Игры на Выживание

Рилот. Мостик «Вольного торговца»

Свет на датападе мигал с неумолимой, тревожной настойчивостью, словно повторяя стук моего собственного сердца, готового вырваться из груди. На экране карты Внешнего Кольца пульсировали две сигнальные точки. Одна — на Врее, застывшая и безжизненная уже несколько часов. Вторая — на Татуине, активная, почти истеричная, испускающая сигнал бедствия. Аварийный маяк Джанго Фетта. «Неужели он попал в переделку? Провалил миссию?» — мысль, от которой похолодело внутри. Но следом, сквозь панический страх Александра, пробилась холодная, расчётливая логика Бесталла, обострённая инстинктом самосохранения. Фетт — фигура знаковая, легендарная. Его гибель или пленение вызовут волну вопросов, способных докатиться и до Торговой Федерации, вскрыть все наши махинации. А его спасение... его спасение создаст долг, который самый известный охотник за головами в галактике будет обязан отдать. В мире, где всё решали связи, такая валюта была дороже кредитов. Я резко поднялся, отбросив датапад на стол с таким звонким стуком, что находящийся по близости дроид-уборщик вздрогнул и откатился в сторону. Пришло время действовать. Медлить было смерти подобно. В прямом смысле. На мостике царила привычная, отлаженная суета, но теперь в ней сквозила нотка неуверенности. Неймодианцы на своих постах бросали на меня скрытые, оценивающие взгляды, словно пытаясь угадать мои следующие шаги. Лок Мо, стоя у главного голографического проектора, разбирался с данными сенсоров. Он повернулся ко мне, и на его лице застыла маска почтительной озабоченности, не скрывавшая злорадного любопытства. — Капитан, — он сделал шаг навстречу, его длинные пальцы сложились в замок. — Есть вести от нашего... наёмника? Надеюсь, он уже завершил работу и груз на пути к нам? — Вести есть, Лок Мо, — мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидал. — Но это не отчёт об успехе. Это аварийный маяк. Фетт вышел на связь одновременно с Татуина и Вреи. Он в беде. — Аварийный... — глаза неймодианца сузились, в них мелькнул быстрый, почти машинный расчёт. — Это кардинально меняет ситуацию. Каковы ваши распоряжения? — Корабль и экипаж остаются под вашим командованием, — объявил я, глядя ему прямо в глаза, чтобы пресечь любые возражения. — Я отправляюсь на Татуин. Все отчёты в Федерацию — приостановить до моего возвращения. Лок Мо замер, переваривая информацию. — Капитан, прошу прощения, но это... безрассудно! Зачем вам лично лететь в логово Хаттов? Мы можем отправить отряд B-1 или нанять местных головорезов для проверки сигнала. — Дроиды слишком неповоротливы и заметны для тонкой работы, — парировал я, мысленно благодаря память Бесталла за знание уставов и тактики. — А доверять наёмникам с Татуина — всё равно что играть в сабакк с заведомым шулером. Я не намерен рисковать кораблём, нарушая нейтралитет пространства Хаттов. Это будет быстрая, одиночная миссия. — Понимаю вашу озабоченность... — в его голосе зазвучала фальшивая нота заботы. — Но тогда что вы будете делать на Татуине в одиночку? Без поддержки? — Сигнал Фетта — последняя ниточка, связывающая нас с грузом. Я должен её проверить лично. А ваша задача, — я повысил голос, чтобы слышали все на мостике, — отправиться на Врею. Сигнал указывает на ненаселённый район в северном полушарии. Найдите там пиратскую базу, верните груз и... зачистите её. Оставьте только пепел. — Вы знаете её точные координаты? — в глазах Лок Мо вспыхнул азарт охотника, получившего, наконец, реальную власть и боевую задачу. Возможность отличиться. — Нет. Но начните сканирование с места сигнала. Действуйте осмотрительно, но решительно. В худшем случае — они скроются, и мы ничего не потеряем. В лучшем... вы покроете себя славой и вернете Федерации её имущество. И свою репутацию. — А вы, капитан? — он снова примерил маску беспокойства. — Вы уверены, что это не ловушка? Возможно, Фетт нас предал и заманивает в западню? — Возможно, — я повернулся, чтобы уйти, давая понять, что дискуссия окончена. — Но я надеюсь, что за этой бронёй и грозной репутацией скрывается нечто большее, чем просто предательство. И я намерен это выяснить.

