Что сказал Вася

Человек. Да-да, именно так — с буквой «Ч». Потому что ты, дорогой мой двуногий, ведешь себя как примитивное существо, которое только и умеет, что нажимать на кнопки, жевать что-то невкусное и периодически залипать в прямоугольный кусок стекла, издающий раздражающие звуки. А я — Вася. Кот. Существо высшего порядка. И если бы ты понимал мой язык, то давно бы уже рыдал в углу от осознания собственной ничтожности. Но, увы, ты глух ко всему, кроме собственного брюзжания. Поэтому мне приходится терпеть твое присутствие в моей квартире, мириться с тем, что ты считаешь себя здесь хозяином, и время от времени напоминать тебе, кто на самом деле дергает за ниточки в этом доме.

***

Сегодня утром ты проснулся с выражением лица, будто тебя жевали, но забыли проглотить. Потянулся к кофеварке, уронил ложку, застонал — стандартный набор. Я наблюдал за этим цирком с подоконника, лениво прикрыв один глаз. Ты заметил мой взгляд и, как всегда, умильно пробормотал: — Вась, ты чего такой грустный? Грустный? Да я просто презираю тебя в этот момент. Но вместо ответа я зевнул, демонстративно отвернулся и начал вылизывать лапу. Это универсальный котоприем: если не хочешь общаться — делай вид, что занят чем-то крайне важным. Ты не понял намека. — Хочешь есть? — спросил ты, склонившись надо мной с выражением человека, который вот-вот совершит роковую ошибку. Я медленно перевел взгляд на холодильник, потом на тебя, потом снова на холодильник. Если бы у меня были пальцы, я бы ткнул в него со всей очевидностью. Но у меня лапы. И ты, как обычно, не уловил сути. — Ладно, сейчас что-нибудь найдем... Ты полез в шкаф, достал какой-то пакет с надписью «Премиум-корм для кошек с нежным вкусом лосося». Ха. «Нежный вкус». Это пахнет, как твои кроссовки после пробежки. Я посмотрел на пакет, потом на тебя, потом демонстративно плюхнулся на пол и закатил глаза. — Ну вот, опять капризничаешь... — вздохнул ты. Нет, дорогой. Это не капризы. Это презрение. Ты все же догадался открыть холодильник. Там, среди прочего бесполезного хлама, лежали консервы. Настоящие. С мясом. С ароматом, от которого у меня текут слюни. Ты взял банку, покрутил в руках, задумался. — Может, не стоит? Вчера ветеринар говорил, что у тебя лишний вес... Я сел, выпрямил спину и уставился на тебя. Если бы взгляды могли убивать, ты бы уже превратился в аккуратный столбик пепла. Ты заерзал. — Ладно, ладно... только не смотри так. О, этот момент слабости! Ты дрогнул. Ты проиграл. Я победил, как и всегда. Банка открылась с характерным чпоком, и аромат настоящей еды заполнил кухню. Ты выложил содержимое в мою миску, и я величественно подошел, давая понять, что это не твоя заслуга, а моя милость. И вот тут... вот тут ты совершил ошибку. Ты решил заговорить. — Ну как, вкусно? — ты умильно наклонился ко мне, будто ждешь благодарности. Я перестал есть, медленно поднял голову и посмотрел тебе прямо в глаза. «Человек, твоё дело открывать консервы, замолчи, или я расскажу всем, как ты плакал в душе под тупой попсовый трек...» Конечно, ты не услышал. Ты никогда не слышишь. Но твой мозг, видимо, уловил что-то, потому что ты вдруг замер, и быстро отошел, бормоча что-то про «работу» и «нужно срочно уходить». Ах да, этот момент. Ты думаешь, я не знаю? Ты думаешь, я не слышал? Вчера вечером ты заперся в ванной, включил воду и ту самую дурацкую песню — ту, что звучит, будто ее написал робот, которого пытали мелодиями из рекламы. И ты плакал. Да-да, не притворяйся. Я сидел за дверью и все слышал. Ты всхлипывал, шмыгал носом и даже пару раз пробормотал что-то вроде «почему я такой» и «все плоооохо». Патетично. Жалко. Смешно. И если бы ты сейчас не заткнулся и не оставил меня в покое, я бы действительно рассказал об этом всем. Твоей маме, когда она звонит. Твоей подруге, которая иногда приходит и гладит меня, а ты в этот момент глупо улыбаешься. Даже курьеру, который приносит пиццу — тому самому, которого ты стесняешься, потому что однажды вышел к нему в пижаме с енотами. Но я великодушен. Пока что.

***

Ты ушел. Дверь захлопнулась, и квартира наконец-то наполнилась тишиной. Я доел консервы, умылся, запрыгнул на твой ноутбук (он теплый, а значит, мой) и свернулся калачиком. Мир снова в порядке. Но запомни, человек: я все знаю. И если консервы вдруг исчезнут из холодильника — тебе не поздоровится. Я ведь могу не только рассказать... Но и показать.