Глава 2: Да начнутся игры

      Три дня пролетают слишком быстро. Ксейден уходит на два из них, чтобы патрулировать. Я не думаю, что он должен был выходить, но если он собирается быть угрюмым, он может сделать это подальше от дома Риорсонов. Я и так достаточно нервничаю и без его теней, которые следуют за мной. Обычно они меня не беспокоят, но в последнее время они стали беспокойными.       Я предупреждаю Аарика, говоря ему, что он может либо увидеть своего брата, либо не высовываться и молиться Зихналу, чтобы никто не заметил их сходства. Это его дело. Он решает пока затаиться. Мы придумываем историю о том, что он дальний родственник, на случай, если кто-то заметит, как сильно они похожи, но я сомневаюсь, что кто-то соединит это воедино. У всех всадников изношенный, уставший от сражений вид с тех пор, как мы были в Басгиате. Холанд будет чисто выбрит и собран. Щетина Аарика и тёмные круги под глазами должны достаточно его отличать.       В ту ночь, когда Ксейден уезжает, я рассказываю Ри всё о Холанде. Всё. От того, как он впервые появился в архивах, до всего, что он сказал, когда расстался со мной. К тому времени, как я заканчиваю, её рот открыт, а кувшин с лавандовым лимонадом, который я тайком протащила, пуст. — Подожди, — она поднимает руки, — Риорсон знает что-нибудь об этом?       — Нет, не всё. Он не знает, чем всё закончилось. Я не говорила об этом с той ночи. Я даже Мире не рассказывала, — я легла на кровать, которая технически моя.       Её глаза расширяются: — Он собирается его убить. Он действительно собирается его убить. О, Ви, — она бросается на кровать рядом со мной, кладя голову рядом с моей. — Ничего из того, что он сказал, не правда. Он монументальный придурок.       — Спасибо, Ри. Не знаю, что Холанд ожидает найти, когда приедет сюда. В последний раз, когда он меня видел, я была в ужасном состоянии. Я давно не чувствовала себя такой маленькой, такой слабой, даже несмотря на всё дерьмо, через которое мы прошли в Басгиате. Я не хочу снова быть таким человеком. Я оставила её у парапета.       — Ты не слабая. Ты здесь самый сильный всадник. Тебе просто нужно показать ему, насколько ты сильна и как на самом деле слаб он.       — О чём ты говоришь? — Лимонад явно ударил ей в голову. Он принц. Магия или нет, но эта позиция даёт чертовски много власти.       — Я просто напоминаю тебе, что у тебя есть очень большой, страшный дракон и очень большой, сексуальный мужчина. Ты должна использовать их в своих интересах. Покажи ему, какой он на самом деле маленький, — она шевелит бровями и смеётся.       Той ночью я сплю в её комнате и просыпаюсь, чувствуя себя спокойнее, чем когда-либо за последние дни, несмотря на лёгкую головную боль.       Я тоже всё расскажу Мире, как только она вернётся с миссии, но я не тороплюсь. Она будет в ярости, но не так, как Бреннан, который: «Моя младшая сестра не должна бегать с принцем». Она знала, что я встречалась с кем-то в то время, и её сводило с ума то, что она никак не могла понять, с кем именно.       Утром в день их ожидаемого прибытия я просыпаюсь рано и трачу немного больше времени, уверяя Ксейдена, что мои глаза, губы, руки и всё остальное только для него. Он кажется довольным, когда я надеваю свою лётную кожаную форму и дарю ему последний поцелуй перед тем, как отправиться на лётное поле. Он будет весь день на совещаниях, пока я буду летать со своим отрядом.       Я присоединюсь к собранию, как только прибудет конвой из Колдира. Бреннан не в восторге от того, что я пропущу ещё один день занятий, но он промолчал об этом.       Нам больше не нужно прятать драконов, поскольку Наварра знает, что мы здесь, поэтому мы снова начали манёвры полёта. Тейрн снова возвращается к своей привычке делать их сложнее, чем профессор, но я не жалуюсь. Во-первых, потому что моё седло удерживает меня, и, во-вторых, потому что если мы не будем более искусны в воздухе, мы не выживем в следующем бою.       Сложные нырки и вращения занимают мой разум, пока мы движемся по утру. Я почти вздрагиваю, когда Тейрн говорит, что пора возвращаться.       «Коронованный и его стража приближаются. Ты готова, Серебристая?»       