Часть 4. Глава 19. Не страшно

***

Лачуга Гонтов напоминала мрачное чудовище, нашедшее свой последний приют между подножием холма и тёмной полосой границы леса, простирающегося дальше по равнине. Брёвна и доски давно сгнили, почернели от времени и сырости, глазницы окон страшными черными провалами смотрели в пустоту. — Держитесь за мной, Айрис. Когда зайдём в дом, ступайте по тем же доскам, на которые буду наступать я, — бледный лохматый мальчишка, в чьих иссине-чёрных вихрах белела седина, был необычайно серьёзен. Он неотрывно смотрел на хибару, словно в подробностях изучая противника, с которым ему предстояло сразиться. Девочка с трудом оторвала от него взгляд, тоже уставившись на хижину. С покосившейся крыши капала вода, образуя длинную тёмную полосу в сугробе. Деревья скрюченными страдальцами застыли позади. Альбус продолжал инструктировать: — Когда войдём в дом, и я сниму с тайника все чары, мы сразу же покинем это место. Держите палочку наготове. Ваша задача — вытащить нас оттуда, если что-то пойдёт не так. — Хороша задачка, — хмыкнула Айрис. Мальчик веселья не выказал. — Я сниму барьер от трансгрессии, — пояснил он. — У вас не должно возникнуть сложности. Впрочем, я думаю, что мы сможем придерживаться плана. Айрис не стала острить, только покорно вздохнула. Ей было не по себе. Учитывая, что прошлое посещение этого места обрекло Альбуса Дамблдора на долгое и не безболезненное умирание, он, должно быть, чувствовал себя не лучше. — Идёмте, Альбус, — девочку передёрнуло. — Мы с вами обговорили всё в подробностях. Промедление вызывает во мне малодушие. Мальчик кивнул, и они стали аккуратно спускаться вниз по склону, поскальзываясь на заледенелой тропе. Айрис шла по пятам, стараясь не отставать. Сейчас шагающий впереди мальчик ещё меньше напоминал обычного школьника. Проворные движения и цепкий взгляд выдавали немалый опыт, уверенность в действиях, расчёт в глазах — немалый ум. У калитки он остановился. Девочка не заметила, как волшебная палочка оказалась у него в руках, только догадалась об этом, когда по навершиям покосившихся досок пробежали искры, словно электрический разряд. Дверца распахнулась, и Альбус шагнул на территорию, оставляя за собой глубокие следы в снегу, по которым след-в-след за ним ступала Айрис. В следующий раз он затормозил у крыльца. Сидел на корточках минут пятнадцать прежде, чем позволил себе подняться, голой рукой (Айрис чуть удар не хватил!) замысловато дёрнуть дверную ручку, куда-то вверх и влево, и потянуть её на себя. Дверь распахнулась, из заброшенного дома пахнуло затхлостью и пылью. Также не произнося ни слова, мальчик шагнул внутрь, в эту неподвижную опасную темноту. Айрис помедлила мгновение, но почти сразу отбросила сомнения. Она сама напросилась отправиться с ним. Нет, дело было не в недоверии, уже нет. Ей было любопытно. А вместе с любопытством — отчего-то не страшно. С этим Альбусом Дамблдором и правда было не страшно. Меж тем, Альбус уже медленно продвигался по скудно обставленной хибаре, свет в которую через пыльные окна проникал едва ли. Доски под ногами скрипели, каждый предмет мебели, будь то проваливающийся под пол комод или обеденный стол с гнилыми ножками, выглядели брошенными и озлобленными. Словно впитали в себя дурной нрав хозяев и теперь транслировали его на любого, кто осмеливался войти в дом. Айрис ничего не трогала, в точности повторяя ногами маршрут, проложенный Альбусом. Тот на неё не оборачивался, полностью погруженный в процесс снятия защитных заклинаний. Его палочка выделывала петли и завитки в воздухе, останавливаясь лишь на какие-то мгновения, чтобы дать время погаснуть одному барьеру и обнажиться другому. Аврору Лонг ещё не доводилось наблюдать такого искусного колдовства. Она прожила в мире, отгремевшем победой над Волан-де-Мортом, почти десять лет, но за всё время своей службы ни разу не видела ничего подобного. Уничтожение самих крестражей казалось просто фарсом против такой мощной в своей сложности защиты. Наконец Альбус остановился. Подобрал мантию, присел на корточки у поваленного стула, под подоконником у мутного окна, и прочертил волшебной палочкой прямую линию по половице. В месте, где кончик палочки касался дерева