2 - The future's open wide, beyond believing

Заскучавшая было Изабела вдруг оживилась и с не предвещающей ничего хорошего улыбкой коснулась плеча Хоук. — Посмотри-ка во-он на того красавца! Хоук зевнула и пожала плечами. Энтузиазм Изабелы был ей непонятен – как показывала статистика, ни один мужчина в этом трактире явно не был способен противостоять обольстительному натиску пиратки. А раз нет борьбы, нет и азарта, и уж кому, как не Изабеле, это понимать. Сама Хоук единственным благоприятным завершением вечера видела горячую ванну и теплую большую кровать в комнате на втором этаже «Короны и Льва». Нельзя было не заметить, насколько разительно отличалось это заведение от, скажем, того же «Висельника». Здесь не было крыс и тараканов, собирающихся в темных углах на правах постоянных клиентов, в баре наливали вполне сносное пиво, а комнаты, которые предлагал хозяин за вполне умеренную плату... Единственная приличная кровать в «Висельнике» стояла в апартаментах Варрика, и была оберегаема им чуть менее ревностно, чем абсолютно неприкасаемая Бьянка. В «Короне» же в каждой небольшой каморке была не только кровать, но и некоторое подобие тумбочки со стоящей на ней свечей, что лично Хоук привело в состояние, близкое к культурному шоку. В «Висельнике» тумбы и подсвечники использовали исключительно как оружие боя, и ближнего, и дальнего. Положа руку на сердце, в Амарантайне было славно. Городок только-только отстроился после Мора и весь так и сиял свежими срубами и блестящей краской. А еще ферелденская слякотная осень была хорошим поводом закутаться в такой любимый Хоук теплый плащ с капюшоном, каких никто не носит в Киркволле даже в самые суровые зимы. А еще, и это было главным, ни один из прохожих на маленьких улочках не знал Защитницу в лицо, никто не выражал признательность или сочувствие, не умолял о помощи и не сыпал проклятиями ей в спину. Это было удивительно и это было прекрасно. Допивая пятую кружку пива, Хоук физически ощутила, как Вольная Марка отпускает ее. Киркволл теперь казался безумным, суматошным, чужим и бесконечно далеким от этой маленькой шумной таверны, битком набитой людьми, которым решительно наплевать, кто такая Хоук и зачем сюда явилась. Она и забыла, как это – быть никем. — Хоук, поднять паруса! Вечер только начинается, - дернула ее за рукав Изабела. - Когда я буду в Денериме, будешь гипнотизировать кружки, сколько душеньке угодно. А пока изволь веселиться! — Сгинь, похотливая твоя душа, - отмахнулась Хоук, рисуя на столе замысловатый узор из палочек и кружочков, - пара часов, как с корабля, а ты уже развернула кампанию по поиску живой грелки в постель. Может, поспишь ночку одна? Просто для разнообразия. — Ханжа, — презрительно фыркнула Изабела, — ханжа и зануда. Хоук, которую я знаю и люблю, обязательно оценила бы настоящую мужскую красоту, сидящую прямо у нее за спиной. Ну же! Вздернув бровь, Хоук демонстративно повернула голову в сторону столика, на который так беззастенчиво пялилась Изабела. Впрочем, раздражение быстро уступило место легкой ухмылке – вкусу ривейнки стоило отдать должное. — Который из? — Тот, что слева. Готова поклясться сиськами Андрасте, я видела его раньше! Смуглое узкое лицо, синие глаза с веселой искоркой, тонкий красиво очерченный рот, темные волосы собраны в хвост, в ухе нагло блестит серьга. Что-то в нем было такое лихое и разбойничье, что никак не вязалось со строгой сине-серой броней с серебряным грифоном на груди. Мужчина, сидящий рядом с синеглазым, несколько терялся на фоне соседа, хотя и его лицо не было лишено приятности – черные длинные волосы, выразительные серые глаза, твердая линия подбородка. Хоук с досадой подумала, что, должно быть, она точно так же бледнеет на фоне Изабелы: женщина с усталым лицом, безучастным взглядом и скупой улыбкой. Эдакий памятник выполнению долга в ущерб простым радостям жизни. Саркастически улыбнувшись своим невеселым мыслям, Хоук повернулась к подруге с намерением объявить, что с Серыми Стражами она окончательно и бесповоротно завязала. Вот только Изабелы рядом не было. Бессильно уронив руки на стол, Защитница наблюдала, как пиратка, покачивая бедрами, направляется к вышеупомянутому столику. Синеглазый, разглядывающий ее с откровенной ухмылкой, что-то пробормотал соседу, тот хмыкнул под нос и тоже ухмыльнулся. Впрочем, нужно было отдать им должное – даже с учетом того, что наряды Изабелы всегда