Глава 3 Животное

             — Ладно, и что теперь? — спросил Харли, покачивая свою младшую сестру, чтобы она успокоилась. В этом он был не настолько хорош, как Питер, но он все же был братом Морган и был обязан это делать.              — Я не знаю, — Роуди тяжело вздохнул. — Если бы мы пытались доказать, что что-то произошло, то это было бы гораздо проще. Мы можем попробовать отправить им видео с камер наблюдения, но это будет материал за целый год, не считая времени до усыновления Питера.              Пеппер покачала головой и закрыла лицо руками              — Какие у нас есть ещё варианты?              Роуди покачал головой.              — Ну, у нас запланирован просмотр нашего послушного списка, но я не знаю, насколько это может помочь, но это обязательно. Больше мы ничего не сможем сделать.              Харли откинулся на спинку стула, крепко держа Морган в своих объятиях.              — И когда оно?              — Скорее всего, мы сможем получить результаты в конце этой недели, — ответил Роуди не скрывая своего неудовольствия.              — В конце? — Харли вскочил на ноги и было начал вскидывать руки вверх, но быстро вспомнил, что держит ребенка. От резких движений Морган заплакала, и Харли с испуганным выражением лица передал ее Пеппер. Только когда он больше не держал на руках свою младшую сестру, Харли воспользовался моментом. Он развернулся лицом к Роуди. — В конце недели! Прошло уже пять дней с тех пор, как они его… что бы это ни было!              — Мы знаем, но надеемся, что его поселят в хороший групповой приют, пока мы не получим разрешение общаться с ним. По крайней мере, тогда он будет… счастлив… — Роуди замолчал, а затем вскинул руки вверх: — Да кого я обманываю? Где Тони, мне нужно его проверить.              — Он все еще в своей лаборатории, — ответила Пеппер, глядя на дверь. Ее муж постоянно находился в своей лаборатории с тех пор, как их обвинили в домашнем насилии. Казалось, он думал, что пока он работает, ему не придется думать о том, почему он работает… в конце концов, он был гением и механиком. Он наверняка мог бы найти способ это исправить.              Верно?              Тони вздохнул и отодвинулся от стола, сдвинув кресло на колесиках лицом к другому голографическому экрану.              Он работал уже несколько часов.              Вернее, дней.              И он ничего не добился.              Заберите костюм, бизнес, деньги, и кем он будет?              «Отцом, — прошипел ему кто-то в глубине души. — Разве это не самый важный титул?»              И Тони бы согласился.              Но люди, которые не заслуживают этого звания, теряют его. И он был на одного ребенка ближе к лишению этого титула.              Тони знал, что в какой-то момент ему придется покинуть лабораторию. Или, по крайней мере, пусть к нему придёт хоть кто-то. Ему нужен был взгляд со стороны и другое восприятие. С посторонней помощью работать было бы проще, и он знал, что все делают все, что могут, чтобы помочь снаружи. Но, возможно, пришло время впустить их.              Тони встал и протестующие выпрямился. Он постоянно был на грани приступа паники, но знал, что ему нужно держать себя в руках.              Надо держаться, надо держаться. Ради Питера, Тони, ты не должен расклеиваться…              Тони вышел из лаборатории, намереваясь найти кого-нибудь. Кого угодно. Ему нужны были новые версии. Дела становились всё более и более тёмными и запутанными. Как бы глубоко он ни копался в правительственных файлах, ему не удалось найти никаких официальных документов, содержащих информацию о местонахождении Питера или его временного опекуна.              Он не мог представить худшего сценария развития событий. Пока не мог.              Но он был — был и он не мог это остановить. Ради всего святого, он был отцом, и ничто не могло остановить его беспокойство, кроме как живой и невредимый сын в своей комнате.              Только тогда он сможет успокоиться.              По крайней мере, до тех пор, пока кто-нибудь из его детей снова не сделает какую-нибудь глупость.              — Тони!              Тони поднял глаза и увидел не кого иного, как Стива Роджерса, бегущего к нему с обеспокоенным взглядом.              Тони знал это выражение.              Волнение. Беспокойство.              Что еще могло пойти не так?              — Что случилось? — немедля спросил Тони.              — Тони, ты знаешь, что Питер важен для всех нас, поэтому я просто перейду к делу. Я считаю, что нам стоит прекратить поиски Питера в детских домах и интернатах, — сказал Стив, немного задыхаясь от волнения. — Посуди сам. Если бы он был в детском доме, то его бы видели на камерах или он был бы упомянут в каком-нибудь документе. Я… у меня есть теория. Даже если она маловероятна, это более реально, чем то, что его отдали в настоящую государственную организацию. Как я уже говорил, если бы это произошло, были бы доказательства, верно?              — Я тебя слушаю… — ответил Тони. В конце концов, именно этого он и хотел: новых теорий, свежего взгляда, но у него было плохое предчувствие, что это будет не в пользу его сына.              — Я думаю, его забрали те самые соцработники, которые забирали Питера из школы. Не знаю куда, но если мы выясним, кто они, то, возможно, найдем зацепку. Я не верю, что они отвезли его туда, куда обещали. Честно говоря, я думаю, что вполне возможно, что они даже не настоящие соцработники.              Тони кивнул, соглашаясь с теорией Стива. Он молча стоял, прокручивая в голове его слова снова и снова.              Это имело смысл. И даже если это было ужасно, лучшее с чего они могли бы начать — это с самого начала. Узнать о них побольше не помешает…              — Давай сделаем это, — согласился Тони, потирая лоб. У него была нескончаемая головная боль, которая, казалось, становилась только хуже с каждым часом. Весь выпитый кофеин, вероятно, тоже внёс свою лепту.              Стив кивнул, и Тони последовал за ним по коридору в личный кабинет Пеппер.              Войдя в комнату, кто-то мог подумать, что здесь собралась какая-то учебная группа. Книги, бумаги и файлы были разбросаны по полу, а люди заняли почти все свободные стулья. Все сидели и просматривали всевозможную информацию, иногда наклоняясь, чтобы указать кому-то на что-то. Но на самом деле многие Мстители присоединились к Пеппер, Харли и Роуди в офисе, чтобы помочь всем, чем могли.              Тони не мог не почувствовать, как его захлестнула мягкая волна нежности. Они действительно заботились о его сыне и собирались сделать все возможное, чтобы вернуть его домой.              Глаза Тони сверкнули в благодарной улыбке.       

