Часть 11

Мастер артефактов прибыл довольно быстро, даже часа не прошло. Осмотрев амулет, он сказал, что… не знает его свойств. Затем мужичок откопал в своём справочнике (которому на вид лет эдак пятьдесят, книга вся потрёпанная), что это совершенно точно амулет мага, насколько оптимально упираться на прочитанное – не знаю, но в общем, его свойство было довольно простым: он способен хранить в магию, которая, с помощью рун (в этот раз нормальных, не печатей), может воспроизводить фиксированное заклинание, в зависимости от цели этих рун, собственно. Он сам лично такое никогда не встречал, всё потому, что сама магия запрещена и такие вещи просто незачем делать обычным мастерам, ведь они бесполезны для люда немагического. Мужик хотел было выкупить его – но я отмазался, мол, улика в деле. На самом же деле, меня действительно заинтересовала данная штука. У меня доступа к самой магии нет – может быть, он будет, ведь строка «на данный момент недоступны» говорит сама за себя. И если у меня получиться сделать подобные хранилища, то это может выступить серьёзным подспорьем. Я, правда, слабо представляю себе, где искать необходимого человека, что будет (если дельце не выгорит) поставлять мне подобные штучки. Да и запрет магии ведь очень серьёзен. Уже тот факт, что я такую вещь заимел (пускай и от бандитов) меня обязал её оформить по особому образу, благо, я являлся герцогом, и у меня в этом плане карт-бланш: я и являюсь официальным оформляющим (ну, фактически Вильям, однако же я сейчас его заменяю). Затем, после заверения, я закидываю это вещицу на склад, где храню в надлежащем виде с документами, дабы не появились вопросы, либо уничтожаю, если это не имеет ценности как таковой. Процесс очень муторный, но реальность к этому обязывает: свод законов на счёт магии просто абсурден. Тут даже за простое взаимодействие с владельцем маной, даже, сука, не зная, что он ею владеет, грозится такой бюрократической жопой, что глубину её просто не измерить. Особенно это касается тех, кто имеет хотя бы мало-мальски бедный титул. Даже если ты зажиточный крестьянин. Ведь получается, ты, имея влияние, подпустил к себе «плохого» человека. Зачем столько дрочки с этим – неясно, но император явно этому спуску намерено не даёт. Ответ мне пришёл в руки буквально сразу же, кто бы мог подумать, но выручила меня опять Клэр: тут существует священная нация некой Лайлы… где-то это имя уже мелькало… Точно! Там же будет одна тварь из этой срани, что в Ивонн по канону вселиться! Беда… Это ведь моральные уроды. Могут поглощать чужую жизненную силу, думаю очевидно, к чему приводит данная… процедура. Это даёт им ману, а также позволяет манипулировать любой материей. Не знаю уж, о чём тут шла речь, но звучит очень… хреново. Они существуют уже множество веков, и первые существа возомнили себя богами. Информации у Клэр было мало, но она точно была уверена в том, что из-за невозможности отличить обычного мага (который, насколько я понимаю, сам свою ману восстанавливает) от подобного… поглотителя, попросту невозможно. Поэтому, дабы не разжигать ненависть, не выяснять кто кому и как там оно, император (не наш, а вообще предок предка другого предка) издал чёткий указ – убивать всех магов. А все возможные взаимодействия с ними, карать настолько, что иной раз это доходит до уничтожения рода. Со временем, всё стало чуть мягче, а также некоторые законы прояснили свои довольно мутные трактовки, но суть оставалась одна. Получается, маги подвергаются гонениям со всех сторон просто за компанию. Вспоминаются мои слова об использовании магов императором, теперь они совершенно точно – ложны. Соответственно и о Винтере никто не знает (никто, кроме «своих», получается). Вопросов поубавилось. Однако это мне напрямую напомнило о том, что Ивонн тоже необходимо ведь спасать от этого культа. ГГшку аналогично, но она прибудет позже (если канон, конечно, будет соблюдаться). В махнве, Ивонн приводит Иклис, при этом, она является… ну