2 глава. Смотровой

В столовой висела тишина. Вампиры не спешили что-то делать, а Тень не спешила лезть на рожон. В рукопашном бою победить двух, возможно опытных, кровопийц даже для Шрама было не секундным делом, а арбалетчица на то и арбалетчица. Очень долго ничего не происходило, Тень уже подумала, что они улетели, не найдя ничего интересного, но тут один из них прорычал: - А я говорил, что нужно было лучше следить за камерой. Истощал и протиснулся между прутьев, крысёныш! А нам теперь его искать по всей округе. Я что похож на поисковую шавку?! Второй ответил с металлом в голосе. «Жаль не в глотке», - пронеслось в голове Тени. - А до этого ты говорил морить его голодом. Или, хочешь сказать, меня уже память подводит? И вновь тишина. Давящая и пахнущая серой. Согнутые ноги начинали затекать, но девушка не шевелилась, толи от природного страха, толи не замечая этого. Кто-то из вампиров начал ходить по комнате в опасной близости к столу. Тень догадывалась кого они искали, но не хотела думать об этом. Каждый вздох давался с трудом, безумно не хотелось драться. Да и Тень находилась не в самом выгодном положении. Она ничего не видела, да и в этом была виновата не столько скатерть, сколько глубокая ночь, поэтому девушка обратилась в слух. Вампир продолжал ходить туда и обратно по комнате всматриваясь в каждый угол, но не трогал стол. Видимо, тот кого они искали не смог бы там спрятаться, или они ждали, пока он сам себя выдаст. Тень не хотела думать о том, какого крысёныша они морили голодом, слишком неприятной была догадка. Да и зачем он им нужен? Что он успел такого сделать? Предать всех вампиров или насолить кому-то настолько, чтобы попасть в тюрьму, – не секундное дело. - И долго мы собираемся здесь торчать? – проворчал первый. – Может его уже людишки поймали, а мы тут носимся. Он не слишком уж скрывался, даже такие недалёкие создания могли его найти. «Могли и очень быстро нашли. У нас чутьё получше вашего», - Тень ободряла себя едкими мыслями. Она могла сидеть, свернувшись под столом, ещё несколько часов до полного онемения конечностей, но явно не хотела столько ждать, а нападать исподтишка с неработающим арбалетом – оторвать бы механику руки – было рискованно. «Хотя, возможно меня отправили сюда умирать. Не зря же настояли на проверке оружия перед выходом. Только вот, что я успела сделать или узнать?» - Гхм, кол ему в сердце, летим. Скажем, что его людишки искромсали. Все равно от голода сдохнет щенок, даже животное выпить кишка тонка. Вампиры протопали к окну и зашелестели крыльями. Ноги немели. Выждав с десяток секунд, Тень распласталась под столом. Почесала зудящую ладонь. Непереносимость серебра сильно сказывалась на работе, но перчатки замедляли движения, приходилось терпеть. Чувство облегчения вместе с усталостью напрочь выбили из головы слова тех вампиров. Убедившись, что в замке стоит полная тишина, не прерываемая ни шорохом крыльев, ни стуком сапог о каменный пол, Тень выкатилась из-под стола и ускользнула через вход для прислуги. Арбалетчица не осторожничала, остерегаясь появления вампиров, а лишь придерживалась заранее придуманного плана. Мысли её были заняты совсем другим. Тень волновали оформление вампира и доклад в кабинете Мисс Девил, разборки с механиком, возомнившим себя непонятно кем и позволившим себе что-то сделать с её оружием. Арбалетчица через заросли засохшего кустарника пробиралась прочь от замка, периодически замирая и прислушиваясь. Не останавливаясь, стянула с ветки оставленный перед заданием плащ, вытащила из карманов пропитанные травяным раствором перчатки и натянула их на раздражённые ладони. Зуд притупился. Добралась Тень до охранной кареты в ближайшей деревне усыпанная репейниками и с веткой в волосах. Не медля, запрыгнула на сиденье, едва не вытолкав смотрового на дорогу. Военный средних лет с проседью в бороде нахмурился, но, заметив жёлтую повязку и приглядевшись к мелькающему в газетах лицу, оторопел и благоговейно протянул: - Кэтрин Фран… Тень закатила глаза, едва удержавшись от ругательств. - Да-да, та самая. Трогай уже! В Академию! Обрадованный возможностью помочь великой охотнице на вампиров, пусть даже покидая пост, военный дал указания кучеру. Кони заржали. Карета тронулась. - Меня зовут… - Не засоряй мне голову! Тень оборвала попытку представиться и, отодвинув шторку, выглянула на улицу. Тучи затянули утреннее небо, скрыв солнце над пустым полем, и сильнее сгущались над лесом вдали. Ледяной ветер обжигал щёки, успокаивая и унося куда-то в прошлое. Тень не боялась простудиться. Честно сказать, она уже и не помнила, каково это быть здоровой. Всегда что-то болело. Не было ни одной ночи без микстур и свечей от мигрени. Чернота под глазами говорила об отсутствии нормального сна всем, кто видел Тень на расстоянии в несколько метров. Но её это не волновало. Арбалетчица привыкла считать, что синяки придают ей суровости. Военный чихнул и зашуршал сюртуком: от неловкости видимо не мог справиться с пуговицами. Не оборачиваясь, Тень спросила: - Вы больны? - Простите за неудобство! Продуло видимо, со мной часто такое случается в последнее время. Всё-таки выудив из внутреннего кармана платок, смотровой прочистил нос, но вскоре вновь чихнул. Тень глянула на военного через плечо: покрасневший нос, слезящиеся глаза, неестественная бледность. Арбалетчица поплотнее задёрнула шторку и, убедившись, что холод не проникает сквозь неё, достала из внутреннего кармана плаща бутылёк с тёмной жидкостью. «Повезло, что не украли», - подумала Тень и протянула микстуру с отчётливым запахом чеснока смотровому. Такую выдавали всем шапочкам в Академии, а охотники обязывались её пить, но были и те, кто на свой страх и риск этого не делали. Микстура делала кровь ядовитой для вампиров на несколько дней, а при постоянном применении – навсегда. - Выпейте. Советую запирать все двери и окна на ночь поплотнее. И попросите жену добавить в ужин чеснока, если откажется, добавьте сами. В тайне от неё. Военный с благоговением принял бутылёк и, откупорив, тут же выпил, не сомневаясь в словах Тени ни на секунду. Всё-таки известность бывает полезной. Помолчав немного, арбалетчица добавила: - Обращения принимаем круглосуточно. Можете отправить мне голубя, я сразу приеду. Военный не понял, на что намекала Тень, но рассыпался благодарностями и попытался поцеловать её ладонь, но арбалетчица отдёрнула руку, подтянула перчатки. До Академии ехали в неловкой для мужчины тишине.