_____________

      Глаза Питера медленно моргнули.              У него болела грудь.              Болела голова.              Руки болели. Питер понял, что у него всё болит.              Также было холодно.              Он застонал и попытался перевернуться, надеясь также натянуть на себя одеяло.              Громкий лязг, и руки Питера замерли над ним.              Он снова потянул.              Ничего.              И в тот момент Питеру стало интересно. Он быстро проморгался и начал осматривать комнату…              Его руки были прикованы над головой к цепи, свисающей с потолка. В комнате было темно, и его глазам потребовалось довольно много времени, чтобы привыкнуть к темноте, но, вскоре, он всё же смог ясно увидеть, что в ней полностью отсутствовала мебель. Только простая белая комната с ним и цепью.              Он потянул еще раз и обнаружил, что не может разорвать цепи или наручники.              Вибраниум.              Или…              Питер попытался вспомнить свое похищение. Воспоминания были не совсем четкими, но всё же он смог понять, что произошло. Он вспомнил, как резко стало тихо, как он ничего не чувствовал, как был недостаточно быстр и не смог отбиться от похитителей…              Тогда у него не было его способностей.              Питер снова потянул за цепь, пытаясь встать.              Как и сейчас.              Над ним внезапно включился свет. Питер насторожился и резко вскинул голову вперед.              Холодная металлическая дверь открылась, и внутрь вошел мужчина.              У Питера перехватило дыхание.              — Госсекретарь Росс?              Мужчина улыбнулся ему. Возможно, улыбка подразумевалась как дружелюбный жест, но выглядела она более угрожающе и враждебно. Возможно, это было как-то связано с тем, что он был первым человеком, которого Питер увидел после похищения.              — Что вы здесь делаете? Где мы? — спросил Питер, с трудом поднимаясь на ноги.              Росс выпрямился и посмотрел на Питера. Что-то в его глазах подсказывало Питеру, что этот человек привел его сюда не с добрыми намерениями.              — Как ты себя чувствуешь?              Питер тупо смотрел: — Что?              Росс поднял брови: — Как ты себя чувствуешь?              — Я… — Питер растерялся. Не просто растерялся, а пипец как растерялся. Чего он хотел от него? — Эм… ну, я в порядке. Вроде как…              Его силы ушли, и он паниковал, но Россу не нужно было это знать.              — Твои силы вернулись? — спросил Росс.              «Он в курсе или он просто странный?» — слегка паниковал Питер. — Я… что? Какие силы?              — Не притворяйся дураком, Человек-паук. Я всё знаю, и никакие твои слова не смогут меня переубедить. Повторяю свой вопрос. Твои. Силы. Вернулись? — он сплюнул, наклонившись в опасной близости к подростку.              Питер сердито посмотрел на мужчину: — Нет.              — Верно, — Росс отстранился, собираясь с силами. — Всё так, как и должно быть.              — Почему я здесь? — спросил Питер.              Росс усмехнулся, покачав головой.              — Это, — Росс размахивал вокруг белой клетки, — это то, что происходит, когда ты нарушаешь закон. Когда ты выставляешь это напоказ перед властями, когда ты используешь свою силу против людей…              — Я помогаю людям! — крикнул Питер. — Я причиняю вред только плохим парням и преступникам!              Росс потянул за какой-то рычаг, и цепи, удерживавшие Питера, внезапно дернулись вверх, тем самым потянув его выше. Его плечо охватила боль от внезапного напряжения, а его ноги беспомощно повисли над полом.              — Ты нарушил закон, — прошипел Росс.              — Я помогаю обеспечивать соблюдение закона!              — Ты ничего не делаешь, чтобы помочь!              — Это вы так считаете! — крикнул Питер, — Соблюдение Заковианского договора не только скомпрометировало Мстителей и в конечном итоге разорвало их на части, но и сделало невозможным жизнь улучшенных людей в безопасности!              — Улучшенных. Ты мутант, а не улучшен, — выплюнул Росс.              Питер разочарованно покачал головой, заставив себя слегка раскачиваться из стороны в сторону.              — Хорошо, мутант! Мы все еще люди, даже если немного другие.              Росс внезапно рявкнул: — Ты видел свою ДНК? Сомневаюсь, что ты человек.              — Я человек, я живой, дышащий…              — Такие, как ты представляют опасность для общества. Ты не человек.              Глаза Росса прожгли барьер фальшивой уверенности Питера, заставляя его чувствовать себя уязвимым, грязным…              Как животное.              И с этими словами Росс вышел из комнаты, захлопнув дверь и заставив его поморщиться.              Оставив его висеть на цепях посреди комнаты.              Животное.       

