Глава 10. Глупое лицо

— Вару? А ты…чего не спишь? — идя по полумрачному коридору, Зонтик, отголосками видений заметил Пятого клона стоящего к нему спиной. Он копошился с чем-то, занимая весь подоконник. Неожиданно, возможно от своего имени, а может из-за того, что его заметили, Зеленый вздрогнул, резко поворачиваясь на звук. Заметив Зонтика, Вару поуспокоился и ответил за чужой воз. — Плакса! Что хотел? — Да так…ничего — неуверенно ответил Зонтик. Страх, как холодный туман, медленно окутывал разум парня, проникая в каждую клеточку тела. Встречая Вару лицом к лицу, в целом для него не было особо приятным способом взаимодействия, но тот последний раз, был, наверное, самым отвратительным из всех. Непонятная тревога, ползущая по спине, заставляла замереть, словно в ожидании, когда разразится грозный гром, когда момент безвременья вдруг разорвет тишину. В эти мгновения время растягивается, превращаясь в вечность, и страх, подобно непрошеному гостю, становится неотъемлемой частью этого зловещего столкновения. — А что пришел? Не боишься что, я тебе столкну вниз? Будешь лежать там полуживой, еле дышать и рыдать, звать на помощь курилку. — Парень ухмыльнулся, внимательно наблюдая за лицом Зонтика и как бы невзначай показывая на окно. Хотелось увидеть как можно больше, как все мышцы лица Шестого готовы застыть в гримасе страха. Это глупое, ранимое выражение лица, приятное глазу, кажется, оно никогда не надоест. — Почему же ты такой жестокий? — сдавленно спросил парень. По-хорошему нужно было уйти прямо сейчас. Не оборачиваясь, не задавая лишних вопросов. Но некая едкая обида, сдавливала, не давала вздохнуть, и только лишь сильнее побуждала оставаться здесь. Зачем? Почему так все случилось? Когда твои шутки стали настолько унизительными? Есть ли шанс того, что именно сейчас ответ от столь гадкого клона будет услышан. Гарантий нет, однако попытаться стоит. — Я? Жестокий? Нет, я лишь, иногда подшучиваю нам другими, разве это плохо? — Твои шутки далеко заходят… Неожиданно Вару дернул за плечо парня, притягивая к себе. От чего Зонтик взвизгнул от страха. Его и без того колотило словно в бреду, но сейчас казалось, все усилилось раза в два. Оказываясь в этих цепких лапах, каждый раз, хотелось скрыться, убежать, а если не удастся, растравиться вместе с воздухом. Не поднимая глаз, Зонтик старался ни двигаться, ни дышать, не давать даже малейшие признаки жизни. — Ты так думаешь? — приблизившись к лицу шестого, лицо Вару накрыла гадкая улыбка. — Мне казалось, тебе понравилось. — Это не так… — А по твоему лицу в душе я бы так не сказал — протянул Пятый. За окном плещется дождь, словно небесная роса, несущая с собой отголоски грозы и трели ветра. Капли стучат по стеклам, как нежные ладони, прося впустить их в тепло домашнего уюта из темноты опустошённого мира. Облака свисают низко, покрывая мир серым покровом и наполняя его тихим гулом. Внутри этого дождливого царства, уютные стены дома оберегают от непогоды. Здесь, в своем теплом убежище. Сквозь окно виден мир, словно запечатленный в черно-белой фотографии: дождь окутывает его, создавая иллюзию, где каждое мгновение прячется в красивой меланхолии. — Не трясись ты так, я еще ничего не сделал или ты наоборот пришел за продолжением? Если тебе не хватило, так и скажи — рука опустилась с плеча на талию, чужие губы приблизились к одному из уху, обдавая горячим воздухом, от чего, Зонт чуть не отпрыгнул. — Д-да нет же! — отмахиваясь руками, Зонтик, прогибаясь в спине, стараясь разорвать столь противный ему контакт. — Тогда, что ты тут ходишь? Приманиваешь и других клонов, одного члена тебе уже не хватает? — Вару, хватит! — не сдерживаясь, прикрикнул Зонт. Его звонкий голос отдал, кажется по всему коридору, отражаясь от стен, дверей в комнаты других клонов. Наполняя каждый сантиметр поверхности всплеском распутанного комка