Глава 12. Горячий воздух.

Горячий воздух наполнял легкие. От каждого вздоха и выдоха, как бы глубоко кислород не проникал, наполняя собой каждую клетку, он все никак не давал собой насытиться. Жар, заставлял кожу, тело, каждый сантиметр плоти становиться влажной. Намокшая футболка прилипала к груди, оставляя, виднеется пару сосков. Играя на груди приятным стуком, сердце, страстно отдавало в уши всякий раз. Стук за стуком, ритмично, громко, будто бы проходилось пульсациями по всему телу. Такой желанный, страстный звук, что невольно заставлял дышать обильнее, открывая рот, издавать еле заметный стон. «Опять?» — еле заметная мысль пробежала в голове Зонтика. Неужели снова странные ведения вернулись? Собираясь с силами, приоткрывая один глаз, перед Зонтиком открылась его комната. Потолок, пол, стол, злопастная прикроватная тумба, об которую постоянно норовишь удариться, все тот же пугающий силуэт стула с одеждой в темноте. Ничего необычного, разве что его взгляд, как и разум, был затуманенным. Приподнимаясь с кровати, Зонтик заметил еще одну проблему, которая значительно выпирала из нижнего белья, судорогами заставляя дрожать ноги, стягивая спазмами нижнюю часть живота и таз, заставляя обратить на себя внимание. В этот момент все стало понятно. «Вару…» — злосчастное имя клона, с которым утром уже была перепалка, снова стала всплывать в памяти, стараясь понять, когда же, в какой момент он успел принять порошок и не понять этого. Но сейчас это было уже не важно. Самый простой способ с этим справиться, только один. Снова опускаясь на кровать, дрожащими от жара руками, Зонтик оттянул боксеры, наконец, освобождая разгоряченную плоть, давая ей возможность немного охладиться. Футболка маячила, прилипала к телу, от чего ее край пришлось закусить зубами. Мерзкий скрежет на зубах влажной ткани кажется, совсем не смущал Шестого. Как только рука клона опустилась ниже, взяв разгоряченную плоть и голову, ударил сильный всплеск. Тянущие, немного болезненное чувство отдало во все тело. Сильная чувствительность не давала даже двигаться, заставляя стонать, стиснув зубы, только, пожалуй, рукой можно было что-то сделать. От прикосновений, от движений вверх и вниз, по члену расходилось приятная дрожь. Чувствительная головка дребезжала, жгла словно огонь и без того опаленный разум и руку. Смазка вырывалась изнутри, наполняя все пространство. Каждый уголок, каждый сантиметр, все что было, оседала в носу. Этот запах, заставлял живот предательски ныть. Мысли кружились в голове, но их всячески перебивал стук сердца, что становился все громче с каждым движением. «Извращенец…» — прорываясь сквозь пелену сознания мысль, посвящённая самому Зонтику, только сильнее вскружила ему голову. Рука становилась влажной, заставляя ее скользить по плоти куда охотнее. От такого вида невольно приходилось закидывать голову назад, не издавать ни звука, ни единого шороха. В комнате был слышан лишь еле заметный скулеж. Такое уединение со своими развращенными желаниями доставляло не мыслимое наслаждение. Невольно, свободная рука потянулась, сначала к животу, прошлась по торсу и дошла до груди. Стоящие соски, тоже изрядно требовали внимания, натираясь о ткань футболки. От движения руки внизу и сверху, разряды тока проходилось по всему телу, каждый сантиметр чувствовался иначе. Заставляя ускориться. Движения бедер стали куда активнее, но в то же время рваными, до ужаса возбуждёнными. Небольшая боль в мышцах, не отпускала, добавляя только возможность получить разрядку как можно скорее. Тяжелый, глушащий стук, словно тяжелой массой собирался в