но с другой стороны… Сама она свои покупки в любом случае не унесёт.       «Не дай бог ты опять заведёшь свою шарманку», — Аканэ тяжело вздохнула и, в конце концов, согласилась. — Ладно! — крикнула девушка. — Да, нужна помощь. Но давай, пожалуйста, без глупостей. — И не собирался.       Виктор улыбнулся своей самой невинной улыбочкой и начал подходить.       Они погрузили все покупки в багажник машины, и Виктор пошёл в магазин, как и планировал. Пока его не было, Аканэ думала, чем всё может закончиться. Она знала Чернова как облупленного раньше, а сейчас? Может быть, она и могла предсказать его действия наперёд, но не была уверена, что сможет продумать до мелочей.       За эти двадцать лет в Викторе словно что-то сильно поменялось. От того весёлого, но в меру серьёзного мужчины осталась только вторая часть — серьёзность до скрипа зубов. Даже тогда, ночью, он совсем не шутил, был разбитым и потерянным.       «Неужели это моя смерть на нём так сказалась?» — от этой мысли по телу пробежал холодок, и где-то в глубине души появилось чувство вины.       Когда Виктор вернулся, он держал в руках коробку с новеньким, мощным компьютером. Мужчина убрал покупку на заднее сидение авто, сел за руль и повернул ключ зажигания. Как только вырулил с парковки, Чернов глянул на спутницу через зеркало заднего вида. — Куда едем? — спокойно поинтересовался мужчина. — Домой, — так же ровно ответила Хагивара, смотря в окно.       Её настроение заметно упало, и от глаз Виктора это не укрылось. На губах мужчины заиграла коварная ухмылка, а голос зазвучал с нотками игривости. — О, так сразу «домой»? Думаю, Милана не очень обрадуется такому раскладу… — он, очевидно, играл на расплывчатом ответе девушки, желая немного развеселить понурую мордашку. — Ко мне домой, — недовольно добавила Аканэ, но не смогла удержать едва заметную улыбку.       Мысленно она ещё добавила: «Идиот», — но с языка такое обращение к старшему не слетело. Всё-таки, они с Виктором пока не так близки.       «Не в этот раз».       Немного дёрнувшиеся вверх уголки губ Аканэ не ускользнули от внимания мужчины, вызвав в нём приятное тепло в груди. Неожиданно даже для себя он ощутил прилив сил, какого не было уже давно, и ему захотелось немного «пошалить». — Ну же, улыбнись, — смотря на дорогу, Чернов одной рукой слегка погладил девушку по волосам.       Правда эффекта его действия не возымели. Аканэ упорно пыталась выставить между ними стену, которую Виктора всеми силами стремился разрушить.       На очередном перекрёстке, когда цвет светофора сменился красный, вместо того, чтобы начать тормозить, Виктор вдавил газ в пол. Чёрный мерседес за секунды набрал скорость и практически пролетел между двух поехаших друг другу навстречу потоков машин.       Аканэ от неожиданности даже сообразить ничего не успела. Она едва удержалась от визга, вцепившись в ремень безопасности до побеления костяшек. Глаза распахнулись в шоке и страхе, а тон голоса взлетел до крика. — Ты что сдурел?! — её голос дрожал от эмоций, а дыхание спёрло.       Сердце подскочило к глотке, ноги как будто отнялись. Пульс стучал в висках. Появилась давно забытая эйфория.       Разум просто вопил: «Это опасно! Он же нас угробит». Но восторг быстро сменил страх.       Виктор видел, как расширился зрачок в глазах Хагивары, и это его только раззадорило.       Чернов хотел увидеть больше эмоций, хотел разбить стенку, которую она выстроила. Поэтому в ответ на крик девушки, мужчина лишь нажал какую-то кнопку. Светлые окна вдруг мгновенно потемнели, скрыв салон от посторонних взглядов.       Аканэ пришлось насильно подавить восторженный хохот, чтобы сохранить хоть какое-то ощущение контроля, которое Виктор так и норовил забрать.       «Слышь, старик, тебе адреналина в жизни не хватает?!» — она до последнего скептично на него посмотрела, но глаза выдавали весь спектр чувств, берущих над ней верх.       Впрочем, её мысли были написаны на лбу, потому что от Виктора тут же прилетел ответ. — Не такой уж я и старый. Не смотри на меня так! — хохоча, экстремал немного снизил скорость, перестроился в другой ряд и продолжил движение       Заметив лёгкую дрожь в конечностях Аканэ, Чернов хмыкнул и положил руку на колено девушки, слегка массируя.       Аканэ от этого жеста всё-таки улыбнулась и положила свою руку поверх его, немного сжимая пальцы. — Не делай больше так… — тихо пробормотала Хагивары в надежде, что Чернов послушает.       Мужчина улыбнулся в ответ, перевернул свою ладошку и переплёл их пальцы, сжимая сильнее. — Так уж и быть. Уговорила.       Блондинка снова перевела взгляд на окно, погружаясь в свои мысли. На этот раз на её губах была улыбка.       «Вот такого Виктора я знала», — от этой мысли стало тепло на душе.       Через какое-то время Виктор начал тормозить и, заехав во двор, припарковался. Он помог Хагиваре занести домой пакеты, и они попрощались.       Аканэ перебрала всё, что купила, и развесила по вешалкам. Вместе с тем она обдумывала всё произошедшее. Сердце до сих под заходилось в дикой пляске от воспоминаний о выходке этого взрослого, но, по всей видимости, не выросшего мужчины. Ей даже начало казаться, что, что она бы не сделала, он продолжит с лёгкостью пробивать любые преграды.       До начала учебного года Хагивара ещё не раз столкнулась с Виктором. Во время случайных встреч, когда мужчина был в компании дочери или приезжал по делам, они лишь время от времени переглядывались, но оставались на дистанции. А вот запланированные встречи, проходившие наедине, позволяли им вести более свободное общение.       Это не были какие-то романтические отношения. Не смотря на инициативы Виктора, Аканэ старалась держаться на дистанции. Она всё ещё не хотела вступать в отношения с тем, кто напрямую был связан с её с прошлым, с которым девушка уже давно попрощалась.       Виктор не становился для неё опорой — он был воспоминанием. Живым, осязаемым, слишком настоящим, чтобы игнорировать. Каждая встреча с ним возвращала Аканэ в ту жизнь, где всё казалось простым, без постоянного стресса, паники и вины.       Постепенно это поглощало. Хагивара и сама не замечала, как рядом с Виктором становилась «Сашей». Той, которая умерла по собственной инициативе, решив родить ребёнка, когда все были против.       Приятное тепло его тела, неизменный одеколон, поведение весёлого и азартного человека наедине и серьёзного бизнесмена на людях — эти детали, только усиливали погружение девушки в потерянное прошлое.       Казалось, нервная система всё больше и выдавала ошибки, психика, повреждённая произошедшим шесть лет назад, сейчас трещала по швам. Всё пережитое всего несколько лет назад забывалось, становилось тем, что произошло не с ней, не в этой реальности. Она сходила с ума, сама того не замечая.       Чем дольше они общались, тем больше Аканэ ловила себя на том, что это общение воскрешало в ней ту самую «Сашу», которую она давно похоронила вместе с потерянным прошлым.       Когда она стала замечать, как «Саша» прокрадывается в рутину, было уже поздно. Остановиться Аканэ не могла. Она терялась в себе и позволяла ей всё чаще забирать себе контроль.

-{ *** }-

      После начала учебного года в жизнь юных хирургов приходили и практические занятия. Сначала следовал показ: преподаватель вскрывал труп, рассказывал о последовательности и технике работы, пока студенты внимали опыт старшего. Потом их разделили на маленькие группы, и тогда уже началось самое интересное: самостоятельное вскрытие мёртвого человека под строгим руководством и надзором преподавателя.       Четыре студента стояли в аудитории, похожей на морг: в воздухе парил запах формалина, который всего за пару минут нахождения там въедался в одежду так сильно, что выстирать его с первого раза было невозможно. Стены в помещении были белыми, а металлический стол, на котором лежал мертвец с биркой на пальце ноги с его «персональным кодом», холодным.       Преподаватель стоял, осматривая своих студентов придирчивым взглядом, пока те, выпрямившись как солдаты по стойке смирно, нервничали и боялись даже пошевелиться, чтобы первым не оказаться со скальпелем в руке.       Аканэ стояла молча, спокойно смотря на тело на столе. Это была её стихия, поэтому от остальных студентов она разительно отличалась. Её отрешенный вид, сосредоточенный взгляд и отсутствие страха привлекли внимание преподавателя, однако вызвать он решил другого.       Парень, меньше всего переживавший об учёбе с самого начала семестра, и тот, кто на первом практическом занятии отправлял шутки в толпу, оказался первым в очереди на вскрытие.       Всего мгновение, и тот, на кого указал мужчина, уже стоял перед телом на столе.       Только парень оказался вблизи от трупа, когда впал в ступор. Скальпель в его руке трясся как при панической атаке. Едва лезвие коснулось холодной кожи, со стороны послышался тяжёлый вздох. Преподаватель не дал ему даже надрез совершить. — Так. Стоп. Ты трясешься как от пяти чашек кофе за раз, — он перевёл взгляд на оставшихся трёх студентов, думая, кого бы вызвать на замену.       Долго принимать решение ему не пришлось. Один из присутствующих сам вызвался. — Я могу, — спокойно произнесла Аканэ, подняв руку.       Получив кивок от преподавателя, девушка привычно поправила перчатки на руках и проследовала к столу. Меняясь местами с парнем, она взяла скальпель и повернулась к трупу. Но едва её взгляд упал на лицо, привычно считавшееся «незнакомым», как в груди неприятно кольнуло.       