Ты хочешь стать свободным? (возвращение в дом детства)

      Меньше всего Тейт хотел возвращаться в семейный дом. Последнее место, где он планировал быть — скрипящий половицами особняк, который был старым ещё при его рождении. По крайней мере, именно таким запомнил Тейт дом с детства.       И тот его не разочаровал. С порога дохнул ароматом затхлого дерева и чего-то сухого — если бы у пыли был запах, он был бы именно таким.       С унынием Тейт разглядывал тёмную прихожую, за которой мутно виднелись прямоугольники света из раскрытых дверей комнат. Вздохнув, Тейт опустил руку с зажатым ключом и шагнул внутрь. Рюкзак оттягивал плечи, но расставаться с ним Тейт не был готов. Тот был символом свободной жизни, которая не имела ничего общего со старым домом с отслаивающимися обоями.       Домом детства.       — Там полно антиквариата, — практично заметил юрист. — Да и сам особняк стоит кучу денег для тех, кто интересуется старинными домами. Его мрачная история добавляет очарования. Главное ведь, там никого не убили.       Из юридической конторы Тейт выскакивал пулей, плохо соображая, поэтому не успел даже как следует подумать о том, куда едет, и вот он уже на пороге особняка и входит внутрь.       Здесь давно никто не жил, по крайней мере, постоянно. Тейт уехал сразу после школы, поступив в колледж, бабушка тут никогда не жила. Она давно болела, поэтому известие о её смерти не удивило Тейта — зато удивил тот факт, что семейный дом она оставила именно ему. Вроде были ещё родственники, да и дядя, с которым Тейт иногда созванивался… но бабушка оставила всё ему.       У юриста Тейт почти ожидал условий или ещё чего-то вроде того, что видел в фильмах, но он просто вступал в наследство и владение домом.       — Я не хочу, — выпалил Тейт. — Не хочу.       Тогда юрист практично рассказал об антиквариате и цене на дом. Тейт тут же согласился его продать, он не хотел даже бывать в тех стенах.       Но вот он здесь.       Закрывать дверь Тейт не стал, даже оставил её приоткрытой. Прошёл по скрипящему полу, заглядывая в комнаты. Всё осталось ровно таким, как он помнил, даже вечерний свет сквозь занавески ложился на диван точно так, как отпечаталось в памяти.       Этот диван Тейт обожал. Как и солнечное тепло, когда оно касалось его щеки. Жаль, чаще оставался в своей комнате.       Остановившись в нерешительности у лестницы, Тейт крепче сжал лямки рюкзака. Если он не поднимется в свою комнату сейчас, то не сделает этого никогда. И, возможно, всю жизнь будет жалеть.       Как все эти годы колледжа мучился вопросами, что же на самом деле произошло в тот вечер? Что он видел? Было ли это правдой или разыгравшимся воображением одинокого, уставшего мальчишки?       Как на самом деле исчезли его родители?       Ступеньки скрипели, насмехаясь, но Тейт их не слушал. На втором этаже было всего одно окно в конце коридора, которое давало очень мало света. Тейт вздрогнул, видя полумрак, крепче сжал лямки рюкзака. Он был готов тут же развернуться и уйти, но заставил себя идти вперёд.       Родительская спальня была дальше, как и гостевая, хотя гостей в этом доме отродясь не было — по крайне мере таких, кому нужны были спальни.       Тейт толкнул дверь своей комнаты и с удивлением увидел, что внутри ничего не изменилось. Его кровать, стол, несколько шкафов, постеры с музыкальными группами. Заходить внутрь Тейт так и не решился, замерев на пороге.       Он провёл в этой комнате почти всю жизнь. Да, конечно, он ходил в школу, но ему не разрешалось гулять с друзьями и тем более оставаться у них. После занятий сразу домой, это строго контролировалось. Конечно, Тейт нарушал запреты, за что его регулярно наказывал отец. А мать строго говорила, что у него есть высшая цель, он должен заниматься, а не «шастать по улицам».       Ничто не напоминало в комнате о том, что произошло в тот вечер. Но Тейт помнил тот нашёптывающий голос: ты хочешь стать свободным?       