Насколько я могу быть готова. Тейрн довольно быстро согласился с моим планом нашего прибытия. Ассамблея должна вести себя хорошо, но я не являюсь членом Ассамблеи. Если Холанд хочет играть в игры, то давайте играть.       «Ага».— Я не могу не улыбнуться. — «Ты готов повеселиться?»       Тейрн хихикает: — «Я не шут, чтобы развлекать людей. Мы прилетим, как всегда».       Я не верю ему ни на секунду. Я хватаюсь за луку обеими руками, чтобы удержаться на ногах. Тейрн движется с головокружительной скоростью, чтобы вернуть нас к замку, где нас ждут Бреннан, Ксейден, Гаррик и ещё несколько членов собрания, а за ними Сгаэль и Мабх.       Тейрн издаёт оглушительный рев и пролетает прямо над группой, несущей герб семьи Таури, приближающейся к дому Риорсонов. Он летит достаточно низко, чтобы, когда он снова взмыл прямо вверх, его хвост-утренняя звезда едва не снёс одну из карет. Пехотинцы изо всех сил пытаются удержать лошадей.       Я смотрю достаточно долго, чтобы убедиться, что я была права: кареты короля здесь нет. Он не приехал. Только Холанд, который, похоже, является частью королевского совета, и его охрана из примерно двадцати человек.       «Я думала, ты не любишь выпендриваться?» — поддразниваю я его.       «Я лечу, как обычно. Я не виноват, что их скакуны пугливы. Их следовало тренировать более тщательно». — Мой смех теряется в ветре, когда он так резко виляет вправо, что мне приходится пригнуться, чтобы удержаться в седле.       Тейрн выравнивается как раз в тот момент, когда передовые линии королевского каравана останавливаются, и высокий солдат с песочными волосами и зелёными глазами спешивается и идёт вперед. Тейрн хлопает крыльями, наклоняясь вертикально, чтобы удержаться в воздухе в течение нескольких секунд. Земля трясётся, когда он приземляется почти на одной линии с Ксейденом и собранием. Как только мы касаемся земли, адреналин от полёта спадает, и тревога берёт верх. Я набираю воздух в лёгкие и пытаюсь успокоить своё теперь колотящееся сердце. Мне нужно излучать уверенность, даже если я не чувствую её в глубине души.       Все охранники Холанда смотрят вверх, некоторые с плохо замаскированным страхом, некоторые с таким уровнем уважения, который даже Тейрн счёл бы уместным. Холанд смотрит мимо головы Тейрна туда, где сижу я. Я намеренно избегаю его взгляда, когда расстёгиваю ремни на бёдрах, не торопясь, чтобы дать своим нервам шанс успокоиться. Я медленно перехожу на плечо Тейрна и спускаюсь по его вытянутой ноге, чтобы занять своё место слева от Ксейдена, в то время как Гаррик обходит его справа, накладывая улыбку на моё лицо.       — Извините, что опоздала, — говорю я весело. — Что я пропустила?       — Мы просто приветствовали наших гостей. — Бреннан отвечает своим тоном подполковника. Я вижу, что он не в восторге от нашего появления. Он может обсудить это с моим драконом в любое время, когда захочет.       — Привет, Вайолет. Я надеялся увидеть тебя здесь. — Холанд делает шаг вперёд и склоняет голову в лёгком поклоне.       Я не уверена, что я ожидала почувствовать, когда мы снова увидимся, но равнодушие не было в списке. Неуверенность, хрупкость, нервозность, конечно. Я не готова к апатии, которая нахлынет на меня. Он выглядит так же, может быть, немного менее по-мальчишески, но те глаза, которые когда-то пленили меня, это лицо, от которого у меня перехватило дыхание, больше не имеют надо мной никакой власти. Облегчение пробегает по мне. Мне всё ещё нужно показать ему, что он больше не может со мной играть, но это будет намного проще без неловких моментов в моих словах или ногах.       Я чувствую, как Ксейден напрягается рядом со мной. — «Спокойно!» — напоминаю я ему. — «Позволь мне пока с ним разобраться».       — Холанд. — Я приветственно улыбаюсь ему, не открывая губ, и охранник справа от него клюёт на приманку, как по команде.       — Ты будешь обращаться к своему принцу с надлежащими титулами и преклоняться перед ним. Очевидно, ты не переросла свою дерзость.       