На столе перед ней лежал мужчина лет восьмидесяти, но его черты лица она узнала. Чуть больше двадцати пяти лет назад он преподавал ей хирургию и вёл практику в ординатуре. Он был заслуженным хирургом, который сейчас лежал перед ней, словно просто спал в холодном сне. — Дмитрий Архипович… — совсем тихо, одними лишь губами произнесла она. Пальцы сильнее сдавили скальпель.       Обратив внимание на заминку, преподаватель спокойно поинтересовался: — Всё в порядке, Аканэ? — А? Да, — девушка кивнула и, занеся руку над мёртвым, принялась выполнять задание.       Быстро взяв себя в руки, она мысленно простилась с человеком и вернула голове холодную уверенность. Первый разрез… За ним последовал другой, третий. Хагивара выполняла все необходимые действия согласно инструкции преподавателя, и только, как ей показалось, прошло всего несколько минут, когда всё закончилось. Прозвучало короткое «стоп» от преподавателя, и она тут же остановилась. Скальпель лёг на своё место, и Аканэ вернулась на место наблюдателя.       Мужчина похвалил девушку и пригласил на место другого студента. Ей показалось, что не прошло и минуты, но на деле она успела выполнить половину работы.       После окончания занятия преподаватель всех отпустил, и Аканэ вместе с Миланой направилась к выходу. По пути, заметив, что подруга совсем не обращает на неё внимания, Чернова недовольно ткнула её локтем. — Да что с тобой происходит? — голос Милы был полон недовольства и лёгкого недоверия. — Что? — Аканэ остановилась и посмотрела на подругу. — О чём ты?       Милана нахмурилась ещё сильнее от того, что подруга её будто не понимает. — Ты в последнее время какая-то… Разная. То привычно эмоциональная и общительная, то, как сегодня, ледышка. А что это было на вскрытии? Тебя словно подменили!       Слова Миланы как удар хлыста врезались в сознание. Аканэ на мгновение замерла, осознавая, что произошло.       «Ледышка?» — эхо слова пронеслось в голове. Всплыли мельком сцены вскрытия: уверенные движения, безупречный расчёт, полный контроль. Всё прошло так быстро, что она не успела осознать, потому что действовала на автомате.       Нет, это не была она. Ледяная, сосредоточенная, уверенная… Это была Саша. — Я… — тихо начала Аканэ, но тут же замолчала, осознавая, что объяснить невозможно. Всё это не её эмоции. Сделав глубокий вдох и успокоив саму себя, она, слабо улыбнувшись, ответила: — Всё в порядке. Просто устала.       Милана оказалась в замешательстве. Такое и раньше случалось, Аканэ не в первый раз становилась отстранённой. Может, она и правда устала. — Хорошо… Пойдём. Тебя папа подвезёт до дома, не против?       Аканэ отрицательно помотала головой, тем самым сообщая, что не против, и они направились к машине. По пути Хагивара выкурила сигарету и только потом села в салон.       Всю дорогу до дома она думала о замечании Миланы: «…тебя как будто подменили». Да, разумеется, Аканэ может вскрыть человека, но она не делала этого буквально двадцать лет. Такой профессионализм невозможен после такого разрыва.       «Это была не я…» — мысли путались, сознание ломалось под давлением давно забытой, даже чужой уверенности, которая в тот момент захватила контроль.       Голова начала невыносимо болеть, как будто её безжалостно сжимали тисками. Девушка зажмурилась, желая побороть ощущения. Перед глазами пронеслись обрывки из воспоминаний разных личностей: Аканэ, к которой она уже привыкла за время её пребывания в этом теле, и вернувшейся недавно Саши, холодной, уверенной и нежной только с ним.       Виктор. Как только он снова появился в её жизни и началось регулярное общение, мир девушки будто разделился на две разные реальности, одна из которой возвращала на двадцать лет назад.       Все следующие дни она думала о том, что так дальше нельзя. Эти «отношения» её ломали. Всё нужно было прекратить, пока не стало поздно. Но… Она осознала это, когда ужин из любимых блюд Виктора уже был почти готов. Девушка стояла у плиты в ожидании прихода гостя. Они договорились о встрече вчера. Но для Аканэ это время снова, словно за секунду, пролетело.       Поздний вечер — в это время Виктор обычно всегда возвращался домой с работы, но вот в этот раз отец сообщил дочери, что задерживается. Это не очень напугало студентку, даже наоборот, она как раз была на свидании с Махиро и могла сама задержаться.       По квартире разносился запах приправ и свежеприготовленной еды. Свет был приглушен, горели только несколько светильников и подсветка на кухне, это создавало приятную, немного романтическую атмосферу. Однако, когда послышался дверной звонок, девушка, минуту назад выключившая плиту, проходя мимо выключателей, включила основной свет. Она не хотела, чтобы всё выглядело как романтический ужин. Нет. Она должна всё прекратить.       