Часть 2 В которой разговоры никак не клеятся…

      Куча бумажной работы, лавиной нахлынувшая на директора в начале нового учебного года, под двойным натиском Гермионы и Северуса стала неуклонно убывать. Снейп обнаружил, что из молчавшей, по большей части, Гермионы выходит очень приятная, аккуратная и трудолюбивая ассистентка. Не сказать, чтобы между ними установилась какая-то особая связь вроде дружбы или хотя бы взаимопонимания. Нет, мужчина продолжал лишь терпеть ее общество, а Грейнджер продолжала убивать свое время, занимая мозги и руки работой, а не горькими сожалениями и грустными мыслями. В целом, их сотрудничество можно было назвать взаимовыгодным, и очень скоро зельевар перестал сокрушаться над своим «благородным порывом». Еще одним приятным следствием такой совместной работы, кроме, конечно, его более полноценного сна и отсутствия завала на директорском столе, стало появившееся, как по волшебству, свободное время. В течение своей преподавательской деятельности при Дамблдоре, Северус предпочитал проводить это самое время в своих покоях, за какой-нибудь книгой или научным трудом (хотя и нельзя было сказать, чтобы он делал это слишком часто, ведь жизнь двойного агента – не сахар и не предполагает выходных и оплачиваемых отпусков по болезни). Теперь же, смертельно устав от четырех стен, от бумаг, длинных формулировок и подписей, мужчина предпочитал выбираться из замка, где, предоставленный сам себе, он отдыхал физически и умственно. В конце концов, в один из декабрьских вечеров, закончив все дела куда раньше, чем обычно, директор Снейп, сухо поблагодарив свою новоиспеченную помощницу, отправился в Хогсмид. Мужчина вдруг вспомнил, что уже лет сто не заглядывал в «Три метлы» и не беседовал с Розмертой. От этой мысли у него мгновенно пересохло в горле и решение было принято: зельевар зашел в уже полупустой паб, предвкушая приятный вечер. Стоило ему только переступить порог и сделать шаг к стойке, как тут же раздался громкий женский голос: - Северус Снейп! Надо же! – к нему стремительной походкой приближалась, уже в годах, но все еще привлекательная, хозяйка паба собственной персоной. – Я уж думала, что ты никогда не зайдешь! – пеняла она ему, - Совсем забыл дорогу? Или я чем-то обидела тебя, Северус? Ну что молчишь, проходи, обслужу тебя на высшем уровне… - Добрый вечер, Розмерта. Рад тебя видеть, - и директор послушно проследовал к предложенному столику. Через пару минут мужчина уже потягивал знаменитую медовуху и беседовал с хозяйкой. - Я уж думала, мой дорогой Северус, что ты переметнулся к Аберфорду, в его «Кабанью голову», так долго тебя не было, - жаловалась женщина, попивая сливочное пиво и изредка оборачиваясь, чтобы проверить, не ждет ли ее какой-нибудь завсегдатай. - Ну что ты, Розмерта. Я не то, что к Аберфорду, я вообще в Хогсмид не выбирался. Дел накопилось по горло, и я… так скажем, «не справился с управлением». А вот сегодня выдался более-менее свободный вечер, сразу и пришел. – Снейп вежливо улыбнулся ей, объясняя свое долгое отсутствие. Вообще-то он немного покривил душой, сказав, что не был а Хогсмиде. На самом деле он и правда один раз, в сентябре, выбирался в «Кабанью голову». У него была там назначена встреча, по делам Хогвартса, которая, впрочем, ни к чему не привела – зельевар так и не смог договориться о поставках кое-каких ингредиентов в школу. Но этот эпизод был настолько сумбурным, что у него просто не было времени заглянуть на обратном пути в «Три метлы». Так что мужчина решил опустить эти подробности. - А я, между прочим, регулярно справлялась о тебе у Филиуса и Хагрида. Они чаще всего заглядывают ко мне. Рада, что ты теперь директор. Думаю, лучшего преемника для Альбуса было и не найти… - Розмерта сказала это не подумав, не имея в виду ничего конкретного, но увидела, что Северус как-то поник от ее слов. - О, мой дорогой, прости дуру. Не нужно было об Альбусе… - женщина по-матерински посмотрела на зельевара, сжимая в своей ладони