по идеи, самой Лайлой, получается некой «предводительницей» этого культа (но это не точно), а вот в самой игре, якобы куда попала Сиён Ча по событиям этого комикса, её приводит Винтер (при этом, в каноне она является нормальной, минуя гонения Пенелопы конечно). Почему именно наш «зима» (ну у него и имя, конечно) нашёл девочку и привёл её в дом, где и получил благодарности с прочими почестями, неясно. Но понятно то, как он её нашёл – она сама вышла на него, где он и совместил факты. Но маркиз вроде не являлся предателем, даже наоборот… Могло ли быть так, что Винтера загипнотизировали или ещё чего похуже? Не уверен я в этом, наш маркиз, вообще-то, довольно сильный маг, уж что-что, но кастовать глобальные заклинания он могёт и очень даже практикует. Исклиса история тоже довольно банальна. Заменил он Винтера потому, что тот влюбился в ГГшку, а сам парень-раб из Делмана привёл «Ивонн-Лайлу» ради побега вместе со «своей госпожой» из поместья, как бы предложил заменить «фальшивую» дочку на настоящую (потому что Ггшка сама его, по факту и спровоцировала, влюбив в себя и гонясь за ста процентами в строчке любовного интереса, а тот это принял, как прямой намёк). Я до сих пор не особенно знаю, почему именно Иклис был проблемным любовным интересом, но моя теория о том, что его не должно было быть в оригинальной истории Пенелопы, всё ещё имеет охренительные шансы на «выживание». Как одержимый нашёл «сестричку» своей госпожи? Вероятнее всего, она сама на него вышла (сходство, не находите?). Я не помню, что говорилось в каноне, да и это не особенно важно в свете того, что телом уже владела Лайла… или какое там у неё имя. Ну, Лайла – это нация. Так что... Ой, да короче! Пускай ею и будет. Важен факт, что, теоретически, эта Лайла была в обоих версиях – то есть и в игровой, и в той, куда попадает Сиён Ча… М-да. Главный вопрос на этот счёт: где мне искать Ивонн сейчас? Да и хорошо бы узнать, как произошла встреча в оригинальной игре её с Винтером до момента её привода в поместье. Как она вообще выжила на улице, будучи герцогской дочкой, которая росла в опеке и достатке? Кто-то ей помог? Лайла и её приспешники? Возможно. Тогда же её и поработили… Хорошо, ну вернее, плохо, но к чему-то я пришёл. Помассировав пальцами виски, я выдохнул некоторым раздражением и тут же запил его соком. Предположим, что Ивонн сейчас находиться вне герцогства, что уже нихрена себе, ведь само герцогство огромное, а мы говорим о девочке двенадцати лет, или сколько ей там... Она теряет память (вроде это было по сюжету) и скитается до возраста эм… Вроде семнадцати? То есть пять лет! Пять сраных лет! А потом возвращается, помня лишь смутные вещи, связанные с семьёй герцогства. Вот где её в этот период искать? Проблема в том, что я не могу просто взять и приказать войскам шастать не на территории герцогства (даже на территории вассалов это грозится жопой). Хотя вряд ли Вильям этого не сделал, но за прошедшие почти полгода, её так и не нашли. Чем дальше в лес, тем больше дебри… Ясно, что ничего не ясно, блин. Нужен Винтер. Нужно на него каким-то образом выйти. Но он, собака такая, на приёме в честь дня рождения второго принца не был… Почему, вопрос, конечно, хороший, но… чёрт бы с его отсутствием. Впереди ещё много попыток, кстати о них... Что из ближайших событий? Вроде там охота для аристократии, которая проводиться раз в год. Правда, раз уж он не появился на прошлом событии, то на менее важное и подавно может не прийти. Его искать – как иголку в стоге сена, только мага в чертоге императорских владений, ага. Но вообще, вся ситуация достойна того, чтобы более тщательно её проверить… Пф, но как? За магом, что способен заставить забыть всё поместье об конкретной информации (его тогда вроде ГГшка попросила это сделать, потому что они сильно задержались из-за похищения, а за ним и из-за встречи с культом Лайлы), отправлять следить каких-то простых челиков? Себе дороже. Короче, остаётся лишь рапортовать на