_____________

      Каблуки застучали по длинному, хорошо освещенному коридору «Старк Индастриз».              Она никогда не думала, что окажется здесь.              Никогда не думала, что ей понадобится помощь для чего-то подобного.              Никогда не думала, что ей придется выйти из укрытия.              Женщина толкнула две большие двери и вошла в личный кабинет Пеппер Поттс.              Столько взглядов в её сторону и все одновременно.              Мстители.              Стук…              А потом они поднялись на ноги и спросили ее, кто она такая, чем занимается, и «Как ты прошла охрану?»              Она ждала, пока все успокоятся, а ее темные глаза скользили по каждому человеку.              Постепенно шум утих.              Она глубоко вздохнула, повернулась к Пеппер и Тони.              — В настоящее время я временный опекун вашего сына Питера Паркера-Старка.              Резкий вдох.              — С ним все в порядке? — тут же спросил Тони, выходя вперед.              Пауза.              — Его забрали, — ответила женщина.              — Что значит «забрали»? — резко спросил Тони.              — В мой дом ворвались, а его похитили.              Пеппер нахмурилась, стиснув руки.              — Как его похитили? Мой сын остался на вашей попечении, и его похитили? Как давно?              Женщина покачала головой, на ее лице появилось напряженное выражение беспокойства.              — Четыре дня. Мы думали, что сможем его найти. А потом мы узнали, с кем имеем дело и где он находится…              — Вы… вы уже нашли его? Где он? — голос Тони стал громче. Он был близок к истерике. Как, черт возьми, это произошло? Это должно было быть отличным доказательством того, что Питер должен быть с ним. Только они могли его защитить. — И кто, черт возьми, его забрал?              — Таддеус Росс, — ответила женщина, сморщив нос от отвращения.              Внезапно единственным шумом в комнате стал работающий вентилятор и жужжание лампочки.              — Этот ублюдок, — зарычал Тони себе под нос.              — Вы думаете, что это он прислал фальшивое заявление о насилии? — спросила Наташа, обращаясь к группе. — Думаете, он сделал это для того, чтобы отделить Питера от нас?              Все знали, что она права.              Таддеус Росс, который провел большую часть последней встречи за написанием новых соглашений и жаловался на линчевателей и на то, что они приносят больше вреда, чем помощи.              Таддеус Росс, который настаивал на том, чтобы Человек-паук раскрыл свою личность и подписал соглашение.              Таддеус Росс, который лично угрожал Человеку-пауку, когда тот отказался, гарантируя, что больше отказа он не примет.              Таддеус Росс сдержал свое обещание.              У Таддеуса Росса был Человек-паук.              Питер Паркер.              — Как мы можем быть уверены, что можем вам доверять? — спросил Баки.              Женщина пожала плечами.              — На самом деле я собиралась попросить вас связаться с парой человек в качестве гарантии, и это также докажет, что мне можно доверять. Я прошу вас позвонить моим старым друзьям Шури и Т’Чалле. Они будут знать, что делать.              Все замерли. Это было амбициозное заявление. И то, что они могли бы легко её раскрыть, если бы её заявление оказалось бы ложью…              Тони взял телефон: — Как вас представить?              Женщина откинула темные волосы с лица и кивнула.              — Белла Руссо.