его крупную кисть. - Ничего. Все в порядке. – как-то слишком быстро отреагировал он, нацепляя вымученную улыбку. - Я знаю, тебя это гложет. Но в том нет твоей вины, Северус… - Нет, моей вины предостаточно, но все равно уже ничего не вернуть, - Снейп сделал добрый глоток. – Хотел бы я сказать, что мне его не хватает…, но его портрет висит прямо над моим письменным столом, так что знаешь… Без совета я не обхожусь, - ухмыльнулся он. Они посмотрели друг на друга и коротко рассмеялись, напряжение прошло. Женщина стала вспоминать школьные годы бывшего профессора зельеварения, от чего тот почти ежеминутно морщился. Да, Розмерта знала его с третьего курса, когда им стало разрешено посещать волшебную деревушку, и многое помнила. В ее памяти всплывали даже те моменты, которые забылись им самим, отчего мужчитна иногда с удивлением и любопытством переспрашивал подробности. Вечер вышел замечательный и, засидевшись за полночь и прикончив достаточно медовухи, Снейп стал прощаться с хозяйкой. - Северус, заходи почаще. Все-таки у меня лучший паб здесь и лучшая выпивка. А тебе явно необходим отдых, - Розмерта добродушно хохотнула. - Хорошо, Роз-розмерта, - чуть запинаясь произнес мужчина, неестественно широко и счастливо улыбаясь – поужинал он уже довольно давно и алкоголь на пустой желудок ударил в голову. - Кстати, хотела тебя спросить, раз ты дошел до кондиции… - хитро улыбнулась женщина, - Ты собираешься жениться или как, Снейп? Давно пора бы, а то останешься старой девой… - Старой мышью, в таком случае, - фыркнул зельевар, но тут же посуровел, насколько это было возможно в его состоянии. – А вот это не твое дело, женщина. Я холостяк, так и останется в ближайшее время… - Ну смотри, Сев. Ты стал куда более привлекательной партией, когда перестал быть Пожирателем смерти под прикрытием, - хозяйка похлопала мужчину по плечу, провожая до двери. – Ну, до свидания! Не забывай заходить! Директор молча кивнул и отсалютовал Розмерте, после чего, не без труда, направился к замку. Дорога обратно заняла у мужчины куда больше времени, чем путь в «Три метлы». Она то поднималась, то опускалась, виляя вправо и влево. Северус не был откровенно пьян, но мир вокруг него заметно кружился, веселя и раздражая одновременно. В конце концов более чем получасовая борьба его увенчалась успехом – главные двери замка приветливо открылись перед директором, приглашая войти. Путь по коридорам оказался значительно проще, зельевару даже не приходилось думать, ноги сами его несли, как на автопилоте: главный холл, боковой коридор, поворот, еще коридор, лестница в подземелья… Еще когда Снейп занял пост директора в первый раз, он остался в собственных, привычных ему, комнатах, не решаясь переселиться в директорские покои. Вернувшись в Хогвартс вновь, зельевар не изменил своего решения и остался, как и прежде, в подземельях. Вокруг было пустынно, тихо и темно, и лишь его собственные путавшиеся шаги гулким эхом отдавались по коридору. Он был уже почти на месте, когда за поворотом показался слабый лучик света и легкие, неспешные шаги. Неосознанно, а скорее чисто на уровне инстинкта, выработанного за долгие годы опасной работы, Северус выхватил палочку, замедлился и напрягся, напоминая пантеру перед прыжком. Лучик света, казалось, нестерпимо долго преодолевал такое короткое расстояние в десять метров, что выдержка подвела мужчину, и он одним резким движением сцапал свою ночную добычу. Кончик волшебной палочки упирался в чье-то горло, левая рука в стальной хватке сжимала чье-то предплечье, а сам он, устрашающий и смертоносный даже во хмелю, навис над женской фигуркой. - Д-ди-директор? – перепуганный до смерти девичий голосок заставил Снейпа сосредоточиться. Сфокусировав наконец взгляд и чуть охладив голову, зельевар обнаружил, кто именно попался ему в лапы. Грейнджер. Ну конечно. - Грейнджер? – с сомнением произнес он и медленно отвел волшебную палочку от ее лица. - Д-да. Как вы меня напугали, сэр! – она продолжала слегка