удачу. Иного выхода я не вижу. Теперь ещё один вопрос: почему именно Ивонн? Предполагаю, из-за вариативности. У неё есть власть среди всех: братья герцоги, а также потенциальный любовный интерес – Каллисто, который позже станет во главе империи. Схожесть опять прослеживается, даже самым невооруженным взглядом – Пенелопа абсолютно те же данные имеет, за тем исключением, что «старт» её сложнее по нескольким причинам. Поэтому и выходит, что самая проблемной для неё персоной становиться ГГшка, которая и попала в соответствующее тело, зная сюжет. На этом строиться их противостояние. Но никакой, даже малейшей, действительно нужной мне информации, нет. Дело ли тут в том, что я не двигаюсь по сюжету? Но что для этого нужно делать? Вот мы сегодня выбрались на рынок – я встретил леди Тиори. Что можно сказать? Ну… допустим, что сюжет двигается от взаимодействия с Пенелопой – но это ведь не так, бал, на котором она отсутствовала, тому доказательство. Высока вероятность того, что сюжет крутиться вокруг любовных интересов, что автоматически означает необходимость встречи не только с упомянутой леди, но с серым, розовым и жёлтым любовными интересами (последние были у Рейнольда и Деррека к Пенелопе соответственно). Если предполагать, то ГГшка, по идеи, будет мои жёлтым интересом – это просто логика, хотя и строящаяся на факте «неоспоримости» канона, то остаётся два цвета, о которых мне пока никак не узнать. Так… Надо бы получше узнать о праздниках, которые проходят в империи. Этим вопросом я и занялся – допрос Клэр, это только первый шаг. Различные день рождения идут в таком порядке, если мы смотрим с января: герцог Флюнгер, за ним Клай и его жена, затем жена первого; далее второй принц; Каллисто; текущая королева; и в конце император, у него поздних числах ноября. Это без учёта наследников герцогств, а на них тоже отправляют приглашение всем, меня, очевидно, интересуют все Клай. Одиннадцать официальных наследников так или иначе встраиваются в эту полосочку – выделяется разве что средний их сын: у него в день в день с королевой, но это, по сути, и не важно. Кроме того, Пенелопа, Рейнольд и батька. Первая идёт после Каллисто, Рейнольд за герцогом Флюнгером, а батька замыкает список, у него тридцатого декабря. Так-с… Я в середине, следующим идёт Каллисто – первое августа. До него ещё чуть больше месяца. Теперь о праздничных событиях, куда собирается знать. Охота, она самая близкая. Королевский бал – встраивается между днями рождения главного герцога Клай и его жены. Праздник урожая, чуть раньше, чем день королевы; в ночь с тридцать первого декабря по первое января – зимний карнавал, а за ним и бал. Попыток у меня множество. И столько же мест, куда необходимо явиться безукоризненно. Год будет очень… весёлым. Меня заколебал один бал, а тут их, блин, по меньшей мере с почти два десятка, конечно, не на всех надо присутствовать, но светскую жизнь всё равно придётся. Хорошо… Возник вопрос по поводу охоты. Я ведь ничегошеньки не знаю: и это вызовет вопросы, значит стоит ждать загрузку воспоминаний от системы. По любому в последний день мне даст возможность, дабы сильнее поднасрать. Но да хрен с ним. Уже голова кипит от обилия мыслей. Конкретно сейчас мне остаётся лишь ждать, да выполнять работу герцога, то есть погрязнуть в куче бумажек. Мне правда нужен человек, кто хотя бы часть разбирать будет… Эх… Оставшиеся дни до встречи с графом Эсканором пролетели как лето у школьников... Симфония бумаг, маленькой бестии, работы с велосипедным бизнесом. Насколько передавали люди герцогства, он прибудет под вечер. Всё уже подготовлено по высшему разряду, кто к кому будет приставлен, кто где будет жить и так далее. Инструкции коснулись и означенной бестии. Это впервые, когда она реально будет взаимодействовать с кем-то из высшего света, но к счастью, девочка охватила уже множество аспектов, что не могло меня не радовать. Её присутствие – обязательно, ибо она есть причина всего сыр-бора. Ну и… я