Когда Аканэ открыла дверь, на пороге стоял «долгожданный» гость, а в его руках букет из смеси красный и розовых пионовидных роз. Виктор специально посоветовался с флористом, прежде чем сделать выбор в пользу этих цветов, а не обычных пионов. Он решил интересно поиграть, совмещая любовь девушки к пионам и посыл букетов из роз.       Чернов улыбнулся и вручил хозяйке квартиры цветы. Только после этого он вошёл и дал девушке закрыть за ним дверь. — Надеюсь, ты не против, что в этот раз не совсем пионы, — мужчина улыбнулся, наблюдая, как Аканэ нюхает букет. — А почему должна? — она прошла в гостиную и поставила цветы в вазу. — Ну, некоторым девушкам принципиально получать именно любимые цветы… — мужчина разулся и прошёл вслед за ней, всё ещё наблюдая.       «Он ещё помнит…» — на губах Аканэ появилась тёплая улыбка, когда она услышала эти слова. Только вот девушка быстро себя остановила. — «Нет. Он про её любимые цветы», — конечно, он не мог знать, какие цветы нравятся Аканэ. А слал пионы, потому что она напоминала собой Сашу. — А с чего ты взял, что мне нравятся пионы? — Хагивара не хотела, чтобы вопрос звучал резко, но всё же голос был напряжённым, отчего и слова были жёстче.       Виктор немного замялся. Он не знал. Возможно, он делал выбор в сторону пионов, потому что Саша их любила, а в ту ночь… Он видел её в Аканэ.       С силой сжав челюсть, он медленно подошёл к девушке, заглядывая в глаза. — Интуиция? Ну ты же их никогда не выкидывала. Вот я и подумал… — его ладонь бережно накрыла её щёку, а большой палец невесомо огладил контур скул.       От этого прикосновения по спине Аканэ пробежали мурашки, а сердце предательски ускорилось. Переживания, которые грызли её всё время до их встречи, просто испарились, как и слова, которые она хотела сказать.       Виктор молчал, словно выжидал, наблюдал за реакцией и едва заметным румянцем. Этот момент был настолько интимным от его взгляда, что других действий было не нужно. Он прекрасно видел, как плечи девушки дрогнули от пробежавших мурашек.       Аканэ смотрела в его глаза и не замечала, что тонет. Когда одна из ног инстинктивно переместилась в сторону мужчины, она поспешила вернуть её на место. Она таяла, прекрасно понимая, насколько это неправильно.       «Чёрт… Нужно это всё прекращать», — Аканэ положила руку поверх его и медленно убрала с себя. — «Это не нормально, Аканэ, приди в себя!» — мысленно она даже дала себе пощёчину. — Виктор… Это нужно прекратить. Наши встречи, — девушка отступила, стараясь держать расстояние. — Я подруга твоей дочери. Это не нормально.       Тёмные брови медленно сдвинулись к переносице. Он смотрел на то, как Аканэ отходила от него дальше и дальше, и от этого появилось желание последовать за ней и прижать к себе, чтобы не дать уйти. — Она не узнает. Я клянусь, — Чернов сделал едва заметный шаг в её сторону, будто проверяя, отойдёт ли девушка дальше.       От его слов сердце неприятно кольнуло. Ну почему он так зациклился на ней? Уж лучше бы тот сон из прошлого с незнакомкой был реальностью. Ей было всё сложнее говорить дальше и искать аргументы. Во рту пересохло от того, как Виктор осторожно к ней приближался. — Дело не в Милане! — Хагивара снова отступила в попытке сохранить расстояние, но спина упёрлась в стену. — А в чём тогда? Меня не волнует, правильно это или нет. Меня тянет к тебе, и я вижу, как ты тянешься ко мне в ответ. Зачем тогда ты это делаешь, если сама говоришь, что не хочешь продолжать? — он говорил уверенно, ни на секунду не сомневаясь. Мужчина давил, но это давление было ненавязчивым, ломающим её попытки отгородиться.       С каждым его шагом воздух в комнате становился горячее. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, а дыхание сбилось. Она пристально наблюдала за ним, будто боялась отвести глаза. Как только рука Виктора легла на стену около её головы, тело дернулось.       Появилось непреодолимое желание податься навстречу и прижаться в тёплые объятия. Голова кружилась, даже мысли начинали спотыкаться.       «Хватит…» — она попыталась себя отдернуть. — «Нельзя, «Саша», тебя давно нет!..»       Она молчала, пыталась пересилить реакции тела на такую близость, поэтому Виктор начал первым. — Если так хочешь всё прекратить, почему сейчас так дрожишь? Боишься? — он наклонился, сокращая остатки жалкого расстояния.       Его дыхание обожгло лицо девушки, в таком положении он и замер.       Почему-то он был невероятно сильно уверен, что она его не оттолкнёт. А Аканэ лишь поддалась. Не отталкивала — это давало ему только больше уверенности.       