дрожать. - Кхм… - Северус откашлялся, - Прошу прощения. Гермиона ожидала, что мужчина наконец отпустит ее и отступит хотя бы на шаг. Но Северус мертвой хваткой сжимал ее руку и продолжал хмуриться. Ситуация выходила щекотливая. Зельевар не спешил двигаться, и вообще было в его движениях и взгляде что-то странное. Страх отступил, но на смену ему пришло волнение. Девушка не знала, как правильно себя повести. Со Снейпом всегда было сложно. Гриффиндорка решила все-таки намекнуть: - Ээм, сэр? Не могли бы вы отпустить мою руку? Очень больно… - Грейнджер старательно отводила взгляд, ей казалось, что она просит о чем-то неприличном, хотя это было не так. Видимо так неадекватно на нее влиял директор. Тут пришла очередь смутиться мужчине. До него вдруг стало отдаленно доходить сложившаяся ситуация: он стоял в темном, пустынном коридоре, прямо за поворотом собственных комнат и почти что натурально вжимал в стену профессора Грейнджер, по совместительству свою бывшую студентку, железно вцепившись в ее предплечье. Как от удара током зельевар резко отпустил ее руку и отскочил на добрых два метра. - Кхм, я… Извините, Гермиона… Что, черт возьми, вы тут делаете посреди ночи? – неожиданно вспылил он. - Я…Я… – начала запинаться девушка, решительно не понимая смену его настроения, - Просто сегодня у меня дежурство, и я патрулировала коридоры… - прошептала в конце концов она. - Зде-здесь? – ноздри его стали угрожающе раздуваться, язык еще не до конца его слушался. - Я забрела сюда случайно, патрулировала коридоры подземелья, и сама не заметила, как дошла до сюда, директор, - как только зельевар отпустил ее и отступил, к Гермионе стали возвращаться ее самообладание и уверенность. Следующую фразу она произнесла уже почти возмущенно. – А за что, собственно, вы меня отчитываете, сэр? Я исполняю свои прямые обязанности. Это вы набросились на меня посреди коридора, как будто я мантикора! Северус вдруг почувствовал смертельную усталость в теле, в голове сгустился туман, и он просто махнул на наглеющую девчонку рукой. - Ааа, черт с вами, Грейнджер. Идите… бродите где-нибудь в другом месте, - и с этими словами мужчина развернулся на каблуках и, слегка качнувшись, скрылся за поворотом, даже не думая дожидаться ответной реакции со стороны новоиспеченного профессора. Гермиона же тем временем, чуть не лопнув от возмущения и подобного обращения, гневно потопала к лестнице, ведущей наверх, бормоча что-то вроде: «И я еще стараюсь изо всех сил помогать ему?!» и «Это уже слишком! Какая муха его укусила?». … На утро воспоминания о маленьком инциденте в коридоре подземелий резко и безжалостно ударили Снейпа по голове. Директор пребывал не в духе. Еще большем, чем обычно. И хотя он выпил не так много, чтобы мучиться от головной боли или чего-то подобного, тех бокалов медовухи оказалось достаточно, чтобы втянуть его в историю. Смятый сюртук и брюки, небрежно брошенные на комод у кровати, были единственным напоминанием о вчерашнем приключении. О, ну конечно, за исключением еще одной, наверняка разозленной, гриффиндорской всезнайки. На завтрак директор явился без опозданий, чистый, свежий, одетый с иголочки, как и всегда. Он почувствовал на себе чей-то (известно чей) пристальный взгляд и нашел глазами его обладательницу. Чуть прищурившись, не донеся вилку с наколотой на нее яичницей до рта, профессор Грейнджер осуждающе глядела на него. Их глаза встретились на несколько секунд, после чего Гермиона отвела взгляд, продолжая прерванную беседу с одним из преподавателей. Северус, совершенно спокойно, полный достоинства сел на свое место и блюдо перед ним тут же наполнилось горячим завтраком, на который он набросился с завидным аппетитом. Полчаса спустя длинные столы факультетов стали пустеть – студенты спешили на уроки, которые должны были начаться через несколько минут. Профессора также стали расходиться по кабинетам. Директор вышел из-за стола и встал чуть поодаль, явно чего-то (уж скорее кого-то) ожидая. Минуту