Врея. Пустоши

Планета Врея встретила его негостеприимно и уныло. Раскалённый ветер гнал по ржавым, иссохшим каньонам тучи едкой, мелкой пыли, забивающейся во все щели. Небо, выцветшее до блёкло-охровых тонов, давило на плечи невидимой тяжестью. Врея была миром-отбросом, пристанищем для тех, кому не нашлось места даже на задворках цивилизации. Её столица, если её можно было так назвать, представляла собой хаотичное нагромождение ржавых куполов и сборных конструкций, увязанных в клубки проводов и протекающих трубопроводов. Именно здесь, в душных, пропахших потом и самогоном норах местных баров, Джанго Фетт и выяснил пугающую правду. Кто-то — не просто пиратский вожак, а некто с серьёзными финансовыми возможностями и размахом — методично скупал лояльность местных банд. Создавалась новая, хорошо организованная пиратская флотилия, способная стать реальной угрозой для всего сектора. Но его цель была конкретнее. Трандошанин в переполненном баре «Разбитый двигатель», после непродолжительного, но очень убедительного «допроса» в подсобке, сломался. Он выдал расположение перевалочной базы Милрока. Но главное — груз с «Вольного торговца» уже погрузили на корабль и готовили к срочной отправке на Татуин. Сроки поджимали. Арендованный Феттом спидер был старым, с потёртым капотом и скрипящими амортизаторами, но двигатель работал исправно. Его стреловидный корпус вибрировал подо мной, пока я пробирался по извилистым, пыльным каньонам к цели. База пиратов, согласно координатам, располагалась в мёртвой зоне — глубоком ущелье, скрытом от случайных глаз и сканеров проходящих кораблей. Приблизившись, он заглушил двигатель и оставил спидер в глубокой, тёмной расщелине. Дальше — только пешком, полагаясь на маскировку и собственные навыки. База представляла собой унылый, но практичный лагерь. Несколько сборных баракков из коррозийного сплава были сгруппированы вокруг посадочной платформы, на которой стоял устаревший, но на вид исправный грузовой челнок. Всё это было обнесено трёхметровым забором под высоким напряжением, по углам которого возвышались сторожевые вышки с прожекторами. Прожекторы лениво выхватывали из сгущающихся сумерек фигуры дозорных. Десять, может, пятнадцать человек. Никаких признаков Милрока на сканерах его шлема. Ящера здесь не было. «Слишком тихо и беспечно для главной базы», — пронеслось у него в голове. Скорее всего, это был временный перевалочный пункт. Но челнок с грузом здесь. Значит, придётся идти по плану «Б» — установить маяк слежения. Он выбрал точку для проникновения — участок стены в «мёртвой зоне» между двумя вышками. Часовые на них мирно дремали, развалившись в креслах. «Дисциплина — не их конёк. Или они слишком уверены в своей безопасности». Крюк с бесшумным мотором впился в металл с тихим щелчком. Мгновение — и он наверху, припав к нагретому за день ограждению. Внутри царила атмосфера беспечности. Группа пиратов грелась у костра, распивая какой-то