8. Год подошёл к концу

      [Почти год спустя. Англия]       Квест с приключениями дописан и сдан. Начальство похвалило Шарлотту Маунтбеттен, но не обрадовалось её желанию поступить в университет снова, пусть и заочно, – на археолога-египтолога. Не то чтобы слова Мернептаха при прощании повлияли так сильно, просто браслет продолжал «работать». Заложенные во время обмена лингвистическими знаниями основы дали свои плоды. Не только надписи в храме Амон-Ра оказались понятны для девушки, но и тексты из руин Хаттусы она тоже перевела.              Заявлять о такой суперспособности опасно. Сама Шарлотта поддалась азарту, но у неё вся жизнь впереди, не стоит торопиться. Альберт с высоты своих лет предложил работать дальше сценаристом, так как выучиться можно и заочно (всё же она внучка лорда Маунтбеттена, по стопам захотела пойти, можно отбрехаться). И только после постепенно заняться переводами древних текстов, с обоснованием по примеру пионеров, предшественников этого благородного дела. Дедушка и Эрик послужили примером. Обычно они присылали ей фото с текстом. Шарлотта переводила сразу, а они обосновывали по смыслу каждого знака. И получали всеобщее уважение и восхищение.              Альберту было неловко. Да, он занимался этим большую часть жизни. И не считал,что имеет право присвоить везение своей внучки. Всё же не носи она этот браслет, продвинулись бы они в переводах так быстро?              Эрика совесть не мучила. Всё же он помогал, что дедушке, что внучке, а потому заслужил и немного похвалы, и упоминания своего имени в учёных трудах. Уже за это Шарлотта стала относиться к нему проще.              К тому же оба оставались гордыми одиночками. И если Ттэч поглощён делом с головы до пят и когда-нибудь подлетит к солнцу слишком близко, то леди Маунтбеттен честно пыталась вступить в отношения с предложенным дражайшей матушкой человеком. Но это оказалось неблагодарным делом. Перспектива стать женой титулованного человека, полезного семье, а в будущем конкретно младшему брату, – ужасна. Лучше оставаться неблагодарной девкой, живущей в своё удовольствие. Потому что все пафосные ухаживания, разговоры, вечера и обязанности утомляют. А благодаря предусмотрительности Альберта и после его смерти ей будет на что жить. Так что взаимоотношения с родителями тоже не улучшились.              Только сообщения от «Эдди» были постоянны. Младший брат не против общаться. И яро пытался найти точки соприкосновения. Он никогда не норовился в любимчики деда и догадывался, что старик о будущем Шарлотты позаботился. И он не видел смысла противостоять ей, когда в нём не видели врага. Наоборот, именно Эдуард ей завидовал по-доброму. Потому что его весёлая жизнь в любой момент могла закончиться под строгим руководством отца или слишком острым взором общественности. Так что девушка была рада быть старшей сестрой не на словах и хранить секреты, о которых не то что папа, даже мама не узнает.              В календаре жёлтым маркером обведены дни очередного отпуска. Дедушка в этот раз собирался в храм в Абидосе. Позвал и её. Конечно же, она согласилась. Надо закрывать детский гештальт!

≈≈≈

      [Тауи. Уасет]       Сегодня простые жители выстроились вдоль главной улицы, чтобы чествовать вернувшихся из похода в Пунт воинов. Возглавляли это шествие два молодых генерала. Царь выделял их, и не зря. Проявив доблесть и отвагу в походах на северные земли, захватив несколько городов, они добились уважительного взгляда от старших чиновников и военачальников. И длительный поход в далёкую страну оставался последним испытанием. Одним из них был знакомый нам, но уже возмужавший Мернептах. Другой приходился племянником старшей наложницы царя и потомком Нахтмина, официального наследника предыдущего царя.       Цветы, возгласы, тянущиеся руки. Будь это война на севере, а они возвращались не с мирными дарами, а трофеями победы, кто-то и был бы рад. Хотя привезённые ими дерево и драгоценности, а также семена и шкуры дорого стоят. Что ещё они везут? Обезьян и рабов? Их слышно хорошо, но под гулом египтян и те притихли.       Дедумос больше должен знать, следил за погрузкой. Мернептах же вёл беседы с царём Пунта о мире и дружбе, не приуменьшая силу воинов, пришедших под его с Дедумосом командованием, и воинов, которые остались в Тауи для защиты южных и северных границ. Прошло больше двух месяцев, а до сих пор стыдно за то, что нечего было ответить на резонное замечание – как царь Тауи ни старался, а пришлось хеттам уступить и вернуться в прежние границы.              – Как повидаешься с женой и сыном, приходи в гости. Мой отец и сестра тебе всегда рады, друг, – Дедумос похлопал его по плечу. Пришлось улыбнуться в ответ. Даже если нет настроения, простые люди должны знать, что среди военачальников мир. Не стоит давать почву для глупых слухов.              – Да, не забудь передать подарки от меня, особенно ту маленькую обезьянку для твоей милой сестрички, – если всё сложится так, как говорит чати, великий визирь, его отец, то однажды эта сестричка станет его наложницей. Вот радость для Туи будет…              – Сына уже успели назвать? – отсутствовали они достаточно долго, чтобы решить дело и без молодого отца.              В честь деда, скорее всего.              – А ты приходи в гости, как раз с сестрой, вот и узнаете, – но, как он и обещал своей уважаемой супруге, только её сын будет наследником.