В воздухе повисло молчание. Она не знала, что ещё сказать. От каждого его жеста сквозило той самой уверенностью, которая пробивала её стены ещё тогда. Кулаки сжались сильнее, до побеления костяшек и чуть ли не хруста пальцев. Сопротивление таяло, как лёд. Кажется, что пройдёт ещё мгновение, и они оба сорвутся.       Коленки Аканэ подкашивались, а глаза Виктора темнели. Дыхание обоих было тяжёлым, словно в воздухе не хватало кислорода…       Неожиданно в этой тишине раздался звоночек таймера с кухни. Он, как выстрел пистолета, пробил нависшую над ними тяжёлую атмосферу, руша на кусочки напряжение. Искрящие между ними молнии растворились в пространстве в то же мгновение. Виктор отстранился, повернув голову в сторону звука, и именно в этот момент Аканэ выскользнула из этих тисков. Она быстро вбежала на кухню и выключила духовку.       Когда девушка открыла дверцу духового шкафа и поставила на стол горячую курочку, Чернов уже стоял на пороге. — У тебя тут так вкусно пахнет… — прикрыв глаза, он принюхался, ощущая знакомые запахи домашней готовки. Перед глазами всплыл образ Саши, так же в спешке вытаскивающей из духовки готовую курицу. — Я часто сама готовлю, — максимально отстранённо ответила она. — Да? Неожиданно для богатенькой девочки. Я думал, ты палец о палец никогда не ударяла, — он произнёс эти слова с усмешкой, в очередной раз выводя девушку на эмоции. — Я приёмная.       Челюсть мужчины от её слов, непроизвольно дернулась. Он поспешил скрыть то, как глубоко его задели эти слова. Мужчина не знал, что ему на это ответить, потому что шутить на подобную, внезапно открывшуюся тему было опасно, а с точки зрения взрослого человека даже неправильно. Поэтому, пока Аканэ накрывала на стол, Чернов больше не нарушал повисшее молчание.       Они расселись за столом, и тишину нарушил звон посуды. Аканэ спокойно ела, пока Виктор, закинув всего один кусочек, будто провалился в воспоминания о прошлом.       «Как это возможно? Как она может готовить так же? Или просто очень похоже?» — то, как сильно вкус напоминал готовку Александры, его сбивало с толку и только больше подогревало интерес.       Он ничего не сказал, но внутренне только больше захотел удержать девушку рядом. Она была именно той, кто смог впервые за долгое время заставит его остаться рядом не просто на ночь.       Аканэ старалась не смотреть на него, но то и дело замечала, что Чернов больше разглядывал её как интересную загадку, чем поглощал приготовленную еду. Тишину нарушал только стук приборов по тарелкам, но в тоже время в комнате будто снова становилось тесно.       Когда оба закончили с трапезой, Аканэ поднялась и принялась убирать со стола. Виктор молча наблюдал за каждым её движением, как любопытный кот. Он не двигался с места, пока Аканэ не отвернулась.       Когда девушка поставила посуду в раковину, она уже была напряжена до предела. По комнате разнёсся щелчок, и большая часть света потухла.       Хагивара едва не вздрогнула в этот момент, ощутив тепло ладоней, касающихся её спины… Горячее дыхание Виктора защекотало ухо, а рука легла на столешницу прямо рядом с ней.       Бледные пальцы Аканэ, словно на автопилоте, легли поверх смуглой кожи Чернова, а белые ресницы дрогнули, частично прикрывая пурпур её глаз. В этот момент все барьеры как будто сдуло ветром. Она даже не попыталась отстраниться. Голос разума утонул в ощущениях и возникшем возбуждении.       «Ну почему ты такой?..» — мысли терялись, и как понемногу стихающее эхо они всё растворялись во тьме его глаз…

-{ *** }-

      Когда ключ в замочной скважине повернулся, тишину огромного особняка прервал щелчок замка. Милана вошла в дом и принялась раздеваться. Но, сняв куртку, она заметила отсутствие отцовского пальто на вешалке.       «Он ещё не вернулся?» — пронеслось в её голове. Было странно, папа ведь даже не предупредил о том, что не вернётся.       Мила полностью сняла с себя верхнюю одежду и поспешила в свою комнату, там она поставила телефон на зарядку и ушла в душ.       Уже в пижаме девушка упала на кровать и, взяв телефон, открыла диалог с отцом. Её пальчики быстро принялись набирать сообщения:       «Пап, ты где?»       «Ты сегодня приедешь?»       Не получив ответа ни через десять, ни через тридцать минут, Милана постаралась себя успокоить. Она каждый раз переживала из-за пропажи отца без предупреждения, пусть и понимала, что такое происходило не впервые. — Наверное, он работает. Или опять уснул в офисе… — брови девушки нахмурились. — Ну я ему утром устрою!       Перевернувшись на спину, она отбросила телефон и постаралась уснуть. После насыщенного дня Милана быстро погрузилась в сон.