спустя он негромко позвал: - Мисс Грейнджер, подойдите, пожалуйста. Он произнес эти слова достаточно четко, но девушка стремительно удалялась прочь, делая вид, что совершенно оглохла. - Гермиона! – рявкнул зельевар, мгновенно вскипая и тут же мысленно одергивая себя. Он собирался извиниться и объяснить свое поведение, а не распалять ее гриффиндорский характер еще больше. В этот раз девушка уже не могла просто проигнорировать директора, поэтому развернулась и, вздернув подбородок, гордо прошествовала к мужчине, вопросительно выгибая бровь. - Доброе утро, мисс, - зельевар старался быть максимально вежлив и даже сдержанно улыбнулся ей. - Доброе утро, директор Снейп. У вас что-то срочное? Меня ждут ученики! – тон, не терпящий возражений. - Подождут, - бросил Снейп и глубоко вздохнул, - Я бы хотел извиниться за вчерашний инцидент. Надеюсь, вы не слишком сердитесь на меня, Гермиона? После работы я заглянул к Розмерте и, видимо, выпил лишнего. Так что давайте вы не будете испепелять меня взглядом и выпишите амнистию? – Мужчина криво усмехнулся, впрочем, тон его голоса выдавал искренность слов. Гриффиндорка около минуты критически оглядывала его, борясь с желанием съязвить, после чего, так же глубоко вздохнув и расслабив узел из рук, чуть-чуть улыбнулась и произнесла: - Хорошо, сэр. Вы меня очень напугали вчера. Ну у вас и реакция…, - последние слова она произнесла с явным восхищением. - Хмм, - почему-то от этих слов что-то внутри у него потеплело. – Еще раз, прошу прощения. И…Надеюсь это не повлияет на ваше желание помочь мне с бумагами еще немного? Вы действительно очень выручаете меня, мисс Грейнджер. - Конечно, директор, - она одобрительно кивнула ему, - Я могу идти? Меня ведь действительно ждут третьекурсники… - Разумеется, профессор Грейнджер, вы свободны. Девушка еще раз с улыбкой кивнула своему бывшему профессору и бегом отправилась к выходу из Большого зала. Между тем, Северус проводил ее взглядом до самых дверей, отмечая, как красиво играет утреннее солнце на густых каштановых волосах гриффиндорки. Тем же вечером в назначенный час Гермиона коротко постучала и, услышав привычное "Войдите, мисс Грейнджер", зашла в кабинет директора. Снейп стоял в полоборота к двери и беседовал с портретом Дамблдора. В этот раз старый волшебник не притворялся спящим, не покидал свою раму, а совершенно спокойно восседал на нарисованном кресле, разговаривая со своим преемником. - Добрый вечер, директор Снейп, - поздоровалась девушка и тут же обернулась к портрету. - Здравствуйте, профессор Дамблдор, сэр! Как я рада вас видеть! Разговор мужчин прервался и Альбус добродушно ответил гриффиндорке: - Мисс Грейнджер! Взаимно! Вижу, вы вновь пришли помочь Северусу. Это очень похвально, вы всегда отличались таким упорством и самоотдачей… Вы замечательная юная ведьма и как радостно знать такому старику как я, что вы не изменили себе! От таких слов щеки Гермионы заалели, и она смущенно улыбнулась, напомнив Снейпу себя-третьекурсницу на уроке МакГонагалл, в очередной раз блестяще трансфигурировавшую черепаху в прекрасный фарфоровый чайник. - Ох, профессор Дамблдор, ну что вы... - Не стыдитесь своих лучших качеств, Гермиона и никогда не теряйте ваш внутренний свет... - проницательные голубые глаза мерцали поверх очков-половинок даже на портрете волшебника. - Да, профессор. Я постараюсь! - обращаясь к бывшему директору, девушка излучала теплоту и радостный восторг. Снейп внимательно наблюдал за ней и отметил про себя, что ему, наверное, тоже хотелось бы, чтобы она вот так посмотрела на него... - Еще, раз уж у нас выдался такой бесхитростный разговор по душам, мисс Грейнджер, - продолжил Альбус, становясь печально-серьезным, - Я должен извиниться перед вами... - Но за что, профессор? Вы столько сделали для нас... - глаза Гермионы вдруг заблестели от непрошенных слез. Воспоминания о директоре как о самом могущественном, справедливом, мудром и добром волшебнике, обожгли ее душу. - За то, что оставил