нервом, что только сильнее сдавливал пространство. Шестой опустил голову. Его плечи подрагивали, будто сдавливали все тело от стыда, а капельки слез образовались в уголках глаз. — Я…я просто спросил, почему ты не спишь, не более того… — На мгновение Вару даже остановился, наблюдая за Шестым. Ему так нравилось смотреть, как плечи Зонта дрожат, как это дрожь проноситься через все тело, отдавая в чужие руки. Всякий раз, как тот опускает голову, стараясь под волосами прикрыть выступающие слезы. Этот вид завораживал, наполнял столь приятным теплом, кажется все тело. Рывком Вару взял подбородок Зонтика и поднял его лицо к своим глазам, скрытыми под очками. Иногда, он не понимал того, что видел, кажется, слишком часто. Это глупое выражение лица со страхом, вперемежку с болью, не давало даже намека на злобу. Возможно обида, но чтобы ненависть, никогда. Чтобы он не делал, как бы не поступал, он никогда бы не увидел, как Шестой хмуриться в его сторону, как осыпает его оскорблениями. Среди всех, этого клона, Пятый и правда, не мог понять. — Какой ты жалкий все-таки — ухмыльнувшись, ответил Вару, разглядывая с разных сторон лицо Зонтика. Крепкая хватка сдавливала щеки, от чего челюсти были сильно напряжены. Держась руками за запястье Зеленого, Зонтик старался хоть немного, хоть на самую малость ослабить чужую хватку. — П-пусти. — Не хочу — большим пальцем Пятый прошелся по сдавленной щеке. Смотря, как под давлением капля слезы, скатилась по ложбинкам, огибая пальцы, наполняя влажностью руку. — Почему ты так делаешь? — сдавленно произнес Зонтик, поднимая глаза на Вару, словно звездочки они блеснули под светом серости, отражаясь от слез и окна, а может и от всего сразу. Сложно было сказать. «Мне нравиться» — промелькнуло в голове Вару, будто все это и так было изначально понятно. Это мысль вертелась как в голове, так и на языке, но так и не была озвучена. Будто что-то вязкое и горькое вальяжно гуляло по груди, показывая свое присутствие, не давало сказать подобное никак. Нельзя. Бред, не иначе. Просто фраза, ничего более, но почему-то ощущения от нее куда сильнее, чем до этого. — Это ужасно весело — ответил парень. С того разговора прошла уже неделя, но странное чувство, щепетильно играло на душе все это время, наполняя собой грудь. Давящая дрожь по телу не хотела отпускать Вару. Однако, это ему не мешало, докучать Феликсу, или Куромаку, или еще кому-то. Докучал он вообще всем, кого мог заметить, если была возможность. Все-таки ничто так не поднимает настроение, как хорошая и добрая пакость другим. Но в последнее время, любая его не особо умная идея, чтобы взбесить других, не приносила ему такого удовольствия как раньше. Некий элемент в его воображаемой системе координат, был потерян. Он давно уже не слышал тонкий голос Шестого. Как тот хватает подушку с дивана, стараясь неумело защититься, или как тот старался скрыться от зорких глаз пятого, но выходило это с трудом. Все эти приятные моменты, вызывающие глупую, язвительную улыбку на лице Вару, будто в момент пропали. От таких резких перемен, Пятый чувствовал что-то не ладное. Точнее сказать, он чувствовал, что упустил, что-то важное. Нет смысла думать, что в прошлую встречу Пик и Зонтик были в комнате для приятной беседы, все и так очевидно. Однако сейчас Пиковый король будто бы невзначай старался ограничить нахождение Пятого рядом, как с собой, так и с Зонтом. Несколько раз может это и правда больше стечение обстоятельств, скажем, когда Пик подзывал к себе Зонта или когда садился рядом на диване, в моменты, когда Вару оказывался в поле зрения. Но дальше все это приобретало странный окрас. Было ощущение будто горький нектар, обладающий пронзительным вкусом, медленно поднимается из глубины души пятого, крутился в груди и голове, оставлял лишь непонимание, а после и злобу. Как же так? Его объект издевательств находиться