тоже сам себя инструктировал. Вчера вечером речь и позу репетировал, а также в голове проносил возможным диалог. Но от бумаг меня это, конечно же, не избавило, да. И вот, пока писал, опять допустил ошибку – серьёзную, ведь из-за этого надо будет переписывать весь бланк (я на строчку ниже вписал необходимое, теперь выходило, что там, где надо было указать цену за аренду, стояло имя того, кому эту аренду оказать надо). Нет… Я не ленивый. Просто это ползолотой в помойку. Тут бумага – слишком дорогое удовольствие. Может быть, как-то оптимизировать это? Ну, как бы, особенно много денег сюда не тратиться (относительно заработка), но… вот так вот выкидывать бумагу по цене двух месяцев жизни «простолюдина» с семьёй, эм… такое себе развлечение. Вот только как? Найти дешёвый способ? Я помню, что есть бумага растительного происхождения – но я не понятия не имею, как она делается. Есть вариант корректора… Но обычную замазку, которая жидкая, сделать у меня не получиться – я банально не знаю состава. А вот ленту вполне реально повторить, хотя и с несколькими большими проблемами. Нужно было осведомиться позже… Конечно, именно замазка много смысла не имеет: чего вдруг герцогству с бешеным доходом, собственно, париться на этот счёт. Но нужно же с чего-то начинать. Я существенно ограничен своими знаниями. С этим пока ничего не поделаешь. Сейчас мне оставалось дожидаться графа. Не просто дожидаться… Тут ведь целая история: для начала, герцогские регалии. Помимо особенной одежды, мне нужно было надеть такую же корону. Она сильно отличалась от таковых у принца и королевы (хотя и видел я их с большого расстояния). Это красивая, украшенная различными драгоценными камнями финтифлюшка, хорошо подходящая под мои одежды. Кроме этого, фамильная ценность и знак герцогства – огромный гранённый алмаз вместе с небольшим посохом, куда он и встроен. Всё, разумеется, из золота и высшей пробы. Затем мантия с гербом дома на обратной стороне, дохрена украшений на камзоле. Рыночная стоимость моего наряда, как мне поведала Клэр, больше полумиллиарда. Просто прекрасно. В целом, ожидаемо, хотя и очень неприятно. Ну не вижу я смысла в этих прихорашиваниях, честное слово. Но того требует ситуация – я всё же не абы кого встречаю, а вассала, далеко не последнего, между прочим. Весил наряд килограмм эдак пятнадцать. Без шуток и преувеличений – одна сраная корона три килограмма «давала». Да и я теперь ходил и звенел этим всем, как слон в посудной лавке. Сдержать вздох было выше моих сил. — Эх Клэр, за что мне, бедному, вот это всё. — Оставалось только театрально закинуть руку на лоб, мол «я в печали». — Пф… ха-ха-ха… — Всё-таки не удержалась девушка, слегка отсмеявшись. — Молодой господин, пожалуйста, не смешите. Ваш облик должен быть идеальным! А вы тут меня подначиваете! — Ладно-ладно. Но я всё равно не готов постоянно одеваться подобным образом!.. Может сбежать? — Молодой господин! — Да всё-всё! Не буду больше. — Поднимаю руки в капитуляции. Что не забирает у меня возможность ухмыльнуться. Она, кстати, смутилась на мою ухмылку, что не осталось мною незамеченным. Это вообще неоднозначный вопрос. Не могу сказать, что мне не нравиться Клэр, но это чисто на уровне красивой девушки. Я также не могу представить, чтобы она стала моей реальной целью интереса. Дело тут в двух моментах: в том, что я уже не могу её воспринимать иначе, чем свою помощницу, а также и в чувствах Деррека-оригинала. Там отстранённость к ней – я, конечно, потихоньку её гашу своими усилиями, но осадок очень неприятный. В целом, грустно видеть это. Я не хочу встать в ситуацию, где меня будут любить, а я в ответ – нет. Тем более учитывая мои реалии, а они очень отличны от обычных: если я попробую отстранить Клэр, то это навредит её семье, чего я хочу ещё меньше, кроме этого, она и по «происхождению» (будь неладна эта аристократия) слишком низкая. Род выслужившегося рыцаря, что недавно получил фамилию, не то, что можно хотя бы как-то