больше открывали, чем закрывали, Стражам достало силы воли смотреть ей в глаза. И чему их там только учат, в этом Ордене? — Хоук! – Изабела, не скрывая торжествующей улыбки, призывно замахала ей рукой, и Защитница внутренне застонала: игнорировать Изабелу было бесполезно, а поддаваться на провокацию опасно. Синеглазый Страж вежливо кивнул в знак приветствия. — Хоук? В наших рядах есть одна Хоук - не родня ли? — Вы знакомы с Бетани? — Чудесная девушка и сильный маг, - в синих глазах сверкнула улыбка. – А вы, должно быть, ее легендарная сестра. Она и не говорила, что вы приедете. — Это незапланированный визит, - обрадованная и заинтересованная, Хоук сама не заметила, как под довольным взглядом Изабелы присела за столик, - по правде говоря, я даже не знаю, где ваш форпост. — Серые Стражи размещены в Башне Бдения, в паре часов пути отсюда. Натаниэль завтра отправляется туда и может взять вас с собой. — Буду рад помочь, — с улыбкой сказал брюнет. — Бетани много говорила о вас. — И не только Бетани! - пожал плечами синеглазый, постукивая пустой кружкой по дереву в надежде привлечь внимание официантки. - Капитаны в порту рассказывают увлекательнейшие вещи. Разбойники прячутся по углам, огры падают ниц, и даже кунари признают равной монну Хоук, беженку, ставшую героиней! — Что там, говорят, вы в одиночку перебили целую банду пиратов прямо в покоях Владычицы Церкви! — вторил ему брюнет. — Мы тут, знаете ли, стараемся следить за успехами своих соотечественников. Хоук вежливо улыбнулась и про себя возвела очи горе. Надо будет по возвращении серьезно поговорить с Варриком, или скоро не будет места в Тедасе, где она сможет укрыться от своей сомнительной славы. — Возможно, я тоже могла бы вспомнить пару историй про вас, мессир, если бы вы назвались, - Хоук искренне надеялась, что ее ответ прозвучал не слишком резко. - Больше, чем сплетни, в Киркволле любят только деньги и интриги. Натаниэль вдруг закашлялся, да так сильно, что Хоук уже хотела было бросаться ему на помощь. Но тот только отмахнулся, утирая выступившие на глазах слезы, синеглазый же только грустно улыбнулся и покачал головой. — Где мои манеры? Меня зовут Стефан. Но не думаю, чтобы обо мне рассказывали что-то настолько же запоминающееся, как о вас, монна Хоук. Для Серых Стражей самоубийственный героизм - издержка профессии, а не повод для восхищения. Другое дело вы – беженка, стремительно разбогатевшая и «порывом штормового ветра ворвавшаяся в загнивающий Киркволл и перевернувшая его с ног на голову», «карая и милуя, собирая вокруг себя отряд отчаянных храбрецов и безумцев», или как там это было, Хоу? Скажите, кому надо заплатить, чтобы про меня сочинили что-то вроде этого? — Это профессиональная тайна, — не удержавшись, расхохоталась Хоук. Синие глаза смеялись в ответ, и на душе потеплело: было в этом человеке что-то неуловимо располагающее. Остаток вечера прошел душевно, беседа текла легко и весело. Они сошлись во мнениях, что король Алистер – просто прелесть, а королева Анора – расчетливая, но не лишенная таланта правительница. Денерим был с пристрастием сравнен с Киркволлом, и было решено, что «Цветущая Роза» превосходит разнообразием услуг «Жемчужину», но «Висельник» и в подметки не годится богемному «Покусанному Дворянину». Насчет последнего пункта Изабелла спорила до хрипа, доказывая, что Стражи и Хоук – зажравшиеся аристократы, и «Дворянин» бледен и уныл по сравнению со сверкающим в своей неповторимости «Висельником». Но и она, в конце концов, согласилась, что последний, хоть и обладает более выраженным характером, все же уступает «Дворянину» по ряду незначительных пунктов. Таких, скажем, как выпивка, еда, чистота и публика. Единственной темой, которую Серые Стражи ловко обходили, а Хоук и Изабелла по молчаливому согласию решили не поднимать, был Мор. Договорившись с Натаниэлем о времени выхода к Башне Бдения и состроив рожу многозначительно смеющейся и изрядно пьяной Изабеле, пробормотавшей что-то вроде «жизнь коротка – зачем искать повод для встречи», Хоук тепло попрощалась со Стражами и поднялась к себе. С наслаждением стянув пыльную одежду и умывшись, она, раскинув руки, упала на кровать и улыбнулась. Впервые с тех пор, как она покинула Киркволл, у нее было легко и спокойно на душе. И все-таки, где же она могла видеть этого синеглазого Стража? Наутро, расцеловавшись с Изабелой и клятвенно пообещав встретиться через две