голове, лишая любой возможности думать. Словно раскат грома, но всему телу пробежали мурашки. От макушки, они пришлись по телу в кончики пальцев. Дальше вниз, достигая самого разгорячённого места, давая возможность белой субстанции, наконец, выйти, с тянущим спазмом расслабления и отдать приятным теплом в ноги, что сводились, сами по себе. Сдерживая стон, Зонтик откинул голову назад, перед глазами маячила звездочки, все плыло. — Этого мало… — сдавленно протянул парень, разжимая зубы. Натянутая ткань футболки, скатилась складками вниз, снова накрывая тело. Буквально доля секунды и его снова обуздала дикая жажда, словно она и не пропадала вовсе. Помутненное сознание стало еще сильнее воздействовать. Вставая с кровати, Зонтик довольно тяжелым шагом направился в сторону выхода, опираясь то на тумбу возле кровати, то о дверной косяк уже на выходе, сопровождая все это сбивчивым, неровным дыханием. «Как лучше поступить? Может…нет…не хочу его тревожить, нужно спуститься вниз. Может получиться найти что-нибудь в аптечке. Попросить помощи у Куро…не знаю, хорошо ли это кончиться в таком случае. Вару, блин…» Он потянулся к дверной ручке, стараясь приложить усилий, но она вдруг открылась с другой стороны. Тем, кто, подстроил все это с самого начала. — А что это ты не спишь? — спросил Вару, опираясь рукой на проем, перекрывая путь. Его лицо затмила улыбка, такая противная, мерзкая. Она выдавала его с потрохами. — Твоих рук дело? — спросил Зонтик. Его красное лицо было видно даже без света, даже в такой темноте. Он почувствовал, как Пятый входит внутрь комнаты, закрывая за собой дверь. Как он приближается все ближе. Как дыхание становиться все горячее и громче. — Ты еще спрашиваешь? В этот раз доза куда обильнее, хочу проверить, что с тобой станет. Что? Станешь возмущаться? — жадный, ехидный смешок ударил о стенки ушной раковины, а после горячий язык прошелся по всей поверхности, лаская и прикусывая мочку уха. Ответа от Шестого не последовало, сейчас он принимал каждый шаг со стороны Пятого, будто так и должно было быть, а может просто пользовался тем, что сейчас сама судьба, дает ему возможность обуздать свое возбуждение. Пусть даже если это судьба и была подстроена другим. — Так и знал…- игриво прошептал Вару, отрываясь от Зонтика. Его горячее дыхание, опалило лицо, прислоняясь лбом к своему партнёру на эту ночь. Рука Пятого забиралась все дальше, лаская живот, что только сильнее становился горячее и предательски тянул вниз. Перемещая руки выше, к ребрам, будто пересчитывая их кончиками пальцев оставляя дорожки побелевшей плоти. Сжимая грудную мышцу, оставляя ногтями неглубокие отметины, заставляя Зонтика издать еще один сдержанный стон. — Когда ты…- не успел Зонтик договорить, как с его рта сорвался стон, от прикосновения руки на груди, что так безжалостно сейчас натирал соски. — Когда, что? Успел все провернуть? Мой гениальный план сработал, а подробности тебе знать не обязательно. Приятные ласки, что пересекаются с немного болезненными касаниями, создавали новый спектр ощущений, от чего разгоряченное сердце сильнее барабанило в голову. Такое странное ощущение. Будто сейчас то, как руки, губы, все действия другого существа, хочет поглотить, завладеть, жадно жаждут чужого разгорячённого тела, хотят забрать то, что по праву принадлежит только одному. Заставляя идти даже на такие ухищрения. Зеленные очки поблёскивали от света с улицы, что так предательски заползали в окна, освещая бледным светом помещение. — Вару — мягкий голос Шестого разрезал ансамбль звуков томного дыхание и легких стонов. Сейчас он звучал