уравнять с герцогским, поэтому даже в такой сфере проблемы. Ну и не стоит забывать, что девушка и сама очень удобна – ведь в курсе моей ситуации Сейчас мне вдруг в голову пришло, что Винтер, который соответствовал по цвету Клэр, но уже для ГГшки в махнве, была немного другая дилемма, вроде как, проблема доверия, а также нерешительности самого парня. Он сам же сделал так, чтобы их отношения стали сомнительны, а там ещё и Каллисто был, что гораздо более точно высказывался в сторону девушки и сам по себе являлся более смелым. Не знаю, могу ли я высказываться на этот счёт, ведь информации очень мало, но такое ощущение, что данный цвет – невозможность любви. То есть… Ну реально ведь так выходит, особенно хорошо это видно, наверное, с Винтером: Деррек (оригинальный) – мудак ещё тот, Рейнольд слишком импульсивен, Иклис – вообще смертельная беда, вот и остались для Сиён Ча лишь два интереса – Винтер и Каллисто. Причём, я бы даже не удивился, стань МГГ первый, ведь он, как ни смотри, в общем-то, нормальный парень. Но означенная проблема просто напрочь вышибает его из сюжета, в угоду первому принцу. Мне всё это жуть как не нравиться. Кто вообще придумал эти сраные любовные интересы? Как вообще подобное комментировать? Почему пять человек должны любить одного, а этот один ещё и выбирать из них должен? Нет, я не то чтобы топлю за честность, но не хочу быть виновным в такой ситуации. Как мне абстрагироваться от этого? Не знаю… Или не понимаю. Что хуже – вопрос тоже хороший. Может быть, мне стремительно завести отношения с Тиори Клай? Как ни крути, но она является самым лучшим для этого человеком. Однако и в этом случае выходит, что я просто могу пойти против своей воли. Что, если девушка мне не понравиться? Как мне из этой ситуации выпутываться? Я ж даже с ней особенно не общался – да и подобное пока не предвидится. В худшем случае, я обрекаю себя на драму, в угоду хорошей жизни других. Такая себе перспектива, и уж точно не та, которую я желаю. Я не герой, чтобы жертвовать всем в угоду кому-то, но и не мудак, чтобы буквально влюблять в себя девушек благодаря системе с её чертовыми процентами. Ладно… Я сфокусировался не на том. Граф вот-вот прибудет, надо двигаться к главному залу для встреч. В нём, к слову, стоит трон, куда садиться непосредственно сам герцог или только его наследник. То есть, если вдруг появится какая-то проблема, но ни меня, ни Вильяма не будет, то Рейнольд и Пенелопа будут отвечать, но не смеют касаться трона, тут настолько строгая иерархия в этом плане. Как только я зашёл, часть присутствующих людей: охрана (рыцари), слуги, горничные и дворецкий, который как раз шёл встречать графа, встали на колени, а Рейнольд и Пенелопа глубоко мне поклонились. — Герцог Экхарт, приветствую вас. — Сказал первый, ему вторила пигалица. А за ними послышалось хоровое «вознесение» меня, но уже от слуг: — Приветствуем вашу светлость! — Вот честно, не проинструктируй меня Клэр об этом, я бы тут же выпал из реальности на секунду. Когда они все кланяются, это очень некомфортно, но к этому обязывает порядок. Я прошёл до трона, уселся на него и отдал приказ «вольно». Клэр расположилась как доверенное лицо рядом со мной, но дальше, чем Рейнольд и Пенелопа. Дворецкий же почтительно поклонился и, наконец, убежал встречать графа. Через пяток минут (которые я просидел в лютом дискомфорте), они, наконец, прибыли: сам граф Релус Эсканор, его жена Мира Эсканор, их дочь Лиана (коза та самая, ага), а также доверенная свита – телохранители, оруженосцы; секретарь; шесть, сука, фрейлин жены и столько же дочери; и менее важные ребятки, типа одного камердинера, двух камеристок, грёбаного повара и ещё парочку слуг. Жесть. Они тут что, штурмом собрались брать герцогство? Ладно. Об это было известно, я просто шучу. Далее последовали поклоны и приветствия, иначе говоря, мы друг друга холили и лелеяли, мол какие мы тут все классные, прям вау! Важно было также показывать и свой статус, и несмотря на