самодельный, вонючий алкоголь. Их хриплый, пьяный смех заглушал любой посторонний звук. Пользуясь тенями и нагромождением ящиков и контейнеров, он бесшумно спустился внутрь и, словно призрак, проскользнул к челноку. Маяк был маленьким, плоским, с магнитным креплением. Почти незаметным. Щелчок — и он слился с обшивкой корабля рядом со стыковочным люком. Задание было выполнено. Оставалось лишь так же бесшумно ретироваться. Именно в этот момент он понял, в чём заключалась их уверенность. — Осторожность — похвальное качество, мандалорец. Жаль, она тебя не спасла. Голос прозвучал прямо у него за спиной, спокойный, глухой и полный сарказма. Фетт рванулся в сторону, но было поздно. Из-под маскировочного барьера, установленного среди непримечательных коробок, поднялась массивная, знакомая по голозаписям фигура. Трандошанин. Милрок. Он был здесь всё это время, терпеливо ожидая в засаде, словно паук в центре паутины. Его желтые глаза-щелочки светились холодным триумфом. Он не полагался на часовых — он сам был лучшей ловушкой. Удар был стремительным и жёстким, пришедшимся по шлему сбоку. Мир накренился, звёзды вспыхнули перед глазами, и Фетт рухнул на одно колено, едва удерживая сознание. Прожекторы с вышек ударили в них, ослепляя. Вокруг сгрудились его головорезы, подняв оружие. Те, что у костра, смотрели с удивлением — явно не в курсе планов своего лидера. — Джанго Фетт, — он растянул имя, словно смакуя каждый звук. — Великий охотник за головами. И моя главная добыча сегодняшнего вечера. Я знал, что рано или поздно мой след приведёт тебя сюда. Информация о «случайном» болтливом трандошанце в баре... была приманкой. И ты, как голодная рыба, клюнул. — Знаешь, я мог бы просто разорвать тебя здесь и сейчас, — Милрок неспешно прошелся перед ним, наслаждаясь моментом полной власти. — Но есть кое-кто, кто заплатит за тебя живьём. Очень, очень щедро. Мои наниматели, чьих родичей ты отправил в ад во время той заварушки на Корусанте... они очень, очень сильно мечтают с тобой лично познакомиться. Пока он говорил, пальцы Фетта, скрытые от чужих глаз телом, нащупали на поясе запасной, миниатюрный маяк. Отчаянная, последняя ставка. Едва заметное движение — и он примагнитился к ноге трандошанина, когда тот проходил в паре шагов от него. — Они хотят всего: твоей брони, твоего оружия... твоей головы. Всё по частям! Грузите его! — крикнул он своим людям. — Снимите с него этот доспех и всё, что на нём есть. Время утекает, а нас ждёт прыжок на Татуин. Спешите! Фетта грубо подняли с земли. Каждое движение приковывали десятки глаз и дул бластеров. Позор, жгучий и горький, подступал к горлу. Он не помнил, когда в последний раз чувствовал себя настолько беспомощным. Но маяк был активирован. Теперь он посылал в эфир тихий, отчаянный сигнал бедствия, смешанный с координатами. Осталось лишь надеяться, что капитан «Вольного торговца» окажется не только богатым, но и достаточно решительным, чтобы прочесть его.