куда увереннее, куда решительнее. Наверное, почти также как утром. Рука Зонтика потянулась к чужому лицу, аккуратно приходясь по кудрям и душке очков. — Ты…что делаешь? — немного ошарашенно спросил парень, останавливаясь в моменте. Толстые линзы, медленно сходили с его переносицы, оголяя глаза, что оставались для всех, недоступны. Немного нервозно, Пятый хотел было возразить, отойти, чтобы не допустить такого. Но не успел. — В следующий раз снимай очки…целоваться…неудобно — томный разгорячённый шепот Шестого ударил в уши Вару, от чего непоколебимая стойкость кажется, пошатнулась. Нежно прикасаясь к чужим губам, Зонтик языком, прошелся по ним, завлекая в поцелуй Пятого. Его руки обвили плечи, не давая возможности отстраниться ни на милю. Его разум настолько затуманился, что казалось сейчас, он вообще был не в силах себя контролировать. Настолько, что замечая столь удивленное лицо клона, мельком, ехидная улыбка проявилась на лице, продолжая ждать отклика от Пятого. Язык Вару, проникал в полость рта, так по-хозяйски, агрессивно, так свойственно только ему, взял на себя инициативу. Обследуя каждый сантиметр, лаская чужую плоть внутри, не давая ни секунды на передышку. Заставляя Зонтика задыхаться, закатывать глаза, скулить в поцелуй. Тела соединялись, сердца стучали в унисон. Наконец отстраняясь, Зонтик обмяк в руках Пятого, его трясло, словно лихорадило от возбуждения. — Ты, что в себя поверил? — забирая очки из рук Зонтика, Вару только хотел было надеть их обратно, но единственно, что он успел это упасть на кровать, от толчка Шестого. Это было неожиданно, даже не успевая выставить руки назад, чтобы хотя бы сесть, но только не лечь. — Эй! Погоди! Что ты, твою мать, творишь? Оказываясь снизу, зеленные глаза парня, уставились на Зонтик. Наблюдая и чувствуя каждый импульс и дрожь тела. Шестой никак не мог найти себе место, тихо скуля от каждого движения на бедрах Вару. Его взгляд был таким запыленным, неясным, он старался уловить эмоции, понять выражение лица. — Я все сделаю сам, ты ведь этого хотел…полежи, пожалуйста, смирно — вместо разумной мысли, Шестой примкнул к шее Вару. Горячий, влажный язык прошелся по мышцам, огибая каждую из них. Тянущее, мягкое, почти незримое чувство, заставляя тело Пятого вздрогнуть и даже напрячься. Неумело, рвано, но с таким звериным желанием, Шестой все никак не хотел отпускать и прекращать ласки. Оттягивая ворот футболки, язык мягко перешел на ключицу, покрывая поцелуями все пространство. Ему хотелось как можно быстрее получить желаемое, однако не сейчас, точно не сейчас. «Сука, он точно не в себе! Кажется, я переборщил. Твою мать, я лишь хотел проверить, как поведет себя тряпка и…поразвлечься само собой» Приподнимая чужую одежду, нежные поцелуи спускались все ниже, с каждым разом, наполняя тело приятной дрожью и теплом ниже живота. Мягкие, нежные, страстные поцелуи спускались все ниже, пока голове Зонтика пока не оказались напротив уже во всю стоящего органа чужого существа. Не церемонясь, Шестой оттянул боксеры. К его лицу тут же примкнула горячая плоть, казалось, от нее исходил словно пар, а может его голова уже совсем не работала. Открывая рот, опаляя дыханием член, влажный язык прошелся от самого основания, до головки члена, смыкая губы, заглатывая дальше, заставляя Пятого, наконец, оставить линзы. Не отрывая глаза, ошарашенно наблюдая за тем, что происходило внизу. Приятная жажда застряла в горле, сбивала дыхание, обволакивал все тело. Язык внутри окутывал теплой слюной головку, посасывая, заставляя Шестого от движения причмокивать. В какой-то момент желание