Развернувшись, он открыл дверь соседней комнаты, которую родители называли Церемониальной. Окно плотно закрыто деревянными ставнями, несколько шкафов, нарисованный белой краской круг с символами.       Родители верили, что занимались магией. Какие-то штуки по древним трактатам, печати и вызовы сущностей из иных миров. Правда, эти сущности им не отвечали, но родители исправно рисовали амулеты и устраивали церемонии. Тейта до подобных вещей не допускали, говоря, что, когда он вырастет, то сможет присоединиться к ним и стать проводником неимоверных сил.       Тейт помнил, как маленьким пробрался в Церемониальную комнату ночью после родительских обрядов. К своему разочарованию, ничего не нашёл внутри, но в какой-то момент у него закружилась голова, и он потерял сознание. Успел очнуться и вернуться к себе до того, как родители заметили.       Но с тех пор появился тот голос. Конечно, маленький Тейт рассказывал о своём друге — единственном друге, но родители решили, всё выдумано, в этом же их уверили и врачи, к которым отвели Тейта. И потом он помалкивал, но голос слышать не прекращал многие годы.       Тот самый голос, который однажды нашептал: ты хочешь стать свободным?       В тот момент, когда яростный Тейт стоял в своей комнате перед родителями, а они наотрез отказывались отпустить его в колледж.       — Разговор окончен, — строго сказал отец. — Мы об этом не раз говорили. Ты будешь учиться дистанционно.       — Нет! Учебный год закончился, я хочу как можно быстрее поехать в кампус…       — Нет, Тейт, — припечатала мать. — Скоро начнётся твоё обучение магии. Ты останешься здесь. Настало время служить высшим целям.       Тогда Тейт с ясностью понял, что родители никогда его не отпустят, он может только сбежать. Да, побег закроет и оплату колледжа, но Тейт ещё успеет подать на стипендию, сможет пойти работать… если он не сбежит из этого дома сейчас, он никогда не вырвется.       Ты хочешь стать свободным?       — Да, — одними губами произнёс Тейт. — Да.       Ты хочешь, чтобы я уничтожил то, что тебе мешает?       — Да.       Тейт думал, что речь идёт о побеге. Да что уж там! Ни о чём он толком не думал. Он просто хотел стать свободным.       В глазах потемнело, голова закружилась, Тейт снова потерял сознание, как тогда в детстве в Церемониальном зале. А когда пришёл в себя в своей комнате, родители не стояли на пороге. Их вообще не было нигде в доме. Ни следа.       Смутно Тейт помнил, как прождал до вечера. Как не смог оставаться один наедине с темнеющими комнатами и просидел всю ночь на крыльце. Там его и нашли соседи, вызвали полицию. Оформили дело о пропаже, родителей искали, но так, конечно, никогда и не нашли. Бабушка, которую Тейт видел всего несколько раз в жизни, стала официальным опекуном, но он был достаточно взрослым, поехал в колледж.       Родительских денег хватало на оплату всех лет, но Тейт всё равно пошёл работать и с тех пор старался не останавливаться, не задумываться о том, что произошло. Он и полиции ничего не сказал, всего лишь, что не знает, куда исчезли родители. Они ушли, когда он не видел, и больше не вернулись. Чистая правда.       — Я не виноват, — пробормотал Тейт. — Это не моя вина.       Опустив голову, он зажмурился, выровнял сбившееся дыхание и торопливо зашагал прочь. Но на лестнице второго этажа всё-таки не смог не остановиться и повернувшись, прошептать:       — Ты здесь?       Тот голос исчез вместе с родителями, забрал то, что хотел, и больше никогда не появлялся. Тейт даже смог убедить самого себя, что это и правда был выдуманный друг одинокого мальчика, а родители и правда исчезли, бросили его. Ведь как могло быть иначе?       Комнаты ответили тишиной.       Но когда Тейт начал спускаться по лестнице, загривка коснулся несуществующий ветерок, нашёптывая: ты хотел стать свободным.