≈≈≈

      [Египет. Абидос]       – Зачем мы здесь, если всё уже здесь достаточно изучено? – Шарлотта фырчала и охала, спотыкаясь чуть ли не на каждом ровно месте. Эрику не повезло стать палочкой-выручалочкой, за него она хваталась вовремя при каждом недопадении.       – Не получилось свозить тебя в детстве, теперь навёрстываю упущенное, – Альберт поднял палец вверх и осмотрелся. Солнце сегодня их щадит. И всё же спасибо тому, кто придумал изготавливать одежду из хлопка.       – Или надеетесь, что она найдёт что-нибудь интересное, с её-то читерской возможностью, – Эрик снова подал ей руку. – Кузина, будь добра, не считай верблюдов, – людям бы почаще бывать в таких местах, тем самым напоминать себе, как мало они гостят на земле. Не задумываясь, не чувствуешь чего-то особенного.       – Не начинай. Почему сразу нельзя было подъехать к храму? – а люди жили. И были близки. И вроде бы доверяли друг другу. Или просто экономили пространство? Хотя по толстым стенам этого не скажешь. А может, не решались делать тоньше.       Шарлотта была готова потеть физически, но не морально.       – Почему сразу нельзя было подъехать к храму? – Альберт передразнил внучку.

≈≈≈

      [Тауи. Уасет]       – Похож на моего отца, – мать, улыбаясь ему, отдала сына на руки. Весёлый красавец. Жена обняла за плечи.       – Ты очень сильная, рад, что всё обошлось, – только это и сказал ей. Но, налюбовавшись сыном, поцеловал её в лоб. Мать радовалась царящему в их союзе миру. Глупая невестка ещё переживала об обвинении в неверности. Повезло, что её отец был светлокожим с огненными волосами.       Даже великий визирь вернулся из дворца домой, чтобы провести время с семьёй. Только его сыну царь царей мог позволить не явиться во дворец, а велеть отдыхать дома. Парамесу доволен. Укрепившиеся за многие лета узы дружбы приносили плоды. Осталось только найти способ ослабить Мурсили и потеснить хеттов на границах, тогда только его роду будет обеспечена дорога к трону. Если только Ра не смилуется – и у Хоремхеба родится кровный наследник. Что ж, тогда придётся отступить.       Надоели эти разговоры. Сославшись на усталость от вечного пребывания в ожидании опасности, можно уйти к себе. И всё же не быстрым шагом, а то забеспокоятся, что от них убежал. А может, и от них.       – Добрых снов тебе, сын мой… – мать отправила вместе с ним служанку. Надолго она не задержалась.       Теперь можно было достать своё сокровище – «дивную палочку», как сказала его матушка однажды. Только ей довелось узнать про шпильку. Ох, отец был бы злее тогда, узнай, на что он променял один из браслетов. Благо для фараона, одарившего его сосудами небесного ка, то был пустяк. Просто изготовили копию. Но уже без особого орнамента.       – Так ли велико моё будущее? Сохранится имя, в отличие от твоего? – не стал доставать шпильку из шкатулки. Ей там самое место. Когда хотелось побыть одному или представить рядом кого-то, кто точно оставался бы на его стороне, достаточно было открыть шкатулку и посмотреть на содержимое.

≈≈≈

      [Египет. Абидос. Храм]       Ни вместе с дедушкой и с Эриком, ни сама по себе Шарлотта ничего не обнаружила. Но осталось ещё немного погулять по храму. Потому что соврала. Здесь было много чего интересного, но от всех надписей кружилась голова, если Шарлотта пыталась сосредоточиться. К тому же она забыла снять браслет, ведь они хотели проверить, получится ли у неё переводить без него. Сохранятся ли приобретённые знания без влияния эфира? Но сегодня снять браслет не получилось. Да и в последнее время соскальзывал он с трудом. Шарлотта думала, что она просто набрала в весе. Отчасти так и было.       Поэтому пришлось соврать Эрику, пусть позлится немного. Подумаешь, забыла снять. А сейчас не станет, вдруг потеряет. А отдавать на сохранение подарок она не собирается. Тем более Эрику! Тот закатил глаза так, что наверняка увидел свой мозг.       – Будем ждать у входа! Кричи, если что! – как говорится, чем бы дитя не тешилось… – Только всяких тайных ходов не ищи, – а то и крики не помогут.       – Хорошо, – запрокинув голову, Шарлотта любовалась потолками, уходя всё дальше.       Ветер гулял по храму. И дарил настоящую прохладу. Секрет в строении зданий? Или повезло с погодой? Голова была запрокинута долго. Шарлотта остановилась и выпрямилась. Немного шатало. И что-то ещё. Приоткрыла глаза, чтобы приметь ближайшую колонну. И поспешила прислониться к ней. Взглянула на браслет – камень в нём засиял. И этот свет стал поглощать её. Так знакомо. И так страшно!       – Эрик!.. – и даже крик растворился вслед за ней.