доски, оставался белый искрящийся след. Девочка напряглась, почувствовав, что они подобрались к своей цели как нельзя близко. Кусок дощатого пола в этом месте исчез, и в проёме на отсыревшей земле стал виден небольшой ларец, на фоне окружающей действительности выглядевший не в пример ухоженным. Полированные механизмы и уголки, как и лакированное дерево стенок, воспринимались насмешкой в этом мрачном всеми покинутом жилище. Не дотрагиваясь до шкатулки руками, мальчик применил к ней чары левитации, и наконец обернулся к своей спутнице. Кивнул ей, всё также не произнося ни слова, и они двинулись обратно тем же путём, что и пришли; разве что впереди теперь была Айрис. Оказавшись на воздухе за территорией ограды, оба выдохнули. Альбус взмахнул палочкой, восстанавливая снежный покров в исходную ровную поверхность, и расчистил небольшой участок вокруг них, возводя барьер за барьером, чтобы не привлечь внимания маглов. — Здесь уже можно говорить, — разрешил он, трансфигурируя камень в табуретку. Присел, отерев со лба пот, и пояснил: — Дом был зачарован распознавать любого, кто говорит не на парселтанге, за врага. — Вы об этом вовремя сказали, — фыркнула Айрис. По спине пробежали мурашки. Альбус выглядел виновато. — Я сам об этом не знал. В прошлый раз я прибыл сюда один и нужды говорить вслух у меня не было. Теперь, когда я понимаю язык змей, многое в механизме работы защитных заклинаний мне стало понятнее. Повезло, что вы такая молчунья, Айрис. Девочка закатила глаза. — Ох, напроситесь вы, Альбус. Он рассмеялся. Потом посерьёзнел: — Вы готовы уничтожить его? — Безусловно, — нахмурилась она. Тихий шипящий шепот, и крышка шкатулки, которая всё это время стояла в центре поляны между ними, открылась. Альбус взмахнул палочкой, кольцо выпрыгнуло из мягкой бархатной подушки, и Айрис одним точным движением волшебной палочки вонзила в него клык василиска. Они оба зажали уши. Когда крик умолк, Айрис подошла к упавшей на землю семейной ценности Гонтов. Фиолетовый камушек в обрамлении треснул, металл почернел. — Не трогайте, — предостерёг Альбус. Он проворно оказался всего в одном шаге от неё, загородив собой, и поднял кольцо с земли толстым тканевым платком, явно пропитанным какими-то зельями. Завязал концы нитью и спрятал в маленьком кожаном мешочке, в котором когда-то прятал дневник Тома Реддла. — С вами приключения становятся какими-то неинтересными, — укорила она его. — Это как? — он допустил во взгляд смешинку. — Ну, знаете, — фыркнула она. — Ни вляпаться в сигнальные чары, ни попасть под проклятие, ни побегать от преследования. Держу пари, вышивать крестиком опаснее, чем прикрывать вам спину. Альбус рассмеялся. — Что ж, не скрою, — поддержал он. — У долгой жизни есть своё опытное преимущество. Айрис покачала головой. Она сомневалась, что дело было в возрасте. Вздохнув, девочка бросила взгляд на наручные часы. — Сириус нас убьёт, — констатировала она. — Сидит там наверное на печеной утке и перемывает нам кости, поддерживая светскую беседу с бабушкой. — Мне кажется, ты недооцениваешь их обоих, — Альбус отменил трансфигурацию, превращая табуретку обратно в камень, и принялся снимать наложенные им же защитные чары, восстанавливая снежный покров. — Надеюсь, что так. Ради сохранения душевного спокойствия нас обоих, — проворчала Айрис и шагнула в сторону на ледяную дорожку, позволяя Альбусу завершить процедуру заметания следов. Спустя мгновение мальчик к ней присоединился, и они оба зашагали вверх по обледенелому склону. Можно было трансгрессировать и оттуда, но для перестраховки оба всё же решили, что лучше оставить след от трансгрессии подальше от хижины Гонтов. На путь до места предыдущего перемещения они потратили ещё около четверти часа, устав от лазанья по сугробам, но оставшись довольными собой и друг другом. На площади Гриммо их ждала идиллия: последний представитель древней чистокровной семьи Блэков рубился в магловские карты с благородной леди Лонг. — Счастливого Рождества, — рявкнул Сириус им в приветствии и радостно заржал своим лающим смехом. Леди Лонг отсалютовала бокалом с пуншем. Вытянувшееся в удивлении лицо Айрис Лонг стало отличным завершением дня и весёлым началом для прекрасного вечера.