Тейрн рычит и скалит зубы, опуская голову так, что они почти на уровне глаз. — «Мой всадник не кланяется ни королям, ни принцам». — Я поднимаю на него взгляд, прежде чем повернуться к лейтенанту Дункану, давнему охраннику Холанда, и самодовольно улыбнуться. Надо отдать ему должное, он становится белым как полотно, но не отступает под взглядом Тейрна.       Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть прямо в ярко-зелёные глаза Холанда, и поднимаю подбородок. — Он не мой принц, и я никому не кланяюсь. Я буду обращаться к нему так, как посчитаю нужным. Любой, у кого есть с этим проблемы, может свободно обсудить это с моим драконом. — Я поднимаю бровь в знак неповиновения.       — Ты позволишь драконам сражаться в твоих битвах? — Дункан не может сдержаться.       Я смотрю на него невинно. — Ты можешь обсудить это со мной, если хочешь. — Я позволяю потоку силы Тейрна течь сквозь меня и сгибаю пальцы. Маленькая молния вспыхивает в небе. — И тебе привет, Дункан. Давно не виделись. — Я рада, что Холанд не слишком изменил свой ближний круг за последние два года. Лейтенант Дункан предсказуем, и мне всегда удавалось залезть ему под кожу.       Я наклоняюсь к Ксейдену и говорю достаточно громко, чтобы услышала группа напротив нас: — Он никогда меня не любил. Не знаю почему. Думаю, это потому, что он никогда не понимал ни одной из моих шуток. — Гаррик пытается скрыть смех кашлем. Ксейден слегка оттаивает, и я чувствую смесь веселья и удовлетворения по связи. Я чувствую, как Бреннан составляет черновик лекции, которую он обязательно мне прочитает позже, но мне всё равно. Мне слишком весело.       — Это потому что…       — Хватит. — Охранник замолкает по требованию Холанда, и я не могу не ухмыльнуться в его сторону. — Вайолет может называть меня как ей угодно. — Он поворачивается, чтобы обратиться ко мне напрямую. — Ты хорошо выглядишь. Я никогда не думал, что ты окажешься где-то за пределами Архивов, — он делает паузу и намеренно окидывает меня взглядом с головы до ног с блеском в глазах, — но чёрный цвет тебе идёт.       Может быть, это будет сложнее, чем я думала. Я определённо не чувствую себя робкой, но его взгляд, будто он точно знает, как я выгляжу под своей лётной кожаной курткой, раздражает. Я забыла, как легко ему было меня раздражать. Моя апатия ушла и сменилась раздражением. Я не могу не задаться вопросом, сделал ли он это намеренно.       — Мне все это говорят, — я остаюсь максимально невозмутимой. Его глаза на мгновение сужаются, прежде чем он придаёт своему лицу нейтральное выражение. Он слишком хорошо скрывает свои настоящие эмоции. Я даже не могу быть уверена, что эти мелкие оплошности не намеренны сбивать нас с толку.       «Ты можешь уловить хоть какие-то его намерения?» — осторожно спрашиваю я Ксейдена.       «Нет, не его. Я могу прочитать каждого члена его охраны. Их единственное намерение — вернуть его живым в Колдир, но я не могу ничего от него узнать. Он не должен уметь ставить щиты. Это могут делать только всадники. Что-то не так».       «Интересно, есть ли у них сыворотка, которая действует противоположно блокирующей печать сыворотке, которую нам давали во время КВВ?»       «Может быть. Мне это не нравится».       Я чувствую то же самое. Вот и пропадает одно преимущество, которое, как я думала, у нас будет.       Бреннан вмешивается, несомненно, чтобы удержать меня от дальнейших неуважительных высказываний в адрес Холанда или кого-либо из его охраны. — Мы встретимся в зале заседаний через час. Вы можете привести с собой всех членов совета, которые пришли с вами, и двух вооруженных охранников.       — Понял, — Холанд кивает.       Я поворачиваюсь к Ксейдену. — Отлично, я летала всё утро. Мне нужна ванна перед встречей. — Я не спеша окидываю его взглядом от его рта, вниз по его мускулистым рукам и груди, к его ботинкам, затем медленно возвращаюсь к его глазам. — Ты можешь присоединиться ко мне, — говорю я, поворачиваясь, чтобы пойти обратно к дому.       На этот раз Гаррик не пытается скрыть свой смешок. Я улавливаю периферийным зрением, как сужаются глаза Холанда и выпрямляется его спина. Миссия выполнена, на данный момент.       «Развлекаешься, Вайоленс?»       «Ты пойдёшь или нет?»