вам так мало подсказок, за то, что так много утаивал от вас троих. Вам, особенно вам, Гермиона, приходилось очень много додумывать и понимать за ребят, я это знаю... - Дамблдор с грустью улыбнулся. - Пустяки, профессор... Мы так скорбели о вас. Знаете, как я была тронута тогда, когда Скримджер передал нам ваше завещание и предметы, что помогли нам в будущем... - Ох, мисс Грейнджер, вы слишком добры ко мне, я не заслужил такого отношения. Я многих заставил страдать... Да хоть вот Северуса. - бывший директор направил свой ясный взгляд на Снейпа, который с интересом наблюдал за беседой. - Я в неоплатном долгу перед тобой, мой мальчик... - Полно тебе, Альбус. Ни к чему этот драматизм, ты повторял это уже сотню раз. В конце концов, ты умер за нас... - Северус помолчал, а потом тихо добавил, - Моими руками, к сожалению. - К счастью, Северус, к счастью. Ты просто оказал мне услугу, как друг, как ученик своему наставнику. - Профессор Дамблдор, - скромно обратилась к портрету гриффиндорка, - я всегда хотела спросить, вы никогда не боялись, что Том Реддл узнает о том, кем в действительности является профессор Снейп? Я имею в виду, - девушка немного стушевалась, заметив на себе внимательный взгляд черных глаз, - что это же было так опасно для профессора, вновь и вновь возвращаться к нему и убеждать его в своей... толерантности? Тут портрет глубоко вздохнул и опустил голову. - Ты права, Гермиона, это был огромный риск, которого я каждый раз требовал от Северуса... - Я сам вызывался, раз за разом, не вешайте все лавры себе, Дамблдор, не будьте эгоистом, - криво усмехнулся нынешний директор и сел за свой стол. - Мало того, - продолжил нарисованный Альбус, - я еще и не делился с ним полной информацией. Я считал, что опасно складывать все яйца в одну корзину, болтающуюся к тому же на руке Волан-де-Морта.... - Я понимаю вас, профессор, но... - девушка глубоко задумалась, взгляд стал напряженным и на лбу залегла маленькая морщинка. - Мне кажется, что порой неполная или не до конца достоверная информация может быть куда опаснее вообще ее полного отсутствия... Ведь, на ее основе, люди начнут принимать решения, которые могут погубить их... - Она обернулась к портрету и увидела, что в глазах Дамблдора стоят слезы. - Ох, простите, профессор! Я вовсе не имела в виду... - Нет-нет, Гермиона, ты права. Северус начинал раздражаться от этой беседы. Его нервировала откровенность бывшего директора, а также любопытство девушки и ее желание оправдывать поступки директора. Тем более, что он почти не участвовал в разговоре. - Кхм, кхм, - покашлял профессор, привлекая внимание, - Альбус, думаю тебе уже пора... прогуляться, - и Снейп метнул на своего наставника нетерпеливый взгляд. - Да-да, - безмятежно подтвердил портрет и бросил на девушку многозначительный, смеющийся взгляд. - До скорого, мисс Грейнджер! - До свидания, профессор Дамблдор! - также улыбаясь кивнула гриффиндорка. И бывший директор шагнул за картинную раму, оставляя на обозрение пустой задник. Грейнджер еще некоторое время смотрела на картину и по ее лицу блуждала тихая улыбка. Снейп наконец решил нарушить молчание: - Вы готовы приступить к работе, мисс Грейнджер? - в его голосе чувствовалась некоторая нетерпеливость смешанная с еще одним чувством, которое девушка не могла распознать. - Да, конечно, директор, - она подошла к столу, уже привычно захватила перо, чернильницу и кучу пергаментов и устроилась за боковым столиком, не проронив больше ни слова. Но работа шла в этот раз очень медленно. Они поочередно отвлекались от документов, скрип перьев то и дело прерывался, но никто не нарушал молчания, как будто хотел, но не мог начать разговор. Беседа с Дамблдором слегка выбила Гермиону из колеи. Школьные воспоминания то и дело настигали ее, заставляя отрываться от писем и долго оглядывать кабинет, наполненный различными магическими приборами, артефактами и книгами. Северус же не мог понять, почему у него не получается сконцентрироваться, раз