то, что граф меня старше чуть ли не в два раза, он первый выказывал уважение, а за ним я, чисто как сюзерен вассалу. В этом времени ни как во времена России двадцать первого века, где «поклонение» старшим не обязательное, но поощряемое событие. Да, этого требует этикет, да, при не соблюдении ты рискуешь оказаться «плохим», но дальше осуждения в России бы не дошло. Тут прямая обязанность младшего в том же «звании» официально приветствовать более старшего, иначе ты рискуешь оскорбить человека. Но при разнице титулов, возраст уходит на второй план. Вот почему этот жест важен, по сути дела, я показываю, что признаю его, но недостаточно, чтобы равнять его с собой. Это есть жестокая правда аристократии. Затем граф обозначил свою цель визита. Мы все об этом знали, но того требовали всё те же правила. Однако уже был вечер, поэтому я предложил отужинать, где и обсудить всё более детально (я немного ошибся. За ужином осуждают темы, но делают это с особыми условиями. Например, избегая сомнительных тем. Конфликты не допускались, а главный принцип – дипломатия, поэтому даже так, ситуацию мы обсудить полностью не могли, просто обозначить, когда конкретно будем беседовать). Возражений не последовало, да и если утрировать, то и не могло их быть. Я вполне даже мог их обязать прямо сейчас разговаривать, да и вольности различные – тоже мне позволять себе никто не запрещал, но я не делал этого. Благо, системные строчки хотя и виеватые (не забываем, кто я такой, ага), но отличимые друг от друга. Что бы я без этого скилла делал, хрен его знает. Просто моё спасение. Ужин был… тяжким, и это ещё мягко сказано. Мы все как на иглах сидели, особенно это касалось Рейнольда и меня. Пенелопа же вела себя очень достойно, и, казалось, была спокойна. Нервничала также леди Лиана, граф же никаких признаков изменения в эмоциях не подавал, ну, годами выверенный «покерфейс», что тут скажешь. Вообще, ужин здесь – жест доверия, но в нашем случае, это, скорее, комната нагнетания атмосферы, но всё равно, такое оказывало влияние – по крайней мере, интуиция говорила, что граф этот жест оценил (хотя, вероятно, я надумываю просто). Разговор о конфликте перенесли на десять утра, а далее пошли беседы «о том и о сём, и ни о чём», а также всё та же тема того, как у кого дела. Это сильно выматывает. Кушанье закончилось, за ним быстро исчез десерт, и все гости отправились в выделенные комнаты, а я… а что я? Выдохнул от облегчения. Ещё в своей коморке развалился, тщательно потирая свой лоб, формируя на нём складки, и расслабляя, а затем по новой. Аристократия – это слишком сложно. Но в какой-то степени, это же и очень интересно. Где ещё ты увидишь в одном предложении десять намёков? Где ещё будут плестись интриги мирового масштаба? В любом привилегированном обществе (если мы равняем привилегированность к богатству и власти), по сути. Но у меня есть возможность в этом поучаствовать. Как-то улыбка даже на лицо вылезла. Сон не шёл, и я вылез на балкон, откинувшись на тамошнее кресло. Сидел, рассматривал ночное небо – кто его знает, что я хотел найти, может быть, просто тупил, в надежде убить время или каким-то чудесным образом привлечь сон. К слову говоря, комаров тут не было, хотя стоял разгар лета. Интересное явление, но, безусловно, приятное. За этим делом прошло по меньшей мере минут эдак десять. Только я задумался о «тщетности бытия», как в мою дверь послышался стук. Меня это не удивило, а скорее насторожило, ведь мысли в голову лезли не самые приятные – кому вдруг понадобилось будить «своего господина» в такое время и зачем? Вполне вероятно, что случилось худшее. Однако я был неправ. Рейнольд. Очень неуверенный, и едва ли не в «клубочек» свернувшийся. Что ж его принесло? — И так?.. — Вскидываю вопросительно бровь, при этом слегка прищурившись. — Брат, могу ли я с тобой поговорить? — Даже без запинки сказал, но на вид уж точно едва держался. Вероятно, боится. Да и в целом, парень уже множество делов натворил