так близко, но при этом жалобно стоит за спиной Пикового короля, прячясь и закрываясь. С такими ощущениями Вару проснулся в своей комнате. Это, наверное, было первое его пробуждение, когда не хотелось устроить дебош в гостиной, не хотелось начать докучать всем остальным, не хотелось ничего. Только злиться, разряжающее фыркать на все что видел. «Какого хера?» — вставая с кровати подумал валет. Чувство, наполняло воздух вязкой атмосферой, шептало сладко-горькие слова, обжигая, как капля яда на языке. Раздражающе щекотало нёбо, вызывая спазмы и желание обладать тем, что когда-то казалось незыблемым, но стало ускользать. А точнее спрятано, спрятано за фигурой Пикового короля. От этого умозаключения Вару будто подорвался с кровати, натянул на себя одежду и вышел из комнаты, направляясь в комнату Пика. Его шаги были быстрые, тяжелые, в голове томились мысли. «Что за бред! Я все делал, а он на жопе сидел! Так дела не делаются. И вообще, ограничивать меня от издевательств над тряпкой, тупее некуда! Спаситель, тоже мне» — Эй, калека! Что за дела? — входя без стука, заявил Вару, смотря на своего короля. Вальяжно, размеренно тот сидел в кресле, что-то читал, держа в руках книгу. Не придавая значения воплям своего валета, Пик поднял глаза на пятого. Его лицо было спокойным и безразличным, а янтарные глаза не горели гневом, чем только сильнее контрастировали с Вару и его взъерошенным, во всех смыслах, видом. — О чем ты? — перелистывая одну из страниц дальше, спросил Пик, опуская глаза. — Не прикидывайся, тряпка с тобой начала больше бегать, чем за курилкой, а сейчас моя очередь! Вару прошел в комнату, прикрывая дверь. Его слова были резки, отдавали раздражением, претензией, это было видно невооружённым взглядом, как бы он не скрывал глаз под очками. Скрипучий противный голос ударил в уши, от чего Король, рыкнув, все-таки закрыл книгу, закинув ее в сторону на стол. — Ты не умеешь сдерживаться. Во избежание утечки информация, он будет держаться меня, пока не придет время — вставая с кресла, ответил Пик. Ему мало что хотелось объяснять, скажем, так, ему вообще ничего не хотелось объяснять Вару. В вопросе общей цели все идет так как надо, четко по плану. А значит и говорить не о чем. — Ох, ну спасибо, прям гора с плеч — саркастично протянул валет. Раскидывая руки в стороны. — Отлично, что ты понял. — Нет! Это не честно! Я тоже участвовал, даже больше тебя! Мне полагается получить то, на что я работал! — чуть ли не ударяя себя по груди, сообщал Вару. Этакий последний герой, что совершает подвиги, по благо всех и себя. — Если ты хочешь, чтобы от Шестого хоть что-то осталось, и никто не узнал, подбери сопли и включи мозги, — начиная гневаться, ответил Пик, сложив руки на груди. — Ты усугубил ситуацию, а я ее исправил. И если ты и дальше хочешь с ним развлекаться, подожди, когда все уляжется. — Это бред! Я его запугал. Он никому бы не сказал, потому что у него кишка тонка! — Зонт мне все рассказал вчера вечером, — от этого Вару опешил, пошатнулся назад. Эти слова были как приговор, заставляющий распахнуть глаза, чуть ли не открыть рот от удивления. «Рассказал? Да не мог он рассказать! Глупости какие-то» — стараясь придать себе уверенности, Вару на секунду даже задумался. Он прекрасно знал на что идет с самого начало. Доверие между ними никогда не было. То он сам, то Пик друг другу мешали как только можно. Не говоря уже о том, что единственное на чем они сошлись за долгое время, это общая идея сделать из Шестого развлечение. Куклу, которой можно управлять и пользоваться когда только душе угодно. Из размышлений Пик оторвал Вару довольно быстро. — Это и есть твое хваленое запугивание? Из всего, что ты делал — это подмешивал в еду и воду порошок, а вместе с тем громко балаболил? Не слишком много. Если у Зонта хватило смелости сказать мне, есть вероятность, что он мог