от разу бросая на девушку задумчивые взгляды. Слова и вопросы вертелись на языке, но мозг не давал им сорваться. Так продолжалось в течение получаса, после чего он сдался и отложил перо. - Мисс Грейнджер, вижу разговор с бывшим директором привел вас в уныние? - будничным тоном поинтересовался Снейп. Девушка подняла на зельевара сосредоточенный взгляд. - Нет, совсем нет, просто... - и она закусила губу, подбирая слова, - Мне вдруг живо вспомнилось школьное время. И профессор Дамблдор... Помню, как на первом курсе директор сказал обо мне... Что-то вроде "умение использовать холодную логику перед лицом пламени..." - это когда мы пробирались к философскому камню... - вдруг от чего-то зарделась она и опустила глаза. Северус вдруг вспомнил и, сощурившись, улыбнулся уголками губ: - Так-так, мисс Грейнджер, а ведь верно. Вы тогда разгадали мою загадку... Это ведь вы решили задачку с зельями, не так ли? В жизни не поверю, чтобы такое смог Поттер, - фыркнул профессор. - Да, директор, - Гермиона смущенно улыбнулась, испытывая нотку гордости, после чего продолжила, - А на третьем курсе профессор Дамблдор помог нам спасти Клювокрыла и Сириуса... - Ну конечно, святой Альбус... Полагаю, вы использовали Маховик времени, чтобы избавить Пса от безвременной кончины? - голос Снейпа засочился ядом. - Да! И как вы можете говорить о нем в таком тоне! – тут же вспыхнула возмущением гриффиндорка, остервенело отбрасывая перо. - Вы, мистер Снейп, хотели погубить невинного человека только из-за личной неприязни! Сириус... - Ах, Сириус?! - тут же ответно вспыхнул зельевар, злобно сверкая черными глазами, - Вы, видимо, были так близки с Блэком, мисс. Но позволю себе заметить, НЕ ВИНОВНОГО в том, за что он попал в Азкабан, но не НЕВИННОГО! - от переизбытка чувств директор даже хлопнул ладонью по столу. Эта девчонка абсолютно не знала, о чем говорила... - Он 12 лет просидел в тюрьме, за то, чего не совершал, а вы говорите об этом в таком тоне, как будто он на курорте отдыхал! - казалось, если Гермиона разозлится еще чуть больше, ее копна волос воспламенится. - В любом случае, он последний...был последним близким человеком для Гарри, он погиб, а вы даже теперь не хотите говорить о нем хоть сколько-нибудь сдержанно! Северус холодно посмотрел на девушку, как ему показалось, догадываясь о причине ее столь бурной защиты памяти этого человека. - Прошу прощения, профессор Грейнджер, я не знал, что вы были так…близки – мужчина выплюнул последнее слово с какой-то даже обидой. Ну почему у них не получалось просто нормально поговорить… - Дело вообще не в этом! – неожиданно вспыхнула румянцем гриффиндорка. – Если вы намекаете на мою влюбленность в Сириуса, то это полнейший бред! Я защищаю его, потому что он не был плохим человеком! Да, он был не лучшим примером для подражания, слишком легкомысленный, порывистый, не дисциплинированный и чуточку безответственный – да! Но не чудовище, каким вы его представляете… - А я, по-вашему, получается чудовище? – уже спокойнее, но с каким-то разочарованием произнес Снейп. - Я такого не говорила, - возмутилась Грейнджер. – Я никогда не считала вас злодеем, сэр… О, ему это было известно. Он не раз и не два слышал собственными ушами, как мисс Грейнджер переубеждала своих твердолобых друзей – Поттера и Уизли, в том, что он, Северус, не то, чем кажется. Тогда этот факт вызывал лишь кривую усмешку, сейчас – нечто, отдаленно напоминающее признательность. Гермиона надулась и с остервенелой сосредоточенностью склонилась над пергаментами, не произнося больше ни слова. Снейп злился на себя за то, что вообще завел разговор в это русло. Он ожидал совсем другого эффекта, но вместо того, чтобы расположить к себе девушку, только больше раздражал ее нервы. Ему явно не хватало навыка общения с гриффиндорскими заучками… Сухо попрощавшись у двери директорского кабинета около десяти вечера, они разошлись каждый в свою сторону, гадая, чем обернется их следующая случайная беседа «по душам».