недели в том же месте и в тот же час, Хоук присоединилась к Натаниэлю. Стефан отбыл раньше, и Хоук почувствовала легкий укол разочарования – синеглазый Страж пришелся ей по душе. Амарантайнский тракт был проложен недавно и так и манил свежей брусчаткой, так что, когда Хоу предложил пройтись пешком, Защитница охотно согласилась размять ноги. Да и Шаран, явно истосковавшийся по родным просторам, теперь с радостным лаем носился вокруг, гоняясь за мелкой живностью и нетерпеливо забегая вперед. Свет красиво играл на блестящей густой шерсти, делая мабари похожим на маленькое рыжее солнце. — А я ведь слышала о тебе, Натаниэль Хоу, — неожиданно для самой себя себя произнесла Хоук. — Страшно представить, что именно, – в голосе Стража звучала легкая досада. – И какая же слава обо мне долетела до славного града Киркволла? — Хороший парень из плохой семьи. — Могло быть и хуже, - философски заметил Хоу, пожимая плечами. – Особенно учитывая круг твоих друзей. Хоук настороженно покосилась в его сторону, не зная, что сказать, но Натаниэль только отмахнулся. - Брось, я же говорил, что мы стараемся приглядывать за соотечественниками, а Андерс - один из нас. Хотя, откровенно говоря, с ним мы никогда особенно не ладили. А вот Справедливость мне, страшно сказать, даже нравился. — Не могу сказать того же, - фыркнула Хоук, поддевая носком сапога камешек. – Какими они были? Ну, знаешь, до того, как…? — Андерс тебе не рассказывал? Хоук неопределенно пожала плечами, и Натаниэль вздохнул. — Нас призвали в трудное время. Мор был остановлен, но Серых Стражей в Ферелдене почти не было, и Орден отчаянно нуждался в новобранцах. Андерса, например, Стефан буквально вырвал из рук храмовников. Орден еще долго потом… — Стефан? Вчерашний Стефан? – удивленно переспросила Хоук. – Он тоже был здесь после Мора? — Откровенно говоря, Стефан положил Мору конец. — Так это был Кусланд?! – возмущению Хоук не было предела. – Историй про него, значит, не рассказывают! Негодяй, ввел наивных барышень в заблуждение! — Он просто скромный, – ухмыльнулся Хоу. Хоук только отмахнулась, судорожно соображая. Кажется, она наконец-то вспомнила, где ей довелось встретиться с Героем Ферелдена. …Огонь, повсюду огонь и крики, Карвера нигде нет, Хоук зовет его, но в ответ слышит только вопли и стоны, которые становятся все громче, отчаяннее. Лицо обдает нестерпимым жаром, когда огромный горящий брус просмоленного дерева пролетает мимо и разбивает вдребезги парапет, окатывая Хоук волной горячих осколков. Лицо обожжено, ничего не видно от слез, и в голове бьется только одна мысль: вниз очень далеко лететь. Вдруг чьи-то сильные руки подхватывают Хоук, горло сжимает от страха и отвращения: если порождения тьмы, то это конец, нет, только не так, Создатель, Андрасте и все боги, когда-либо придуманные, только не так… Но гарь рассеивается, легкие обжигает морозный воздух, и те же руки, живые, но очень холодные, мягко обтирают Хоук лицо снегом и мажут какой-то жгучей мазью. Из-за спины доносится испуганный голос Карвера, и Хоук, с трудом разлепив глаза, смотрит в лицо своего спасителя, отблески пожара пляшут в тревожных ярко-синих глазах. Но Карвер уже тянет Хоук в сторону, а мужчина, подхватив с земли клинки, исчезает в дыму, идущем от Башни Ишала… — Хоук? Все нормально? Защитница вздрогнула, почувствовав руку Натаниэля на своем плече. Страж выглядел несколько озабоченным. — Я вспомнила. В битве при Остагаре он вытащил меня с горящего моста. Фактически спас мне жизнь. — Он тоже тебя вспомнил, - мягко улыбнулся Натаниэль. - Ты была одной из немногих, кому он тогда успел помочь. — Вот так всегда. Уникальный шанс поблагодарить своего спасителя упущен безвозвратно, - Хоук без особой надежды покосилась на Натанэля. – Ты же сейчас скажешь, что Кусланд уехал на край света и неизвестно, когда вернется? — Уехал он в Дикие земли, если быть точным, - хмыкнул Хоу. – И, если я верно понял цель его путешествия, возвращение на повестке ближайшего будущего не стояло. — Значит, я могу больше никогда его не увидеть. Чудесно. Хоук зло пнула очередной камешек и с мрачным удовлетворением проследила его полет до ближайшего дерева. Но впереди уже показалась мрачная громада Башни Бдения – сплошь камень и узкие бойницы, настоящая крепость, и сердце Хоук радостно екнуло от предстоящей встречи с сестрой. Как вернуть долг неуловимому скромнику Кусланду, она сможет подумать и позже.