Глава 2. За закрытой дверью

      — Уже лучше, мой принц, но я знаю, что вы способны на большее!       Голос Кристона Коля прорывался сквозь звон мечей, шум которых не утихал с самого утра. Тренировки между ним и принцем Эймондом превратились в ежедневную рутину, приносящую обоим не мало удовольствия. За долгие годы принц хорошо отточил свои навыки, ни в чем не уступая сиру Кристону и даже превосходя его. Ни отсутствие глаза, ни довольно-таки молодой возраст не помешали ему стать умелым бойцом, весьма опасным в схватке. Но сегодня что-то не задавалось с самого начала дуэли. Принц все никак не мог сосредоточиться на своем противнике, взгляд то и дело устремлялся в небо. Внутри была какая-то незнакомая для него тревожность, странное предчувствие, не дававшее ему покоя уже много времени.       — Вам стоит быть более сосредоточенным, мой принц. Давайте попробуем еще раз, — предложил рыцарь, готовясь к новому бою.       Держа меч наготове, Эймонд решил не медлить боле и первым ринулся в бой. Два клинка ударились друг об друга, но вместо характерного лязга до ушей мужчин донёсся другой звук. Резко отбросив меч, Эймонд вновь устремил свой взор к небу. Драконий рев он не перепутает ни при каких обстоятельствах, но это был дракон не из Гавани.       — Принцесса Рейнира должна прибыть в столицу только через неделю, — без особого энтузиазма подметил Коль, также глядя в небо. — Неужели она решила порадовать нас более ранним визитом?       — Не та принцесса к нам пожаловала, — на губах Эймонда промелькнула короткая ухмылка, когда он увидел серебряный блеск чешуи. — Пойдемте, сир Коль, не стоит заставлять леди Шейру Таргариен ждать.

***

      Солнце светило ярко, отчего чешуя Среброкрылой блестела, словно россыпь монет. Эймонд наблюдал, как дракон сделал несколько небольших кругов над площадью, после чего опустился вниз, отчего содрогнулась земля. Среброкрылая была вторым по величине драконом из прирученных на сегодняшний день, долгое время никому не дававшаяся. Эймонд помнил рассказы о путешествиях королевы Алисанны на этом могучем звере, и как они были неразлучны с Вермитором, драконом Джейхейриса Первого.       Эймонд с интересом смотрел на зверя, когда рядом появилась королева-мать. Он знал о страхе матушки перед драконами, который казался ему смешным при ее-то положении. Среброкрылая расправила крылья и, вытянув шею к небу, громко проревела, сообщая о своем прибытии. Королева сделала несколько шагов назад, явно недовольная таким грозным появлением, что вызвало у Эймонда очередную усмешку. Хотя в каком-то смысле его мать и была права в своих страхах. Стоило остерегаться дракона, зная, чья дочь являлась его хозяйкой.       Эймонд наконец перевел все внимание с прекрасного зверя на его наездницу. Шейра Таргариен резво слезла со своего дракона и слегка погладила его по шее, что-то шепча на валирийском, а затем направилась к ним. Что он знал о ней? Старшая дочь Деймона Таргариена от первого брака была на год старше его. Последний раз они виделись на похоронах Лейны из дома Веларионов.       