Часть 36: Корону мне, корону!

      Пен нигде не было. Колин от злости заскрежетал зубами и охнул – от постоянного стресса последних дней зубы уже начинали болеть. Пора прекращать с этим, а то он скоро будет походить на старого беззубого деда. Хотя, он уже решил, что с помощью Пен не дотянет и до сорока. Или это решила она? С ней не соскучишься. Колин ухмыльнулся и тут же одернул себя – он все еще на нее злился, нельзя позволить ни себе ни ей забыть об этом.               Словно ледокол, уверенно идущей к своей цели сквозь льды, Колин разрезал нарядную толпу, и не останавливался ни перед какими препятствиями, будь то высокие статные лани, которые провожали его большими влажными глазами, ласковые кошечки, движениями обещающие ласки и забытие или веселые болтливые канарейки, напоминающие прежнюю жизнь Пен. Среди всех веселых, загадочных и томных Колин искал лишь ее – рыжую лисицу в зеленом платье, но ее и след простыл.               Медведя тоже нигде не было видно, и у Колина, от одних только воспоминаниях о нем уже чесался кулак. Неужели она приехала на бал, только чтобы встретиться с ним, и теперь они уединились где-нибудь в темной комнате, словно специально для этого стоящими не запертыми во всех уголках замка. В глазах потемнело от этой мысли. Если это так. Если….Колин остановился, когда заметил, что в очередной трется возле какой-то блондинки, и ее мамаша уже почти по-родственному протягивает ему руку и предлагает вина, облизывает губы. Ух, бойкая мамаша! Извинившись, Колин вышел на край площадки и отдышался. Поставил бокал на столик и неожиданно замер.               – Пен!              Этот веер принадлежал ей. Он узнал бы его из тысячи. Вернее, не сам веер, а то, как он был демулирован – несчастной вещице повыдергивали все перья и закрутили колышки. Пен делала так всегда, еще с того момента, когда они были детьми. Мать постоянно ругала Пен за испорченные веера, поэтому Колин и Элоиз все время брали с собой на балы веера для Пен. Заменки. Увидеть такой веер было таким же доказательством ее недавнего присутствия, как если бы она сама стояла здесь. Ну где же она теперь? Колин огляделся, но напрасно. Что ж, придется подождать. Пальцы сами потянулись к изувеченной штучке, нежно поладили. Боже, как можно быть одновременно такой неуверенной и такой настырной?! Колин сжал веер в пальцах, легкий ветерок пробежал по столу, подхватил легкое черное перышко и играюче подкинул над столом.               – Спокойно Колин! Спокойно!              Медленно выдохнул. Линет! Пен была с ней, с этой черной, продажной, жестокой. Его самая рыжая. От отчаяния Колин с силой вцепился в стол, и тот жалобно хрустнул, словно прося о пощаде.               – Боже, я надеюсь, что это не на меня вы так злитесь! – Линет остановилась в сторонке, удивленно вскинув брови.              Колин сжал губы в линию. Если бы она только знала! Хорошо, что не подошла ближе!              – Конечно из-за Вас! – не стал скрывать Колин. – В моем доме уже не осталось не только стаканов, но и мебели!              – Боже, эти руки бы да в нужное дело! – восхищенно пробормотала Линет, недвусмысленно давая понять, где конкретно она бы мечтала ощутить силу Колина.              Колин грязно улыбнулся.               – Как только останемся наедине… – прошептал он, и заметил, как Линет сглотнула ком в горле. Я с удовольствием приложу мои руки на твое горло и вытрясу из тебя, куда ты дела Пен.               Пен или рыжие, она опять ставила его перед выбором. Именно поэтому и нельзя сочетать работу и личное – чувства мешают разумно мыслить. Ради Пен Колин готов был в одно мгновение поставить под удар все месяцы работы и жизни девушек, затащить Линет в первую попавшуюся дверь и трясти ее до тех пор, пока она не вернет ее ему, пока не вернет ему Пен.               Колин прищурился и провел рукой по волосам, Линет покраснела и захлопала ресницами. Шумно выдохнула.               – Ну что ж, – встрепенулась она. – К сожалению, сначала Вам придется немного поработать, но потом, уж будьте уверены, я, – она замолчала, перевела дыхание и продолжила уже более деловым тоном. – Следуйте за мной. Чем быстрее мы разберемся с этим, тем быстрее эти руки окажутся на мне. Мне уже не терпится.               – А уж мне. Поверьте. Мне тоже.               Колин хрустнул шеей и опасной походкой волка на охоте последовал за Линет.              Через длинные коридоры она привела его в маленький кабинет где-то в глубине дворца. Стол, пару стульев, шкаф для бумаг и зашторенное окно. Закрыв за собой дверь, Линет быстро подошла поближе. Ух! Колин сделал шаг назад и уперся в стол. Отступать было некуда. Прежде чем он успел опомниться, Линет потянулась и провела губами вверх от его ключицы к уху. Замерла. В груди у Колина все еще бурлил адреналин, но совсем не из-за Линет. Вернее, из-за нее, но не так, не потому, что.              – Боже, ты такой нетерпеливый, – ее голос легко щекотал ухо, черные волосы переливались в свете канделябров, а роскошная грудь терлась о его.               Что делать? Отталкивать ее нельзя, но и …Нет, нельзя. Этого совершенно нельзя допустить. Он переживал за Пен, но похоже, что его              – Неужели у тебя совсем нет слов?! – нежно засмеялась Линет и провела рукой по внутренней стороне бедра Колина.               Боже, неужели она ожидает реакции? Колин никогда еще не был в такой ситуации, где его тело отказывалось. Должен ли он показать реакцию или нет? Хочет ли он? Может ли он решать, или тело решит за него?! Что правильно? Есть ли правильно? Что если предательское тело отреагирует, и Линет потребует взять ее здесь же? А что если нет? Какой из него соблазнитель если. Нет, она очень разозлится, если он не отреагирует. Он впервые был не в ладу с телом.               Колин стоял как завороженный, не в силах пошевелиться. Соберись, Колин! Тебе нужно спасать Пен! От ее имени тело словно ожило, кровь разбежалась по венам, вызывая покалывание в руках и ногах. Руки! И него есть руки!               Колин резко опустил свою руку и сжал непослушные пальчики Линет, прежде чем она успела добраться до желаемого.               – Дорогая, – шумно выдохнул он, снова получая контроль. – Я думал, что сначала работа?! – Он выгнул бровь и закусил губу, нагнулся к ее уху. – Если я возьму тебя сейчас же, то не выпущу до утра, а у тебя же были на меня другие планы. – Колин поднес ее руку к губам и укусил за костяшку пальца. Глаза Линет затуманились.               Еще никогда ни одна женщина не пугала Колина до такой степени. Да что говорить, мужчины тоже нет. Оказывается вот чем его можно пытать.               – Ты прав! – Выдохнула она наконец и развернулась, отошла. Колин тоже выдохнул.               – Так чем я могу Вам угодить? – Колин провел рукой по волосам и снова перешел на официальный тон.              – Именно тем, что делали сейчас.               Что?              – Но, к сожалению, не со мной!              В глазах Колина застыл испуг и непонимание. Линет захохотала совсем по-девичьи. – Милый Грей, я же не испугаю Вас сексом, или?              – Весьма…необычное предложение. Я, – Колин развернулся и потер подбородок. – чувствую себя….продажным?!              – Да, Вам за это хорошо заплатят?              – Хмм, не думал, что я настолько в этом преуспел. Даже и придумать не могу, кто же меня порекомендовал.               Что? Ему предлагали оплату за секс? Неужели кому-то так нужно было его тело?!              – И кто же эта счастливица?              – А не все ли равно?               – Вы правы! – Колин улыбнулся, держась на безопасном расстоянии. – Если это не Вы, то мне все равно. – проговорил он очень медленно и улыбнулся. – Но вы уверены, что не будете ревновать.               – Работа работой, мой милый. Да и Вам не придется заканчивать дело. Нужно только нежно заглянуть девушке между ног.               Глаза Колина невольно распахнулись. О таких играх он еще не слышал. Что тут вообще происходит?! Она свихнулась?              Линет откинула голову и расхохоталась. Черные перья и волосы смешались и переливались в отблесках канделябров, острые коготки обмахивали лицо, Линет сейчас слилась с костюмом и походила на хищного черного ворона, безжалостно расклевывающего добычу.                – Видели бы Вы сейчас свое лицо! – она наконец сумела успокоиться. Подошла к Колину и положила руку на его щеку.              – Соглашусь, Вы меня заинтриговали. – Колин медленно убрал ее руку и кинулся к графину с водой. Нужно было срочно создать как можно больше расстояния между ними, иначе его сегодня изнасилуют. В комнате с этой озабоченной Колин уже и вправду начинал переживать за свою безопасность. Он чувствовал, что Линет оценивающе смотрит ему вслед. Она помолчала, о чем-то подумала и перешла на официальный бесстрастный тон.               – Нужно просто проверить, есть ли у дамы определенное родимое пятно в деликатном месте – на внутренней стороне левого бедра, почти у источника.               – О, – только и смог выдавить Колин. Сердце неожиданно сделало скачок. В груди разливалось нехорошее предчувствие. – Но почему?              – Особа может оказаться весьма и весьма значимой, поэтому мы не можем проверить без ее согласия, но если она сама пустит кого-то посмотреть, скажем, в порыве страсти.               – То есть мне не нужно будет…              – Да полно Вам, Грей. – перебила его Линет. Она казалась раздраженной. – Если Вас и ее это удовлетворит, то можете переспать с ней, но только, – она подняла палец, заговорила медленно и четко. – Только если она сама захочет. И быстро. У нас не так много времени.              – А если пятна нет?               – То порадуйте даму и извинитесь. Скажите, что вы мой подарок для нее. Ей давно пора опять с кем-то переспать.               Во вторую дверь, которую Колин скачала и не заметил, так удачно она была замаскирована под панель, кто-то постучал. Линет направилась туда, по дороге кивнула на стол, где лежали ключи. – Третья дверь слева. И поторопитесь.              – Что за пятно?               – А вот это уже вы мне скажете.               Колин еще хотел видеть, кто войдет в комнату, но Линет махнула рукой, показывая, что разговор закончен. Схватив ключи Колин вышел за дверь и замер.               – Все готово? – спросила Линет властно.              – Конечно. Если это..               Голос был знакомым, но Колин никак не мог вспомнить, где он его слышал.               – Это она, я уверена.              – Что мы будем делать с другими?               – Если все подтвердится, то от них придется избавиться. Нельзя, чтобы у кого-то возникли сомнения или на трон пришла еще одна самозванка. Они все еще на борту Химеры?              Ответ не последовал, но Колин запомнил название.              – А если нет?              – То мы избавимся от других и выдадим ее за настоящую. Не думаю, что у кого-то хватит смелости залезть ей под юбку. Все остальное сходится.               – Но что если она не               – Церемония пройдет сегодня же вечером, и как ее законный муж Кристо́н получит все права. Ты знаешь Кристо́н, беднягу запрут в библиотеке и будут выводить на показы. У нее не будет выбора.               – Я его побаиваюсь, – он неожиданно сменил тон.              – Да, у него часто не в порядке с головой, поэтому нам и нужно, чтобы это оказалась она. Наша дорогая подруга не прогонит нас, не так ли? Ты же постарался. – Кажется, она его хвалила и он млел от счастья. – Мы при любом исходе в выигрыше.               Колин застыл у двери. Масштаб заговора был огромнее, чем он и Антуан себе представляли. Если он все правильно услышал и понял, то в опасности не только рыжие девушки, но и сама французская монархия, но как? Он неожиданно вспомнил анекдоты о похождениях Рыжего короля, которые всегда звучали в поздние часы в клубах. Неужели в этом есть доля правды, и король на самом деле был таким похотливым? В голове проклевывались размытые воспоминания о давних спорах за трон во Франции после того, как Рыжего короля нашли мертвым на уличной девице. Детей у короля не было, жены тоже, и трон достался..хмм…наверное, ближайшему родственнику. Колин не мог вспомнить точнее, это было все так давно, когда он еще был совсем ребенком, и взрослые не стеснялись обсуждать при нем такие вещи.              