выдавливать из Зонтика слезы, отступила. Ударила по тормозам. Вару хотел развлечься, сделать дело и уйти, оставить Шестого в его мирке, где главенствовала тревога и печаль, чтобы она оставалась и дальше. Чтобы Зонт не думал, что фигура Пикового короля может его спасти. Насалить за утро, оставить осадок, шрам, если потребуется. Но сейчас, тебя обслуживает возбужденный от макушки до пят предмет твоих же шуток и подколок, словно выражая благодарность за все. Еще и таким, вульгарным способом. — К черту… — тихо произнес Вару. Он не планировал сдаваться. По крайней мере, нужно было действовать, так, как не действовал никогда. Звуки внизу становились все развратнее, скопившаяся слюна скатывалась вниз. Зонтик стал двигать головой куда активнее. Он чувствовал, что внутри пульсации от его стимуляций увеличивались, вены на плоти становились все больше раз за разом. Вару тяжело дыхал, иногда с его губ срывался стон вперемежку с неясным рыком. Чужая рука зарылась в волосы, грубо хватаясь, насаживая на член, пробиваясь дальше в глотку, заставляя сглатывать на ходу. Казалось, давление внутри ничего уже не могло сбить. Внутри так тесно и влажно, заставляя срываться стоном, от каждого движение, заставляя Зонтика задыхаться и возбужденно мычать. На его глазах показались капельки слезинок. Больно, грубо, но от звуков, от чужих горячих стонов, от самого ощущения пустых легких, от головокружения, глаза закатывались. Движения Вару становились все активнее, рванными, импульсивными, он сам поддавался бедрами вперед, заполняя и так узкое пространство внутри. Еще немного, пара толчком и член начал пульсировать где-то глубоко внутри глотки. Сдерживая приятный для ушей стон, Вару встряхнуло, скрутило в эйфории. Зонтик хотел было отстраниться, но Пятый этого сделать не дал. Его рука только сильнее взяла голову Шестого, натягивая до самого основания, до самого конца, целиком и полностью. Он рвотного рефлекса, движение стенок горла становились уже, что только сильнее заставляло Пятого, тяжело дышать и кончал все дальше. И только после этого Зонт, наконец, смог отстраниться. Покрытый струйками слюны, наконец, горячая плоть покинула рот. Шестой закашлялся, его горло расширилось и сейчас сильно жгло, а вкус спермы, словно ты проглотил тюбик зубной пасты, все еще оставался на языке. Вару прикрыл глаза, приятная дрожь разливалась по всему телу. Такие чарующие расслабление, будто сейчас не существует ничего, только немного сбивчивое дыхание и желание сладко уснуть. Тем более и кровать под боком, да пусть и чужая, но, так или иначе, кровать. «Эй, в себя приди, ты вообще-то за другим делом пришел» — это мысль проскочила в голове, заставляя Пятого приподняться на локтях. Шестой неловко смотрел на Вару, потирая предплечье, его личико снова покрылось румянцем, но все равно вопрошающе поглядывал. Словно просил еще. Так сказать, взаимовыгодные отношения. — Быстро учишься! Ну, бывай! — не сдерживая подколки, ответил Вару. Нет, что-что, а делать то, что хочет Зонтик он не будет, что уж говорить. Вару уже хотел было привстать с кровати, уйти, но так же как и в первый раз, его отпихнули обратно. Кровать под этим диким всплеском протрещала. Зонтик дрожал, его жгло жаром все обильнее. Зрачки обильно расширились, тяжелое дыхание не давала нормально произнесли и слово. Сердце билось в истерике, пока внизу все болезненно тянуло. Настолько, что снова садясь, на бедра Пятого он прогибался, старался хоть и незаметно, но хоть чем-то себе помочь. Шестой смотрел на Вару, так же как и до этого только куда взволнованно, просто так тот его отпускать тоже был