Эймонд помнил, как впервые увидел ее. Разгневанный свиньей, которую его братья преподнесли ему в качестве подарка, он долго бродил по песчаному пляжу, проклиная всех и вся. Тогда-то и появилась она. Он видел, как дракон долго кружил над морем, гневно ревя. Эймонд помнил, как волна зависти накрыла его с головой, смешавшись с гневом. Даже у дочери Бронзовой суки был дракон, да еще и какой. Среброкрылая была самым быстрым драконом, она могла с легкостью подняться на невиданную высоту и скрыться от всех за облаками, словно призрак. Так вела себя и юная принцесса в дни похорон, прячась в стенах замка и в небе, не желая никого видеть. Она особо не водилась с сыновьями его старшей сестры, предпочитая одиночество. На все их выходки она смотрела с холодным равнодушием. Ее не было, когда Эймонд потерял глаз, но она присутствовала при разбирательствах. Он помнил, как она влетела в зал вслед за Рейнирой, пытаясь понять, что именно произошло. Она бросилась к Люцерису и принялась успокаивать ребенка, когда до нее дошло, что же именно произошло с Эймондом. Он помнил, как посерьёзнел ее взгляд, как она принялась отчитывать детей на валирийском и как бросила сочувствующий взгляд в сторону покалеченного принца. Она единственная проявила к нему сочувствие, может, всего лишь на мгновение, но оно было. И за это она чуть не поплатилась жизнью.       — Королева Алисента, — проговорила принцесса, порявнявшись с ними. Она отвесила ей низкий поклон, продолжая свою речь, — рада видеть вас в добром здравии и целости и приношу свои извинения за столь ранний визит.       — Не стоит извиняться, леди Шейра, — королева на мгновение замерла, когда девушка подняла свой взгляд и устремила сиреневые глаза на нее. Воспоминания об их последней встрече всплыли в голове женщины вместе с осознанием, что по ее вине девушка чуть не лишилась этих прекрасных глаз, — мы рады видеть вас в столице в любое время. Для любимой племянницы короля всегда найдётся место.       — Не сомневаюсь, — улыбнулась ей Шейра, отчего Алисенте захотелось скривиться. Затем девушка перевела свой взгляд на принца, оценивающе его осмотрев. Она пробежалась глазами от ног до самой макушки, остановив свой взгляд на его лице. — Принц Эймонд, приветствую вас. Рада видеть вас в такой прекрасной форме. Приятно наблюдать, что человек не ставит на себе крест, а наоборот продолжает работать над собой, несмотря на весьма скверные факторы. Я более чем уверена, что неприятные события прошлого не забрали у вас возможность наблюдать полную картину ваших сил и умений.       И как бы сладко она ни улыбалась, не стоило забывать, что она все еще была дочерью Деймона Таргариена. Колкие фразы, брошенные в виде комплимента, никак не разозлили Эймонда, а, наоборот, раззадорили его еще больше.       — Я тоже рад видеть вас, леди Шейра. Надеюсь, вам понравится у нас, и вы проведете здесь время с удовольствием, ни о чем не беспокоясь.       — Я тоже на это надеюсь, — сухо ответила она, вновь обращаясь к Алисенте. — Я бы хотела видеть короля, уж больно соскучилась по дядюшке.       — Вам стоит отдохнуть с дороги, леди Шейра, а потом вы сможете побеседовать с королем на ужине…       — Я сама решу, что мне стоит делать, а чего нет, — мягко проговорила Шейра, вновь улыбаясь своей скользкой улыбкой, обнажая острые зуб. — Ну так вы проводите меня до его покоев, или мне самой найти к нему дорогу?       Ответом послужил недовольный кивок королевы, после чего она направилась в сторону королевских покоев, сопровождая девушку.

