Часть 12

Солнце достигло своей высшей точки на небе к тому времени, когда Тсукаучи доложил об их успехах Шефу. Это было медленно, но они все равно продвигались быстрее, чем он ожидал, и в два раза быстрее, чем у них было с их собственными офицерами. Незу, безусловно, был ценным приобретением для их команды. “ Только не дай ему заметить, что ты так его называешь, - сказал Ицуки, закуривая очередную сигарету. Тсукаучи, собиравшийся вернуться к Тамакаве и Незу, остановился и оглянулся через плечо. - Что? - спросил он. “ Ценное приобретение. Незу терпеть не может, когда его называют ценным приобретением в лицо. Ицуки убрал зажигалку и выпустил струю дыма. - От всего, что может обозначить его как товар, у него шерсть встает дыбом. Тсукаучи повернулся и посмотрел на него. - Даже если это просто означает, что он ценный человек? - спросил он. - Незу очень разборчив во всем, Тсукаучи, - сказал Ицуки, разглядывая лабораторию. “Ему не нужно говорить, что он ценен, потому что он и так это знает”. Ицуки затянулся сигаретой, а затем вытащил ее изо рта, выпустив большое облако дыма. “Из-за того, что здесь произошло, Незу очень быстро отмахнулся от любого комплимента, который мы бы ему сделали, если бы его можно было сделать и предмету”, - продолжил он. - Я думаю, отчасти это связано с тем, что он с трудом доверяет людям. Дети - это совсем другая история; он, кажется, ценит их чистоту и невинность и никогда не принимает близко к сердцу то, что они говорят, если это оскорбительно. Он гордится и осознает свои физические особенности, которые у некоторых могут вызвать вопросы — например, его шерсть, шрам или даже то, к какому типу животных он относится, — и у него всегда есть умный ответ. Но когда дело доходило до поздравлений с хорошо выполненной работой, особенно когда речь заходила о его причудах, он вежливо отмахивался. И он либо дергал ухом или веком, морщил нос, либо холодно кивал, если мы говорили, что он ценный сотрудник или что-то особенное.” Ицуки снова выдохнул дым. “То, что к нему обращались как к животному с причудами, тоже действовало ему на нервы, хотя для него это было меньшей проблемой”, - сказал он. “Он понимал, почему люди так к нему обращаются. Но обращение к нему так, как если бы вы обращались к неодушевленному предмету, вывело его из себя. Он очень воспитан и никогда не будет резок, когда говорит. Вот почему его безудержное безумие было пугающим; вы никогда не знали, когда оно придет и насколько жутким оно может показаться. Сегодня я единственный раз слышал, чтобы он разговаривал с кем-либо холодным тоном, и это понятно, учитывая ситуацию. Но даже при всей его раздражительности и оптимистичном тоне вы могли почувствовать, как по спине пробегает холодок, если он говорил, и ему что-то не нравилось в ваших словах. Он знал, что заслуживает такого же уважения, как и любой другой офицер полиции, и он был чертовски хорош в этом. И все же он был чертовски сострадателен и ставил жизни других людей выше своей собственной. Он снова затянулся сигаретой и выпустил еще больше дыма. “Именно из-за этого было тяжело видеть, как он уходит из полиции, когда ему предложили должность преподавателя истории в UA”, - заключил он. “Все думали, что ему будет лучше на высоком руководящем посту. Он мог бы работать на премьер-министра или императора, черт возьми. Он неоднократно обедал с ними. Но он решил обучать следующее поколение героев, потому что верил, что они могут стать лучше, чем те, кто был до них.” Шеф глубоко вздохнул и снова посмотрел на Тсукаучи. “Итог: не делайте ему комплиментов, если слово, которое вы собираетесь использовать, может относиться к объекту”, - сказал он. “Даже если это можно дать человеку, любое отношение, которое он может установить к тому, как с ним здесь обращались, не понравится ему. Сделайте ему комплимент, как ребенку… ему это нравится. Он чувствует себя более человечным”. Тсукаучи некоторое время молча наблюдал, как он курит, прежде чем заняться своим телефоном. - Ты знаешь его лучше, чем я думал, - сказал он, снова поднимая глаза. -Тебе, должно быть, понравилось с ним работать” Ицуки усмехнулся, слегка закашлявшись. “Я боялся его в семидесяти пяти процентах случаев, - сказал он, - но когда Незу был в хорошем настроении, на него можно было положиться, как на Всемогущего. Он никогда не боялся высказывать свое мнение и был таким же мягким, если чувствовал, что ваше беспокойство достигло пика. Профессиональные герои со всего Токио отдали бы руку и ногу, чтобы поработать с ним. Можете себе представить, как они расстроились, узнав, что он уволился из полиции и стал учителем. Он снова затянулся сигаретой. “Единственный профессионал, который поддерживал с ним постоянную связь, был Всемогущий”. На мгновение они замолчали, затем Шеф застонал и привалился к дереву, у которого сидел. “Кроме того, проследи, чтобы он не выкинул чего-нибудь безумного”, - сказал он. “Я ни на секунду не сомневаюсь в Незу, но из-за того, что ему пришла в голову блестящая идея завести двоих детей, его эмоции могут выйти из-под контроля. Он бросил все ради Всемогущего в тот первый раз, когда сражался против "Всех за одного"… Я не хочу даже думать о том, что бы он сделал, если бы его дети попали в трудную ситуацию”. Ицуки искоса взглянул на Тсукаучи. “ Присмотри за ним, - сказал он с беспокойством в голосе. Тсукаучи молча наблюдал за происходящим, затем кивнул и направился обратно к своему напарнику. Он уже знал, что Незу способен действовать молниеносно — вероятно, у него уже был план "Б" на такой случай. “Незу обычно собран, но когда ему нужно срочно применить план ”Б", он может сделать это с риском для жизни", - предупредил его Всемогущий в тот день в UA. “Типичный инстинкт профессионального героя. Это не затуманивает его рассудок, он слишком умен для этого. Я хочу, чтобы юный Мидория научился принимать мудрые решения, несмотря на свои эмоции, и это то, что он может извлечь из опыта Незу, но эти лабораторные работы могут пробудить нечто дремлющее, с чем Незу не сталкивался годами; и это инстинкт животного "дерись или убегай". Убедись, что это не сочетается с его опытом профессионального героя”. При этой мысли Тсукаучи тяжело вздохнул и провел рукой по лицу. Работать с профессионалами может быть очень утомительно, подумал он. *****