не намерен. — П-погоди…ты так и уйдешь? — мямля произнес Зонтик, для каждого слова приходилось собираться с мыслями и силами. — Пфф, ну я сделал уже что, хотел, какой смысл мне оставаться ради тебя? Потому что у тебя член сейчас взорвется? Или потому что у тебя жопа пустует? — игриво произнес Вару, его рука прошлась от колена до бедра, обхватывая одно из полушарий ягодиц. От высокой чувствительности, Зонтик сдавленно выдохнул воздух. — Вару…пожалуйста. Я, правда, больше не выдержу… — А мне казалось, ебарь у тебя уже есть, разве нет? — Н-не х-хочу его тревожить сейчас… — от этого Вару чуть недовольно цыкнул. «Не хочет тревожить…тоже мне. Но ничего, я сделаю, так что меня ты будешь тревожить постоянно» — гаденькая улыбка свидетельствовала, о плане, что, наконец, созрел в этой умной голове. — Может быть, тебе стоит попросить меня хорошенько? И тогда я подумаю. Отсос конечно дело хорошее, но этого мало — рука Вару прошлась по чужой шее, опуская ниже заставляя прогибать поясницу, выпячивать ягодицы все сильнее. Создавая и без того развратный вид. Приятный, игривый голос Пятого, заставлял закатить глазки, прикусить губу. От предложения начинали наливаться щеки, внутри все дребезжало. Шестой замялся. Произнести такое вслух тяжело, его глаза метались из стороны в сторону, все никак не решаясь, ища любую поддержку, если бы таковая была. Шаловливая рука продолжала свое путешествие по телу. Приходясь по спине, заставляя мурашки пробежать выше. — В-вару, пожалуйста, вставь внутрь… — собираясь, тихо произнес Зонтик. Он хотел было опустить голову вниз, чтобы не смотреть в глаза Пятого. Прекрасно понимая, что там не обойдётся без гадкой ухмылки. Но взяв за подбородок шестого, Вару оставил его голову на месте. Не каждый день увидишь, как тебя вопрошают таким образом. Нельзя упустить такой момент из памяти. — Ммм, нет, не то, давай что-нибудь другое, желательно в подробностях. Ну, что же ты хочешь от меня? — В-вару, пожалуйста…я хочу чтобы ты… — стыд съедал все слова, не давая возможности сказать все так есть, чем только сильнее будоражил все внутри. — Чтобы я что? — приятный шепот отдал в уши. — Чтобы ты…т-трахнул меня. — Ладно-ладно, тряпочка. Открой ротик — покорно выполняя приказы своего собрата, Зонтик открыл рот, принимая чужие пальцы внутрь, обволакивая их слюной, как можно обильнее. От такого ощущения внизу все сдавливало, а терпения уже совсем нахватало. Шестой продолжал ерзать на бедрах. Вытаскивая пальцы, рука прошлась до пышных ягодиц, опуская ниже и мягко массируя анальное кольцо, пока не заходя внутрь. Только касаясь, только начиная растягивать проход. Звуки мокрого тела в том месте, заставляли Пятого закусить губу. Эта дырочка должно его ждала, а вместе с тем там может быть очень и очень узко. «Не могу больше!» — только рука Зонтика хотела потянуться, чтобы дать себе разрядку еще раз, как его руки тот час же перехватили, не давая ни секунды расслабления. Улыбка Вару стала еще шире, еще больше показывала свои намерения. Притягивая тело к тебе, Зонтик уперся лицом в плечо, продолжая жалобно скулить. Его бедра подрагивали от прикосновений, давление в голове сказало, бросая то в жар, то в холод. Ощущая каждой клеточкой тела, Зонтик чувствовал, как пальцы проходят дальше. Как стенки растягиваются, словно засасывая внутрь все до самого основания. Было больно, боль заставляла даже жмуриться, сдерживать себя, сжиматься все больше. Но одновременно с этим такой приятный импульс сейчас пробивал все тело. А от мысли, что боль рано или поздно стихнет, заставляли потерпеть. Однако вместо резкой растяжки странно