***

      Приглушенный свет, благовония и смесь множества голосов — так можно было описать любой бордель Королевской Гавани, а здесь их было великое множество. Хозяева здешних мест зарабатывали на красоте дам не меньше, чем торговцы на качестве своего товара. Эймонд посещал это место намного реже, чем его брат, который бы с удовольствием променял дворец на комнатушку в этом заведении. К тому же благодаря брату Эймонд довольно-таки рано узнал о такой прекрасной возможности скоротать ночь и теперь пользовался этим, когда во дворце становилось совершенно невыносимо, как, например, сегодня.       Шейра Таргариен наделала кучу шума во дворце, заставляя всех забегать. Желая немедленно повидаться с королем, она на протяжении долгого времени беседовала с ним наедине, чем заставила королеву знатно понервничать. Девушка покинула покои короля в дурном расположении духа, но не высказала никаких комментариев касательно своего недовольства, лишь пожелала поскорее направиться к себе и наконец-то отдохнуть с дороги. Эймонд собственным глазом видел, как закрывалась дверь ее покоев и как мать просила гвардейцев докладывать о всех передвижениях Шейры. Каково же было их удивление, когда спустя несколько часов они послали служанку пригласить принцессу ко столу, но обнаружили лишь пустую комнату. Гвардейцы божились, что она не покидала комнату и все время провела у себя в покоях.       Эймонду эта история казалась до безумия забавной, особенно если учесть реакцию его матери и тот факт, что все это время, как выяснилось позже, Шейра провела в компании Хелейны и ее детей. Загадкой лишь оставалось, как именно она покинула свою комнату, но высказать какие-либо комментарии по этому поводу никто не мог. Она ведь была не пленницей, а гостьей, так должна была ли она отчитываться о своих передвижениях? Принеся свои не очень искренние извинения, принцесса отказалась от застолья в душевном семейном кругу, ссылаясь на то, что уже поужинала в компании леди Хелейны. Эймонд больше не желал наблюдать недовольное лицо матери касательно всего произошедшего за день и покинул дворец, радуясь, что ей не пришло в голову и к его дверям поставить слежку, а то пришлось бы брать у Шейры Таргариен урок по растворению в воздухе.       Откинувшись на один из диванов, он устало прикрыл глаз в ожидании своей компаньонки на сегодняшний вечер. За столько лет он всегда был только с одной женщиной и не мог сам объяснить почему. Ему казалось, что только она действительно знала его и могла понять, а остальные разукрашенные куклы лишь будут с отвращением прикрывать глаза, дабы не видеть его изуродованный лик, пока он будет трахать их.       Мысли о собственной неполноценности часто посещали его голову. Шрам на пол-лица был словно подписью о вечном одиночестве и непринятии. Хоть о каких-то теплых чувствах он позабыл уже давным-давно, также как и о вопросе своей женитьбы. В этом плане его брату вновь повезло больше: если бы у Эймонда и появилась возможность выбрать невесту, то он бы без промедления назвал Хелейну. Но такой возможности у него тоже уже никогда не будет, ведь она отдана другому брату. Хотя Эймонду припоминалось, что когда-то давно поднимали вопрос о браке между Эйгоном и Шейрой. Король все желал соединить враждующие стороны, дабы мир в его семье наконец-то восстановился. Но его многоуважаемый дядя скорее бы сам предложил королю лечь под принца, чем отдал бы свою старшую дочь. Своих дочерей он берег, как великую ценность. Две младшие были обещаны отпрыскам Рейниры, что еще крепче укрепило их брак, и только для старшей партию он не спешил искать.       Мысли вновь вернулись к их нежданной гостье. Почему она была так ценна для него? Говорили, она часто покидала Драконий камень, ее дракона замечали в разных уголках страны, а теперь она приехала на неделю раньше срока без объяснения причин. Шпионка? Скорее всего, так и было. Знаменитый призрак Деймона Таргариена, которого он сам и создал.       Эймонд усмехнулся собственным мыслям, приоткрывая глаз. Заведение постепенно наполнялось, отчего шум усиливался, и принц взглядом блуждал по гостям, надеясь не найти среди них своего братца. Сегодня он еще ни разу не видел его, также как и леди Шейра. Возможно, он отсыпался после очередного ужасно тяжёлого для него дня, состоявшего из баб и эля. Взгляд медленно скользил от одной компании к другой, мысленно оценивая девушек и их клиентов. Некоторые дамы были не так уж плохи. Может, плюнуть на предрассудки и попробовать в следующий раз что-то новенькое?       Его внимание привлекла лестница, ведшая в комнаты уединения, а точнее поднимавшиеся по ней фигуры. Девица в прозрачном платьице шла под руку с кем-то в длинной алой мантии, скрывавшей лицо гостя капюшоном. Фигура была явно женской. Неужели сюда наведывались и высокородные дамы, желая полюбоваться женским телом? Как интересно. На такое бы Эймонд посмотрел. Но сильнее всего его интерес вырос, когда у двери самой верхней комнаты фигура в алом прошептала что-то на ухо девице, а затем, отбросив капюшон, на мгновение показала лицо, прежде чем скрыться из виду.       Это была Шейра, вне всяких сомнений. Ее компаньонка быстро спустилась вниз, направляясь в сторону кухни. Что же привело юную принцессу в один из самых популярных борделей города? Ее отец был частным гостем в подобных заведениях, так неужели вместе с острым языком она унаследовала и любовь к плотским утехам? Много вопросов крутилось в голове принца, начиная с того, как именно она покинула дворец, заканчивая целью ее посещения. И ответы крылись за дверью перед его глазами. Он поднялся на ноги быстрее, чем начал обдумывать свои действия. Интерес подстегивал его, направляя к комнате их гостьи.