-{ *** }-

      На следующий день Аканэ проснулась с чувством беспомощности и вины. Она опять позволила этому произойти. А страшнее то, что она ещё и этого хотела. Девушка сопротивлялась из соображения морали, но чувствовала, как тело от его прикосновений горело. А сейчас на коже осталось фантомное ощущение его рук.       Дверь спальни открылась, Виктор принёс завтрак в постель. Вкусные запахи заставили Аканэ окончательно проснуться. Её тело само поднялось в сидячее положение, а руки потянулись к еде. Было не правильно принимать его заботу, как же она виновата перед Миланой, но это было приятно…       После Виктор стал часто приезжать, оправдываясь перед дочерью работой и каким-то важным проектом. Нет, ну проект, конечно, был, однако работа над ним велась далеко не двадцать часов в сутки.       Постепенно Аканэ потеряла всякое сопротивление, «Саша» победила. Хагивара ощущала такой комфорт, такое спокойствие рядом с ним. Вина никуда не делать, а только укреплялась и дополнялась ненавистью к самой себе за ложь, особенно когда она глядела в глаза Милы. Но все эти проблемы терялись, когда Виктор оказывался рядом.       Со временем сокрытие отношений с отцом подруги вошло в привычку. Они встречались наедине только в квартире Аканэ или в местах, далёких от университета и Милы. Остальное время они вели себя как обычно: просто отец и подруга Миланы.       Аканэ отказалась от курения, потому что появилась иная привычка: Виктор. Они разговаривали, обсуждали, он знал, кто она и что пережила, помогал смириться со смертью Изаны, был рядом, когда ей становилось плохо. Девушку больше не тянуло себе навредить. Аканэ сменила шило на мыло и не заметила. Зависимость от человека оказалась сильнее, чем от боли и никотина.       Через два года отношений пришло время писать выпускную квалификационную работу. Аканэ вместе с Миланой занимались поиском информации, хотя темы у них были разные. Виктор по вечерам сидел и просто наблюдал — составлял девушка компанию. Иногда из любопытства он что-то спрашивал, но, когда получал ответ, начинал чувствовать себя глупым. Даже простыми словами некоторые медицинские термины звучали сложно.       После окончания учёбы началась ординатура. Это было то, чего Аканэ ждала больше всего, потому что ординатура представила собой почти полноценную работу в больнице. Её снова допускали к операциям, пока только как ассистента, но ведь и это было уже что-то.       Испытать успевшее позабыться ощущение усталости и слезящихся от яркого света глаз было по-странному приятно. Это стало ещё одной ноткой ностальгии.       Но следом пришли и беды: из-за таких нагрузок на и без того чувствительные к свету хрусталики зрение начало заметно падать. Всего за два года ординатуры чёткость зрения Аканэ упала почти на полторы диоптрии. Тут даже линзы с защитой от ультрафиолета не помогали, потому что было очевидно, что в обычных ярких лампах операционных его не было.       Как и в прошлой жизни работа, приносящая удовольствие, была в убыток собственному здоровью. До обмороков Аканэ себя, конечно, не доводила, пока не доводила, всё же за ординаторами пристально наблюдали.       После очередного ночного дежурства девушка покинула больницу в компании ещё пары ординаторов. Вся эта компания зевала и едва не засыпала на ходу. Ночка выдалась весёлой: прошло две операции, на обеих из которых ребята ассистировали. Вторая операция вовсе оказалась не самой простой, и на неё ушло больше четырёх часов в операционной, пока всё не устаканилось. Оба пациента были в норме, но усталость от того никуда не делась.       На улице только начинало светать к тому моменту, когда Аканэ с парой других ординаторов покинула рабочее место. Город только оживал, начинал свою привычную суету, а вот день ребят закончился и впереди были почти целые сутки, чтобы выспаться после ночной смены.       Снова зевая, Хагивара окинула взглядом полупустую парковку, не ожидая что-то увидеть. Но, к удивлению, глаза наткнулись на знакомое авто. Точнее мерседес был один из немногих машин на парковке. К тому же его чёрный цвет автомобиля сильно констрастировал на фоне других серых, простеньких иномарок. Поэтому не узнать мерин было невозможно, поэтому, даже не прощаясь, девушка отделилась от знакомых и побежала к машине.       К этому моменту Виктор вышел из машины и принял в свои объятия прибежавшую Аканэ. Она ткнулась лицом в плечо мужчины. Девушка чувствовала, как от этого все проблемы будто исчезают, оставляя только приятную усталость. — Привет, малышка, — мужчина тепло улыбнулся. — Давно не виделись.       