Часть 21

      Колин проснулся в чудесном настроении. Вчерашняя ночь была невероятной, и ему не терпелось повторить это, сжать Пен в объятиях и целовать, и щекотать, и покусывать, пока она не перестанет отбиваться. Он довольно потянулся, вытянул руку, но нащупал только остывшие простыни. Колин открыл глаза, сел и недовольно оглядел комнату, Пен нигде не было, и это ему совсем не понравилось. Вторым семейным правилом после обедоужина должно стать то, что Пен запрещается покидать кровать раньше него. Колин не для того женился, чтобы просыпаться одному в холодной постели. Так и простыть не долго. Он сейчас же найдет Пен и заставит ее вернуться.               Обернув бедра покрывалом, Колин выглянул в окно. Судя по всему, день клонился к обеду, а это значит, что Колин проспал не только ужин, но и завтрак. Такого с ним не случалось уже давно, если вообще случалось. Но ничего, подбодрил он сам себя, скоро обед, а до тех пор он найдет Пен и вернет ее в постель. Кто знает, может быть они так и обед пропустят. Но даже эта мысль не могла испортить ему сегодня настроение.               В спальне Пен не оказалось, не было ее и в малой гостинной. Колин заглянул во все комнаты на этаже, но напрасно – Пен нигде не было. В конце концов он сдался и позвонил в колокольчик, Деври тут же возник из ниоткуда, как будто только и ждал за углом.              – Доброе утро, сэр!              – Деври, где моя жена?! – спросил Колин и улыбнулся. Как же было сладко называть ее женой.               – Миссис Бриджертон еще не спускалась к завтраку.              – Вы уверены? – Колин еще раз выглянул в окно, надеясь все же разглядеть ее среди деревьев. – Я обыскал весь этаж, но ее нигде нет.              – Совершенно, сэр.               Тревожное чувство защемило в груди, но Колин отмахнулся. Все хорошо.              – Хм, странно. Прикажите подать завтрак, я голоден как волк. И пошлите кого-нибудь найти мою жену, она наверняка блуждает в саду.               Деври кивнул и исчез так же бесшумно как и появился. Колин не удивился бы, узнай он, что весь дом пронизан ведомыми только прислуге тайными ходами.               Колин хмурился. Где она могла быть? После завтрака ее непременно нужно будет научить хорошим манерам. От этой мысли он опять улыбнулся. О, да, ее непременно стоило проучить.              Спускаясь по лестнице, Колин чувствовал манящий запах яиц и бекона, аромат жареных хлебцов и хрустящих булочек, ощущал на языке горчинку свежезаваренного чая. Желудок тут же громко заурчал. Колину очень хотелось позавтракать вместе с Пен, но если она не поторопится, то ему придется выбирать между ней и голодной смертью.               Столовая встретила Колина ломящимся от лакомств столом и пустотой. Колин вцепился зубами в круассан и нахмурил брови.              – Деври?              – Мисс Бриджертон нигде нет, – появился тот за спиной, – и, боюсь, никто не видел ее сегодня.               – Что вы имеете ввиду?              – Миссис Бриджертон нет в Обри-холле.               Колин поперхнулся круассаном.               – Что вы имеете ввиду? – неожиданный холод пробежал по спине и лишил всякого аппетита. Колин отбросил противную булку в сторону.              – Ее ищут, но никто не видел ее со вчерашнего вечера.               – Но она же не могла исчезнуть?! – Колин уже почти кричал на ни в чем неповинного слугу. Пен не могла просто испариться. Еще несколько часов тому назад она лежала в его объятиях, она была здесь. Или ему это только приснилось? Неужели он сходит с ума. Отчего-то стало тяжело дышать, и Колин оперся руками о стул.               Один из помощников возник возле Деври и что-то тихо говорил ему.               – Громче? – рявкнул Колин. Менее вышколенная прислуга вздрогнула бы в испуге, но в домах Бриджертон работали только лучшие, поэтому парень продолжил более громко, но все же спокойно.               – Из конюшни пропала одна из почтовых скоростных, – сообщил он размеренным голосом, словно говорил о погоде. – А одна из девушек рассказала, что ночью кто-то разбил горшок с оливковым деревом. Рядом с горшком было немного крови, но она не придала этому значения. Сэр,               Он говорил еще что-то про жандармов, но Колин его не слушал. Кровь. Ее кровь. Кто-то пробрался. Кто-то забрал ее. Страх ледяными пальцами сжал желудок, заморозил сердце. Колин никогда еще не чувствовал себя так близко к обмороку, как сейчас. Что он будет делать без нее? Еще пару дней назад он даже и не подозревал, что она ему так нужна, и теперь. Что там говорил Деври? Оливковое дерево. Его дерево. Неужели? Огромными прыжками Колин вбежал вверх по лестнице и распахнул дверь в гардеробную. Писем не было.              Внезапно потеряв силы, Колин почувствовал, как тяжело давит на него мир. Он сгорбатился, сжался. Ноги не держали. Колин сделал шаг и только сейчас заметил на подушке три бумажных прямоугольника. Письмо королевы, Энтони и …Он сразу узнал ее почерк. Страх отпустил сердце, и Колин вдохнул – она жива… Но ее нет дома – и страх сжал пальцы еще крепче. Неожиданно постарев лет на десять, Колин присел и трясущимися пальцами провел по буквам „Колину“                     Дорогой Колин,               мы писали друг другу так много писем, и я никогда не задумывалась о том, что одно из них может стать последним, но, как оказалось, все когда-нибудь заканчивается.              Колин, Королева приказывает мне вернуться в Лондон и выйти замуж за Фенбери. Несмотря на заверения врача в моей порочности, он все же желает взять меня в жены, и из политических соображений королева удовлетворяет его желание. Но ты был прав, никто не смеет за меня решать, за кого мне выходить замуж, и поэтому я ухожу.               Я слышу, как ты говоришь, что мы могли бы найти и раскрыть Леди Вистлдаун, но мы не сможем. Многие пытались. Она слишком умна. И в чем ее порок? В том что она открыто пишет свое мнение??! Неужели этим она заслужила темницу?              Для моего ухода есть и другая причина – я хочу твоего счастья! Колин, ты слишком благороден, счастье и благополучие других для тебя важнее собственного счастья, поэтому я сделаю это. Этим письмом я официально отказываюсь от нашего брака. Спасибо за твое мужество и доброту, за то что был рядом. Спасибо за эти невероятные полдня и за эту волшебную ночь, когда мы действительно были семьей. Моя мечта исполнилась, теперь у меня есть, что взять с собой. Спасибо, что пожертвовал собой ради меня, но ни ты, ни твоя семья не должны страдать из-за меня и впадать в немилость. Колин, обещай, что не будешь искать меня. Ты свободен. Возвращайся в Лондон, к Лилит. Борись за свое счастье. Ты был прав, никто не в праве решать за тебя, на ком тебе жениться. Ни общество, ни королева.               Колин, прости меня за то, что прочитала письмо Энтони и разбила горшок твоего дерева – для задуманного мне нужны деньги. Надеюсь, его удастся пересадить. У меня есть сбережения, которые покроют этот ущерб. В доме моей матушки в моей комнате в тайнике под ковром у камина. Это все принадлежит тебе.               Надеюсь, ты сумеешь меня когда-нибудь простить.       Искренне твоя,       Пен.              Колин опустился на постель. Бездонное черное болото затягивало его вниз, пока с противным чавкающим звуком не сошлось над головой. Сердце перестало биться, и жизнь потеряла смысл. Пен разбила не горшок с деревом, а сердце.