***

      Скинув с себя плащ, девушка осмотрела скромно обставленную комнату. Пару лет назад она выкупила ее, сделав своей собственностью. Маленькая комнатушка в борделе стала ее пристанищем в этом чужом городе. Королевская Гавань всегда была местом, куда стекались люди со всей страны, она стала прибежищем для неисчислимого количества народа, считалась золотым городом, но для Шейры так никогда и не смогла стать родной.       Последние известия ее очень огорчали: король Визерис был совсем плох, и не было понятно, болезнь настолько ухудшила его состояние или же маковое молоко, которым его поили. Это все означало только одно — скоро вопрос о наследии престола встанет слишком остро. Война внутри семьи казалась самым ужасным, что только могло бы быть. И что они все нашли в этом троне? Шейра считала это лишним грузом ответственности, а ее девушке и так хватало в последнее время. Принцессе и не особо было интересно это деление наследства, уж слишком далеко она находилась от трона. А ведь в детстве она мечтала о том, что станет королевой, выйдет замуж за короля и будет править вместе с ним в любви и радости. И в какой именно период времени ее мечты развеялись?       Наверное, в тот момент, когда на похоронах ее названной матери из-за короткого слова «бастард» ее двоюродный брат лишился глаза. Ей было искренне жаль его тогда. Она даже не могла себе представить, что именно он испытывал. Сейчас же многое изменилось, и Эймонда, похоже, уже не сильно волновало собственное увечье. Он возмужал, и на его теле отпечатались годы тренировок. Любая другая девушка увидела бы в нем хорошую для себя партию, тем временем как Шейра переживала о том, в какого врага для них он успел превратиться. И данным фактом, как и многими другими, она хотела бы побыстрее поделиться с отцом. Подойдя к письменному столу, она стала шерстить ящики в поисках бумаги и пера. Она точно помнила, что с момента ее последнего визита здесь должно было что-то остаться. Стоя спиной к двери, она не обратила особого внимания, что та приоткрылась, и решила, что ее компаньонка вернулась.       — Миса, будь добра, подскажи, не оставались ли с прошлого раза перья? Нигде не могу их найти…       Резко обернувшись, девушка устремила взгляд на вошедшего в комнату человека. Тяжелый шаг сильно отличался от лёгкой поступи ее знакомой. Инстинктивно уронив руку на рукоятку спрятанного в одежде клинка, Шейра с удивлением вытаращилась на Эймонда.       — Мой принц, — бросила она, расплываясь в короткой улыбке, — какая удивительная встреча.       — Не могу не согласиться, — прикрыв дверь, он вальяжной походкой двинулся по комнате, не отрывая от девушки хитрого взгляда, — не каждый день встретишь в столь забытом богами месте принцессу с Драконьего Камня. Что привело вас сюда?       — То же, что и привело принца из дворца, — парировала она, сделав шаг назад к столу. Только его ей здесь не хватало.       — Не знал, что вы падки на плотские утехи. Неужели девушки более привлекательны для вас, нежели мужчины? — по-хозяйски усевшись в кресло напротив нее, он наблюдал за девушкой, будто кот за мышью. Ее волнение было весьма заметно, она явно не ожидала увидеть здесь кого-то. Когда дверь вновь открылась, впуская ее знакомую с графином вина, Шейра слегка дернулась, а затем расплылась в победоносной улыбке. Похоже, у мышки появился план, как избежать цепких лап.       — Милая, наконец-то ты подоспела, убирай же эту посудину поскорее, — пропела девушка, вновь переводя свой взгляд на Эймонда, — наш гость решил убедиться в существовании истинной женской любви.       Она видела, как с интересом он наблюдал за каждым ее взглядом, словно пришел смотреть на представление. «Лишь бы Миса не подвела». Но девушка, видимо, прекрасно поняла задумку принцессы. Томно вздохнув, она поставила графин на старый комод и направилась к Шейре.       — С удовольствием, моя леди, — проговорила с придыханием девица, коснувшись плеча принцессы и позволяя приобнять себя за талию.       Еще раз посмотрев на усмехающегося Эймонда, во взгляде которого так и читалось: «Ну давай, удиви меня», Шейра слегка поддалась вперед и, прикрыв глаза, поцеловала подругу. Та явно не ожидала, что шоу зайдёт так далеко, но виду не подала, крепче обнимая принцессу. Шейра углубила поцелуй, запутывая пальцы в рыжих волосах Мисы, слегка оттягивая их назад. Большого опыта в поцелуях у нее не было, так что она действовала исключительно по собственным ощущениям. Эмоции ударили в голову, стоило Шейре открыть глаза и, продолжая целовать Мису, посмотреть на Эймонда. Он уже больше не улыбался, лишь пожирал девушку взглядом. Гляделки затягивали все больше и больше, и когда тишину нарушил короткий стон Мисы, Шейра наконец-то оторвалась от ее губ. Неловко засмеявшись, она поправила сползшую лямку платья на девушке и перевела свое внимание на Эймонда.       — Прошу прощения, мой принц, я слишком сильно увлеклась процессом, — она обошла Мису, направляясь к нему и слегка пошатываясь от эмоций. Прическа растрепалась и непослушные пряди так и лезли в глаза, так что принцессе пришлось слегка дунуть на них, от чего они игриво приподнялись, — у вас еще остались какие-то сомнения, или вы хотите еще убедиться в правоте моих слов?       Она поравнялась с ним, заглядывая в глаз. Интересно, а что было спрятано под повязкой? Пустота? Дыра? Кусок разодранной плоти? Когда она будет чертовски пьяна, то обязательно поинтересуется у него.       — Спасибо, я воздержусь от дальнейшего наблюдения, — с этими словами он поднялся с кресла, становясь намного выше ее. А Шейра раньше даже не замечала их разницу в росте, — ну что же, я, пожалуй, оставлю вас. Как я понял, вы еще и успеваете совмещать приятное с полезным. Обучаете эту девку письму, раз так нуждаетесь в перьях?       «Что-то ты не спешишь особо уходить».       — Нет, мой принц, учитель из меня еще более неудачный, чем прилежная гостья. А перья нам нужны для другого, — она сделала еще шаг к нему, слегка откинув голову, дабы не нарушать зрительного контакта, — представляете, сколько удовольствия ими можно доставить, если знать, в каких местах касаться?       — Не имею чести знать, — ей казалось, словно воздуха стало намного меньше, и она сейчас упадёт от эмоций, которые сама же и породила.       — Ну что же, тогда я больше не смею вас задерживать, — с этими словами она резко развернулась на каблуках, направляясь к кровати и указывая Мисе на графин с вином, — дверь вы и сами найдёте. И да, — слегка повернув голову, она вновь нарисовала на губах одну из своих коронных улыбок, — это ведь останется нашим секретом, так ведь?       Ответом ей послужил лишь топот и хлопок двери. Только после этого девушка смогла вздохнуть полной грудью, бессильно падая на кровать.       — Моя леди, не примите за грубость, но если бы вы работали здесь, то хозяин борделя стал бы самым богатым человеком в городе, — Миса уселась рядом с девушкой на кровать, протягивая ей бокал вина.       — Если бы я работала здесь, у хозяина борделя не было бы клиентов вообще, — она слегка привстала на локтях и, приняв бокал, отпила немного, морщась, — я бы перерезала им всем глотки во сне или отравила.       — Тогда бы вы решили вопрос с преступностью эффективнее, чем ваш отец в свои годы, — подытожила рыжеволосая, поглядывая на свою леди. — Принцесса, подскажите, пожалуйста, а что конкретно только что произошло?       — Весьма неудачная попытка обмануть Эймонда Таргариена, — она устало потерла глаза, наконец-то вставая с кровати и направляясь к столу. — Вряд ли он поверил в нашу с тобой любовь, но явно остался под впечатлением. Надеюсь, это достаточно его удивило, чтобы он больше не смог думать ни о чем другом. И да, прошу прощения за поцелуй.       — Ничего страшного, моя леди, я все понимаю, — девушка весело заулыбалась, глядя на принцессу, — и кстати, для первого раза вы неплохо целуетесь с девушками. Но вы не боитесь, что он кому-то расскажет?       — Расскажет что? — смеясь, поинтересовалась девушка, — как он, будучи в борделе, видел леди Шейру Таргариен, целующуюся с девушкой. Так она еще и сама предложила на это посмотреть, ах, какая новость. Уже представляю, как он поведает об этом за семейным ужином, во всех деталях описывая цель своего визита в данное заведение.       — Главное, чтобы он не узнал вашу цель, — спрыгнув с кровати, Миса подошла к Шейре со спины, через плечо глядя на лист бумаги, — вы будете писать письмо отцу? Мне нужно будет его передать?       — Да, Миса, но сделай это через пару дней, для перестраховки. Вороны летят быстро, так что оно придет в срок.       — Вы выглядите усталой, — Миса приобняла ее за плечи, кладя голову на тёмную макушку девушки, — дела вас утомили?       — Есть немного, но скоро я вернусь домой, и все снова будет хорошо. Ах да, забыла сказать, — Шейра с улыбкой повернулась к подруге, желая поскорее сообщить ей радостную новость, — за верную службу ты полетишь вместе со мной на Драконий камень. Я тебя покупаю.       — Честно, моя леди? О, спасибо вам огромное, я вам так благодарна, — Миса крепко обняла девушку, готовая запрыгать от счастья, — я клянусь, что буду верно служить вам до конца своих дней.       Принимая объятья, Шейра испытала не менее сильную радость. Почему-то она ни капли не сомневалась в словах подруги.