сказать, кому-то другому. И после этого, ты требуешь награду за свою работу? — Да не мог он… — голос Вару изменился, его не отпускало осознание, того, что его действия не напугали Зонтика достаточно. В это верилось с трудом. — В отличие от тебя, Зонтик понимает риски. Он действительно куда состоятельнее тебя. И прекрасно знаешь, что доверие обходиться куда дороже, чем ты думаешь. — Тряпка доверяет тебе? Хахах, у тебя очень стремные шутки. Тебе? Я скорее поверю, что педант на Куромаку и Ромео совершат акт соития, чем то, что мочалка решит доверять тебя! — страшный хохот и язвительный смех залил всю комнату. Насмехаясь в своей обычной манере, Вару и сам не заметил, что его перекрывает не только злорадствование, но и очень четкая и понятная злоба. На секунду даже показалось, что этот звук, это ощущение отражаясь от стен становилось все громче и сильнее. — Можешь не верить. Твои слова на этот счет мне не интересны. Я констатировал факт. — Херню ты констатировал! — переходя на крик ответил Вару. Резким движением чужая рука схватилась на горло пятого и вмяла тело в стену, от чего кости прохрустели в нескольких местах. Тяжелая, стальная хватка, сдавливала дыхательные пути все сильнее перекрывая воздух. Спина от удара горела будто племенем, ныла, казалось, даже успела налиться кровью. В комнате повисла тишина, гробовая, сдавливающая тишина, было слышно лишь то как Вару, держась руками за конечность Пика, хрипел и только сильнее заводился. — Я взял тебя с расчетом на то, что у нас общая цель, и ты будешь полезен. Без вопросов, без обязательств, без выяснения причин, мирясь с бредом, который ты несешь. Смотреть на твои жалкие потуги омерзительно. Возьми себя в руки. — навивая ужас своим спокойным тоном продолжил Пик, не отпуская Пятого, не давая ему даже намека на движение. А если будет нужно, он не даст ему даже вздохнуть. — Да пошел ты! Я сделал все, что было нужно. Я сделал так, что Зонт крутиться рядом с тобой! Я сделал так, что он сам прыгает на член от порошка, который Я ему подмешивал! Я сделал так, чтобы он заткнулся! А ты сидел на жопе и ничего не делал, строил свои ахуенные планы! Казалось, он не мог остановился вовремя. Вару стал брыкаться все сильнее, старался освободиться, попасть ногами, желательно так, чтобы сделать как можно больнее. Но увы, безуспешно. Контролировать чужую руку, чтобы не задохнуться, а вместе с тем атаковать крайне проблематично. Особенно сейчас. — Как видишь, не заткнул. К чему такое рвение? — А тебя это ебать не должно! — Успокойся. Я же у тебя не девушка увел. — сказанная невзначай фраза, которая должны была усилить раздражение Вару, в моменте заставило его остановиться и замолчать. От этих слов Вару на секунду замер, отражая внутреннее смятение, казалось, именно сейчас он готов был разорваться, разбиться на осколки. В этот миг его сердце забилось с такой силой, будто стремилось вырваться из груди, оставляя в воздухе легкое беспокойство, словно предвестник надвигающейся буря. Лицо покрылось румянцем, огнем, который невозможно было скрыть — он чувствовал, как жар его смущения проступает на щеках, как будто каждая капля осознания обжигала кожу, заставляя его желать скрыться в тени. Глаза искали укрытие, казалось, и очки не могли спасти его сейчас. А вместе с тем, Пиковый король, все прекрасно видел. — Ты его… — как громкий колокол приговора, отзывающийся в сознании валета. Вару чувствовал, как его собственное сердце стало уязвимым, и, словно в заоблачной высоте, обнажённым перед нежданным шквалом эмоций. Сам не веря в то, что видел Пик на момент даже нахмурил брови, перебивая его Вару вдруг взвизгнул. — Пасть закрой! Фу, как тебе такое в голову пришло? Смерматоксикоз уже из ушей лезет? И хватит крутиться возле него, будто вы молодожены. Мне следует отдать то, на что я наработал! — король опустил валета. Чувство поступающего в