для себя Зонтик ощутил довольно мягкие, нежные движения. Сначала один, потом второй палец, долгая протяжная растяжка. Вару знал, что он делает. Ощущая внутри простату, он не старался как можно сильнее ударить по ней, как сделай бы до этого. А мягко поглаживал этот странный бугорок внутри, заставляя все тело Зонтика дрожать, а член обильнее выделять смазку. — Б-быстрее…прошу. — Мы не можешь торопиться Зонтик, иначе будет больно, разве ты не знаешь? — игриво протянул парень, держа за голову Шестого, чтобы тот не дергался. — Я не могу больше…слишком медленно — дыхание парня сбивалось, не давала даже немного сбавить темп биения сердца. — Ты бы хотел, чтобы с тобой обращались как можно грубее? Как-то…так? — резкий толчок, отдал в простату. Пальцы грубо зайти до самого основания. А все тело пришибло, словно насквозь. Наконец-то такое долгожданное чувство заставило Зонтика все же издать протяжный стон, отдаться приятной судорогой. Распахнуть глаза, ловить звездочки перед ними. Хотелось большего, как можно быстрее. Хотелось принять в себя, больше, сильнее, грубо, только бы заполнить пристрастно внутри и снова получиться этот сладкий разряд током. — Ооо, какая хорошенькая реакция. Но больше так делать нельзя, мы же не хотим, чтобы от тебя ничего не осталось, а с таким нежным телом, нужно обходиться осторожно. — Черт…хватит, пожалуйста! — Я же ради тебя стараюсь, Зонтик, я должен быть к тебе как можно нежнее, чтобы не повредить тебя — на лице Шестого начали проступать слезы, он беспомощно скулил, двигал бедрами по направлению к пальцам, что уходили от него, стараясь хоть немного успокоиться. Но внутри, кажется, все уже перевернулось вверх дном. Голова гудела, а тело безжалостно просило, заставляя слезы стыдливо, истерично выходить из глаз. — В-а-ару — жалобно протянул Шестой, упираясь носом в подушку, скулеж и всхлипы звучали как услада для ушей провокатора. Это отличалось от того что он любил делать, однако это ничуть не хуже. Когда твое имя тянут, жалобно прося сделать приятнее, когда в тебе нуждаются, когда выполняют твою волю, какую бы ты гадость не сделал, все это, примут, так есть, заставляло Вару только сильнее провоцировать Зонтика. Это продолжалось еще, какое-то время, всхлипы не прекращались, становись то громче, то тише, стоны, дерганье, дрожь, судороги, сильные спазмы в животе не давали покоя, но никогда не прекращались. Пару раз Зонт уже был на грани, чтобы, наконец, кончить, выпустить пар, хоть немного, но Вару, знал что, делал. То, ускоряясь, то замедляясь, растягивая дырочку, он не давай возможности расслабиться. Держал тело Шестого, словно на мушке, доставляя ему одновременно и мучения, и просто неописуемое наслаждение. — Ну, так что? Мне войти? — долгожданные слова, наконец, то прозвучали, давая возможность Зонтику, выдохнуть. — Д-да… — Я буду очень нежен… — теперь уже Пятый был сверху, устраиваясь поудобнее между ног, раздвигая их. Он провел членом по дырочке Шестого, мягко касаясь этого узкого кольца, что сейчас хотело как можно глубже заглотить плоть внутрь. Тяжелое дыхание и предвкушение только сильнее заставляли обильно хватать воздух тела под ним, прикусывая губу. Голова ходила кругом, больше не было сил ждать. Резкий толчок внутрь, разрезал стенки словно масло. В одно мгновение все пространство внутри заполнилось, начало давить в разные места, пульсировать, сдавливать. Член с грубой силой прошелся по простате в одно мгновение, заставляя схватиться за живот и наконец, излиться на него же. Прикрывая рот руками, Зонтик зажмурился, продолжая чувствовать, как кажется, вся жидкость