***

      Рев драконов, раздавшийся над замком, предупреждал о прибытии королевской семьи в столицу. Откинув голову, Шейра устремила свой взгляд на круживших в небе существ. Подметив красное брюхо Караксеса, она коротко улыбнулась, радуясь появлению отца. Почему-то за неделю она успела ужасно по нему соскучиться. Сотрясая землю, дикие звери с шумом приземлись на отведенную территорию.       — Добро пожаловать, — с улыбкой проговорила Шейра, подходя к отцу, — а где принцесса Рейнира? Разве она не должна была прибыть с вами?       — Она прибудет на корабле, принцесса не рискнула лететь будучи в положении, очень переживает за ребенка, — проговорил Деймон, приобнимая дочь, — как ты здесь?       — Прекрасно, отец, не даю никому расслабиться, как ты и просил, — с улыбкой ответила девушка, переводя свой взгляд куда-то за спину отца. — Джейс, Люк! Ну наконец-то вы прибыли, я чуть с ума здесь от скуки не сошла!       Вприпрыжку направившись к братьям, она заключила их в объятья. Боги, почему же она так сильно по ним всем соскучилась? Раньше она могла месяцами отсутствовать дома, испытывая лишь нежелание возвращаться назад, но в этот раз все было совершенно по-другому. Может, дело было в том, что будучи на другом конце страны, она получала более теплый прием, чем в родовом дворце? Эту неделю она провела в скитаниях по городу и прогулках с леди Хелейной, не желая больше никого видеть. Вечно пьяный Эйгон заставлял ее нервничать и подпирать стулом дверь на ночь, а с его младшим братом они больше не имели чести общаться. Все, что ей хотелось, это поскорее покинуть это тихое место.       — Как поживаешь, сестра? — поинтересовался Люк, подхватывая ее под руку. — Опять ускользнула от нас, пока мы спали и отправилась в свои приключения. Когда же ты наконец-то возьмешь в них меня?       — О, мой дорогой, обещаю, следующая моя поездка без тебя не обойдётся. Мы как раз подумывали с Джейсом слетать на Стену, составишь нам компанию, — задорно проговорила она, подмигивая Джекейрису, — а где же мои любимые сестрицы? Неужели решили тухнуть на Драконьем Камне вместо того, чтобы насладиться прелестями столицы?       — Ты-то, я погляжу, не особо наслаждаешься, — подметил Джейс, поравнявшись с ней, — они прибудут с матушкой на корабле уже совсем скоро. Должны были уже войти в порт.       — Так чего же мы ждём, пойдемте скорее на пристань, — она весело схватила Джейса под локоть, потянув братьев в сторону порта. Ее настроение чуть улучшилось, и она с приятным волнением ждала встречу с матушкой и любимыми близкими, не замечая изучающего взгляда, направленного на нее с верхних этажей дворца.

***

      — Ее дети — бастарды, а она… шлюха!       Меч Деймона Таргариена взлетел в воздух быстрее, чем лорд Веймонд завершил свой монолог. Вскрикнув, Шейра дернулась назад, прижимая к себе отвернувшуюся от отвращения Рейну. Собравшиеся в тронном зале принялись вновь поднимать старый вопрос о наследниках Веларионов. Шейра видела, как ее названная матушка переживала. Отсутствие короля явно поубавило ее уверенность, но она все равно продолжала с жаром отстаивать права своих детей и свои собственные. Шейра видела, с каким презрением на Рейниру смотрели сыновья Алисенты и как быстро эта эмоция сменилась на удивление, стоило королю явиться и поддержать свою дочь. Больной, еле двигаясь, он взошел на трон, показывая, кто здесь до сих пор являлся правителем семи королевств. Еще большие изменения на их лицах произошли, стоило ее отцу обезглавить самодовольного лорда, показывая, что будет, если оскорбить его супругу.       — Как вы смеете проливать невинную кровь, — прошипела Алисента, с ужасом глядя на Деймона, — он представитель древнего рода!       — Да хоть один из Семерых, — усмехнулся принц в ответ, с вызовом глядя на королеву, — любой, кто посмеет оскорбить наследницу престола, окажется на его месте и…       — Довольно! — еле узнаваемый, хриплый голос старого короля прервал все споры. — Мне надоело наблюдать вечную вражду в собственном доме! Я считал, что вопрос о наследовании был закрыт много лет назад, но вы все вновь решаете его поднять. Рейнира, мой старший ребёнок, законная наследница Железного Трона также, как и ее дети. Но, как я погляжу, вы не слишком горите желанием спокойно принимать этот факт, так что мне продеться перейти к крайним мерам.       Шейре это не очень понравилось. Она непонимающе устремила свой взгляд на отца, на чьем лице пропал весь задор, делая его серьёзным и мрачным.       — Раз в двух частях семьи разлад, то нужно их объединить, — продолжал Визерис, глядя куда-то в пустоту.       «Но как? Эйгон и Хелейна давно в браке, а сыновья помолвлены с моими сестрами. Нет свободных претендентов на брак, кроме меня и…»       Глаза Шейры в ужасе округлились, дико смотря в сторону отца. Тот лишь, взглянув на нее, молча опустил голову.       — Я, король Визерис из Дома Таргариенов, приказываю незамедлительно заключить брачный союз между моим средним сыном, Эймондом Таргариеном, и моей старшей племянницей, леди Шейрой Таргариен.       — Нет! — крик девушки разрезал воздух, словно кинжал мягкую плоть, и она слегка поддалась вперед, желая выйти на середину зала и высказать свое мнение, но крепкая хватка Бейлы отдернула ее назад, не позволяя шевельнуться.       — Мой приказ не подлежит обсуждению. Свадьба будет сыграна в ближайшее время, к подготовке приступить сегодня же, — король резко зашелся кашлем, тем самым прекращая свою речь.       Внутри Шейры все бурлило от недовольства и злости. Как кто-то мог забрать ее свободу? Кто смел принимать какие-то решения против ее воли? Пламя внутри нее разгорелось настолько сильно, что было сравнимо по жару с драконьим. Она видела, как ее отец первым покинул зал, и выбежала вслед за ним, игнорируя сочувствующие взгляды сестер и матери и их просьбы остановиться.       — Что это все значит? — дверь в тронный зал громко хлопнула, заглушая возмущённый крик девушки. — Отец, я прошу тебя, вернись и объясни им, что свадьба невозможна.       — Я не могу. Ты же слышала, что это приказ, — он замер, не поворачиваясь к ней.       — Давно ли тебя стали волновать его приказы? — она злилась, все внутри девушки кипело от ужаса происходящего.       — Теперь да, — с нажимом ответил он, наконец-то поворачиваясь к ней, — ты выйдешь за Эймонда замуж и родишь от него детей, тем самым соединив две враждующие стороны между собой.       — Но как, ведь такие вопросы не решаются так… так быстро. И, тем более, никто даже не спросил вашего согласия, — Шейра чувствовала, как медленно теряла над собой контроль и, тяжело дыша, заглянула отцу в глаза. Увиденное там окончательно ее разбило. Непонимающе глядя на него, она прошептала, — ты все знал и дал свое согласие задолго до сегодняшнего дня…       Ответом ей послужило лишь молчание и сочувствующий взгляд. Кинув короткое «мне жаль», Деймон Таргариен больше не мог смотреть на дочь и, развернувшись, покинул ее.       Шейра чувствовала, как какое-то невидимое кольцо сжималось вокруг ее шеи, заставляя ее задыхаться. Она ждала от отца поддержки, верила, что он все решит и заберёт ее отсюда. Но его стараниями она стала пленницей этого проклятого дворца. В неверии замотав головой, она старалась сдержать подступающие слезы разочарования и обиды. Она не вернётся на Драконий камень, а станет женой Эймонда и разделит с ним ложе. Развернувшись, она поспешила поскорее покинуть это место и скрыться в темноте собственной комнаты, но даже этого ей не дали спокойно сделать.       Взглянув на дверь, она с ужасом наблюдала на стоявшего там своего будущего мужа. Он явно был шокирован не меньше ее и тоже не горел желанием находиться в зале под наблюдением кучи глаз. Эймонд молча смотрел на девушку, не до конца понимая происходящее, но в этом взгляде не было ни ненависти, ни презрения, лишь такое же немое непонимание, как и у Шейры. Две слезинки упали с ресниц принцессы, когда она наконец-то отвернулась от него и направилась в свои покои.