Он чмокнул девушку в лоб и открыл дверь машины, приглашая сесть. — Я думала, ты про меня забыл под шумок! — Хагивара послушно отстранилась и собралась сесть в машину, однако замерла на месте.       За тонированными стёклами скрывались море цветов и огромный плюшевый медведь, сидящий на переднем пассажирском сидении. Пьянящий аромат любимых цветов витал в воздухе, настойчиво впиваясь в носовые рецепторы. — С праздником, милая, — Виктор улыбнулся замешательству девушки, погладив её по волосам. А на вопросительный взгляд, обратившийся в его сторону, хохотнул. — Мы уже ровно четыре года вместе, — делая вид, что недоволен, Чернов наклонился к её ушку и, намеренно выдыхая, прошептал: — Ты что, забыла? — Да… — надув губы, нехотя призналась Аканэ. Причин забывчивости выяснять не пришлось, было очевидно, что работа занимала все её мысли.       Чернов лишь поцеловал девушку в шею прямо под ухом и отстранился. — Так уж и быть, прощаю, — он отошёл, помог переложить игрушку на задние сидения поверх цветов и занял место водителя.       Аканэ тоже села в машину, пристегнулась, и они поехали.       Немного опасной езды и адреналина от этой поездки встряхнули Хагивару, и сонливость отошла на второй план. Когда они начали подъезжать в особняку, Аканэ немного напряглась и помрачнела. Зачем именно сюда? Что-то случилось? Он хочет обо всём рассказать Милане?       От последней мысли по телу пробежал холодок, а чувство вины слилось со страхом воедино, заставляя сильно нервничать.       Замечая нервозность девушки, Чернов накрыл её руку своей, тем самым успокаивая. Его голос звучал размеренно и уверенно, чтобы передать эти чувства и Аканэ. — Не волнуйся. Мила сегодня ночует у подруги. Её весь день не будет. Мы будем одни, — он улыбнулся и припарковал машину.       Прежде чем покинуть средство передвижения, мужчина поцеловал пальцы спутницы и посмотрел в её глаза с такой искренней любовью, что Хагивара просто не могла не ответить улыбкой.       «Господи, прошу, пусть всё будет хорошо…» — плохое предчувствие так и грелось у неё на сердце, не позволяя полностью расслабиться даже рядом с Виктором. — Пойдём, — он помог Аканэ выйти из машины и подтолкнул её ко входу.       Когда они вошли в дом, их уже с порога встретил тёплый по-домашнему манящий запах приготовленной совсем недавно еды. Стол был красиво накрыт, блюда —расставлены. У девушки возникло стойкое ощущение, что в доме сегодня не было даже прислуги, настолько здесь было тихо и пусто, что её это пугало.       Не давая Аканэ надолго задержаться в прихожей, Виктор взял её под руку и повёл в столовую, усадил за стол, заботливо предложил еду и вино. Всё выглядело так, будто он долгое время сам всё готовил. Это было очень мило. Как минимум за старания уже можно было поставить пятёрку.       После «ужина» Виктор подошёл к Аканэ со спины и обнял, кладя голову на макушку. — Мы покушали, но ещё даже полудня нет… У меня был целый план на этот день. Но я вижу, что ты устала. Может, сходим в ванную и увалимся спать?       Аканэ как довольный котёнок поела и уже начала клевать носом. Чернову сразу стало понятно, что его планы на день срывались.       Видя, как девушка совсем расклеивается, Чернов наклонился и с лёгкостью подхватил её на руки. Он спокойно донёс Аканэ до ванной и, войдя в туда, аккуратно поставил её на ноги. Виктор набрал ванну, принёс сменную одежду для Аканэ и развернулся к выходу.       Хагивара, едва удерживая глаза открытыми, наблюдала за мужчиной, а, когда поняла, что он собрался уйти, немного удивилась. — Ты не примешь ванну со мной?       Чернов улыбнулся и остановился. Развернувшись, он подошёл к своей пассии и поцеловал в макушку. — Нет. Отдыхай, — он снова начал уходить и уже открыв дверь добавил: — Если что — зови.       Хагивара пару секунд осмысливала его слова и их серьёзность, но в конце концов принялась раздеваться. Погружаясь в горячую воду, Аканэ, прикрыв рот рукой зевнула. Тепло, обволакивающее тело, и аромат мелиссы в воздухе помогли усталости взять верх и полностью расслабили напряжённые мышцы. Не прошло и пары минут, как девушка уснула.       Дом был погружён в полутьму: окна были зашторены, а основной свет — погашен. В тишине послышался отдалённый щелчок замка. Она вздрогнула. Дверь распахнулась. В прихожей показалась Милана. Девушка скинула кроссовки и направилась в гостиную, но замерла на пороге. — Аканэ? — в её голосе звучали удивление и настороженность.       