Татуин. Дюны Мос-Эспа

Посадка шаттла «Колчан» на раскалённые пески Татуина стала для меня настоящим испытанием на прочность. Руки дрожали от напряжения — память Бесталла знала теорию пилотирования, но мышцы не были готовы к такой нагрузке, а мозг Александра отчаянно сигнализировал об опасности. Когда шаттл наконец с грохотом и скрежетом коснулся посадочной платформы в Мос-Эспа, я выдохнул с облегчением, словно только что пробежал марафон. Жара встретила меня как физический удар. Воздух дрожал над раскалённым песком, пах пылью, выхлопами и чужими специями. Мои телохранители — два дроида IG-86 — выдвинулись вперёд, их хромированные корпуса слепили в беспощадном свете двойных солнц. Сигнал Фетта вёл куда-то в глубь пустыни, подальше от космопорта. Проведя на планете больше часа в тщетных попытках найти быстрый и незаметный транспорт, я, наконец, определился со спидером. Местная жара была невыносимой — мой мундир остался на «Барышнике», а на мне было простое, светлое тряпьё, делавшее меня неотличимым от местных жителей. Но не только солнце было проблемой — песок, который так ненавидел в далёком будущем Скайуокер, оказался настоящим проклятием. Он лез в глаза, скрипел на зубах, забивался в складки одежды. Сущий ад. Наш спидер, старый и потрёпанный, чудил и периодически глох, заставляя меня проклинать всё на свете. Внезапно один из IG резко встал во весь рост, едва не вывалившись на ходу. — ОБНАРУЖЕН ДВИЖУЩИЙСЯ ОБЪЕКТ! УГРОЗА! Его бластер был направлен на безобидную пустынную ящерицу, перебегавшую дорогу. — Успокойся! Это не угроза! — крикнул я, хватаясь за поручень, чтобы не вылететь. — Это местная фауна! Дроид замер, его сенсоры мигали в нерешительности, издавая недоуменные щелчки. Именно тогда, когда мы в очередной раз застряли посреди дюн, а двигатель отказался заводиться, из-за гребня песчаной волны появилась мальчишеская фигура в потрёпанной, простой одежде. Он шёл уверенной, привычной к пескам походкой, а его глаза были слишком взрослыми и умными для его возраста. — Эй, нужна помощь? — его голос звучал спокойно и уверенно, без тени страха перед двумя грозными дроидами. Судьба, ирония или сама Сила свела меня с Энакином Скайуокером. Пока он ловко возился с двигателем, второй IG внезапно направил оружие на него. — БИОЛОГИЧЕСКАЯ УГРОЗА ПРИБЛИЖАЕТСЯ! ПРОТОКОЛ ЛИКВИДАЦИИ АКТИВИРОВАН! — Стоять! — закричал я, вскакивая и заслоняя мальчика собой. — Я сказал стоять! Это друг! Отменить протокол! Дроид замер, его системы издавали конфликтующие звуки, пытаясь совместить приказ с заложенными программами. Энакин побледнел, но не отпрянул, с любопытством глядя на металлических охранников. — Вы... вы уверены, что они безопасны? — тихо спросил он, не отводя глаз от бластера. — Чёрт возьми, нет! — честно ответил я, чувствуя, как сердце бешено колотится. — Но пока они слушаются моих команд... Всё в порядке. — Ну что там, мастер? — спросил я у Скайуокера, стараясь говорить помягче. — Я ещё не мастер, — он улыбнулся, и в его глазах вспыхнула та самая, знакомая по фильмам, искорка. — Я раб. Живу тут с мамой, но это пока. Вот увидите, я выкуплю свободу себе и маме, а после заработаю денег и облечу всю галактику! На каждой планете побываю! — Если бы кто-то другой сказал мне это, я бы не задумываясь рассмеялся, — сказал я, глядя на его умелые руки и уверенные движения. — Но глядя на тебя и твой талант... мои сомнения тают быстрее, чем влага в этой пустыне. Мечты перестают быть просто мечтами, когда за ними стоит такая воля. — Ничего серьёзного, — он уже заканчивал работу, затягивая последнюю гайку. — Изоляция истёрлась, и песок засорил двигательную систему. — За сколько управишься? — Одно мгновение... Вот, готово! Попробуйте теперь. Я повернул ключ, и двигатель завёлся с ровным, здоровым урчанием. — Мне в пору уволить всех своих техников и нанять тебя. Держи! — я кинул ему несколько пеггатов, значительно больше, чем стоила эта работа. — Это... это очень много! — его глаза расширились. — Я же почти ничего не сделал. — Ты сделал главное — не прошёл мимо и пришёл на помощь. В этой галактике добро должно вознаграждаться. Иначе какой в нём смысл? — Спасибо вам большое! — он сжал монеты в кулаке, и на его лице расцвела счастливая, беззаботная улыбка. — Когда освободишься, найди меня. Я всегда буду рад помочь человеку с таким умом и сердцем. — Я Энакин... Энакин Скайуокер. — Бесталл Крион. Рад знакомству, Энакин. Мы расстались. Я смотрел, как его фигура скрывается за дюнами, и чувствовал странное смешение надежды и грусти. Знал ли он, какая судьба его ждёт? Знал ли я, что, возможно, только что изменил что-то в хрупком балансе будущего?