выходит наружу. Наконец то, долгожданная разрядка. Перед глазами все плыло, в голову гудело, а ловить чужие взгляды выходило с трудом. Как печально, что это было лишь мгновение. Жар, спазмы, судороги, снова вернулись. Его член стоят так же как и до этого, все никак не давая покоя плоти. — Вот так, ну что, надеюсь тебе достаточно комфортно тряпка? Я достаточно нежен? Чувствуешь напряжение внутри? — мягкие, странные движения внутри, заставляли тело выгибаться навстречу, стонать от каждого толчка. Чувствительность только сильнее мешала, мешала всему, думать, делать, даже отвечать. Положив руку на живот, Вару надавил на него, ощущая свои же движения. Как внутри развратного тела становиться еще уже, как горячее нутро принимает его, заглатывая внутрь. — В-вару, пожалуйста, я с ума схожу… — Да, от меня все с ума сходят — самодовольный смешок прошел вместе с глубоким толчком внутри. Вару продолжал двигаться, смотря на то, как шестой закатывал глазки, как трясся, как закусывал ткань зубами, чтобы не издавать звук, как его член снова наливаться смазкой. Но этого было мало, слишком мало. Продолжая двигаться, Вару потянулся за бутылкой воды, что стояла на тумбочке. Хватая и открывая, жидкость попала в горло, наконец, давая сухости пропасть. Рука Зонтика также потянулась к ней, но его действия, быстро прекратили, снова резким толчком, что не давал даже согнуться или еще раз приподняться. — Куда руки тянешь? Это только для меня или ты хочешь в таком состоянии до утра пробыть? Так ты точно станешь заметным. «Пробыть до утра в таком состоянии…» — теперь все стало ясно, откуда ночью появилось, такое желание и когда Зонтик принял порошок. — Вода? Но я не почувствовал вкуса. — Ну конечно ты бы не почувствовал, по секрету скажу, если не хочешь попасться на порошок в следующий раз, мятную пасту не используй. Притупляет рецепторы. — довольный собой клон, почувствовал прилив сил, отбросил бутылку в сторону, снова обращая внимание на тело внизу. Тугие стенки сжимали плоть внутри, пульсации нутра увеличивались. От того как было узко, невольно стон вырывался наружу со скрипом зубов. Но больше всего ему нравился вид внизу, а именно то, как Зонтик жаждал еще, как можно скорее. «Нужно его подразнить» — язвительная шаловливая улыбка появилась на лице парня. — Я могу еще очень и очень долго оставаться нежен, если потребуется. Ты же такой хрупкий, будет плохо, если кто-то будет грубо вдалбливаться в тебя со всей силой, оставлять укусы, хватать за волосы и накачивать тебя до отказа, ты так не думаешь? — Рука Вару прошлась по волосам, его толчки стали резче, но не сильно, чтобы не давать Зонтику слишком сильно расслабляться. — З-замолчи! — От каждого пошлого слова Зонтик сжимался все сильнее. Его сердце билось все чаще, пульсации в груди отдавали в пах и голову, меняя то одно место, то другое. — Может тебе, стоит занять и это дырку тоже? Ты так часто ее открываешь, будто тебя расстраивает, что она пустует — переключаясь с волос, Вару прошелся по щеке, останавливаясь на открытых губах, что нещадно ловили воздух сейчас, проводя большим пальцем. Парня начало накрывать, все больше и больше. Его движения стали неровными смазанными, но сейчас и не нужна была особая точность. Только движение, только звериные инстинкты и не более того. Точнее более было уже не нужно. Чувствительность росла, заставляя набирать скорость. — Это уже слишком… — наконец ответил Зонтик. — Да ну? — Вару приблизился к ушам, отдав их горячим воздухом — А может быть нам с Пиком стоит отрахать тебя вдвоем, Зонтик? Наверное, это пиздец как приятно, знать, что двое