до этого момента, так что не зря, по сути. — Конечно, заходи. — Легко ему киваю, приоткрывая шире дверь, где замечаю слегка сонную Клэр, которая лишь почтительно кланяется. Прошу её принести нам сока и уже отправляться на боковую. Сам же прохожу в глубь комнаты, где занимаю свой стул, на котором обычно работаю, он стоял за столом с бумагами герцогства и прочей лабудой. Рейнольд не спешил начинать, лишь присел на предложенный мною пуфик, и некоторое время елозил ногами по полу, собираясь с мыслями. Я его не торопил: уж что-что, но вот движение паренька в сторону моей комнаты могло значить лишь несколько вещей, и все они являлись очень важными. Вопрос только – засну я с позитивными мыслями или наоборот. После первого глотка свежего сока, Рейнольд посмотрел мне чётко в глаза и спросил: — Брат, скажи мне пожалуйста, я правда такой ужасный? — Нет. Вряд ли тебя можно назвать ужасным в прямом понимании. — Спорное заявление, но я считаю его правдивым, хотя и отрицать обратных доводов не могу. — А что случилось? — Я несколько раз встретился взглядом с графом Эсканором… Он такой тяжелый и почему-то… словно очень понимающий. Или какой-то смирившийся-удручённый... — Ого. Я не особенно это заметил, но похоже, Рейнольд к этому чувствителен, либо уже себе успел надумать всякого. Может быть, страшится завтрашнего дня и пытается как-то защититься. — Так… Уж не знаю, что именно нёс взглядом граф Эсканор, — решаю ему подыграть, — но я уверен, вернее это даже факт – граф опытнее нас двоих вместе взятых, поэтому вряд ли это было просто так. Есть мысли? — … — Он тяжело выдохнул, и слегка исподлобья посмотрел на меня. Сторонний наблюдатель мог подумать, что это негодование, но на лице парнишки, наоборот, читалось раскаяние. — Я наворотил множество дел… До приезда графа, я всё думал, что ты вылезешь из угла и скажешь – это розыгрыш. Ну… нечто подобное. Но когда на аудиенции появилась вся его семья… Когда лорд Эсканор сказал о цели визита. Меня как холодной водой окотили. Я перед ужином просто с несколько минут сидел на диване и не мог осознать происходящего… Та ситуация... Пенелопа правда могла умереть от кровотечения?.. — Да, Рейнольд. Всё сказанное мной тогда, добавленное позже и совсем недавно отцом, является правдой. Даже не так – реальностью, с которой тебе придётся столкнуться. — Как мне… как мне это сделать? Что мне нужно? Я должен извиниться? Или уже поздно? — Он поник ещё сильнее. — Я не хочу, чтобы у тебя или отца были проблемы… Тогда я должен заключить брак, верно? Учителя говорили про это: «Брак, есть возможный вариант для укрепления позиции с вассалами». Отец это повторил, а я воспринял эти слова как пренебрежение… — Он скрестил руки перед собой и вытянулся слегка вперёд. — Такая сложная ситуация вызвана лишь мной. Я должен взять ответственность. — Мне не хотелось его поправлять. Честно говоря, он прав во всём сказанном. Но обязывать юного парнишку, который ещё и поползновения делает в сторону исправления, к браку, это не тот конец, который я хочу для нашей ситуации. Однако ему стоит держать происходящее в голове, поэтому моё итоговое решение он узнает завтра, как раз во время обсуждения конфликта. А пока: — Ты молодец. Твой визит и эти слова многого стоят. Брак – важная составляющая жизни любого человека, особенно статусного. Так что решение смириться с ним – тоже большой шаг. Могу я узнать, что ты думаешь о леди Лиане? — Что… думаю? — Да. Просто как о человеке, может быть даже, как он потенциальном партнёре. Твой возраст ещё не достиг совершеннолетия, и множество вещей может поменяться, но мне всё равно хотелось бы это знать. — Ничего… С ней было иногда весело, но она мне не нравится, если ты об этом. — Не смутился и твёрдо ответил. Думаю, этому можно верить, хотя кто его знает, эти подростки настолько странные, что даже думать об их вероятных мыслях сложно. — Хорошо. По крайней мере, негатива ты к ней не испытываешь. — Я выдохнул и посмотрел чётко ему в глаза: — Значится, поступим так: завтра ты приносишь свои извинения графу, полные, но соблюдая гордость рода Экхарт. И также помни, что твоя вина не полная, а лишь большая, ибо происходящее напрямую касается и леди Лианы. Но это послабление не относиться к Пенелопе: позже ты не просто извиняешь, аля «прости и я пошёл», как ты сделал в прошлый раз, а зовёшь её на чаепитие, где проводишь именно структурированный и разумный разговор. Ты можешь её не любить, но постарайся не ненавидеть её. К тому же, даже наличие этого чувства – не даёт тебе никакого права ей вредить. Мы многих не любим, со многими соперничаем, некоторых просто на дух не переносим – но мы с ними уживаемся. Это часть жизни даже не как аристократии, а в целом. Тем более, ты даже не пробовал с ней поладить. Я уверен, у вас есть все шансы начать нормальное общение. Решение было сделано отцом, не тобой, и я понимаю, что тебе приходится сложно. Мне тоже, — частично вру, но мне важно поддерживать антураж, — но нам нужно постараться, хотя бы ради спокойной и сплочённой жизни нашего семейства. Кроме этого, ты должен извиниться и перед слугами – как их господин и как один из наследников рода Экхарт. Это поправит твоё положение в поместье, потому что слухами можно и нужно управлять, особенно если они исходят по твоей же вине и несут раздор. — Меня это тоже кстати касается. — В дальнейшем, думай головой. Если чего не понимаешь или в чём-то сомневаешься – спрашивай. Абсолютно всего не знает никто, но несколько новых мнений могут сделать ситуацию проще. И ещё одно: уверен, на уроках этикета это затрагивали, но тебе необходимо будет беседовать на балах и празднествах о самых базовых и, возможно даже, очень скучных темах. Вот просто «потому что». Ты видел, как мы вели диалог с графом – такое происходит на постоянной основе. Но тут ещё, конечно, в дело вступает факт, что это наш вассал – поэтому там допускаются ослабления. Но с противниками нашей семьи, с нейтральными дворянами, ты должен держаться холодно-приветливо, я бы сказал именно так. Не допускать лишних эмоций и точечно себя контролировать, использовать темы, которые у всех на слуху. Это поможет тебе в будущем. — Последний пункт появился из системной строчки, и я в целом был с этим согласен, да и успел убедиться на личном опыте. Вряд Рейнольд не знает этого – но мне всё же стоило ему напомнить, в какое время и кем он живёт. Судя по его задумчивому лицу, на ус сказанное он намотал. Затем мне поклонился и поблагодарил, одновременно с этим, извинившись. Надеюсь, что подростковая избалованность уйдёт со временем. Так быстро он точно не исправился, но раз уж пытается – то это прекрасно. Сон после разговора пришёл быстро. Однако же… находился я неновом для себя месте. Опять воспоминания… или погоди-ка. Я нахожусь на одном из почётных мест, тело чувствуется… плохо. Голову развернуть не могу, есть возможность лишь смотреть вперёд. Какая-то арена. Судя по… гильотине, похоже на арену публичной казни. На ней стоит ведущий, он… какие-то мутные слова говорит. Вообще не разобрать. Затем туда выводят… леди Тиори? Её голову и руки заключают в пазы. Она не сопротивляется. Её лицо… пустое. Девушка полностью разбита. Не реагирует ни на что. Лезвие опускается, и я просыпаюсь. Получена награда за первый квест в цепочке квестов «Взросление второго сына рода Экхартов».  Дышать было тяжело. Это было похлеще, чем в прошлый раз – с Дерреком и его эмоциями на почве потери Ивонн. Меня словно выжали как тряпочку. Никогда в жизни, что в этой, что в прошлой, я такого не чувствовал. Для того, чтобы собраться, мне понадобилось потупить несколько минут. Тяжесть ушла, будто её и не было. Тааак… Система решила мне это показать. Это часть событий каноничной истории? Или то, к чему приведут её действия из-за меня и связанных изменений? Оба варианта неприятны. Получается, сама система мне намекает, что я должен как-то её спасти. Это опять меня бросает к теме любовных интересов. Час от часу не легче…