И вот сейчас кто-то сосчитал два плюс два, дождался пока дети вырастут и собирается занять трон. Колин всегда пытался держаться подальше от политики, на заседания у него не хватало ни нервов, ни терпения, и вот сейчас он стоял в самой гуще. И как же его угораздило?! Не важно, нужно спасти девушку, найти и вызволить остальных и уехать с Пен как можно дальше. С ней наверняка все в порядке, его жена умела за себя постоять, попытался он успокоить самого себя.               Неприятный скрежет и грохот в одной из комнат заставили голоса за дверью замолчать. Линет шикнула на кавалера и, судя по шагам, направилась к двери. Колин поспешил к комнате, не хватало еще, чтобы его застукали. Быстро постучав в дверь, он вставил ключ, повернул. Ручка на двери в комнате Линет дрогнула. Колин для предупреждения постучал еще раз, самую малость приоткрыл дверь и проскользнул внутрь. Краем глаза он заметил движение и еще успел увернуть голову, как боль пронзила левое плечо. Колин выругался, развернулся и схватил рыжую девицу за руки.              – Пен?!               – Ко- Колин?! Колин, я не хотела, извини, я!               Огромными глазами Пен испуганно смотрела на Колина. Ее кожа покрылась красными пятнами, а руки тряслись.               – Боже мой, Пен! – Колин схватил ее и прижал к себе, закопался в волосы. Наконец-то выдохнул. По коже, словно стада маленьких слонов, носились мурашки. Словно птицы, стаями создающие рисунки на небе, они меняли направление и заставляли Колина то и дело вздрагивать. Он вдохнул еще раз ее запах, задержал и медленно выдохнул. Прижал ее еще сильнее, переживая, что делает ей больно, но сейчас просто не мог себя контролировать. Не мог по-другому. Она тоже обмякла в его объятиях.               – Колин, – произнесла наконец тихо.               – Мммм              – Колин, мне больно, – ответила совсем несмело.              – Извини.               Колин нехотя отпустил ее и заглянул в глаза.               – Ты в порядке!              Пен сжала губы и кивнула. В ее глазах стояли слезы.               – Когда вернемся домой, я куплю тебе комнату в Тауэре и запру там навсегда.              – Я это заслужила.               – Еще как! – К Колину снова возвращалась злость. – Как ты могла. – Он сжал кулаки и отошел от нее, повернулся спиной, чтобы не видеть ее, иначе он опять просто сожмет ее в объятиях и унесет отсюда.               – Колин…              – Не сейчас, Пен! – ему нужно было подумать. Забирать ее или остаться здесь? Его сердце кричало, что нужно хватать ее и бежать, бежать без остановки до самой Англии. Что они сделают с ней, если это               – Пен, – он все еще не смотрел на нее. Неожиданно теплые руки обвили его тело и он почувствовал, как она прижимается к его спине. Что она делает?! Колин напряг спину и поднял взгляд к потолку, сжал руки в кулаки. Если она сейчас же не отойдет от него, то он сдастся и поцелует ее, а потом вообще забудет обо всем. Она была с ним, в безопасности, и это так оживляло его.              – Ты злишься?               – Невероятно. – Колин не собирался сдаваться.               Она прижалась крепче, обняла из под низу его плечи. Колин не выдержал и слегка наклонил голову, прислонился к ее руке.              – Прости. Фенбери. Он здесь. И мне нужно выяснить, почему он так охотится за мной.               – Почему ты не сказала. – Колин наконец расслабил спину. Пен не хотела воевать. Своей покорностью она его обезоруживала.               – А ты бы меня пустил?! Колин, мне нужно знать это. Я не хочу жить в бегстве.               Родимое пятно. Неужели? Что если Пен в самом деле. Колин резко развернулся, упал на колени и начал задирать ее юбку, комната наполнилась шуршанием материала. Есть ли у нее? В прошлый раз было так темно, да и до этого тоже. Нужно будет обязательно рассмотреть ее при свете.              – Колин, – теперь уже Пен попыталась схватить его за руки. – Что ты делаешь?! Не сейчас, Колин!               – Пен, – Колин удержался за ее лодыжку и посмотрел в ее глаза. – Я с удовольствием займусь с тобой любовью. Я, в принципе, только для этого и пришел, – он усмехнулся. – Но давай лучше в другой раз.               