Глава 2

      Время шло. Питомец рос вместе со своей хозяйкой, превращаясь в нечто… Ну, скажем, в нечто интересное.       Когда Шебе исполнилось 13, это существо вымахало уже с мастиффа. Собаки жали хвосты при одном его появлении, а Шеба гуляла со свои ручным монстром, держа его на тонюсенькой цепочке и спала с ним в обнимку, как с огромной плюшевой игрушкой.       А Шегон рос, точно напоминая огромную пантеру, исковерканную какой-то странной аномалией.       Шеба знала, что у нее – необычный питомец, и не только потому, что учительница биологии при виде него грохнулась в обморок. Он всегда ходил за хозяйкой. Он провожал ее в школу и встречал из школы. Запирать окна и двери было бесполезно – он ничего не выбивал, но, кажется, мог выйти откуда угодно и «слепиться» прямо из воздуха.       Семья его полюбила, когда в дом однажды прокрался вор. Уйти пришлось не с чем – в то время Шегон сидел на кухне и когтями открывал консервную (!) банку… Домочадцы его уважали, а Шеба в нем души ни чаяла. Он был ее лучшим другом…       Так и было до одного рокового дня…       - Встретимся сегодня в беседке, в парке?       Шеба так и растаяла. Как ей нравился этот мальчик! Идеал, предел мечтаний, и… приглашает погулять!       Шегон, до этих слов лениво развалившийся на газоне (никто и не пытался согнать эту махину с травы), заворчал.       - Что это с твоим котом?       - Собаку, наверное, учуял…       - Ты клеевая! Ну так придешь?       - Да!.. Шегон, что с тобой?       Морда питомца вытянулась в подобие улыбки, какой-то уж чересчур коварной. Он облизнулся, потягиваясь.       - Э… Шегон… Это для меня так важно… Ты не мог бы не ходить за мной туда?       На морде пантеры было написано: « А еще чего?»       - И все-таки, обещай, что не пойдешь.       - Вот еще.       - Шегон!       Он очень редко говорил, и то, что он «выплюнул» такую фразу, уже значило, что что-то не так.       - Ну, Шегги, кисонька ты моя сказочная…       Шегон встал, вильнув хвостом, и легко проложил себе дорогу через стоящих неподалеку старшеклассников, глухо заворчав на них.       … Все-таки, надувшись на хозяйку, в беседку за ней он не пошел, но Шеба знала, что, скорее всего, он, невидимый, крадется где-то рядом. Выяснить это было невозможно.       - Привет, Шеба!       Беседка находилась в укромном месте, поодаль от парковой дорожки, укрытая ветвями плакучей ивы. Девочка вошла в нее. Сердечко ее колотилось.       Они довольно долго разговаривали. Шебе пару раз казалось, что рядом мелькает темный силуэт питомца. Ну и пусть! Она ему потом мораль прочитает. А сейчас…       Любовь. Первая и робкая, как первый ландыш на снегу…       - Шеба, ты мне… нравишься.       - Ты мне тоже.       Паренек встал:       - Будешь моей девушкой, когда я вырасту?       - Наверное, да!       - Чем докажешь, что не врешь?       Девочка смутилась:       - А что надо?       - А вот поцелуй меня!       Шеба покраснев, быстро чмокнула его в щеку. И тут…       Шегон был здесь. Он беззвучно приземлился сверху прямо на мальчишку, и, открыв свою огромную пасть, «оделся» на жертву, как перчатка на руку и захлопнул рот…       Ни звука. Шегон шумно глотнул, и, напрягшись, оперся на задние лапы, вставая:       - Спасибо за обед.       Шеба побледнела, попятившись:       - Ты… ты… что ты сделал?! Выплюнь, выплюнь его!       - Он теперь мой. Ты сама отдала его мне.       Его голос звучал уверенно и был похож на голос его жертвы.       - Нет, нет! Нет!!! Шегон, что ты наделал?!!       - А разве ты, вызывая меня, не смотрела плату, назначенную за это колдовство?       Демон хлопнул лапищами, и в них появилась книга заклинаний, открывшаяся прямиком на нужной странице.       - Не трогай меня!       Шегон схватил ее лапой, и, выпустив коготь, указал на неразборчивые знаки внизу страницы:       - Читай! «Любой, кто осмелится создать демона для себя, обязан платить ему не только благодарностью, но и любовью». Любой, кого ты полюбишь, пусть даже и неосознанно, достанется мне, едва ты его поцелуешь. Ты обязана была прочитать это, но видно, не прочитала.       - Нет… Что я наделала… - Шеба сжалась в углу беседки, плача. Шегон ласково облизал ей лицо.       - Уйди! У… убийца!       - Это ты дала его мне. Я сыт и доволен. Наконец-то ты все знаешь. Дашь мне еще одного?       - Ни за что!       - Наивно. Дашь, дашь! Ты выросла. Я слежу, чтобы с твоей головы ни волоска не упало, а ты следи, чтобы я был сыт. Не плачь. Ты сама решила так.       - Я все расскажу!       - Кому? Кто тебе поверит? Здесь нет ни крови, ни его следов, а в моем желудке ничего не найдут. Он наверняка пропал без вести, мир большой, а люди маленькие… А мне нравится вкус твоей любви. Поскорей бы тебе приглянулся кто-то еще!       - Шегон… Тебе не жалко его, меня?!       - Демонам не жалко каких-то глупых людишек. Но тебя мне жалко. Ты вдохнула в меня жизнь, - он лапой поднял ей подбородок, - Ты не такая, как все, моя госпожа. Слишком поздно все менять. Все будет так: я съем любого, кого ты поцелуешь. Их будет много. Любовь жестока. Они будут бросать тебя, и лишь я всегда буду с тобой. Я буду съедать всех, всех, они недостойны тебя, недостойны! – он снова слизнул ее слезы, и, согнувшись, упал ниц, - Моя великая госпожа…       Именно так жизнь 13-и летней девочки превратилась в кошмар…