Лагерь пиратов. Ночь

К ночи, следуя за сигналом, я добрался до лагеря пиратов. Их временная база располагалась в естественном углублении между скал, где стояли два потрёпанных контейнеровоза. Мародёры пили и играли в кости у костра, их лидер — Милрок, разговаривал с голограммой какого-то хатта. А в центре этого ада, привязанный к столбу висел Фетт. Его броня была снята и сложена в стороне, он был в простом комбинезоне, голова бессильно склонилась на грудь. В стратегии наземного боя я был неискушён, как и большинство в ТДФ. Федерация обычно давила числом, а не тактикой. Но сейчас нужно было действовать быстро, громко и неожиданно. У меня был лишь один козырь — фактор неожиданности и два безжалостных дроида-убийцы. — Пора заканчивать этот цирк, — прошептал я, забираясь за штурвал «Колчана». Шаттл с оглушительным рёвом, на максимальной скорости, врезался в скопление пиратской техники. Удар, взрыв, огненный шар, осветивший пустыню на километры вокруг. — ВПЕРЁД! ЛИКВИДИРОВАТЬ ВСЕХ, КТО ОКАЖЕТ СОПРОТИВЛЕНИЕ! Дроиды ринулись в бой словно механические демоны, выпущенные из ада. Их бластеры строчили без остановки, без эмоций, с ужасающей точностью. Я, выбравшись из уже разбитого корабля, пробивался к Фетту сквозь хаос выстрелов, криков и взрывов.

Джанго Фетт

Несколько часов я висел привязанный к этому проклятому шесту, пока пираты и Милрок смеялись и плевали в меня. Мысль о позорной смерти здесь, в этой богом забытой дыре, была невыносима. Гораздо хуже, чем сама смерть. Грохот взрыва и последующая неразбериха вырвали меня из этого оцепенения. Сквозь пелену боли и унижения я увидел фигуру в простой одежде, пробивающуюся ко мне сквозь дым и пламя. — Ну что, Джанго, неудобно? — его голос был насмешливым, но в нём не было злорадства. Скорее... деловитость. — Кто ты? — прохрипел я, почти не узнавая свой собственный голос. — Твой работодатель. Держи, промой глаза, в них песок, — он протянул мне флягу с водой. Холодная жидкость вернула ясность мысли. Вокруг бушевал бой. Дроиды методично выкашивали пиратов. — Где Милрок? — спросил я, уже натягивая на себя броню. Знакомый вес успокаивал. — Удрал на север, судя по следам. Поторопись, если хочешь догнать. Я не стал тратить время на благодарности. Броня ложилась на тело как вторая кожа, каждая пластина становилась на своё место. Я чувствовал, как возвращаются сила и уверенность.

Погоня

Песок взлетал из-под его спидера белой пылью. Я нагнал беглеца быстро — он был на тяжёлом транспорте, а я — на скоростном спидере. Один точный выстрел из «Вестара» — и его транспорт, кувыркнулся, подняв тучу песка. Милрок выбрался из обломков, его лицо было искажено яростью и страхом. — Ты не ведаешь, что творишь, Фетт! Ты лезешь не в свои дела! — Я знаю, что творю, Милрок. Ты вёз отчёт своему хозяину. Джаббе? Или кому-то повыше? — Дурак! Всё это — для великой цели! Мод открыл мне глаза! Дальние рубежи восстают против тирании Корусанта! Идёт новая эра! — Твоя новая эра закончилась здесь, — я не стал слушать его бредни. Выстрел прозвучал коротко и чётко. Его речи меня не интересовали. Контракт был выполнен. Угроза грузу ликвидирована. И теперь у меня был долг, который нужно было вернуть.