Пен непонимающе смотрела на него. В глазах читалось сомнение, а не свихнулся ли он.               – Я все объясню позже. Сейчас мне просто нужно.               – Ох, – она плюхнулась на кровать и закусила губу.               – Боже, перестань так на меня смотреть, – прохрипел Колин. – Я на задании. – Выдохнул. – Мне нужно посмотреть, есть ли у тебя родимое пятно на внутренней стороне              – Левого бедра, – шепотом закончила Пен. В ее глазах плескался испуг. – Сверху.               Колин сглотнул ком в горле и кивнул. Сел рядом. Пен обняла свои плечи, погладила, словно в комнате неожиданно похолодало. Колин оглянулся, схватил плед, укутал ее и прижал к себе.               – Откуда ты…              – Я еще сам толком не разобрался. – Колин запустил пальцы в волосы, другой рукой поглаживая Пен по спине.               – Как оно выглядит?              – Как пятнистое облако. – Пен помолчала. – Я знала, что с ним что-то не так. Моя мать, казалось, ненавидела меня за это пятно. Я даже у модистки должна была его прятать. Что оно обозначает?              – Возможно, – возможно ли это?! Его Пен. В самом деле? – Твой отец знал о пятне?              – Не думаю. Он не особо интересовался детьми, даже когда мы были очень маленькими. – Пен нетерпеливо освободилась из его объятий, села и посмотрела прямо в глаза. – Колин, скажи мне! – потребовала она.               Колин вздохнул и дотронулся до ее щеки.               – Возможно, ты настоящая наследница французского трона.              Пен побледнела, затихла, а потом неожиданно откинулась на кровать и закрыла лицо руками. Ее тело сотрясала мелкая дрожь. Колин судорожно схватил Пен за руки и оторвал их от лица. Пен смеялась. Слезы лились из ее глаз, а из груди вырывался заразительный истеричный смех.               – Я, – Пен опять закрыла лицо руками, не в силах остановиться. – Я – королева? – Смех сотрясал ее тело, и Колин сам невольно улыбнулся, облегченно откинулся на угловую резную колонну и закрыл глаза, потер лоб. Пен нужно было переварить информацию, и лучше так, чем в слезах.              – Боже, Колин, это чушь! – она наконец успокоилась и села. – Ну какая из меня королева.               – Пен              – Это будет означать, что я по статусу выше тебя. – Она театрально выгнула спину и подняла голову. – И наш брак опять неравный, но теперь в другую сторону. Мне так больше нравится. – Она по-детски спрыгнула с кровати на пол, схватилась за колонну и закружилась.               – Пен, – нужно было ее успокоить.               – Я приказываю вам раздеваться. – Строго сказала она, остановившись возле Колина и смотря на него свысока. – Королеве нужно голое тело.               – Пен! – Колин тоже спрыгнул и схватил ее голову. Слегка потряс. – Пен! У нас нет времени. Безумство ушло из ее глаз, она обмякла и села на пол. Колин сел рядом. Голова Пен удобно улеглась на его плече.               – Поэтому Фенбери…              – Наверное да. Они хотят организовать переворот.               – Поэтому рыжие?              Колин кивнул.               – Моя мать выросла рядом с ним. Я всегда подозревала, что что-то со мной не так. Она любила меня по-другому чем сестер. Я думала, что это из-за меня..              Колин обнял ее за плечи, поцеловал в макушку. Они молчали. Каждому нужно было переварить происходящее.              В двери нетерпеливо постучали.              – Грей, поторопись. – Шаги удалились.              – Уже иду, – закричал Колин и не двинулся с места.               – Пен, мне нужно от тебя одно обещание.               – Умм              – Больше никаких секретов, пожалуйста. – он поднял ее голову и нежно поцеловал в губы. – Давай вместе доведем это дело до конца, и больше никаких секретов. – Колин поднялся и подошел к двери, взялся за ручку.               – Колин, – позвала Пен. Она стояла у кровати и неуверенно мучала губу.               – Да. – Колин нежно улыбнулся. Как же он ее любит! Он сделает все ради нее.              – Колин, – она выпрямила спину и набрала побольше воздуха. – Я – леди Вистлдаун!