Хагивара замерла на месте. Она хотела ответить, оправдаться, но не могла заставить губы шевелиться, а язык будто прирос к нёбу. Она стояла на месте, будучи окутанной чужими вещами, и ощущала, как подруга смотрит сквозь неё. В этом взгляде было всё: шок, боль, непонимание и предательство.       «Нет… Виктор же сказал…» — сердце ускорило ритм, а мир перед глазами поплыл.       Неожиданно девушка поняла, что начала задыхаться, не могла сделать ни одного вдоха. Сознание помутнело, мир посыпался.       Она распахнула глаза и тут же почувствовала жжение, когда увидела играющий на поверхности воды свет. Резко вынырнув из-под воды, Хагивара сделала истеричный вдох. Лёгкие сдавила резкая боль и жгучая судорога от попавшей туда воды. Страх сковал все мысли.       Голова кружилась, сердце колотилось в ушах, а перед глазами стояли события прошедшего сна.       «Что это было?!» — тело укрывало ощущение вязкого ужаса, окутывающего как смола или какая-то слизь.       Резкие потоки воздуха как будто разрезали лёгкие, отзываясь острой болью при каждом вдохе. Хагивара около минуты сидела, обнимая себя в попытке осознать произошедшее.       То и дело кашляя, Аканэ с болью отхаркивала воду из дыхательных путей, пока не смогла более-менее спокойно вдохнуть.       С по-прежнему болезненным вдохом она убрала прилипшие к лицу волосы и осмотрелась: в ванной царила всё та же спокойная тишина, прерываемая только звуком капающей с неё самой воды.       Сейчас эта умиротворённость ощущалась зловещей.       В попытке полностью себя успокоить девушка положила руку на сердце и прошептала: — Это был сон… Просто неприятный сон… — в голосе всё ещё звучала тревога, но Аканэ постаралась полностью отдышаться. — …я слишком много нервничаю.       Окончательно выдыхая, Хагивара откинула голову назад, поднимая глаза к потолку в задумчивости. События сна были её кошмаром. Сейчас, после четырёх лет отношений с Виктором, было страшно, что всё может вскрыться, и кораблик в тихой гавани в конце концов уйдёт на дно.       Когда Харивара полностью пришла в себя, она осознала, что находится в ванной слишком долго — вода в ванне уже успела остыть, поэтому постаралась поскорее закончить мыться. Надев огромную для себя футболку Виктора и шорты, девушка собралась покинуть ванную.       Осознание того, что она могла умереть в полной мере к Аканэ так и не пришло. Но перед тем, как покинуть комнату, девушка с опаской глянула на пустую ванну. Ощущение холодной паники и давления воды на грудь всё никак не проходило, даже после попыток себя отвлечь.       Она выдохнула, развернулась обратно к двери и повернула ручку. Но, оказавшись в комнате, Аканэ никого не увидела. Чернов куда-то ушёл.       Делая глубокий вдох, Хагивара осмотрелась. Она прошла по комнате и увидела короткую записку: «Иди за лепестками роз».       «Очередной сюрприз?» — на губах мимолётно появилась лёгкая улыбка.       Окончательно придя в себя, Аканэ пошла в коридор и там уже увидела рассыпанную на полу дорожку из лепестков.       Хагивара взяла себя в руки и направилась вслед за розами. После произошедшего дом казался ещё более пугающим. Отсутствие даже скрипящих половиц создавало ощущение нереальности происходящего, а осознание того, что она была здесь когда-то давно, делало пространство лиминальным.       Шаг за шагом спускаясь по лестнице, девушка направилась в гостиную. Лепестки привели её к журнальному столику, на котором стояли несколько свечей и маленькая коробочка с запиской рядом.       Она взяла бумажку, пробегая глазами по содержимому.       «Этот день важнее, чем ты думаешь…»       Хагивара немного нахмурилась. Она перевела взгляд на коробочку и, взяв её, открыла. Внутри лежало золотое кольцо с крупным бриллиантом, закреплённым основой похожей на лепестки пиона. Явно сделанное на заказ, оно заставило сердце упасть вниз.       Но не успела она осмысли всё до конца, как за спиной раздался голос Виктора. — Аканэ… Ты выйдешь за меня замуж? — его голос звучал спокойно, уверенно. Он готовился, знал, что сделает это. Мужчина хотел, чтобы она согласилась.       Аканэ стояла как вкопанная. Однако не из-за испуга — перед глазами проносились воспоминания прошлой жизни, как это было тогда, как она согласилась, ни о чём не подумав.       Неожиданно момент нарушил знакомый голос. — Папа?! — Милана стояла на пороге комнаты и смотрела на происходящее с увеличенными от шока глазами. — Что здесь происходит?!

-{ Конец второй арки }-