Часть 23

      За окном светило солнышко и пели птички. А потом раздалось громкое “БУБУХ!”. Птицы испугались и улетели, хлопая крыльями, а солнце как-то потускнело. Когда я повернула голову к окну, то увидела пыльную тучу, заслонившую солнце.       Где-то вдалеке послышалась сирена. Значит, случилось что-то плохое.       Родители срочно засобирались, ворча что-то про глупых коллег, которые не дают им отдохнуть в выходной. Уже на пороге мама развернулась и быстро поцеловала меня в лоб.       – Мы быстро, будь хорошей девочкой.       – Да, мам.       Туча становилась все больше, и перед уходом мама включила лампу. Я уткнулась обратно в книжку.       Внутри не было ещё сложных формул или замудренных сюжетов. Не помню, сколько мне было лет. Кажется, пять. Но тогда я уже наизусть знала легенду о Равновесии и кошмар как завидовала колдунам из прошлого. Они были нарисованы такими огромными! И страшными. И страшно крутыми в своих мантиях с капюшонами, которые закрывали лица.       Как же круто, наверное, колдовать самим! Прям самим-самим! Никто не нужен!       Я колдовать умела пока совсем плохо. Если мама давала мне камни, то это обычно заканчивалось разбитой кружкой или ее перекрашенными юбками. Поэтому она больше не разрешала мне брать их, когда я одна. Но я–то все равно знала, где они лежат и какой код у замка на тумбочке.       Я перелистнула страницу. Там тоже стояли колдуны, только теперь – с животными в руках.       – Красивые! – восторженно зашептала маленькая я, пальцами поглаживая выпуклые картинки. Мне не нужно было читать текст, я помнила, как его читали мне перед сном. Каждый из великих колдунов принес по одному животному, которое потом стало фамильяром.       Я подняла глаза на подоконник, где свернулась калачиком черная кошка.       – Давай колдовать? – спросила я в очередной раз, но кошка была просто кошкой. Услышав меня, она дернула ушами, но даже не подняла головы.       Она недовольно мяукнула, когда я уже почти закончила открывать ящик с камнями.       – Ну и ладно, – я обиженно надула губы.       А когда кошка снова улеглась спать, я закрыла книжку и, дотянувшись с преддверного пуфика до ручки, открыла входную дверь и выскользнула на улицу.       Где-то далеко, в каньоне под магическим куполом гремел бур, разрывающий породу. Там люди кричали друг на друга, называя плохими словами, которые мама запретила мне повторять. Но я шла в другую сторону.       Я уже выучила маршруты такие, чтобы не попадаться никому на глаза – между домов, под окнами, перебегая быстро и пригибаясь кое-где, самыми заросшими тропинками. Идти до подлеска было совсем недалеко, но там было куда интереснее, чем дома или в самом поселке. Главное вернуться раньше родителей.       Короткая юбка цеплялась за высокую траву, солнышко грело макушку, а деревья стояли высоким щитом, защищая окружающие поселок леса от поднимаемой им пыли и грязи. Тут можно было ловить жуков, собирать цветочки и петь песенки, никого не отвлекая.       А еще хранить свои секретики.       Встав на большой валун, я просунула руку в дупло. Это дерево я хорошо запомнила! Оно было смешно изогнуто, как червяк. Пошарила там, сдвигая принесенные ветром листья и веточки, пока наконец не нащупала тканевый мешочек.       Из мешочка мне на руку высыпалась каменная крошка. Переливались на ладони всеми цветами радуги мельчайшие осколки камней, названий которых я пока не знала и не смогла бы выговорить, но уже видела, как в их гранях теплилось волшебство, щекоча пальцы. Я собирала их всюду – дома, с рабочих столов родителей, пока они уходили налить себе кофе; подбирала осколки, спрятавшиеся в плиточных швах, когда родители брали меня с собой на работу. И так собрала целую коллекцию.       Я села прямо на траву. Пересыпала их из ладошки в ладошку, и представляла, что если соберу много-много, так много, что мне потребуется уже два или даже целых три мешочка, чтобы их спрятать, то стану почти такой же крутой, как волшебники из книжки про Равновесие.       И может быть смогу сделать все наоборот? Поменять то, что они натворили? Так, что все снова смогут колдовать просто так.       Что-то зашуршало. Камни укатились с ладони, навсегда теряясь в земле.       – Кошечка, это ты за мной пришла? – спросила я, но кошечка не отвечала. Наверное, показалось, а она дальше спит дома.       Сжав сокровища в кулаке, я пошла на звук. И застыла, увидев в траве змею. Черную-черную, прямо как кошечка. Только глаза горели желтым, как самый любимый мой камушек, похожий на солнце.       – Ой. Привет! – сказала я змее.       Но она не двигалась, жутко, не моргая смотря на меня желтыми глазами.       Я испугалась. Сделала шаг назад, но змея дернулась в мою сторону.       – Ты же не будешь кусаться, да? – спросила я уже плаксивым голосом. – Давай я тебе камушек отдам, а ты уйдешь?       Я протянула на раскрытой ладони все камни, которые в ней остались, но змея на них даже не взглянула. Сверкнула глазами перед тем, как бросилась, целясь в запястье.       Я закричала и одернула руку, рассыпав все-все, но змея так и не укусила.       Между мной и змеей встала черная кошечка. Она шипела на змею, выгнув спину и распушив тонкий хвост.       Я зажмурилась. Слышала, как кошечка громко мяукала, почти кричала.       А потом стало тихо. И меня обняла, прижимая к себе, девушка.       – Испугалась?       Кивнув, я расплакалась. Стояла так долго, рыдая. А когда открыла глаза, не было никакой девушки, только кошка терлась у ног, подталкивая в сторону дома.       Она смешно шагала. Заваливалась то в одну, то в другую сторону. Я подумала, что она ударилась. Хотела подлечить, как коленку разбитую, втайне от мамы, чтобы она не узнала ничего, да только камни все растеряла. А когда мы пришли домой, уснула крепко-крепко у меня на коленях. И я уснула, успокоившись, гладя ее шерстку.       А когда проснулась, кошечки уже нигде не было.       И я много плакала.       А почему мне это снится?