парней хотят тебя на куски разорвать. Нам втроем точно больше не будет скучно. Зонтик вспыхнул, как, наверное, никогда не вспыхивал, замирая в тот же момент. Разные пошлые образы расползались по мозгу, заполняя его, оседая внутри, стуча перепуганным ритмом. — Н-нет… — Я чувствую членом, как ты сжимаешься только от моих слов. Таким узким ты еще никогда не становился. Толчки становились все активнее, грубее, глубже. Пятый прижался вплотную, от афродизиака срывало башню. Шлепки по коже расходились по комнате, пот скатывался по лицу и телу, снова наполняя комнату запахами. Таким сладкими, заставляя двигаться еще сильнее, еще глубже, заполнить до краев, сделать как, чтобы на теле Зонтика и живого места не осталось. — Это не т-так! — голос Зонтика дрожал, прерывался, от движений, что заставляли сбивать дыхание. Кровать прогибалась от движения, начиная скрепить. Резким движением Вару свел ноги Шестого, опуская их себе на плечо, обхватывая их руками. И без того узкое пространство стало куда уже, заставляя Вару закинуть голову назад. Чувствуя, как внутри становиться еще приятнее. — Не строй из себя невинного, тебе больше это не к лицу. Особенно после того как представлял себя тройничок, где ты будешь главной дыркой всего вечера. Резким движением плоть покинула Шестого, грубые руки, подняли его на ноги. Зонт дрожал, ноги подкашивались. Он хотел было вопросительно посмотреть на Вару, но не успел. Вдруг земля под его нестоящими ногами пропала, сильные руки другого клона держали Зонтика над землей. Чтобы не упасть, Шестой обхватился руками за плечи, прижимаясь ближе, чувствуя чужое тепло, тело, что начало разогреваться. Зонтик почувствовал резкий удар о стену и как в этот момент член входит внутрь, он все еще оставался на руках. Толчки становились все злее, агрессивнее, Вару был словно в припадке, словно сам не свой. Он оставлял засосы, метки, укусы, совсем не думая, о том, что ему влетит от кого-то. Сейчас он думал только о том, как же хорошо прорывался внутрь Зонтика. Как приятно чувствовать, что его собственность, все еще находиться в его власти. В какой то момент этого жаркого процесса, два взгляда встретились. Зеленные глаза, светились в темноте, проникали прямо в душу, заставляя заворожённо смотреть на них, покуда не устанешь. «Такие красивые…» — вдруг понеслось у голове парня, обрывая зрительный контакт. В какой то момент стало неловко, вероятно, медленно но, он стал приходить в себя. — Не закрывай глазки. Я хочу видеть, как тебя прёт от одной мысли, что твои дырки заполняю одну за другой — в этот момент Вару сам подписал себе приговор. И без того буйное воображение, всеми своими фибрами направляла импульс в тело, заставляя Шестого снова наполняться трепетом. Дрожь прошлась от груди до паха, снова выпуская густую субстанцию. От такого внутри, все сжалось настолько, что еще чуть-чуть и член бы лопнул в одно мгновение. — Сука-а — протянул Вару, впечатываясь зубами в ключицу Зонтика, не сдерживая ни единого стона. Член внутри начал наливаться кровью уходить все дальше и глубже. Семя разливалось внутри, заполняя тело, заходя пульсациями в самую сладкую часть. Такое приятно чувства тепла внутри, что невольно не хочется отпускать столь желанную дырку для кого-то одного. — П-пора заканчивать…больше не могу… — выходя из Зонтика, соблазнительный вид Шестого все никак не хотел покидать сознание. Растрепанные волосы, туманный взгляд, тяжелое дыхание, все его тело было искусно украшено отметками, по бедрам скатывались струйки семени. — Все только начинается, Зонтик — язвительная ухмылка снова замаячила на лице.