легкие воздух, казалось, сейчас был совершенно не важен. — Да быть не может — самолично удивляясь своим выводам Пик посмотрел на своего валета. — Что-что, а столько внимания к Зонту, я от тебя не ожидал. — Захлопнись! Я и тряпка? Он лишь объект, моя почва для шуток, когда мне скучно! — Ясно, почему ты себя так ведёшь… — не дожидаясь сказанных слов Вару вышел за дверь и с грохотом захлопнул ее, что-то невнятное прокричав вслух. «Все вышло куда удачнее, чем я себе представлял. Выстрел в слепую попал точно в цель, неожиданно…» — садясь на кресло, подумал Пик. На его лице появились ухмылка. Двигаясь по коридору, сердце колотилось как бешенное. Чувство стыда вперемежку со смущением, билось в груди и голове, в ритм, ускользая, пока в голове бурлили мысли. Страх быть непонятым, навевал холод. Каждое мгновение тянулось как в тумане, и внутренности переполняли роем противоречивых чувств. Вару чувствовал себя как будто выставлен на суд, не тот что устраивал Куромаку, а куда сильнее, куда серьезнее. Будто расправленный по острому лезвию честности, где каждый вздох, каждый шаг становился публичным актом. Лучше бы этот момент оказался всего лишь дразнящей игрой его разгоряченного воображения, чем чем-то реальным. Пока Вару шел, будто в тумане с пеленой на глазах, он сам не заметил, как кого-то толкнул плечом. — Вару! Смотри куда идешь! — звонкий голос Феликса, прозвучал в голове, заставляя Пятого обернуться и посмотреть вниз. Держась за голову Зонт потирал место удара, только лишь бы уменьшить боль, что расходилось по голове. А рядом с ним Феликс, держа шестого под локоть, поднимал его на ноги. Хмуря брови, коса, поглядывая на Вару и что-то ворча себе под нос. — Я не виноват, что когда вы меня толкнули, сами не удержались на ногах, так ведь мочалка? — не обращая внимание на слова Феликса, Вару глазел исключительно на Зонта, сейчас то, он был один. А помеха ввиду истерички решалась быстро. «Мне надо спустить пар и все. Быстро решим эту проблему и все будет как обычно. Да, точно все будет как обычно» — воодушевившись от этой мысли, Вару наконец обратил внимание на Феликса. — Я тебя не толкал и Зонт тоже! — Феликс не надо… — останавливая своего собрата, Зонтик встал между этими двумя. — Да, Феликс не надо — закидывая руку на плечо Зонтика, продолжил Пятый. Он видел, как Зонтику становиться не комфортно от этого. Шестой осунулся, слегла, начиная нервничать, поглядывая по коридору в сторону двери Восьмого. — Не стоит заставлять тряпку нервничать, смотри, он уже весь сжался! Кстати, Пик что-то хотел, зайди к нему, говорит, что-то важное! — Ага, так я тебе и поверил! — Ну как хочешь! Сам знаешь, что его лучше не злить. — Четвертый задумался, ведь и правда, что-что, а Короля оставлять без «внимания» опасно. И вроде как в глубине своего сознания он что-то вспомнил, вроде обычная просьба, которую он по своей натуре не сделал вовремя. От чего, кажется, Феликс стал немного переживать. — Зонтик! Я сейчас вернусь, подожди меня в комнате, я сейчас! — второпях ответил Феликс, удаляясь дальше по коридору. Не успев ничего ответить Зонтик почувствовал, как рука схватила его за запястье и с силой потащила в другую сторону. — В-вару! Куда ты меня в-ведёшь? — на данный вопрос ответ уже виднелся дальше. Дверь в комнату Вару исписанная, запачканная зеленой краской, замаячила перед глазами. От этого вида шестому становилось дурно. А вместе с тем, страшно. — Заткнись. — Вару, стой же! — стараясь дать сопротивление, Зонтик останавливал Пятого как мог. Оттягивая запястье назад, схватившись за косяк открывающейся двери. «Ясно, почему ты себя так ведёшь» — отголоски короля, что так не вовремя всплыли в голове, заставили пятого остановиться. — Твою мать…- прошипел он, ослабляя хватку, давая Зонтику уйти. Последнее, что он слышал, как быстрый топот ног удалялся все дальше, пока совсем не исчез.